Глава 15

Ранним утром следующего дня я уже бежала к воротам. Матушка должна была ждать меня у кованых ворот.

Таких же ранним пташек оказалось немало. Ведьмочки спешили к выходу, стоило только солнцу коснуться влажной от росы травы. Кто-то шел группами, громко переговариваясь и смеясь, кто-то спешил по одиночке, отвечая на утренние приветствия. Первый выходной в учебном году, когда можно было выйти за стены академии. И я не собиралась терять ни минуты.

Едва завидев матушку в простом, но новом, добротном платье, губы сами собой разъехались в счастливой улыбке. Матушка раскрыла объятия, в которые я и бросилась. Прошла всего лишь неделя, но будто целая вечность. Мы еще никогда не расставались так надолго. И пусть я немного сердилась на матушку за то, что пыталась скрыть от меня правду, но стоило только увидеть ее теплую улыбку и добрые глаза, так все обиды и злость испарились. А вот вопросы остались.

- Ма! Я так соскучилась, - вдохнула привычный запах трав и сдобы и крепко обняла ее.

- И я, дочка. Мне без тебя так пусто, что я и места себе найти не могу, - она отстранилась, заглянула в мои глаза и нахмурилась. - Как ты тут? Устроилась? Подружилась с кем? А бал… Как? Как все прошло? Платье в пору оказалось? Понравилось?

- Ма, - рассмеялась я, подхватывая ее под руку и утаскивая с прохода, - я уже забыла, каким был первый вопрос.

Пока мы шли от академии к дому Верховной, где все еще жила матушка, я соловьем разливалась о том, как все здорово и прекрасно. Рассказала и про девочек, с которыми подружилась, и о замечательных преподавателях ведьмовского факультета, и о кошках потрясающих, и даже о Водяницком-зверюге, который спуску не дает никому.

- А еще, матушка, - смотрела куда-то вдаль, выдохнула, как перед прыжком, взглянула на маму и выдохнула, - у меня теперь Гордан Ледяной тоже преподает. Вместе с Водяницким. Верховная не говорила?

Мама побелела, поджала губы и вся будто сжалась. Прикрыла на секунду глаза, распахнула их и покачала головой.

- И на балу он был. И рассказал о своей метке, - продолжила я. Лицо мамы окаменело.

- Это что же, получается, я тебя в его руки и привела, - горько усмехнулась матушка, - видно, от судьбы не убежишь, - она грустно оглядела меня. - Ну что ты, дочка смотришь так подозрительно на меня. Небось и про свою метку уже догадалась, да? - я кивнула. - Не злись, Маришка, - она погладила мою руку, лежащую на ее предплечье, - не со зла я смолчала. Думала, время тебе дам, чтобы ты окрепла, выучилась и сама все для себя решила. А сейчас, - она пожала плечами, - метка ж, кому дар, а кому проклятие. Драконье наследие, - она покачала головой, - считай, что выбора и не будет у тебя, дракон, коли решилидти до конца сумеет тебя заполучить. А ежели ты того желаешь, то и я больше препятствовать не буду. Тем более, что и не смогу.

- Ох, матушка, - теперь настала моя очередь горько усмехаться, - ежели все так просто было бы. Там у нас еще и саэн заявился. Так с ним все еще сложнее, чем с Горданом.

- Это почему же?

- А потому что и на него метка реагирует. И он по мою душу тоже свои интересы имеет, - призналась я, а матушка совсем нос повесила. - Да ладно, ма, забудь, разберусь. А будут сильно досаждать, я их отважу. Травкой какой. Или магией драконьей. Такого они от меня точно не ожидают. Вожжей под их драконий хвост! Такого они мне точно не простят. И вся любовь, как помидоры в заморозки - завянет безвозвратно!

Матушка повела меня по городу в харчевню, в которую по ее словам она и сама, когда была ученицей бегала с подружками. Она располагалась совсем недалеко от академии, занимала два этажа, и явно хозяева не бедствовали. Над входом чуть поскрипывала вывеска с изображением куска мяса и большой кружки, чуть выгоревших на солнце. Надпись над ними гласила “Мясная бездна”. На втором этаже была летняя терраса, а на первом в огромных окнах виднелись добротные столы с простыми лавками. Мы вошли внутрь, тихо тренькнул колокольчик на двери, и тут же в нос ударил запах сладкой выпечки, жареного мяса и специй. Живот тут же скрутило от голода.

