Глава.40 Учения-мучения или развлечения?

Вечером у нас с Дорианом состоялась оживлённая дискуссия, куда ставить кристалл: спальню или гостиную?

Я ратовала за первую, так как можно улечься с удобствами и посмотреть в любое время, не бегая из комнаты в комнату.

Ректор же настаивал на том, что я спать перестану, рассматривая своих подопечных, от этого ничего не изменится кроме моего здоровья и нервов.

Выиграла, конечно, я. Хотя выглядело это столь по-детски, что мне до сих пор стыдно. Топать ногой и надувать губы в моём возрасте уже не солидно, но маг не хотел уступать, поэтому пришлось применять тяжёлую артиллерию.

Поэтому напротив кровати мы поставили столик, на нём расположили кристалл, а сами улеглись на кровать. Комфорт был обеспечен, есть я не хотела, так как ректор меня предварительно накормил.

Я, затаив дыхание, ждала, пока сформируется изображение.

Наконец-то!

Курсанты явно собрались разбивать лагерь на ночь.

- Так, надо заканчивать марш-бросок! – сказал Майк. – Начинаем готовиться к ночи.

- Правильно, а то солнце садится довольно быстро, - посмотрел на небо Трей, - надо поторапливаться.

Они выбрали сухую площадку, которую с двух сторон защищали осколки скал. Часть группы принялась собирать хворост на ночь, были выставлены дозорные, ну а остальные пока отдыхали.

- Жрать охота до колик, - вздохнул Торис. – А в Академии народ уже откушал ужин и, сыто потирая животы, разбрёлся по своим делам.

- Завидуй молча! – усмехнулся Фрост.

- Молча не так интересно! Хочу, чтобы все разделили мою боль! – тяжко вздохнул Торис.

В подтверждение его слов живот издал пронзительное урчание, его даже нам с ректором стало слышно.

Непроизвольно потёрла свой, а ректор покосился на меня с неодобрением.

- Тебе такое смотреть нельзя! Ты слишком переживаешь!

- Думаешь, если я буду в неведенье и придумывать всякие ужасы, что могли с ними произойти, то мне полегче станет?

- Нет, буркнул он и сложил руки на груди, а я продолжила следить за событиями.

Костёр был разведён, и ребята подсели ближе, чтобы погреться.

- Где там твои сухари? – повернулся к Фросту Ниас. – Поделись и нести сумку станет легче.

Парень противиться не стал и выложил мешок сухарей, которые в пекарнях посыпают корицей и сахаром.

- Делим на всех, - скомандовал Робин.

После дележа на всех, включая часовых, всем получилось выдать по сухарю. Хоть он и был с ладонь размером, но целый день без еды для парня.

- Ешьте медленно, наслаждайтесь, - велел Торис и откусил первый кусочек, закатив от удовольствия глаза.

Он рассасывал сухарь, точно леденец.

- Надо что-то думать, - сказал Робин, - неделю без еды мы если и протянем, то крайне грустно.

- Ага, к её окончанию нежить от нас будет спасаться бегством, чтобы мы её не сожрали, - мрачно изрёк Трей.

Майк же вытащил спицы, крючки и стал раздавать ближайшим курсантам, следом мотки ниток.

- Ты что Майк? Предлагаешь нам нервы успокоить? – удивился Торис. – Так, я ещё не настолько нервничаю!

- Сеть, - коротко отрезал он. – Ловить рыбу.

Несколько секунд замешательства и на лицах курсантов проступило понимание.

- Точно! Мы же как-то делали сети на занятиях!

- Вот же пригодилось!

- Не шутила ведьма!

Раздавалось со всех сторон.

- Надо всем вязать, чтобы побольше сплести, а ячейки не очень крупные делайте, чтобы рыба не проскакивала, - командовал Майк. – Потом куски сошьём.

Все, кому хватило орудия труда, принялись вязать, а остальные свободные сели стругать крючки из древесины.

