Глава 14

С триумфальным видом Бонифаций вернулся на кухню, держа в зубах бархатный мешочек. Туда фамильяр бережно убрал остатки браслета, а после надёжно запечатал магией. Даже Дамиан уважительно присвистнул, глядя на забористые вензеля чар, опутавшие мешочек. Агния расстроенно смотрела, как уже полюбившийся артефакт исчезает вслед за котом, что умчался в своё тайное хранилище. Она осталась наедине с колдуном, и это совершенно не радовало. – Ты понимаешь, что вляпалась по самые уши? – мрачно спросил мужчина, глядя на ведьму. – Да, – тихо буркнула Агния, отводя взгляд. – Значит, не до конца мозг растеряла, – облегчённо кивнул своим словам Дамиан и спросил: – Что за парень тебе сниться? – Странный какой-то, – пожала плечами девушка и задумалась. – Одежда на нём очень странная, как и внешний вид. Словно из древнего мира, в тоге и с длинными волосами, ещё и в золотых украшениях. – Ты говорила, он пытается что-то сказать? – хмуро уточнил Дамиан, потирая подбородок. – Именно, только звука нет, ничего не слышно, и это злит его, – задумчиво подтвердила Агния. – Ладно, я поищу похожие случаи, – со вздохом произнёс мужчина и поднялся. Он бросил полный упрёка взгляд в сторону ведьмы и попросил: – В следующий раз говори сразу, если происходит нечто неизвестное или непонятное. – Хорошо, – поникшим голосом сказала Агния, опустив глаза. Мужчина вышел из кухни, скрывшись в глубине квартиры. Ведьма ещё долго сидела, тупо уставившись в стену пустым взглядом. Она устала, но не могла позволить себе передышку. Машинально девушка потирала пустое запястье, на котором вновь не хватало украшения. Сначала браслет тётушки Белогоры, теперь подарок Бонифация. У всех браслетов были свои тайны, загадки, которые открывались лишь после пропажи артефакта. Так что же принесёт за собой исчезновение золотого сплетения цепочек? Покажет время, – со вздохом подумала Агния. Едва ведьма собралась спать, как появился пушистый фамильяр. Боня лёг рядом на кровать, подставляя живот под ласковые руки Агнии, и тихо заурчал. Его утробный голос плавно погружал в сон, убаюкивая и успокаивая. В эту ночь никто не беспокоил Агнию, она смогла выспаться, отпустив на время тревоги. Утром начались трудовые будни. Дамиан отвёз сонную ведьму на работу, а сам поехал заниматься независимым расследованием. Девушка облегчённо вздохнула и засела за привычную монотонную рутину, что позволила незаметно скоротать день. Привычные действия, почти машинальные, разгружали голову от ненужных мыслей. Только вот запястье продолжало чесаться, словно ненормальное. Казалось, что-то втёр в кожу крапиву, и теперь она беспощадно терзала нежную кожу. Чего только не испробовала Агния, только бы унять зуд. Ничего не помогало, и это вгоняло девушку в отчаяние. В конце рабочего дня она настолько расчесала запястье, то оно покраснело и покрылось ранками. Выходя из издательства, ведьма вдохнула морозный воздух и поднесла руку к глазам. Поморгала, думая, что ей показалось. Нет, под краснотой явственно проступали чёрные линии. Они охватывали запястье подобно браслету, но пока были едва различимыми в ярко-красном отёке. – Только этого мне не хватало, – пробормотала Агния, потирая кожу. – Что уже случилось? – раздался усталый голос Дамиана со стороны парковки. Мужчина подошёл ближе, плотнее кутаясь в дорогое пальто и поправляя красный шарф. Он выглядел очень уставшим, под глазами виднелись тени, а черты словно стали чётче. Агния вздрогнула и