Мы устроились за одним из столиков у окна. Место оказалось на диво уютным и спокойным. На окнах по бокам были собраны кипельно-белые занавески с васильковой вышивкой, на столах такие же скатерти. Заняты были еще всего два столика. Стоило нам только сесть, как к нам тут же подбежала юная рыженькая девчонка в белом фартуке и темном платье. Она задорно улыбалась и едва поздоровавшись, протораторила то, чем нас готовы были накормить в “ Бездне”.

Сделав заказ, мы снова оказались одни с мамой. Мама с любопытством и теплотой оглядывалась.

- А тут ведь ничего и не изменилось, - с теплом проговорила она, - разве что в настенных бра теперь заколдованные сферы, а не чадащие свечи. Скатерти, - она провела руками по ткани, - новые, но даже вышивка такая же, что и двадцать лет назад. Мы здесь частенько собирались у Вавилыча.

- А Вавилыч - это мой дедушка, он тут до сих пор и заправляет с бабулей, - прошмыгнув мимо, проговорила девчушка. - Сейчас вам ваш морс донесу, - крикнула она, грохнула тарелки с жареными яйцами на столик на другом конце зала и сбежала на кухню.

- Так что там с этим са…

- Ой! - я дернулась и перебила маму. Повела плечом, которое сильно кольнуло. А потом вздрогнула, когда слуха коснулся мягкий перезвон дверного колокольчика. Взгляд метнулся ко входу. - А вот и этот саэн, - едва слышно выдохнула, думая лишь о том, что будет, если я здесь и сейчас сползу под стол, лишь бы он не заметил. Но он остановился у входа, обвел зал взглядом, словно специально искал меня, а когда увидел, едва заметно улыбнулся. И пошел к нам. - Сейчас и познакомишься, - удрученно проговорила я, зная мамину нелюбовь к драконам. Вот. Выходной едва ли начался, а будет сейчас же испорчен.

- Солнечного утра и прекрасного дня, - обезоруживающе улыбнулся саэн, глядя на мою матушку. И не давая опомниться, сел по правую руку от меня и продолжил, - удивительно прекрасное утро, девушки. И если вы не будете против, то я с удовольствием начну этот день в столь приятной компании.

- А чего это вы сияете, как начищенный самовар? - от удивления и шока я даже забыла, что он мой преподаватель. - Вы хорошо себя чувствуете, саэн?

- Маришка, - он чуть прищурился, - за пределами академии, я просто Ветер. И было бы здорово, если бы ты представила меня своей матери.

-Саэн Ветер, - глядя ему в глаза, недружелюбным тоном проговорила, - наш хмурый преподаватель, который считает, что нет такой любви, которая привела бы женщину за своим возлюбленным даже на край света. Но ему не повезло, и волею судьбы его драконья сущность решила, что я вполне могла бы сойти ему за спутницу жизни. А это моя матушка Велеса. Она волею судеб не сказать, что обрадовалась бы дракону в зятьях.

- И отчего же вы, Ветер, решили, что вам не повезло? - матушка тут же напряглась и внимательно осмотрела, одетого, как и всегда во все черное, саэна.

- Это не я решил. Такие выводы сделала ваша дочь, госпожа Велеса. Я пока еще не определился в своем отношении, но и не вижу смысла отбрыкиваться от знакомства с вашей дочерью. Тем более, она весьма интересная девушка. А чем же вам драконы так не угодили? - он вскинул брови и махнул рукой юной подавальщице, подзывая ее.

