Глава 12

Деба выводит меня из столовой, проводя по коридорам в какой-то зал, где раньше я еще не была. Затем весь наш путь оказывается зря проделанным, потому что всю церемонию перенесли на улицу из-за хорошей погоды.

Я еле перебираю ноги, разглядывая напольную плитку. В полной уверенности, что ничего интересного сейчас происходить не будет, мысленно пытаюсь доспать. И, конечно же, я врезаюсь во что-то твердое. А разве мог быть другой исход?

Поднимаю глаза, чтобы увидеть препятствие и обойти его, но вижу перед собой лишь Инира. Он слишком сурово смотрит на меня, стоя посреди коридора. Другим студентам приходится обходить нас. Инир смотрит на меня. Молчит. Я тоже не нарушаю молчание, повисшее в воздухе.

— Ну, догонишь, — быстро убегает Деба из нашей шумной компании.

— Мы можем поговорить? — Серьезно спрашивает Инир, продолжая взглядом протыкать меня.

— Прямо здесь и сейчас? — Развожу я руками и оглядываюсь по сторонам. Слишком много живых тел вокруг. А Инир явно что-то задумал. Хитринку в глазах не спрятать ни под какими стальными эмоциями.

— Да. Прямо здесь. И прямо сейчас.

Я хмурюсь, еще раз оглядываюсь. Видимо, Инира ничего не смущает. А еще я замечаю Дебу, застывшую на месте и упершуюся о стену, с любопытством наблюдающую за нами.

— Слушаю, — выдыхаю я с каждым звуком.

— Мне не дает это покоя. Понимаешь?

— Бо-о-оже-е-е мо-о-ой. Ну ты опя-я-ять? — Протягиваю я, всё ещё надеясь, если не избежать разговора, то хотя бы перенести его в менее людное место. — Давай хотя бы ни при такой толпе народа это обсудим.

— Обсудим что? То, что ты опять всё перекрутишь в свою пользу, а я замолчу, лишь бы тебя опять не разочаровать своими словами? Нет. Ты пойми, я не хочу с тобой дружить. Обнять, поцеловать, любоваться твоей улыбкой, держать за руку — всё, что угодно, но не дружить.

— Инир… Ещё раз повторю. Дай мне время, пожалуйста. Я даже недели здесь не пробыла, а ты уже такие вещи мне настойчиво предлагаешь.

— Нам так хорошо вместе. Мы понимаем друг друга. Вместе нам приятно даже молчать, разглядывая всё то незначительное, что происходит вокруг.

— Вот поэтому я и прошу дать мне время. — Закатываю я глаза, повторяя в сотый раз одно и то же, но чувство, что я долблюсь головой о стену, которая не может меня услышать. И иронично, что Инир сейчас именно о взаимопонимании каком-то внеземном говорит.

— Но разве ты что-то теряешь?

— Я могу потерять друга! — Повышаю я голос, чем привлекаю внимание окружающих.

— Заладила всё. Друга, друга… — Ворчит он. Но даже это у него получается слишком мило. Вот не умеет Инир злиться. Только улыбаться хочется, глядя, как он делает вид, что ругается.

— Знаешь, я должен понимать, что сделал всё, от меня зависящее, поэтому не обижайся.

Инир говорит это и продолжает смотреть на меня. Логического завершения его слов не следует. Я тоже смотрю на него, ожидая, что он пояснит сказанное. Но вместо этого он обхватывает меня за талию и целует прямо в губы. Я, слишком удивленная происходящим и никак не ожидающая такого, даже не сопротивляюсь, покорно впуская его в свой рот. Стоит признать, я испытываю довольно приятные чувства. Жар разливается по телу, а руки начинают неметь от некоего удовольствия. Всё быстро заканчивается, или это мне так кажется. Но Инир отстраняется, всё так же смотря мне в глаза.

— Перешел к решительным действиям? — Дабы не показать эмоций, ухожу я в нейтралитет. Хотя сердце так бешено колотится, что вот-вот выпрыгнет из груди.

— Ага.

— Ждёшь теперь чего-то от меня? Какого-то решения? Ответа?

— Я спрошу попозже, — хаотично кивает он головой, улыбается и даже смущается немного.

Я вновь оглядываюсь по сторонам, потому что тишина вокруг, которой не было до этого, начинает давить. Все присутствующие студенты ошеломленно пялятся на нас. Инира это никак не смущает. Впрочем, да и меня тоже. Но любое представление рано или поздно заканчивается.

— Чего вылупились? — Кричу я на весь коридор. — Дел своих нет? А ну пошли отсюда! — Слишком грубо разгоняю я заинтересованную толпу, желая этот момент оставить более личным, чем публичным достоянием общества.