машинально спрятала руку за спину. Однако, вспомнив обещание, данное колдуну, опустила плечи и показала запястье. Дамиан внимательно осмотрел линии, поскрёб пальцем кожу и печально вздохнул. – Как ты только дожила до своих лет? – несколько обречённо пробормотал мужчина, отпуская руку девушки. – Пойдём в машину, на улице холодно. Сев в прогретую машину, оба блаженно вздохнули. Мягко тронувшись с места, они неспешно покатились в сторону дома. Агния смотрела, как за окном медленно кружат снежинки. Созерцание красоты помогало чуть отвлечься от запястья, однако рука так и тянулась почесать зудящую кожу. Дамиан молчал, глядя исключительно на дорогу, его сосредоточенность поражала девушку. Та изредка косилась на колдуна, не решаясь задавать вопросы. Подъезжая к дому, Дамиан глухо закашлял. Ведьма резко обернулась к мужчине и поражённо прикрыла рукой рот. На ладони, которой мужчина прикрывал рот, остались следы крови. – Боги, что с тобой? – выкрикнула Агния, поддаваясь в сторону колдуна. – Пустяк, – отмахнулся Дамиан, сжимая ладонь в кулак. Он устало взглянул на девушку и сказал: – Выходи, мы приехали. – Но… у тебя кровь… – Пробормотала Агния, шокировано, смотря на невозмутимого колдуна. – Пустяки, – с нажимом повторил Дамиан, покидая машину. Уже в квартире, сняв верхнюю одежду под мужской кашель, ведьма схватила руку Дамиана. Она с тревогой посмотрела тому в глаза и сильнее сжала пальцы. Колдун обречённо закатил глаза, вновь заходясь в приступе кашля. На копошение в коридоре вышел сонный Бонифаций, а следом выглянул Бруно. Фамильяр Дамиана, увидев состояние хозяина, всполошился и стрелой подскочил к парочке. Обнюхав мужчину с ног до головы, насколько позволял рост на задних лапах, пёс расчихался. – Р-р-гав! Что за запах? – гавкнул Бруно, обеспокоенно махая хвостом. – И ты туда же? – простонал Дамиан, отпихивая ведьму и пса. Скривившись, мужчина произнёс, потирая лоб: – Призрак попался жутко неразговорчивый, пришлось постараться, даба разговорить, а он напоследок наградил проклятьем. – Что за проклятье? – встревоженно спросила Агния, переводя взгляд на Боню. – Насколько всё серьёзно? – Проклятья разные бывают, – протянул кот, пристально всматриваясь в колдуна. – Устал? Сил нет? – Да, – со вздохом подтвердил мужчина. – И кашель этот, бесы бы его подрали. – Наверное, иссушение на тебя кинули, – задумчиво сказал Бонифаций, подходя к колдуну и трогая того лапой. – Ме-ерзкая штука, но снимается. – Как её снять? – Агния обеспокоено сверлила взглядом фамильяра. – Всё просто – нужно найти останки призрака и провести ритуал, – спокойно ответил кот, садясь на мохнатый зад. – Очень просто… – подавленно пробормотала ведьма, опуская плечи. – Хм, с этим будут проблемы, – пробормотал Дамиан, потирая подбородок. – Почему? Ты ведь знаешь, чем призрак допрашивал? – удивлённо произнесла Агния. – Да, и это была последняя жертва маньяка, – простонал колдун и взлохматил свои рыжие волосы. – Она сопротивлялась, поглощённая ненавистью к колдунам и ведьмам. Мне с трудом удалось изгнать её душу в потусторонний мир после допроса. – Она… Сильно страдала во время ритуала? – поникшим голосом спросила Агния, опуская взгляд на пол. – Её этот урод не пощадил, у меня волосы дыбом встали, от подробностей ритуала, – поморщился мужчина и попросил: – Давайте обсудим всё остальное завтра, я жутко хочу спать. – Да, конечно, – сказала Агния, отступая в сторону и открывая дорогу в спальню. – Доброй ночи.