А моя метка вновь полыхнула огнем. И я едва не взвыла от понимания того, что сейчас произойдет. Послышался характерный “дзинь”. В харчевню вошел Гордан с Арриссабель. Едва я встретилась с ним взглядом, поняла, что он тут оказался тоже не случайно. А когда он увидел сидящего рядом со мной саэна, а потом и мою матушку, я была готова провалиться сквозь землю. Тем более, что его ничто не остановило. Он с упертостью барана, широко улыбаясь, шел к нам. И вел с собой Аррисабель, на лице которой, как и всегда, стыла маска безразличия и холода.

- Какое чудесное утро, - улыбнулся Гордан, усаживая рядом с матушкой сестру, а сам перешагнул лавочку и сел по левую руку от меня. - Госпожа Велеса, какая встреча. Надеюсь, она не будет столь же незабываемой, как и прошлая? Я признаться, осознал свою неправоту, хочу принести вам свои искренние извинения. Был после ранения, немного поспешил и перегнул. Обещаю исправиться, но от сути разговора не отказываюсь. А это моя сестра, Аррисабель. Бель, эта прелестная хрупкая женщина с непоколебимым характером мама моей избранницы.

Я уткнулась лицом в ладони, уже даже не пытаясь что-то сказать. Хотелось провалиться сквозь землю.

- Я рада, что наше знакомство оказалось для тебя незабываемым, Гордан, - хмыкнула мама, не сдержав язвительных ноток. - И не страшишься, что и все наши встречи будут такими же?

- Очень рассчитываю, что вы смените гнев на милость.

- В самую первую встречу прогневил такую милую женщину? - хмыкнул саэн.

Я подняла голову. Гордан в этот момент повернул голову в сторону Ветра и будто бы только что его увидел, внимательно посмотрел и таким же приветливым тоном проговорил, старательно улыбаясь:

- А вы уже познакомились с нашим шустрым преподавателем, прибывшим временно с темных границ? Прекрасно. Надеюсь, его не станут долго удерживать в академии вдали от любимой работы. Тем более, что не совсем понятно, для чего его вызвали.

- Самому было бы интересно узнать. Но я не тороплюсь, со временем, думаю, пойму, - тут же ответил саэн, и драконы оба уставились на меня.

- Что-то мне совсем не хочется есть, - тихо проговорила я, поднимаясь со скамьи. Матушка поняла меня без слов. Сжала губы в тонкую полоску и тоже поднялась. Тут же отреагировала Аррисабель, чем немало меня удивила:

- Я, конечно, слышала, что от любви глупеют, но не думала, что это коснется и тебя, Гордан, - ее ровный холодный голос резал напряженную тишину. - А вы саэн, хотелось мне думать, что давно повзрослели и обладаете особой сдержанностью и здравомыслием. Но и тут меня постигло разочарование. Я бы попросила остаться вас, - она взяла за руку матушку и потянула назад, заставляя сесть, - Мари, присядь. Пусть мужчины портят друг другу аппетит за другим столом.

- Ты права, сестра, - поморщился Гордан и поднялся. Опустил на мое плечо свою крупную ладонь, - прости, Маришка, - голос его звучал тише и спокойнее, - веду себя, как неразумный мальчишка. Вы не должны уходить. Госпожа Весенняя, - он тут же переключился на мою маму, когда я вновь заняла свое место, - прошу не судить обо мне по этой неприятной ситуации. Я не скажу, что испугался соперничества с саэном, но его виды на вашу дочь явно выбили меня из колеи. Я бы хотел пригласить вас с Маришкой на прогулку в следующие выходные.

Мама взглянула на меня. Я молчала. Сейчас хотелось, чтобы эти два петуха ушли и не устраивали больше выступлений, меряясь в злословии.

- Если моя дочь того пожелает, - наконец, выдохнула матушка так и не дождавшись моего ответа.

Гордан кивнул и судя по тому, как шумно вдохнул, собирался сказать еще что-то, но его вновь опередила Бель.

- Думаю, сейчас не лучшее время, - коротко, но весомо уронила она, - вас, саэн, это тоже касается. Испорченное вашими стараниями утро, вряд ли располагает к принятию приглашений на свидания. Оставьте нас.

Я кисло улыбнулась Бель. Совсем не ожидала от нее поддержки. И когда саэн и Гордан переместились в разные концы зала подальше от нас, все же поблагодарила сестру Гордана.

