Глава 16: Не злите ведьм

Чем ближе к Кентерфилу была толпа нежити, тем сильнее был зов, ощущаемый василиском. Во избежание нападений внутри города было принято решение эвакуировать его вместе с горожанами. Кентерфил покидали все, кроме городской и пропускной стражи. Двери вокзала были заблокированы внутри и снаружи.

– Он там. Сейчас я могу сказать это со стопроцентной уверенностью, – кивнул Алдин в сторону надвигающегося безумия.

Городская стена была не такой уж и высокой – всего три с половиной метра, но даже с такой высоты отлично просматривалась серая масса, движущаяся будто стая волков или рой насекомых.

В центре этого роя, отделенный кольцом пустоты, неспешно следовал некромант в черном одеянии. Отсюда было не разглядеть, Гарнас это или кто-то другой, но среди эвакуировавшихся граждан помощника капитана точно не было.

Рваные полы чужого плаща развевались устрашающе.

Напряжение отдавалось в каждой клеточке тела. До хруста сжимала собственную метлу, чувствуя, как Кот тревожно прижимается к моей ноге.

– Артефакт связи, – произнесла я сквозь сжатые зубы. – У вашего помощника есть личный артефакт связи?

– Был, но толку? – прошипел капитан. За последний час он не выругался ни разу, что говорило о не лучшем состоянии мужчины. – Магический фон этих земель сильно нарушен. Мы даже подкрепление запросить не можем.

И действительно, все кристаллы, оповещающие об угрозе, абсолютно все артефакты – все разом вышло из строя около часа назад. Мы не могли связаться с ближайшими населенными пунктами, не могли отправить сигнал бедствия или запросить помощь из столицы. Фактически у нас имелось только два варианта: попробовать отстоять город своими силами или… отступить.

– Через сколько они будут здесь? – спросила я у Алдина. Он стоял с другими офицерами, напряженно вглядываясь в даль.

– У нас есть не больше трех минут. Я пытаюсь взять под контроль хотя бы часть возрожденных, но их слишком много. Мне нужно, чтобы они подошли ближе.

– Сколько ты сможешь взять на себя? – неожиданно одной рукой обнял меня ведьмак со спины.

– Десятую часть. Еще одну часть сможет перебить эта десятая часть. На большее меня не хватит. Слишком, слишком много. Сюда бы десятка два некромантов уровня магистра.

– Они остановились! – выкрикнул Патрик.

Сколько бы Жозеф ни выгонял парня, он уперто стоял на своем и покидать город вместе с родителями отказывался категорически. Ни приказы, ни уговоры, ни угрозы на него не действовали. А ведь я даже проклятием грозилась его наградить!

Впрочем, на меня тоже ничего не действовало. Ведьмак несколько раз заводил бесполезный разговор, на который я отвечала одним словом: нет.

Мертвяки действительно вдруг прекратили свое организованное шествие. Словно волны океана, они расступались перед некромантом, пропуская его вперед и смыкаясь за его спиной.

А некромант шел. Чем меньше становилось расстояние между городской стеной и черным балахоном, тем больше хмурился наш капитан.

До ворот оставалось пятнадцать-двадцать метров, когда он наконец остановился, скидывая глубокий капюшон.

– Гарнас! – выплюнул гном с омерзением, узнавая в некроманте своего помощника.

– Удивлены? – зло усмехнулся парень, а его лицо исказила неприятная гримаса.

Молодого мужчину было не узнать. Всегда скромный, слегка неопрятный, но приятный на вид. Сейчас последнее, что он вызывал, – это жалость.

– Зачем тебе это надо? – не поддался эмоциям господин Апарти.

– Вы мне жизнь сломали, – произнес помощник с особым удовольствием. – Побрезговали свою дочь за меня замуж отдать. Лишили возможности стать офицером, не разрешив пойти учиться. Я всю свою жизнь был грязью под вашими ногтями.

– И это все? Ты хочешь погубить целый город, жителей Кентерфила, потому что тебя обидел злой гном? Гарнас, ты серьезно? Ты ведешь себя как обиженный мальчишка! – высмеивал его капитан, но я видела, что это веселье было напускным.

– Я хочу разрушить все то, что вы любите, и этот город станет первым.

– Он что, серьезно? – ошеломленно спросила я у Жозефа.

