Глава 37

Ведара

Рука зажила быстро, хоть и жгло ее неимоверно. Пришлось согнуться в три погибели и закусить зубами подол платья, чтобы не кричать, пока руку жгло драконьей силой, что сращивала ткани.

Очень хотелось спросить мужа, что это было, а вернее, кто, и зачем забрал часть моей плоти. Кому в жертву? Но отвлекать его не рискнула, мало ли чем он там сейчас занят. Положение там, учитывая последние события, тоже не из легких.

После увиденного, девки притихли и каждая, с молитвой испекла по караваю. Тоже приняв ворона за проявление какого-то божества.

Дождь не унимался, превратился в настоящий ливень с пронизывающим ветром, громовые раскаты, сотрясали землю. Вспышки молний внушали ужас. Бой наверху, видать не шуточный.

Храм Перунов всегда находился на самом высоком месте в поселение. Добираться до холма по ливню, долго и безрадостно, но я устремленная желанием помочь, просто не замечала холодных капель.

В храме очень долго стояла перед вечным огнем в его славу. Который чудом чудным, никогда не гас даже под проливным дождем.

— Прими дар, отче, возьми силу мою, боже Перуне. Да не погаснут костры во славу твою, во веки вечные. — Прошептала, бросая каравай в огонь.

Хлеб в огне вспыхнул жарко, сгорел быстро. Жертва была принята. На секунду, мне даже показалось, что в яром пламени костра, проявился строгий лик Громовержца. Взирало на меня божество с подобием улыбки, доволен подношением, чувствует искренность. Хорошо.

С легким сердцем пошла обратно к терему и вдруг почувствовала резкий упадок сил. Настолько резкий, что голова пошла кругом и меня зашатало.

Громовержец забирает? Это хорошо. Ему сейчас нужнее.

Но резко почувствовав пронизывающий холод, ударивший в спину, поняла, что силы не к Громовержцу пошли. То тьма меня атакует.

Рука, сама собой легла на эфес клинка, который мгновенно стал, горячим, подтверждая грозящую опасность. Я стала осматриваться по сторонам, но в ливень, на улице больше никого и не было. Но ощущение холодного, злого взгляда в спину, не исчезало.

— Что с Вами, госпожа? — встревожились магички идущие позади меня.

— Атака тьмы, холод и слабость, меня пьют — прошептала, крепче сжимая клинок и борясь с пеленой перед глазами. Я с каждой секундой чувствовала себя все хуже и уже еле держалась на ногах.

— Вы же только что принесли жертву, госпожа — попыталась успокоить меня Боянка, поддерживая меня за плечи.

— Нет, наши так не забирают, от них не холодно. А тут, словно саму душу вымораживает, холодно. Внутри холодно.

Ничего подобного, я действительно ранее не чувствовала, словно на саму душу мою кто-то накидывал сковывающие ледяные цепи. От этого внутреннего мороза, я уже еле шевелила губами и тело пытающееся бороться с холодом, било крупной дрожью.

— О, Творец Всевышний! — ахнула Брислава, словно осознав нечто ужасное. — Атака Безтелесных такая. Немедленно в терем нужно! Там войдете в тонкий мир, и все вместе будем с ним бороться.

Женщины подхватили меня под руки, я удержала их:

— Нельзя в терем. Народу много. Вдруг перелетит на кого. К жрецам ведите. Детей моих спасите.

Тело мое ослабло окончательно, разум отключился, а перейдя на внутреннее зрение, я увидела себя распятой цепями у темной, холодной стены.

Напротив меня, в глубоком, мягком кресле сидел высокий, черноволосый мужчина, впрочем, чернота его волос уже ощутимо прорежалась седыми прядями. Нос заостренный, щеки впалые, глаза, черные как ночь, с недобрым, хищным блеском. Держался прямо, разглядывал меня с интересом и призрением одновременно.

Мужчина был очень похож на своих сыновей, но за его человеческим обликом, я без труда разглядела оскаленную демоническую рожу, что пугала меня из огня. Она является его сутью, его истинным обликом, никуда ее не спрячешь от глаз способных видеть истинное.

— Да, ты права. Так и есть, — кивнул на мои мысли демон. — И если ты думаешь, что сыновья мои другие, по сути своей, то ошибаешься. Они воплощение моей плоти и крови! Моей силы.