На некоторых это срабатывает. Кто-то прячет головы вниз и быстро покидает место действия. Но большинство продолжает стоят и смотреть. Вот бесстыдники! Наверно, ещё щелки в свободное время ищут, чтобы заглянуть и узнать, а что там у соседа творится.

— Сейчас вроде как что-то официальное намечается? — Перевожу я же фокус внимания на Инира.

— Предлагаешь, пойти туда?

«Нет, блин. Теперь точно только в кровать!» Это он от меня хочет услышать?

— Да, надо бы, — спокойным ровным голосом отвечаю я.

Первым делом я подхожу к Дебе, чуть ли расталкивая людей вокруг. Она ошеломленно смотрит на меня.

— Мы торопились? — Пытаюсь я вывести девушку из ступора, на что она часто кивает и, наконец, сдвигается с места.

Всей нашей компанией из трех человек мы выходим н улицу и примыкаем к общей толпе студентов. Все с нетерпением ждут этого решающего момента, узнают, кто будет у каждого куратором. А я здесь больше «по приколу». Мне это все неинтересно. Что тут не умею ни с магией, ни с оружием обращаться, что на практике всё будет по-прежнему. По факту ничего не изменится. Но для галочки сие мероприятие посетить нужно.

Ректор начинает свою пламенную речь, расплываясь в комплиментах прибывшим гостям, которые войдут в группу кураторов наравне со штатными преподавателями. Имена гостей я пропускаю мимо ушей — всё равно не запомню эти странные, витиеватые полные имена, так что и стараться нет смысла.

Первой в центре внимания оказывается милая девушка, одетая в летящее платье голубого цвета. Вроде как первоклассная целительница. Ну, может и похожа. Считайте, верю. Затем ректор представляет мужчину сильно средних лет, но выглядящего очень достойно для своего возраста. Серебряные волосы рассыпаются по его плечам, а из ножен торчит меч. Моя догадка, что он представляет «клан» бойцов рушится, когда его нахваливают, как специалиста по охранным амулетам любой сложности и непревзойдённой защиты. После него выходит женщина той же сферы деятельности, но базирующаяся именно на заклинаниях. Обычная, невзрачная, если вообще такое о женщинах можно говорить. Но я в ней, правда, не нахожу ничего особенного. Это та самая тётя, с которой ты здороваешься у подъезда или придерживаешь дверь лифта, зная, что ей на третий этаж. И замыкает представление мужчина, которому совсем непонятно, сколько лет. Вроде выглядит молодо, а, с другой стороны, как будто можно сказать, что он полжизни уже прожил. Он, конечно, выглядит эффектно. Темные волосы чуть выше плеч, харизматичная небритость, ярко-зеленые, чуть ли не светящиеся глаза. А еще на нем черный плащ, расстегнутый, длиной до самой травы. Он сразу же привлекает моё внимание, но при этом, несмотря на весь притягательный внешний вид, чувствуется в нём что-то отталкивающее, неприятное, даже мерзкое. И, с одной стороны, хочется раскусить его, узнать всю натуру и разобраться, почему моё мнение сложилось именно так, но, с другой стороны, более склоняющей в свою сторону, вовсе нет желания с ним пересекаться.

Ректор начинает зачитывать огромный список. Оказывается, студентов, которых отправляют на практику, куда меньше, чем на самом деле обучается в Академии. Остальные за время отсутствия преподавателей будут помогать в библиотеке, столовой, расчищать склады, погреба и прочие потаенные углы, в которых скопилось много пыли, грязи и плесени.

И вот я слышу своё имя. За ним следует — Деба осу’Данир, Узара рей’Ар и какой-то еще мальчик, вроде Эрик или Ирис… Ну как-то так…

И каким же шоком для меня оказывается, когда звучит имя нашего куратора и вперед делает шаг именно тот самый неприятный тип! Я проиграла эту лотерею. Перевожу взгляд на Дебу. Она вне себя от счастья от того, что с ней оказались вместе. Она подскакивает на месте, потрясывает, ликующе, руками и лезет ко мне обниматься. Инир же, напротив, слишком расстроен тем, что нас определили порознь.

Дают разрешение разойтись, и Инир тут же хватает меня под локоть, уводя подальше от толпы. Деба удивленно провожает меня взглядом, но на помощь не спешит. Наверное, решила, что у нас с Иниром резко появились личные дела, не требующие отлагательств.

— Эй, ты чего? — Спрашиваю я сразу же, как только мой голос начинает быть слышен сквозь удаляющуюся болтовню студентов.

— Ты поняла, что они сделали? Поняла⁈ — Выпаливая на меня все свои эмоции, отвечает вопросом на вопрос Инир.