Нет, я прекрасно знала, что затаившиеся обиды чаще всего становятся поводом для преступлений, но… Не понимала глубины именно этих обид. Не осознавала масштабов.

Что связывало капитана и помощника? Почему первый не разрешил второму учиться и как вообще он мог ему что-то не разрешить? Что связывало Гарнаса и дочь капитана?

– Он не знает, – убито произнес ведьмак, обращаясь явно не ко мне.

– О чем не знает? – напомнила я о себе.

Проигнорировав мой вопрос, Жозеф отдал очередной приказ:

– Охранять капитана.

Некромант уходил. Не проронив больше ни слова, он порывисто развернулся – полы рваного плаща повторно дернулись – и пошел обратно к своему войску, а я вдруг поняла, что помощник капитана просто не вписывается во все преступления.

Зачем ему чужая магия, чужая жизненная сила? Ведь зачем-то ее выпивали из всех пострадавших! А главное, это делал кто-то, кому это было необходимо.

– Их нельзя запускать в город, – тем временем объявил капитан.

– Наши стены не выдержат такого натиска! – всполошился трясущийся офицер пропускной стражи.

– Значит, придется биться перед стенами, – заключил Жозеф и вдруг заставил меня обернуться. Полный нежности поцелуй сладкой патокой заскользил по моим губам. – Улетай, Селена. Прямо сейчас.

Схватив отстранившегося мужчину за ворот рубашки, на этот раз именно я вынудила его склониться. Мой поцелуй не был нежным ни на грамм. Наоборот, я вложила в него все свои чувства, всю страсть, все эмоции, которые испытывала по отношению к этому несносному ведьмаку.

– Идите лесом, господин следователь, – рвано выдохнула я, с трудом удерживая себя на ногах. – Если мы останемся в живых и отстоим город, я выйду за вас замуж.

– Спускаемся вниз.

Последнюю фразу Жозеф произнес, не глядя на других. Он смотрел исключительно мне в глаза, и я видела, что мои слова мужчина принял всерьез. Впрочем, я действительно говорила серьезно, потому что шансы выжить и отстоять город у нас были минимальными.

– Капитан, вы остаетесь здесь, – окликнул ведьмак своего начальника, направившегося к каменной лестнице за всеми остальными.

– Не тебе мне указывать, щенок. Твоя задача – выжить и жениться на ведьме. Кто-то должен спасти мир, – сделал мужчина паузу. – От нее.

И вот я бы обиделась! Сначала, конечно, покраснела бы, но потом обиделась бы! Только ни место, ни время не распологали.

– Так о чем не знает Гарнас? – задержала я Жозефа на лестнице.

– Господин Апарти его отец, – безэмоционально поведал ведьмак, а я едва со ступенек не рухнула.

– То есть его дочь… и его сын…

– Лилит не была его дочерью. Она попала в отделение городской стражи еще малышкой. Ее родители – очень дальние родственники Апарти – пропали, и за время их безуспешных поисков капитан прикипел к шестилетней девочке. Через два года на его пороге оказался десятилетний Гарнас. В сопроводительной записке было указано, что мальчик – сын капитана, и больше ничего.

– Но почему Гарнас об этом не знает? Почему капитан не разрешил пойти ему учиться на офицера? Почему не одобрил брак?

– Гарнас не знает о том, что капитан его отец, потому что Апарти не имел на него никаких документов и ему пришлось усыновить мальчика. Признаться капитан так и не решился. Что касается учебы, Гарнасу по состоянию здоровья нельзя подпадать под влияние любых чар. Для него это смертельно. Именно поэтому капитан заваливает его бумажной работой. А брак… Когда Лилит исполнилось восемнадцать, в ней проснулся дар суккуба, и это вызывало проблемы в первую очередь в жизни самой девушки. Капитану удалось найти других суккубов, которые согласились взять ее под свое крыло и научить совладать с даром. Общение с девушкой для Гарнаса рано или поздно привело бы к смерти последнего.

– Но… но ведь он некромант!

– В нем не было магии, Селена. Никогда не было, и я не знаю, откуда взялся этот дар. Вероятнее всего, и капитан не знает.

– Нужно все ему рассказать. Нужно объяснить!

– Не нам это решать, Селена. Не нам.

Каменные ступеньки закончились, как и разговор. Мы были последними, кто вышел через узкую щель ворот. Железные створки с грохотом закрылись за нашими спинами, а мне до последнего не верилось, что сейчас нам придется драться.