— Ты почему не в чистилище, демон? — спросила, стараясь не показывать страха, глядя порождению тьмы прямо в глаза.

— Так отчистился, давно уже. Отрабатываю теперь. Сынкам задачки на преодоление и развитие подкидываю, — демон улыбнулся мне даже с некой теплотой.

— Безтелесные, твое порождение?

— Не мое, но очень полезные ребятишки. Уже очень многие миры научили головой думать, защиты правильно выстраивать и объединяться. В нашей вселенной все, что ни есть, все во благо Вам, любимым детям Всевышнего. Все вас развивает и чему-то учит. А тьма — особенно. В этом ее назначение, в этом ее прямой долг.

— Знаю. — Спокойно кивнула я. — Что от меня тебе нужно?

— Хочу, чтоб помогала мне сынков в нужном направление пинать. Сотрудничай со мной и проживёшь долгую и счастливую жизнь. Многократно род мой увеличишь. Статус божества в конце получишь.

— Что делать нужно для этого?

Глаза демона заискрились улыбкой, ему явно нравилось, что я не робею пред ним, хотя сказать, что мне совсем не страшно сейчас, это солгать, но я вполне могла со своим страхом справляться. Даже во тьме со мной мои боги! По вере нашей, да будет нам. Аминь.

— Смелая, Сильная, аппетитная! Не ошибся я, выбрав тебя для сына. Ох, не ошибся.

Я невольно вздрогнула — он выбрал? Как же это??

— Мой старший сын, мой первенец, самый сильный, самый умный, самый любимый. Увы, сердцем своим пошел в мать и еще и самый мягкий и идеалистичный. — Демон говорил с некой светлой родительской грустью. Не мало меня поразившей. — Нужно открыть ему глаза на то, что не все в наших мирах, такие как он.

— Думаю, он пожил и пережил уже достаточно для того, чтобы это понимать, — невольно усмехнулась, поняв, что демон, как ему и положено, хитрит и недоговаривает.

Пространство вокруг нас осветилось всполохами ярого огня, в котором мне чудились разные уродливые морды. Поэтому старалась смотреть только на демона в человеческом облике. Пугает, значит, хочет добиться моего согласия во что бы то ни стало.

— Увы и ах! К моему глубочайшему сожалению, это не так. Он до сих пор не верит, в то, что братья его получились не такими идеальными как он. Они ему могилу уже давно вырыли поганцы, а он не верит. Жаль его. Хочу дать ему еще один шанс.

Слова свекра, подтверждали слова Данаи, поэтому спросила:

— Что нужно делать?

— Соблазни Гурата. Он не сможет устоять и Огнеяр, наконец-то увидит его истинное лицо.

— Он убьет его! И меня, после родов.

— Тебя не убьет, слово даю.

— А сына своего вам совсем не жаль?

— Либо Огнеяр Гурата, либо Гурат Огнеяра! Я хочу, чтобы выжил достойнейший, вот и все! Дети у Гурата уже есть, род его не прервется.

— А Варун?

— А Варун, оставшись без поддержки брата, подчиниться Огнеяру.

— Огнеяр уверен, что им нечего делить, зачем Гурату убивать его?

— Может, где-то и я виноват, что с самого детства выделял старшего над младшими, — печально вздохнул демон, — недолюблёными себя чувствовали и завидовали брату с пеленок и пошло, поехало по жизни, как снежный ком накатываться. То девку не поделят, то мирок какой, тупо из принципа.

И вроде бы все складно, да рядно демон рассказывал, сидел даже с покаянным видом, а все одно, что-то у меня в голове не укладывалось, так, чтобы поверить ему.

— Ну а сам-то ты, на жену его, зачем полез? В тебе какая недолюбленность взыграла? — спросила то, о чем просто не могла молчать.

Вокруг моего горла тут же появилась цепь, сдавившая его настолько, что дышать стало больно.

— Ты забыла с кем разговариваешь, девка! — рявкнул демон, выпрямившись из расслабленной позы. — Знай свое место! И проявляй должное почтение отныне, к предку рода своего!

— И все же… и только не говори, что на верность сыну, ее проверял!

Ответить свекор мне не успел. Его всего перекосило, человеческая личина начала сползать словно плавящийся воск, обнажая языки ярого пламени, его истинной сущности, а я почувствовала прилив сил, оковы спали и меня неудержимо потянуло вверх из пекельного мира, созданного свекром.