Глава 9

Как только переступила порог чужого дома, так все волнение и пропало по многим причинам. Во-первых, такого бардака я еще никогда не видела: разбросанные вещи, гора грязной посуды, что была видна из коридора, возвышавшаяся в раковине, на столе и даже на полу! Подушки с дивана нашлись даже в небольшом коридорчике!

Во-вторых, никого давления силы я на себя не почувствовала, чувства безопасности не ощущала, но и страха не было.

В-третьих, инквизитор был таким же азартным, как и Базиль. Даже глаза интересом горели точно так же.

К слову, кот далеко проходить не стал, был буквально в шаге от нас, держал поисковый амулет напротив ключницы.

– Что-то там есть! – проговорил фамильяр и дождался, когда Демьян откроет маленькую деревянную дверцу. – Да глубже надо копать! – разозлился кот, когда ему продемонстрировали связку ключей от дома.

– Насколько глубже? – уточнил сосед.

– Тайники прячутся в стенах и полу! – пояснил ему кот и с замиранием проследил, как куда-то в недра дома улетает вырванная ключница без ключей. Демьян их предварительно спрятал в карман.

– Это что? – ткнула пальцем на экран и множество датчиков и проводов.

Мужчина наклонился чуть ниже, что-то нажал раз, потом два. По его лицу нельзя было сказать хоть что-то: безэмоциональное, чуть бледноватое и неживое.

А вот плечи так значительно напряглись.

– Мы что-то нужное нашли, да? – переспросил кот почему-то у меня.

– Очень нужное, – ответил инквизитор. – Это блок. К нему подключены камеры слежения и микрофоны, которые разбросаны по всему дому с непонятной для меня целью. Я их себе точно не устанавливал. Поэтому могу воспользоваться вашим камнем, если вы не против?

Но Базиль предусмотрительно отпрыгнул назад и камень спрятал за собой.

– Увы, но работать он будет только в руках Яры или моих милых лапках.

– Понял, тогда вы мне очень сильно нужны! – с самым серьезным видом произнес мужчина и вытянул из стены блок, который отчаянно искрился, пока рвались провода.

Дом погрузился в темноту, но через некоторое время свет снова зажегся.

– Действуйте! – буквально приказал Демьян, но, заметив, что мы не сдвинулись с места, добавил, – пожалуйста.

Да, пришли мы испытывать амулет на исправность, а по итогу помогаем инквизитору искать спрятанные камеры и «жучки».

В коридорчике ничего не нашлось, а вот кухня-гостиная, которая занимала весь первый этаж, буквально кишела разными тайниками. Мы с Бальтазаром нашли порядка пяти камер в совершенно неожиданных местах, три жучка, которые записывали голоса. При этом обходили мы помещение молча, и так же молча наблюдали за тем, как двумя пальцами Демьян давлением пальцев приводил в негодность небольшое оборудование.

«Силен», – прокомментировал Базиль, обращаясь ко мне внутри нашей связи.

«И злобен!» – уж с каким наслаждением давил «жучков» Демьян, видеть нужно было.

«Он просто не ожидал», – стал защищать инквизитора кот, – «что за его спиной происходят такие неприятные вещи. Выходит, за ним следили».

«А зачем? Да и кому это нужно?»

«Судя по ауре, которую я с трудом вижу – это дело сестер. Другой вопрос, а для чего им это нужно?»

Переглянувшись, мы посмотрели на инквизитора, который застыл в одной позе и смотрел в окно. И жалко его что-то стало прямо до слез.

«Давай искать дальше», – вздохнула и подняла над головой амулет, который отклонился чуть в сторону. Пришлось идти за ним к камину, где тайников было намного больше, только на этот раз это были не камеры.

– Это что? – уточнил Демьян, доставая на свет прозрачную бутылку, – что-то красное внутри…

У меня внутри все похолодело, у Бальтазара шерсть дыбом встала. Сама того не ожидая, стала отползать от инквизитора.

– Яра? – не понял он, потом перевел взгляд на свои руки, снова посмотрел на меня, – что это?

– Это смерть ведьмы… – тихо произнес Базиль, закрывая меня собой, – кровь мертвой ведьмы….