- Нам тут не красота важна, а количество, - наставительно сказал Ниас.

Было странно смотреть на них со стороны, как с усердием на лицах они вязали сеть. Кто-то лучше, кто-то хуже, но старались все. Никто не попытался отлынивать.

Гордость брала за таких курсантов. Спать легли, когда было сделано уже немало, сменились часовые. Я тоже стала задрёмывать в тишине, под звуки догорающего костра, который грел ребят.

Не знаю, сколько я проспала, но проснулась оттого, что в лагере что-то происходило. Сонно потёрла глаза, и тогда до меня дошло, что на них напала нежить.

Какие тёмные тени метались на краю тусклого света, так как костёр почти догорел.

Курсанты отстреливались магическими шарами, прятались от атак за щитами, а я только и могла, что спрятаться за ректором и подушкой, которую обнимала.

Трудно было понять, что там и с кем происходит. Мне казалась, что там полная неразбериха. Время от времени слышала голоса Робина или Майка, отдающих команды остальным, но остальное оставалось загадкой.

- Дориан! Может, нужно вмешаться?! - взволнованно спросила я.

- Каким образом? Я не могу вмешиваться. Если наблюдатели не вмешиваются, значит, ещё не критическая ситуация.

Я уже нервно бегала по комнате, прячась, то за столбиками кровати, то за креслами, потом вовсе за дверь выбежала и посматривала за происходящим оттуда.

- Марика! Это просто невыносимо! – следил за мной маг. – ты себя вообще не бережёшь. Давай я выключу!

- Нет! Ни в коем случае! – я попыталась сесть на кровать, но кто-то болезненно вскрикнул, я дёрнулась и села мимо неё. Копчиком об пол приложилась существенно.

Ректор, выругавшись, вскочил с кровати, поднял меня на руки и опустил на кровать, затем обнял двумя руками, чтобы я не могла вскочить.

- Ну что? Теперь, когда у тебя есть синяк на заднице, стало легче? – сурово спросил он.

- Нет.

- Тогда прекрати носиться, будто буйная! – рыкнул он.

Я только насупилась в ответ, так как не хотела ругаться и понимала его правоту, но непоседливая натура не давала расслабиться.

Вдруг наступила тишина, и я в ужасе уставилась в темноту.

- Что там?

- Не знаю, сейчас увидим.

В это время происходило что – то непонятное, так как просматривались только неясные тени. Наконец, кто-то стал разводить огонь.

Сначала неяркий огонёк, а через несколько минут костерок, который выхватывал из тьмы всё большее пространство.

Жадно всматривалась в лица, стараясь понять: все ли целы?

Все выглядели помятыми и грязными, в неверном свете костра ещё и бледными до синевы.

- Надо пересчитаться, - сказал Майк.

Когда выяснилось, что все на месте, то стало спокойнее, но также выяснилось, что из тридцати человек ранены пятеро. У четверых ничего смертельного, их раны промыли и дали выпить целебные зелья, а вот у Фроста рука была распорота сильно, так что кровь он терял довольно быстро.

- Надо её остановить, а то он так долго не продержится, - хмуро сказал Робин.

Фрост зажимал рану и покачивался словно деревце на ветру.

- Надо её зашить, - выдал умную мысль Трей. – Только у нас нет целителя, чтобы обезболить.

Майк, не говоря ни слова, вдруг врезал Фросту в челюсть, и тот кулем рухнул на землю.

- Шей, пока наркоз не прошёл, - обратился он к Трею, который только и успел дёрнуться, так как никто не ждал такого подвоха от своего.

- А я почему? Разве я лучшая белошвейка? – заупрямился он.

- Ты предложил, значит, можешь, - отрезал Майк.

Ребята быстро уложили пострадавшего и промыли рану.

Руки Трея знатно дрожали, но он глубоко вздохнул, что-то пробормотал и приступил к работе.