— Удивлю. Не поняла. Как и сейчас ничего не понимаю. Что ты имеешь в виду? Кто и что сделал?

— Они в каждую группу сунули по одному боевому магу! Никогда такого не было! Всегда двух или трех студентов брали в каждую группу, а в этому году пошли наперекор всем правилам!

— И что-о-о?

— Как ты будешь справляться? Нет, ты меня извини, но сейчас я точно объективно оцениваю твои возможности.

— Да разберусь как-нибудь. Чего ты завёлся-то? К тому же мой куратор тоже из бойцов. Не пропадём, — нелепо усмехаюсь я, чтобы хоть немного разрядить обстановку, но сама же чувствую, что ничего не выходит, а мои эмоции выглядят крайне несуразно.

— И это тоже мне не нравится! Точнее, твой куратор. Он — ещё та темная лошадка.

— Ты что-то о нём знаешь?

— О-о… — Протягивает Инир и нервно посмеивается. — Все знают. Когда-то давно он учился в этой Академии, затем стал преподавать, но очень быстро бросил всё и уехал. Куда — никто не знает. Вот только о его связи с ведьмой узнали все. Ещё та могущественная сука.

— В каком смысле?

— В самом прямом! Обладала огромной силой и знала об этом. Хотела, чтобы ей все поклонялись. А однажды у неё вообще крыша слетела, и эта ведьма захотела править всем этим миром. Могущества на то у неё хватало. Но настолько лицемерной и циничной женщине никто не хотел поклоняться. Её долго пытались поймать, чтобы заточить в крепость.

— И получилось?

— Разумеется. А потом она сбежала, высмеяв всех причастных, что повелись на её же план, и как бы преподавая урок, сожгла всю Академию. Те здания, которые ты видишь, появились уже потом, все корпуса отстраивали заново.

— И этот куратор помогал той ведьме?

— Не просто помогал, — начинает Инир ходить кругами вокруг меня, — а был для неё всем. Как раз после этого закрыли корпус охотников, а сейчас представили его в качестве боевого мага.

Я слушаю взахлеб, что говорит Инир. Оказывается, он многое знает, а ещё умеет рассказывать, удерживая моё внимание.

— А откуда ты всё это знаешь?

— Так все ж знают, — хмыкает он и разводит руками. — А кто не знает — слышит на первых занятиях по истории мира. Странно, что ты узнаешь впервые обо всём.

— Так меня и на первых занятиях не было.

— Тоже верно.

— Слушай, а сколько лет этому… охотнику? Ты же говоришь, что дело было давно.

— Точно не скажу. Навскидку лет двести.

— Чего? — Челюсть падает вниз от такой неожиданность. — Сколько⁈ Он не выглядит на свой возраст.

— И ещё долго не будет. Это же охотник, —говорит Инир, как само собой разумеющееся.

Ему то всё понятно, и совершенно не удивительна такая продолжительность жизни. А для меня это в новинку! Получается, что сейчас все студенты, включая мою (вроде как) подругу Дебу и Инира — просто дети малые! И порой с ними тяжело приходится. Многие вещи для них странные, а я давно вынесла из них жизненные уроки. Стоит ли надеяться, что с Охотником у меня сложится общение и взаимопонимание? Вряд ли. Но ведь на что-то надеяться надо?…

— Ты чего задумалась? — Подходит Инир ещё ближе, хотя, казалось бы, куда, и нежно дотрагивается до моего подбородка пальцами. Хорошо, что нас никто не видит, а то вновь пришлось бы отбиваться от зрителей. Но, признаться честно, такая навязчивая тактильность меня пугает.

— Всё думаю о возрасте в этом мире. И насколько же ты ещё ребенок, — ухмыляюсь я, запрокидывая голову, чтобы в полной мере видеть глаза Инира.

— Я ребёнок? — удивленно ведёт он бровью и ехидно улыбается в ответ. — А может, я докажу тебе обратное?

— Инир, — слегка разочарованно выстанываю я его имя, делаю шаг назад, высвобождая подбородок и устало смотрю на него. Вот точно ребёнок!

— Давай! Скажи это! — Размахивает руками он.

— Что именно?

— Что я опять что-то сказал не так и всё испортил!

— Вовсе нет. Просто… я говорю, что ты ребёнок, а ты только подтверждаешь это. Вот будто я тебя на понт беру, а ты и рад стараться!

— Куда берёшь?

— Ай, неважно. Знаешь, мне уже пора идти.

— Куда? Сегодня же нет занятий.

— Я ещё не придумала, — честно отвечаю я. — Просто чувствую, что пора. А то этот разговор ни к чему хорошему не приведёт.