Тишина стояла оглушающая. Если бы я не видела тысячи мертвяков своими глазами, то никогда бы не определила их местоположение по звукам. Потому что стояли они словно статуи, будто ожидая приказа.

А приказ все не поступал.

– Почему он медлит?! – взволнованно произнесла я вслух, ни к кому особо не обращаясь.

– Потому что пытается побороть мою магию. Я взял под контроль всю его первую линию… – с усилием выдавил из себя Алдин, пока по его вискам градом катился пот. – Только не мешайте!

– Да мы вообще можем уйти! – поежился Патрик, ни на секунду не выпуская противника из поля зрения.

– Господин Апарти, сейчас самое время! Вы должны признаться Гарнасу во всем! Вы должны рассказать.

– Селена… – одернул меня ведьмак.

– Но я же права! Вы должны поговорить с… сыном! Нам не выстоять против его армии!

И капитан дрогнул. Я видела, как тяжело далось ему это решение. Видела, с каким трудом он сделал первый шаг, но чем дальше мужчина уходил, тем тверже становилась его поступь.

Попытавшись ухватить меня за руку, Жозеф потерпел поражение. Потому что я не собиралась оставлять капитана один на один с его проблемами. Чувствовала, что иду не одна. Видела Ордина, Алдина, Бельмана и даже Патрика. Ощущала ведьмака в шаге от себя и радовалась тому, что Валенсию удалось вывезти из города.

Пропускная стража и несколько человек из городской так и остались у стены.

– Селена, ты сумасшедшая! – вынырнул фамильяр из-под моей юбки. Трясся, боялся, но шел вместе со мной.

Что уж скрывать? И я боялась. И не потому, что запах смерти пропитал все вокруг, каждую травинку, каждый клочок земли.

Нет.

Просто мы точно знали, что шансы у нас невелики. Но ведь они были.

– Селена, мы выживем, – с угрозой в голосе произнес Жозеф. – И клянусь тебе, несносная девчонка, нашу первую брачную ночь ты запомнишь надолго…

– Гарнас, я твой отец. Твой родной отец, – громко, четко, без лишних раздумий произнес капитан, перекрикивая слова ведьмака.

Обе эти фразы произвели эффект мгновенного взрыва. Алдин, что вполне неплохо шел вместе с нами, резко упал на одно колено, будто невидимая сила пригвоздила его к земле.

Хрипы, рыки, хруст – чавкающие звуки сопровождали наводнение мертвяков. Они побежали так внезапно, что на доли секунды я растерялась.

Я до последнего не верила, что нам придется биться. До последнего…

– Кот, живо ко мне на плечи! – скомандовала я, преобразовывая метлу в лопату.

– Защищайте капитана! – приказал Жозеф.

– Защищайте стены! – приказал капитан.

Я потерялась во времени. Время, как нечто ощутимое, просто исчезло из моей жизни. Читала заклинания одно за другим, стараясь прикрыть всех и сразу. Слышала рядом голос ведьмака – он твердо зачитывал что-то на древнем языке, отчего мертвяки сгорали десятками за раз.

Хотя бы луч солнца – я исполнила эту просьбу Бельмана, взывая к самой природе, к чугунному небу, что поливало наши головы дождем. Робкие лучики то появлялись, то исчезали, но это было уже кое-что. Маг солнца хотя бы мог за себя постоять. Тем более что они с Ордином, обернувшимся волком, прикрывали фактически беспомощного Патрика.

– Правее! А теперь слева! – направлял меня и мою лопату Кот.

Махнув как следует, я едва не врезала Жозефу по спине. Чудом успела остановиться! Вопросительно приподняв бровь, мужчина еще и шутить успевал:

– Что, Селена, решила не ждать исхода? Так сильно не хочется замуж?

– Я своих слов на ветер никогда не бросаю! Поклялась, что сделаю твою жизнь невыносимой, и… Справляюсь в общем!

– Это когда это ты поклялась? – бросил ведьмак чистый сгусток черного пепла, что мигом сожрал троих мертвяков, развеяв их по ветру.

– В первый день нашего знакомства! – вернула я метлу, уже на ходу запрыгивая на нее.

– Не улетай от разговора! – крикнул мужчина. – Впрочем, лучше действительно улетай.

– Да сейчас! А котел на голову не хочешь?