Меня начало трясти от страха и непонимания, а инквизитор поднялся на ноги и одним щелчком пальцев зажег камин, куда и была отправлена бутылка. Она почернела, съежилась, пока не лопнула. Я накрыла голову руками и просидела так до тех пор, пока широкие теплые ладони не прижали к себе.

– Яра! Я бы никогда тебе плохо не сделаю! – клятвенно заверил меня Демьян. Но от его слов легче не стало. Он-то, может, и не сделает, а вот…

– А твои сестры? – тут мужчина и сам весь напрягся и признался:

– Я веду расследование. Одиночное и самостоятельное. Я не могу пока ответить на твои вопросы, у меня их у самого множество.

У камина, чуть позже, когда все более или менее пришли в себя, нашли тонкий клинок серебряного цвета, свернутую трубочкой бумагу с заклинанием. Все это было беспощадно уничтожено инквизитором – мы решили, что так будет лучше для всех. Для меня всегда все однозначно.

Лестница не таила в себе никаких тайн, как и картины, развешанные на стене, а вот комната сестер, с которых мы и начали поиски на втором этаже, была наполнена тайниками.

Первый нашелся в шкафу. Разбив стену, мы достали из углубления два ритуальных платья, которые использовались давным-давно, но явно были сохранены для подрастающего поколения. Под столом располагался второй тайник, но он оказался пустым. И под подоконником инквизитор нашел личный дневник Антонины.

– Я его оставлю, – кивнул Демьян на тонкую потрепанную тетрадь, – ознакомлюсь.

Мы закивали, не имея ничего против. Платья же Демьян сжег прямо в комнате, оставив на полу некрасивое черное пятно.

Чище всего было в ванной, тут только записывающее звуковое устройство было, как и в комнате инквизитора. Правда, впоследней мы нашли и одну камеру. Что уж хотели подсмотреть в комнате брата девушки – остается загадкой.

Чердак и подвал инквизитор с Базилем осмотрели без меня, я как-то была не готова к тому, что сегодня увидела. Мысли в голове путались, как и идеи, для чего же нужен был двум молодым девушкам такой набор. Ответ приходил сам собой, и от этого было еще страшнее, зато стали понятны причины их частых хождений вокруг моего дома. Они примерялись? Присматривались? Искали то, что есть у меня? Или же целью был далеко не предмет, заточенный в моем доме?

– На чердаке и в подвале пусто, – отрапортовал кот, залезая ко мне на колени и смотря в глаза, – выше нос, ведьма! Оказывается, у нас есть отличный союзник!

– Да уж, – согласилась, – иметь союзника хорошо.

Демьян нас либо не услышал, либо сделал вид, что наш разговор его никак не касается. За окном уже давно стемнело, а мы продолжали свои поиски, только уже выбравшись во двор.

Сказать, что мы измазались и изгваздались, значит, ничего не сказать, а еще сильно проголодались. У Базиля даже живот издавал трели, напоминая о том, что мы в последний раз только завтракали, а уже давно ужинать пора.

В дом инквизитора мы больше не заходили, расположившись на заднем дворе, частично перерытом нами. Мы ждали, когда курьер привезет нам пиццу и картошку фри для любимого фамильяра. Разговаривать не хотелось, как и двигаться, поэтому лично я лежала в шезлонге и смотрела на темное небо с сияющими звездами.

Мимо меня с уцелевшими вещами ходил Демьян, что-то бурча себе под нос.

Итог этого дня оказался прост: в моем доме не оказалось тайника, про который говорили сестры Демьяна, а вот дом инквизитора был напичкан разными запрещенными веществами, которые непонятно кем и когда были собраны, но явно должны были быть использованы против меня.

– Я найму мастеров, которые этот дом переделают от и до, – произнес инквизитор, садясь на траву рядом со мной, – и машину продам. Уже выставил объявление.

– Может, и дом продашь? – внесла предложение и наткнулась на твердый и упрямый взгляд, – нет, так нет.

Конечно, мне до сих пор не хочется жить рядом с инквизитором, даже если он не причастен ни к каким злодеяниям. Просто сам факт! И не будем забывать о самом главном правиле: где инквизитор – там неудача!

Я вот это на себе как никто другой прочувствовала!

– И как теперь ты будешь? – уточнил Базиль, – спать-то где-то надо?

– Но не тут, – повел плечами Демьян, – аж противно.