- Спасибо! - когда перед нами тремя поставили тарелки с ароматным завтраком. - Я была готова сбежать, - уголки губ кривились в горькой улыбке. - Не думала, что эти метки будут доставлять столько проблем.

- Не спеши с выводами, - бросила на меня спокойный взгляд сестра Гордана, - ситуация непростая. Мужчины хотят избавиться от соперника любым способом. А самый простой - выставить второго в нелучшем свете. Самый простой, но и самый глупый. Пытаясь очернить друг друга, только себя идиотами выставили, - на губах Бель мелькнула и пропала слабая насмешливая улыбка.

- Вы мне определенно нравитесь гораздо больше вашего брата, - усмехнулась мама и обратилась ко мне, - не принимай все близко к сердцу, милая. Пока они меж собой решают, у кого яйца круче, тебя охомутает кто-то третий, кто на эту шелуху время не тратит!

- Матушка! - воскликнула я, возмущенная мамиными изречениями.

- Я уж больше двадцати лет, как твоя матушка, - улыбнулась она хитро, - и больше твоего повидала.

- Я буду честной, и сразу предупрежу, что передам ваши рассуждения брату, - без всяких ужимок проговорила Аррисабель, - есть в них мудрость, какую брат может и упустить. Пусть подумает, что для него важнее. Завоевать свою судьбу или опередить соперника.

- Вы дружите с Маришкой? - мамин взгляд стал острым и внимательным, а тон деловым.

- Нет, - качнула Бель головой, - я немного присматриваю за ней по просьбе брата. Уважаю его выбор и помогу, если ему будет нужна моя помощь.

- И брату поможешь счастье обрести и саэна отвадишь?! - не то спросила, не то просто обозначила матушка.

Аррисабель улыбнулась и ничего не ответила.

- Вот, Маришка, тебе поучиться надо расчетливости и циничности у девушки. И ближнему своему счастья желает, и своего не упустит. Молодец ведьма! А ты у меня, что книга в библиотеке, всем свою душу открываешь. А потом вот так переживаешь, что к тебе не аккуратно отнеслись. Ладно, девочки, - матушка хлопнула ладонью по столу, - ешьте, и пойдем на рынок. С вашими расширенными занятиями, вам нужно присмотреть сменную форму. Вы с нами, Аррисабель?

- С удовольствием, госпожа Весенняя. Но тогда и мой брат будет вынужден идти с нами.

- Разве есть лучшее наказание для дракона, чем сопровождать трех ведьм в походе за покупками? - расплылась матушка в широкой улыбке. И как ни странно мы ее настроение разделяли. Переглянулись и принялись за еду. Нас ждал целый выходной.

**************

Солнце висело высоко над головой. Ярко-голубое небо в белых разводах перистых облаков. Шум листьев, в котором теплый ветерок прятал свой шепот. И нарастающий гомон голосов просыпающегося города.

Я, мама и Бель медленно шли по нешироким улочкам. Матушка расспрашивала Аррисабель о буднях в академии, о драконах с соседнего факультета, ну и конечно же, о ее брате, чем едва ли не довела меня до белого каления.

- Думаешь, Гордан станет хорошей парой для моей Маришки?

- Мама! - мой возмущенный возглас никто будто и не заметил.

Бель коротко снисходительно улыбнулась.

- Думаю, мой брат стал бы хорошей парой для любой девушки. Но выбрал вашу дочь. Значит, пока она открыто ему не откажет, он будет бороться. Думаю, что вы заметили, что он готов последовать за ней куда угодно.

- Это ваша семейная черта, - я буркнула себе под нос, но сестра Гордана услышала.

- Да, - спокойно кивнула, бросив на меня острый взгляд, - нас так воспитали. За свое счастье надо бороться, пока есть надежда. И еще немного, когда ее уже нет.

- Тогда расскажи, чем твой брат так хорош? И чего стоит опасаться? - серьезно спросила матушка.

- Вы же не думаете, что я стану очернять своего брата? - вскинула брови Бель.