Наши препирательства, как ни странно, не отвлекали, а, наоборот, держали меня в тонусе. Взвившись в небо, я опешила на мгновение от того, как много еще мертвяков оставалось. Они оттесняли нас к стенам – сверху это было видно хорошо, однако своей целью я выбрала не их.

Я единственная, кто мог летать. Чтобы добраться до Гарнаса, всем остальным нужно было сначала прорваться сквозь эту армию, а мне – всего лишь взмыть вверх. Это я и сделала, попутно выбрасывая с высоты бутыльки с разными зельями.

Чего там только не было в моих карманах! И тут…

Я резко затормозила прямо в воздухе. Мертвяки, управляемые некромантом, создавали вокруг него плотный конус, выступающий щитом. Но не это меня остановило.

Жозеф сказал, что Гарнас никогда не владел магией. Более того, любые чары могли убить его в мгновение ока. Непереносимость магии, увы, целители все чаще ставили как диагноз, но…

Бывали случаи, когда в том, кто должен был держаться подальше от чар, просыпался дар. Что, если в парне совсем недавно проснулся дар некроманта? И тут же я могла сказать, что такого не могло быть, а иначе бы он не стоял сегодня перед нами.

Он бы был уже мертв.

Но ведь он стоял. Больше того, он и чувствовал себя живее всех живых. И тогда я начала вспоминать все преступления, которые мы так и не смогли раскрыть до сегодняшнего дня. Первой пострадала дежурная ведьма, но что, если она осталась в живых не из-за своего фамильяра?

Что, если она осталась в живых лишь потому, что Гарнасу не хватало опыта? Не владея магией, не дыша чарами с рождения, ему наверняка было трудно добыть жизненную и магическую силу существа.

Особенно если на тот момент он был человеком!

Но зачем ему тогда нужна была жизненная сила? Откуда он узнал, как забирать ее у магических существ?

Возможно, ему попалась книга с запретными заклинаниями, но эта версия была слишком слабой. Потому что навряд ли человек без подготовки смог бы разобраться в этой книге.

Значит, был кто-то другой, кто мог поделиться знаниями с обиженным на весь мир мальчишкой. И возможно, что именно ему – этому неизвестному, требовалась магическая и жизненная силы.

Но кому она могла именно требоваться? Не одно убийство, и даже не пять, а десятки во всех городах.

И тут я вспомнила гроб, который мы раскопали на кладбище. Лич, находящийся там, пропал, будто сквозь землю провалился, но на самом деле просто вышел по выкопанному тоннелю. Чуяла моя пятая точка, что выйти он смог именно в тот момент, когда мы сняли защитные чары с кладбища, чтобы освободить призрака покойного мэра, что стал узником чужой могилы.

Но что, если нас специально привели на это кладбище? Что, если нападение на ведьму было спланировано таким образом, чтобы мы специально попали на это кладбище и освободили призрак мэра, заодно высвободив и очнувшегося лича?

А пробудиться он мог заранее, если кто-то, кто выкопал тоннель, добывал для него магическую и жизненную силу, но вначале кто-то вывел из сна того, кто был связан с личом кровью или нерушимыми узами.

И тут мы возвращаемся к оборотню, которого так и не нашли. После пробуждения лич всегда слаб. Даже учитывая то, что его пытались подкармливать, особая сила ему была недоступна, а чтобы восстановиться целиком, ему нужно было занять чье-нибудь тело.

Что может быть лучше, чем занять тело опасного хищника? Оборотня. И тогда мы возвращаемся к убийству гнома. Подпитавшись его жизненной энергией, лич наверняка ощутил себя гораздо лучше. Мы подумали, что оборотень был отвлекающим маневром, но нет, он и был нашим преступником.

Однако личу было мало, а оборотень – существо слишком заметное, тогда как альтернатива зазывно лежала на поверхности. Все это время Гарнасу удавалось не раскрыть себя, находясь под защитой капитана, под защитой образа несуразного мальчишки, и при этом он мог свободно посещать все города, курируемые капитаном.

И тогда лич решил сделать то, на что у него хватило бы сил. Он занял тело Гарнаса, наверняка управляя его разумом. Зачем мальчишке устраивать эту битву? Слишком незначительный повод, если его не накрутили, не науськали, не взрастили в нем ненависть.

А зачем эта битва личу? Почему он закрылся мертвяками?