Наступила долгая пауза, в тишине которой я продолжала смотреть на небо, Базиль о чем-то думать, а Демьян просто молчал, возможно, пытался переварить события сегодняшнего дня и увиденные секреты сестер. У меня, например, изжога образовалась от того, что удалось увидеть в тайниках.

– А пошли спать к нам? – голос фамильяра доносился до меня откуда-то издалека, я еще находилась в трансе и не могла до конца понять, о чем он говорит. Но постепенно с небес на землю стала спускаться. Точнее не так, меня как ушатом холодной воды облили.

– Что? – я чуть не свалилась на траву, позабыв о том, что лежу в довольно шатающейся конструкции.

– А что такого? – Бальтазар спрыгнул на землю, встал поближе к инквизитору, – у человека беда! Его отравить надо! Ой! Прошу прощения, оговорочка вышла, опоить настойкой!

– Отпоить! – машинально поправила я, – но это не значит, что инквизитор вступит на землю ведьмы!

– Так он уже там был, – вздернул хвост и повел ушами Базиль, – кто тебя тогда лечил, а? Павел Андреевич растерялся, а Демьян помог!

Хватая ртом воздух, не зная, что сказать, смотрела на то, как переговариваются инквизитор и фамильяр.

– Я в гостиницу поеду.

– Да брось, – отмахнулся от слов мужчины кот, – ты там теперь будешь жить на постоянной основе, согласись, ремонт – дело не быстрое! Да и потом, через пару часов рассвет…

– Я уже отпросился с работы…

– Но выспаться-то надо! Принять душ! Успокоиться и придумать план, как нам жить дальше!

– Нам? – не поняла я.

– А ты думаешь, тебя в покое оставят? – на меня очень снисходительно посмотрели, – где же пицца, когда она так нужна?

Наш заказ прибыл через десять минут, но, оценив внешний вид каждого из нас, с тяжелым сердцем дала согласие на то, что инквизитор примет у нас душ, поест нормально и даже отдохнет! Но не больше!

Бальтазар даже подпрыгнул от радости, распушил хвост и велел инквизитору брать свои немногочисленные вещи и отправляться за нами. Коробки с пиццей пришлось нести мне, а от них так умопомрачительно пахло, что слюнями захлебывалась, пока шла впереди колонны домой.

Увы, но сесть за стол сразу не получилось. Под недовольные вопли голодного кота мы с Демьяном по очереди приняли душ, переоделись, я запустила стирку и только тогда пришла к столу. На пиццу набросились как оголодавшие аборигены, ни о каких разговорах и речи не было. Я же по большей части следила глазами за печатью, к которой мы запретили инквизитору даже подходить, а уж тем более прикасаться.

– А что там? – уточнил он.

– Никто не знает, – загадочно произнес Базиль, – но первостепенная задача Ярославы – эту печать оберегать, следить за ней и укреплять, если она даст трещину. В тот день она печать восстанавливала…

На меня посмотрели с нескрываемым уважением и замкнулись в себе. Ну и ладно, мне бы только поесть, передать чистый комплект белья инквизитору и завалиться на кровать. Сил не было ни на что! А ведь какой сегодня был день, а? Я сдала экзамен! Правда, радость от этого события как-то растворилась в последующих суете и страхе, что даже сил никаких не осталось.

О том, что мы обещали инквизитору настойку, я вспомнила не сразу, но в свои запасы полезла. Долго рассматривала ряд небольших бутылок и выбрала ту, на которой была нарисована вишня.

– Вот! – поставила маленькую бутылочку перед мужчиной, – сильно не увлекайся!

– Спасибо! – от предложенного эликсира, как в шутку называл мои настойки дядя Женя, инквизитор не отказался. Налил себе половину стакана и отдал бутылку обратно.

Я же не стала следить, чем будут дальше заниматься Базиль и гость, ушла в комнату, где из шкафа достала чистый комплект белья, взяла одну подушку с кровати и нашла небольшой плед. Увы, гостей у меня никогда не было, так что – чем богаты.

Оставив все в гостиной на диване, который к нашей радости даже раскладывался, я ушла в комнату, где сразу же завалилась на кровать и мгновенно отключилась. Через два часа уже должен сработать будильник, который я беспощадно отключу, ибо планов на новый день у меня не было. Значит – буду отдыхать и спать. Лишь бы ничего не случилось, хватит пока с меня неожиданных находок и известий!