Глава 36. Если вы идете сквозь ад, идите не останавливаясь

Юджин

Внезапно к упавшему телу метнулась рыжеволосая женская фигура. Подхватила лежащий в траве ларец и кинулась прочь. Мгновение, и скрылась в зарослях густого кустарника, унося с собой драгоценную ношу…

- Не уйдешь, мерзавка! – рявкнул Феофан и дикими скачками помчался за ней вслед.

Аделина дернулась было за ним, но я остановил ее. Поймал за тонкую талию, развернул лицом к себе и, обняв ладонью затылок, прижался к ее губам.

Святое Небо, я знал, что будет вкусно, но не знал, что так…

Аделина была сладкой. Не приторной конфетой, но душистой малиной, неспешно тающей на губах в знойный июльский полдень. Ее близость утянула в головокружительный водоворот, где на бесконечный миг реальность перестала существовать. Где осталась только пленительная нега ее неуверенного отклика и нежно-пряное, одно на двоих дыхание…

Мои руки сжимали тонкую талию, гладили хрупкие лопатки и шелковую кожу на изящной шее, и я не мог, не желал оторваться от ее трепещущих под моими касаниями губ...

- Ушла гадина! Юджин, Аделинка, вы чего это целуетесь, когда мир в опасности?! – раздался возмущенный вопль под ногами. Аделина вздрогнула, распахнула затуманенные истомой глаза и неожиданно отшатнулась от меня. Вскричала:

- Что вы себе позволяете, ваше высочество! У нас фиктивный брак и он аннулируется! Я выплачу вам оставшуюся часть вознаграждения и прощайте! – повернулась и пошла прочь, закрыв лицо ладонями.

- Э… э, Аделинка! Ты чего, я же просто за мир волнуюсь, а так-то целуйтесь сколько хотите! – Феофан, похоже, не меньше меня опешил от реакции своей хозяйки.

Не обращая внимания на фамильяра и мои попытки остановить ее, Аделина по-разбойничьи свистнула, призывая метлу. Вскочила на мгновенно примчавшуюся Луизу, бросила на меня мрачный взгляд, и фыр-р, умчалась, только ее и видели!

- Ну вы даете, голубки! Леший в ваших отношениях не разберется, – покачал головой кот и тяжело вздохнул. – Ладно, принц, я с Аделькой пошел. И не волнуйся за свою милую, поди к маменьке своей полетела, плакать у нее на плече будет и про тебя, негодяя и обманщика, рассказывать.

Мгновение, и кот растаял в воздухе, только несколько рыжих шерстинок, плавно покачиваясь, опустились на траву.

- Трэвис! – позвал я брата, выйдя за границу зачарованного лесочка. Посадил ему на плечо  взъерошенного, слегка обгорелого и помятого, но все равно бодрого Панкратия. Предупредил. – Отвечаешь за паука головой!

Вернулся в лесок, где по-прежнему без сознания лежал Харт Шагарский. Погрузил его в стазис: пусть полежит, подождет пока я разберусь со своими делами.

Вышел из-под деревьев, сменил ипостась и, прикрывшись щитом невидимости, полетел следом за своей ведьмочкой.

Всю дорогу, глядя в ее напряженно выпрямленную спину гадал, что я сделал не так? Громоздил в своей поплывшей от любви голове различные версии, и ни одна не казалась мне серьезной. 

Только когда Аделина приземлилась во дворе замка отчима и со слезами кинулась в объятия выскочившей навстречу красивой, совсем не похожей на нее женщине, я, кажется, начал кое-что понимать…

До поздних сумерек я нарезал круги над замком. Лишь убедившись, что Аделина решила остаться у матери, полетел обратно: разбираться с кузеном и заговором против моего отца, который он плел много месяцев.

Аделина

Нежная мамина рука обняла меня, погладила по голове. Я, совсем как в детстве, прижалась к ее мягкому плечу и зашмыгала носом. Мы сидели на широкой тахте со множеством разноцветных подушек в моей спальне, обнимались и разговаривали.

- Ну, ну, моя девочка. Что такое произошло, что заставляет тебя лить слезки? – произнесла мама ласково.

- Мам, расскажи мне об отце, — попросила я вместо ответа. – Какой он был? Как ты поняла, что влюбилась в него?

- Дэррил?  - мама ненадолго задумалась. - Он был… непохож ни на кого другого. Я влюбилась в него с первого взгляда и как-то сразу поняла это. Да в него и невозможно было не влюбиться, таким он был особенным… Гордым, отчаянно смелым, даже безрассудным. Умным, щедрым и очень красивым, хоть и рыжим. Ты так похожа на него, дочка.

- Почему ты не вышла за него замуж?

Мама печально ответила:

- Твой отец был как ветер, такой же своевольный, порывистый, непредсказуемый. А я серьезная женщина с двумя детьми. Он не мог долго оставаться на одном месте, а мне была нужна стабильность.  Как-то сразу стало понятно, что мы не сможем жить вместе как добропорядочные супруги. Но мы остались друзьями, и, когда ты родилась, Даррил был счастлив. Он погиб, когда тебе было три года...

- Я совсем его не помню..., — призналась я.

Мама грустно улыбалась, глядя куда-то вдаль. Наверное, туда, где она была с ним, с моим отцом, неуловимым, как ветер...

- Когда тебе исполнилось семь и проснулся дар рода Печерских, приехала твоя прабабушка, бабка твоего отца, и забрала тебя к себе. Мы решили, что тебе лучше жить с ней. Она была великой ведьмачкой, намного мощнее, чем я. И она знала, как помочь тебе совладать с родовой силой, -  мама с любовью посмотрела на меня. - Мне было невыносимо тяжело расставаться с тобой, но я понимала, что так будет лучше для тебя. 