Потому что сейчас был уязвим, а уязвимы личи лишь в момент, когда питаются. Когда тянут магическую энергию, которой тут целая прорва. Вот почему отказались работать кристаллы и артефакты – магию из них просто вытянули.

– Гарнаса поработил лич! Нельзя использовать магию!

Мой крик ужаса, осознания перекрыл и лязг металла, и страшные хрипы, и рык, и ругань офицеров городской стражи. Отвлекшись на мгновение, Жозеф бурно выругался и погасил черное пламя на своей ладони. В ход теперь шло только оружие, которого было не так уж и много.

Сбросив в дурно пахнущую толпу очередное зелье, я сжала ведьмовской кулон, призывая маму и вообще всех ведьм.

Ведьма попала в беду – именно так звучал мой сигнал. Никогда не думала, что мне придется использовать его. Никогда не думала, что буду всеми силами молиться, чтобы этот сигнал сработал.

Потому что выстоять мы сможем только в двух случаях. Или не используя магию, или используя за раз столько, чтобы лич ею захлебнулся.

Резко спикировав, я вновь попросила метлу превратиться в лопату. Скольким мертвякам я попросту снесла головы? Не счесть, но их было слишком много. Даже тогда, когда над полем появилась новая дежурная ведьма, вызывая у меня облегчение на доли секунды, количество зомби не уменьшилось.

– Что у вас тут творится?! – спикировала она рядом со мной, разбрасывая пузырьки с зельями.

– О, свет моей… фуууух… Да отвяжись ты! – ногой оттолкнул Ордин назойливого мертвяка. – О чем я? Ах да! Прелестная… фуух… на свидание бы нам с вами.

– Вы сначала с хвостом останьтесь, – посоветовала девушка, кокетливо превращая свою метлу в вилы.

Я отвлеклась.

Не должна была, понимала, где нахожусь, но отвлеклась на мгновение, услышав крик Патрика. Маг солнца в одиночку отбивал от парня с десяток мертвяков, а они нападали ожесточеннее, чуя кровь, что шла из рваной раны на руке.

Фактически одна рука Патрика просто висела.

И да, я отвлеклась, что чуть не стоило мне жизни. Услышав страшный хруст за своей спиной, оборачивалась словно в замедленной съемке, отмечая каждого. Капитана, который не подавал признаков жизни, лежа у стены. Его охраняли лишь двое. Только двое остались на ногах у ворот.

Я видела мага солнца. Величайшего мага, который не мог воспользоваться своей силой из-за туч, что закрывали солнце. Мертвяки просто скрыли от меня и его, и Патрика. Парень больше не кричал.

Я видела Алдина. Алдина, который пытался прорваться сквозь купол из мертвяков, чтобы добраться до лича и отвлечь его от управления нежитью. Зомби рьяно защищали своего хозяина, едва не разрывая некроманта на части.

Я видела Ордина. Трансформировавшись лишь наполовину, он защищал ведьму, которая выкидывала флаконы один за другим, не видя, как со спины подкрадывается зомби.

И я не видела. Я тоже упустила момент, а обернувшись, застала Жозефа, что лежал на земле поверх трупов со стеклянным взглядом и огромной рваной раной на шее. Его длинная изогнутая сабля надвое раскалывала череп мертвяка.

Он подставился. Подставился, чтобы защитить глупую ведьму.

Тишина. Я не слышала ничего, ни единого звука. Ноги подкосились сами собою, и уже ничто было не важно. Ни город, ни горы трупов, ни мертвецы, против которых мы изначально были бессильны.

– Кот, – позвала я фамильяра омертвевшими губами, не веря, отказываясь верить своим глазам. – Кот! Спаси его!

– Я не могу, Селена, – вынырнула черная голова из-под моих волос. – Я не могу. Он нам никто.

– Он… – Слезы скользили по щекам, затуманивая взор. Меня словно душили за горло, так сильно я задыхалась. Не верила своим глазам, просто не могла поверить. – Кот, я без него не смогу. Слышишь? Не смогу!

– Тогда ставь защиту.

Я знала, прекрасно осознавала, что фактически сейчас прибавлю сил личу, но разве это имело значение тогда, когда мы проигрывали?

Выставив защитный купол для каждого живого существа в радиусе ста метров, я окончательно уселась на землю и взяла Жозефа за руку, чувствуя обманчивое тепло. Сжимала крепко, так сильно, словно это могло что-то изменить. Но разве можно отпустить того, кого любишь?