- Слушай, а ты его не слишком приложил? – спросил Торис через некоторое время. – Если руку зашьём, а лицо опухнет так, что он ничего видеть не будет, то легче нам не станет.

- Не идиот, - кратко сказал Майк. – У меня есть мазь от синяков, вылечим. Берёг с занятия, как знал, что пригодится.

Я же смотрела на происходящее открыв рот и поняла это, когда ректор аккуратненько захлопнул мою отвисшую челюсть.

- Горлышко простудишь, - сказал он мягко.

- Я их этому не учила!

- Верю, но это ж военные. Они приучены искать простые решения.

- Это что-то из разряда того, что если болит рука, то бей по ногам, тогда рука сразу пройдёт? – удивилась я.

- Да, примерно так.

Тем временем Трей закончил шить, завязал последний узелок. Сказать честно, он вообще не белошвейка, тут он прав. Хорошо, что целители потом помогут всё исправить, иначе Фросту на всю жизнь достался бы занятный шрам.

- Боги, спасибо, что я не родился целителем! – пробормотал с чувством он.

- А ты как хотел? Усмехнулся Торис. – Ломать - не строить.

- Заканчивайте трепаться, девочки! – рыкнул Робин. – Надо будить нашего спящего героя и влить в него зелья для поддержания сил.

Ниас приподнял Фроста и стал похлопывать по здоровой половине лица, а Майк доставал банку с мазью.

Раненый кадет слабо застонал.

- Что за напасть? Кто меня так? – прошипел он.

- Сначала тебя полюбила нежить, потом Майк, - развязано протянул Торис. – А что ты хотел? Это ректор у нас любит ведьму нежно, а тут суровый кадет Майк, который не знает прелюдий и ласк, и чуть что сразу в челюсть бьёт!

Давно заметила, что когда кадет Частин нервничает, устал или злиться, то начинает пошлить, а тут он явно был выбит из колеи.

Посмотрела молча на ректора, тот делал вид, что не видит моего вопрошающего взгляда.

- А ты говорил, что они о нас не будут сплетничать, с укоризной сказала ректору.

- Я это сказал, чтобы ты не смущалась, - сказал он, не отрывая взгляда от происходящего, - ну как ты хотела? Мы в закрытой академии! Тут мышь чихнуть ночью в подвале не может, чтобы ей дружно не пожелали, чтоб её разорвало! А тут ты, такая вся раскрасавица и я, весь такой непереносимый в большом количестве! А ты ещё за сладеньким по ночам ходишь. Ну, кто тут удержится не обсудить такие новости?

В Чёрном же лесу разговор продолжался.

- Да, я бы сейчас не отказался посмотреть на световое представление в особняке госпожи Уортон, - слабо протянул Трей, - а не на ваши голодные рожи любоваться.

- Да, красиво!

- И не говори, я тоже иной раз смотрю!

- Жаркая красавица!

- Всем бы такую!

Я сидела и цветом лица напоминала раскалённый чайник. Ещё чуть-чуть и пар с ушей пойдёт.

Ректор очень старался выглядеть серьёзным, но у него дёргались уголки рта, хоть он и прилагал титанические усилия, чтобы не смеяться.

- Ну, знаете ли..., - прошипела я.

Дориан не выдержал и захохотал, у него даже слёзы на глазах выступили.

- А чтоб вам смеяться как истерическим девочкам, раз только сплетничать и можете! – в сердцах рявкнула я, смотря на своих курсантов.

Ректор никак не унимался.

- Хватит уже, - нахмурилась я.

- Прости, но ты такая смешная. Ну и что с того, что они догадались о нашем романе? Они взрослые честное слово, там самому маленькому двадцать один год.

- А старенькому? – на автомате спросила я.

- Сорок три.

- Вот не задумывалась об этом никогда, - протянула я в ответ.

Ректор только плечами пожал.