- Мне было хорошо у бабули Вальды, — улыбнулась я в ответ. — Хотя я тоже ужасно скучала по тебе и Агнешке с Терезой. 

- Но, когда она умерла, ты не ко мне приехала жить, а отправилась путешествовать, — проворчала мамуля, но не сердито.

- У тебя появился господин Драгоранский, тебе не до меня было, - пошутила я.

— Вот еще! – фыркнула мама. - Никакой мужчина не заменит женщине детей.

- На самом деле мне хотелось повидать мир. А потом Аристарх выбрал меня в следующие Хранители, и я поехала к деду с бабулей в разбитый Котел принимать у них дела. Они оба уже сильно болели, хотя не показывали этого никому…

- Да, они славные старики были. Жаль, что так рано умерли, - вздохнула мама.

- Как в сказке, жили счастливо и умерли в один день. Они очень любили друг друга, и, когда бабули не стало, дед… тоже ушел за ней, не смог один оставаться, - грустно улыбнулась я.

- Настоящая любовь, - мама ласково провела рукой по моим волосам. – И, кстати, цветом волос вы с отцом пошли в его отца, Пруша Печерского – я помню его огненную гриву до того, как ее окрасила седина.

- Сегодня мне сказали, что у меня мерзкий рыжий цвет волос, — вздохнула я, вспомнив, как стояла перед единокровной сестрой и видела в ее глазах свой приговор.

- Но ведь ему нравятся твои волосы, — мягко произнесла мама.

- Кому? – вспыхнула я.

- Мужчине, из-за которого ты плачешь, моя малышка. Ты любишь его?

- Ма-а-ама! – я всхлипнула. - Я не знаю, что чувствую… Но я точно никогда раньше не испытывала такого к мужчине…

- Так, может, это она и есть - прекрасная любовь? – мама нежно улыбнулась и провела ладонью по моей щеке,вытирая слезы. – Расскажи мне о нем. Как его зовут?

- Юджин… Юджинальд Морави Арельский.

- Морави… Старший принц правящей семьи. Это его браслет на твоей руке?

- Его. Мы поженились, но фиктивно - мне нужен был муж для продления лицензии. И я не знала, кто он. Думала, просто какой-то дракон, появившийся по объявлению о работе… А он… Он вынюхивал, следил за мной, все мои охранные заклинания в доме на свои поменял, Луизу в себя влюбил, Феофану голову заморочил - так ловко хорошим прикидывался. Даже Панкратия очаровал! Только ему нужно было узнать, что за тайну я храню, а сама я ему вообще не нужна. И непонятно, зачем он меня целовал сегодня! – всхлипнула я.

- Целовал? – мама чуть заметно улыбнулась. – И как, тебе было приятно?

- Приятно, — удрученно призналась я. – Очень. А потом я вспомнила, что он за ларцом с желудями Призрачного Дуба охотился, оттолкнула его и к тебе полетела. Наверное, мне нужно бежать куда-нибудь подальше, пока меня не арестовали, как думаешь?

Мама негромко рассмеялась, обняла мое заплаканное лицо ладонями, потянула его вверх и заглянула в глаза.

- Милая моя девочка, уверена, если бы твой Юджин собирался тебя арестовать, ты бы уже сидела в магических кандалах в каменном мешке и под ногами у тебя бегали крысы.

- Тогда зачем он в мой дом явился, если не охотился за мной и моей тайной? Он очень умный, мама. Осторожный, хитрый, настоящий дракон, настоящий Морави. 

Сегодня я поняла, что Юджин занимался расследованием какого-то заговора, который устроил его кузен Харт Морави Шагарский. Я просто один из элементов этого заговора, вернее, ларец в моем подвале. Оказывается, Шагарский знал о нем и охотился за ним с помощью моей единокровной сестры Ангелины. 

- С чего все это началось? Давай по порядку, — попросила мама. 

Я еще повздыхала, повсхлипывала, оплакивая свое несчастное сердечко, и приступила к рассказу. Обо всем рассказала, от той самой грозы в четверг, когда я читала письмо из Управы и думала про фиктивного мужа, и до сегодняшней встречи с Ангелиной. Описала ее побег с ларцом. Про наш поцелуй с Юджином не забыла… Объяснила, как вышло, что с кикиморами его познакомила и Аристарха ему показала, не догадываясь, кто этот дракон на самом деле.

- Я думаю, принц специально поселился в моем доме, чтобы караулить подвал и поджидать, когда его кузен Шагарский придет за ларцом с семенами. Теперь, когда заговор раскрыт, меня тоже арестуют, наверное, за сокрытие семян и за то, что про Аристарха не доложила куда следует… А что касается поцелуя, то… Мама, я для него просто провинциальная дурочка, с которой можно позаигрывать на досуге. Приятное дополнение к скучной слежке за заговорщиками, — завершила я свою печальную историю.

Мама немного помолчала, давая мне успокоиться. Потом нежно улыбнулась и сказала:

- Дорогая, что случилось, то случилось. Главное, помни, что никто не позволит тебя арестовать, мой муж этого не допустит! Сейчас ложись-ка в постель – уже поздно, а у тебя был тяжелый день. Выспишься и, возможно, утром посмотришь на это дело немножко другими глазами.

Ах, мамочка, мудрая, все понимающая ведьма, как ты оказалась права! Утром я посмотрела на все произошедшее совсем другими глазами, потому что… Потому что утром в моей постели обнаружился сонный, наглый и опять совершенно голый голубоглазый дракон!