Я дышать не могла, захлебываясь болью. Меня словно разрывало изнутри, раздирало душу на части.

– Селена, соберись! – цапнул меня Кот, возвращая к реальности. – Ты берешь в мужья ведьмака? Готова делить с ним дом, пищу, магию и сердце?

– Готова, – выдохнула я приглушенно.

– Ты готова брать то, что он может дать? Готова отдать больше, чем можешь предложить?

– Готова, – повторила я, ощущая едва заметный аромат мяты.

Он всегда сопровождал ведьмовской обряд разделения сердца. Выходя замуж, ведьмы в прямом смысле отдавали часть себя. Это и позволяло использовать запасные жизни фамильяра для того, чтобы помочь своим любимым. Конечно, если жизнь их еще теплилась на кончиках пальцев.

– Ты готова забыть о том, кто ты? Готова отречься от семьи и магии? Готова служить своему супругу?

– Не готова, – ответила я.

Аромат мяты стал гораздо сильнее. Он ударил в нос, заполняя легкие, опутал и меня, и Жозефа. Маленькие листики оплели наши запястья, выстраивая брачный рисунок. Я держалась из последних сил, тогда как внутри меня клокотала настоящая буря.

Я ненавидела лича! Я ненавидела мертвых! Я ненавидела Жозефа за то, что он ринулся меня защищать! Если бы не обряд, который нельзя было прерывать, я бы с удовольствием от души пнула ведьмака! За то, что посмел подставиться и умереть!

– Селена, ты уверена? Это ведь твоя жизнь, – вдруг ударился Кот в нотации.

– Делай! Мы теряем время!

Из защитного купола я фактически вывалилась, сбивая с ног толпу мертвяков. Рассредоточившись по территории, они липли на защиту, словно мухи на котел с неудавшимся варевом.

А я не могла. Просто не хотела видеть. Пока я не видела, у меня оставалась надежда на то, что мой фамильяр сможет отдать Жозефу одну из своих жизней. Теперь мы были связаны. Посмертно.

И эта связь должна была помочь оживить ведьмака.

Должна была.

Слезы скользили по моим щекам непроизвольно. Ярость поднималась волнами, умножая, восполняя мои силы. Почувствовала, прекрасно ощутила, как поменялись мои глаза, а вместе с ними поменялось и отношение.

Больше не было разума, не было правил, не было ограничений. Была только ведьма и ее магия, сносящая все на своем пути. Мне даже не нужны были заклинания. Ураган – вот что обрушилось на толпы зомби, снося, закручивая плоть, с корнем вырывая травы и растения.

Город? Плевать я хотела на город! Я должна была попробовать убить лича, заполнив его до отказа собственной магией, потому что других вариантов у меня не имелось. Впрочем, убить – это было сильно сказано.

Но я должна была хотя бы попробовать. Попробовать продержаться до того, как прилетит помощь.

Если вообще прилетит.

Я уже не осознавала, что творю. Выбрасывая чистую магию, я произносила заклинания – любые, что только приходили на ум. Слабела – с каждой секундой, с каждым вдохом, но упрямо продолжала вычерпывать из себя силу, истощая.

Осталось ли хоть что-то от Кентерфила? Хватит ли мне сил и дальше удерживать защиту? Остался ли кто-то в живых кроме меня и Кота? Удалось ли фамильяру воскресить Жозефа?

Серое небо больше не было серым. Тяжелые, будто свинцовые тучи затянуло в огромную воронку, в самом центре которой стояла я. Я видела лишь клочок неба. Маленький темно-синий клочок, меньше окошка, что становился все шире, начиная распадаться.

В тот момент, когда я упала, по темнеющему небу заскользили сотни черных метел. Но раньше, чем я окончательно потеряла сознание, моя магия распалась, обрушая на траву настоящий град из мертвяков.

В первое мгновение мне показалось, что один такой упал и на меня, но до боли знакомый аромат ударил по носу, а чужие пальцы нашли мои, переплетаясь. Теплые, действительно теплые пальцы.

Закат догорал. Магия всех цветов и оттенков заполняла черное небо. Где-то там ведьмы окружали лича, захватывая его магией, пеленая, сковывая, заполняя собственными чарами до невменяемого состояния.

– Теперь ты не отвертишься, Селена, – прошептал Жозеф, слегка приподнимаясь надо мной.

– Я уже не отвертелась.