Глава.17 Не совсем преступление

Вот где бы мне пригодилось снотворное. Время тянулось патокой. Лекарское крыло заснуло, а я всё лежала и любовалась потолком. Кошмар какой-то. От скуки хотелось закричать.

- Ну, чего ты бесишься? – вдруг раздался в темноте голос Мурзиана.

- Скучно мне! - простонала я. – А утром будет плохо, что не выспалась! Жизнь – боль!

- Это точно, да, ещё со столь беспокойной особой, как ты, - выдал кот.

- Пользуешься тем, что бессмертный? – подозрительно спросила у него.

- Должны же быть у моего существования какие-то преимущества, - прищурился фамильяр.

- Ясно, а вот у меня преимуществ нет, приходится страдать.

- Ой, ну подумаешь, снотворного подсыпали, не отравили же в самом деле! – махнул лапой Мурзиан.

Потом подумал, запрыгнул на постель, потоптался как настоящий кот и улёгся.

- Но чтобы тебе не было страшно, побуду тут. Буду охранять твой покой.

Стала поглаживать кота, чтобы хоть чем-то заняться, его дробное мурчание стало слышно в тишине палаты. Я слушала его, и незаметно для себя уснула.

Никаких снов не видела и утром была бодра и весела. Готова к свершениям.

Хорошо, что остались конспекты, которые я готовила к прошлому занятию. Сегодня и займёмся продолжением освоения работы крючком!

Еле дождалась целителя, который подтвердил, что я могу идти. Быстро оделась и побежала в особняк, чтобы привести себя в порядок.

Мурзиана ожидаемо, нигде не было видно, поэтому никто не язвил и не хохмил у меня под руками.

Ванна меня привлекала больше всего, пошли вторые сутки, как я не мылась, а это было просто ужасно! Я страшная чистюля, а тут такое!

Мочалкой чуть верхний слой кожи не сняла, так старательно намыливалась.

Зато вылезла счастливая и благоухающая цветочным ароматом.

В Академию бежала почти вприпрыжку. Кто бы мне сказал, что безделье так утомляет.

Пришла я на рабочее место в числе первых. В столовой еду мне принесли с такой скоростью, будто проводили соревнование по этому признаку. Чует моё сердечко, что ректор тут уже побывал.

Кашу с мёдом уплетала с таким аппетитом, что словами не выразить, так как целитель мне выписал сначала лечебное голодание, а потом овсянку без всего и на воде. Б-р-р. Гадость-то какая! Даже воспоминание об этой клейкой мерзости вызывает передёргивание моего организма.

Я закончила завтракать ещё до основной массы учащихся и побежала проверить кабинет.

Всё осталось лежать на своих местах. Корявенькие прямоугольники шарфов ждали своих владельцев для продолжения оттачивания мастерства.

И вот первые кадеты появились на пороге. Робин и Торис замерли и смотрели на меня в каком-то лёгком испуге.

Не знаю, что их так вывело из равновесия: сижу, широко улыбаюсь, ожидая любимых учеников.

- Проходите, господа! Чего проход загораживаете? – осведомилась я бодро.

- Ой, да. Доброе утро, госпожа Уортон! – поздоровался кадет Фастон, на что я благосклонно кивнула.

- С вами уже всё хорошо? – уточник кадет Частин.

- Отлично, выспалась на неделю вперёд! – радостно сообщила ему и всем желающим услышать.

- Рад слышать, - ответил он с достоинством, - хорошо, что не пострадали.

- Почему? – удивилась я.

- Потому, - нахмурился он, - что это отвратительная репутация! Всей Академией не уберегли одну-единственную преподавательницу, не считая самой подлости поступка!

Ого! Приятно, что тут меня всё же ценят, хоть как женскую единицу, если не как полезный кадр.

- Доброе утро! – заявил Ниас, влетая, как бешеный дракон. – Не узнали, кто это с вами сделал?

- Нет, Ниас, но ректор работает над этим вопросом, - ответила ему.

Судя по всему, моя ситуация стала самой популярной темой недели, так что стоит воспринимать это философски и не горячиться. В одном ребята правы – это было подло, так что будет отличным примером, как делать не надо, если, конечно, виновного найдут!

Группа быстро собиралась, не хватало только двух бунтарей, которые не появились и после звонка.

Отметила в журнале, но заострять внимание не стала. Возможно, что они на отработках нарядов. Не знаю, куда их назначили.

Ещё раз всем напомнила, как провязывать петли. Успела сделать два круга по всем курсантам, чтобы посмотреть, как идёт работа.

- Так, предлагаю на следующем занятии провести урок зельеварения. Покажу вам, как варить зелье для сдерживания нежити, которым можно пропитать сети. Ваши шарфы можно, но они пока в начальной стадии изготовки. Если всё пройдёт хорошо, то попрошу ректора помочь вам сеть испытать на практике! – сообщила я воодушевившимся кадетам.

Грустным сидел только Трей.

- Трей, а ты чего кислый, - подошла я к нему. – Не хочешь зелья варить?

- Не то чтобы не хочу, но, скорее всего, оно у меня не получится, - тяжело вздохнул он.

- Почему ты так решил?

- Мать всегда ворчала, что я даже чай умудряюсь испортить, просто заварив его кипятком, а тут сложное зелье!

- Посмотрим, возможно, ты яды хорошо сможешь составлять? – задумалась я. – Обычно те, кто ужасно готовят, отлично травят.

- Думаете и у меня такое возможно? – с надеждой посмотрел он на меня.

Какая прелесть! Человек надеется быть хорошим отравителем! А ещё говорят, что самореализация не главное! Врут как есть!

- Шанс есть. Проверим.

Тут нас отвлекла открывшаяся дверь. В кабинет вошёл ректор. Был он хмур и зол. От него просто фонило тёмной силой. Даже не зол, он в ярости.

Кадеты напряглись.

- Что случилось, лорд Тротонвар? – спокойно спросила у него.

- Выяснили, кто вас отравил, - коротко ответил он и замолчал.

- Расскажете? – уточнила я. – Или это государственная тайна?

- Нет, не тайна, - медленно проговорил он. – Кадеты Захан и Фарли признались в том, что подсыпали вам снотворное в ужин, так как проходили отработку наряда на кухне.

- И зачем же они это сделали? Я выглядела настолько уставшей? – улыбнулась я.

- Нет, они хотели, чтобы вы проспали и опоздали на пару. Надеялись, что я влеплю вам выговор в личное дело, а там ещё пара нарушений и вас отправят домой, - сурово сказал он. – Это совсем несмешно.

- Смешно тут то, что это не поможет, но они не поняли этого сразу. Только Император может меня снять с этой должности, - обратилась ко всем, - так что не нужно портить себе начало карьеры, пытаясь меня выжить из Академии.

- Так и есть, но само поведение для военного неприемлемо.

- И что вы с ними сделали.

- Посадил в карцер на месяц, но вы вправе требовать и более сурового наказания, так как это покушение на ваше здоровье.

- Думаю, вы в наказаниях сами разберётесь, - сразу отговорилась я от такой почётной миссии, как выдумывание наказаний для проштрафившихся кадетов.

- Как пожелаете, - на этом ректор откланялся, а в кабинете повисла неуютная тишина.

Я сделала ещё кружок между учениками, чтобы все имели возможность обдумать случившееся.

Судя по скорости работы, полноценный шарф довяжем нескоро, надо бы мне самой взяться за работу, чтобы показать, что должно получиться в конце работы и что можно усовершенствовать в этом элементе одежды.