- Конечно же нет, - звонко рассмеялась мама, - я надеюсь, что ты поделишься какими-то мелочами, о которых мы узнаем и они не станут потом неприятным сюрпризом. Чтобы быть готовыми и не разочаровываться пуще прежнего, - мама обернулась и взглянула на Гордана, который следовал за нами в нескольких метрах позади.

- Мой брат порывист, - пожала плечами Бель. - Отец иногда подшучивал, что вся сдержанность нашей семьи досталась мне, и я не желаю делиться, - вновь на губах сестры Гордана мелькнула улыбка и растаяла, как первый снег по осени. - А вот Гордан может сотворить что-то, а потом пожалеть. По мелочи. Потом долго мучается чувством вины и делает все, чтобы исправить свою оплошность. Гордан верный, честный и преданный. Думаю, немаловажно еще и то, что наша мама тоже ведьма. И растили нас в уважении и к ведьмам, и к драконам. И потому, Гордан знает о всех нюансах. Я могу поручиться за него, что он не сделает ничего дурного Маришке. Ничего непоправимого. Будет беречь. И присматривать за ней. Вы не против, если мы заглянем в эту чудесную лавку?

Мы как раз свернули на рыночную площадь. И Бель потянула нас, как выяснилось позже, в лавку, в которой продавали исподнее. Сорочки, странного вида белье, ночные рубашки… И все такое необычное, а иногда и вовсе бесстыдное настолько, что я не знала, куда спрятать глаза. И отчаянно завидовала Гордану, который даже входить не стал, лишь крикнул, что он в оружейку по-соседству.

Бель что-то выбирала. Матушка с интересом рассматривала, а я считала секунды. И когда мы, наконец, выходили, выдохнула, но как оказалось, рано расслабилась.

Перед нами словно из ниоткуда выросла мужская фигура. Молодой парень широко и светло улыбался, глядя на Аррисабель. А вот ее лицо будто окаменело. Взгляд стал пустым и холодным.

- Милые дамы, какая встреча, - радостно воскликнул он. Радости его никто не разделял. Даже мама почему-то замерла. И кажется, побледнела. Я начала беспокоиться.

- Чего тебе? - голос Бель звучал приглушенно, словно она с трудом выдавливала слова из себя. И я увидела, как она смотрит на лавку оружейника. Видимо, надеялась, что Гордан вот-вот появится.

- Рисса, ну почему ты такая неласковая всегда? - голос парня журчал, но отчего-то слова его оставляли после себя неприятное липкое чувство.

- Оставь меня в покое, Гершальд, - холодно проговорила Бель, а у меня внутри будто что-то оборвалось, я взглянула на матушку, она смотрела куда-то сквозь парня. - И не приближайся, если не хочешь проблем. Гордан в городе. Если не хочешь с ним встретиться, проваливай.

- А я может и ни к тебе подошел. Познакомишь с подружкой? - парень улыбнулся, глядя на меня.

А у меня огонь по венам ринулся. Я прикрыла глаза, и поняла, что не могу себя контролировать. Все внутри бунтует. Подошла ближе и заглянула в зеленые глаза парня.

- Уходи, - выдохнула, чувствуя, как воздух нагрелся вокруг меня и задрожал, - уходи по добру, по здорову. И никогда-никогда больше не приближайся ни ко мне, ни к Аррисабель. Иначе, - горло сдавил спазм, перед мысленным взором плыли картинки из рассказа матушки о том, как она сил лишилась, - иначе я за себя не ручаюсь, - прохрипела я, чувствуя запах опаленной ткани. По коже побежали всполохи огня.

Парень в ужасе шарахнулся от меня, как от прокаженной. А потом бросился прочь.

Меня накрыло волной прохладного влажного воздуха. Стало легче дышать. И только через несколько секунд, немного остыв, я поняла, что это Бель помогла мне прийти в себя.

- Что с твоими глазами? - нахмурилась она. - Что это вообще было? Нет, я конечно благодарна за заступничество. Но что с тобой не так? Я должна знать!

- Не здесь и не сейчас, - отрезала матушка. - Твой брат вот-вот явится. А прежде, расскажи, кто это был и что ему было нужно?