Глава 16

То, что произошло несколько минут назад, просто не укладывалось в голове. Неужели Лой нарушил клятву и Сиери уже знает, что я девушка? Но тогда бы он точно не стал откладывать разговор в долгий ящик. Или всё-таки стал? Кто же сможет полностью понять того, у кого за плечами больше тысячелетия?

С одной стороны мне нравилось, что советник старался не давить, с другой — мне не нравилось ему врать. Но, как это часто бывает, одна ложь порождает другую, и, чтобы распутать этот клубок, надо найти край. В моей ситуации край — печать. Пока я от неё не избавлюсь, нити так и будут замотаны.

Я смотрела на карманные часы, которые лежали на моей ладони, и не понимала, как такая безделушка вмещает настолько чудовищную силу, что способна сметать целые города и горы с лица земли. И зачем она понадобилась инквизитору? Хочет с её помощью тоже обрести бессмертие и абсолютное могущество? Или всё намного прозаичнее, и дело в обычной ненависти, которую Рэджин испытывает к Сиери? Знать бы ещё, какая кошка между ними пробежала…

Всё внутри восставало против того, чтобы отдать инквизитору артефакт. Но я пыталась убеждать себя, что королевский советник и без часов самый сильный маг в Верхнем мире, и Рэджин, даже обретя артефакт, не станет для него угрозой. А Шери — обычный человек, у которого просто нет шансов самостоятельно выбраться из жерновов инквизиции. Если я не помогу брату, то никогда не смогу себя простить. А вот простит ли Сиери мое предательство? Скорее всего, нет.

Впрочем, я сомневалась, что хочу его прощения, ведь совсем не понимала, что для него значу. Иногда мне казалось, что я ему дорога, а иногда — что он меня ненавидит и пытается использовать в своих целях. А еще душу терзала мысль, что он убийца моей родной матери. И хоть я её совсем не знала, а факт все равно оставался фактом.

Я вернулась в свою комнату в растрёпанных чувствах. Губы все еще горели от поцелуя советника, о котором я еще не скоро забуду.

Стараясь избавиться от печальных мыслей, я решила сосредоточить всё свое внимание на снятии печати. Наверное, Мина уже успела изучить рукопись вдоль и поперёк. Оставалось надеяться, что во время ритуала проблем не возникнет. Тогда мне не придётся предавать Сиери. Я рискну и расскажу ему правду. Возможно, он поможет освободить Шери? А больше мне ничего и не надо.

Притворив дверь, я сразу направилась к прикроватной тумбочке, где среди вороха рукописей обнаружилась тыквочка.

— А-а, явилась! — прорези глаз открылись, освещая каморку зелёным светом. — И где тебя предки носили? Столько времени не было! Я вся уже извелась, думая, что случилось!

— И правильно думала…

Я рассказала Мине о погроме в лавке, о проданном инквизитором доме (просто больше грешить было не на кого) и о краже часов. Умолчала лишь о поцелуе, даже не знаю почему. Просто не хотелось сейчас обсуждать свои чувства к советнику.

— Ничего, со всем справимся. Главное, избавиться от печати, а там видно будет, — выслушав новости, вздохнула тыквочка. — Правильно, что не растерялась и умыкнула часы. Может, другого способа и не представилось бы уже. Кто его знает, как ритуал обернётся. Рунная магия слишком сложная, поэтому почти полностью ушла в небытие. Одна неверная черточка — и всё насмарку. Повезёт еще, если отделаешься одной неудачей. Может, придётся отдать инквизитору часы, чтобы освободить Шери.

— То есть? — нахмурилась я. — А поподробнее о неудачах можно?

— Всякое бывало, девонька, — отвела взгляд Мина, — но нам-то деваться некуда. Придётся рискнуть.

Это да, рискнуть придётся. Другого выхода нет, и вряд ли появится.

— Собирайся, — тем временем продолжила тыквочка. — Советник может обнаружить исчезновение часов в любую минуту и вернуться. Надо найти какое-нибудь безлюдное место для ритуала.

— Кладбище? — подняла одну бровь я.

— Да, можно и там. Собралась? — окинула меня Мина внимательным взглядом. Казалось, она хочет о чём-то спросить, но не решается. — Теперь главное не наткнуться на Лоя. Тень слишком сообразительный, и ему ничего не стоит за нами проследить.

Мы незамеченными покинули дом советника и направились к кладбищу. Всю дорогу я молилась предкам, чтобы ничего не помешало нам с Миной провести ритуал. Но путь был неблизким, а свободные экипажи, как назло, не попадались. И, если честно, я боялась, что Таггар Сиери быстро обнаружит пропажу, потому все чаще озиралась.

Наконец мы вышли на городскую площадь. Сегодня, как никогда, здесь было шумно и многолюдно.

Наверное, что-то намечается, — подумала я и услышала до боли знакомый голос. Голос человека, которого просто не могло здесь быть!

***

Я не верила своим глазам! Шери садился в экипаж, причём никакого конвоя рядом с ним не было. Но как? Как такое возможно? Неужели Рэджин отпустил моего брата? Но в это как-то не верилось. Первый инквизитор не из тех, в ком может проснуться совесть…

Я позвала брата по имени, но из-за шума, царящего на площади, он меня не услышал. Расталкивая толпу, я рванула к экипажу, понимая, что не успеваю. И к тому времени, как я выбежала к мостовой, Шери уже был далеко. Остановившись на мостовой, я едва сдержала стон разочарования. Догнать его было уже невозможно. Только если…

В панике я заозиралась по сторонам и, увидев свободный экипаж, подбежала к извозчику.

— Вы свободны? — выпалила я и, дождавшись утвердительного кивка, забралась в экипаж. — Езжайте, пожалуйста, за тем экипажем. Я указала на удаляющуюся карету.

Кучер снова кивнул и щёлкнул поводьями, а я пыталась понять происходящее, но не получалось.

Экипаж свернул в богатый район, и я задалась вопросом, что здесь могло понадобиться Шери? Может, освободившись, мой брат решил первым делом навестить свою невесту? Но дом господина Доджера остался позади, а мы всё продолжали движение.

Мина хранила молчание, наверное, ждала, когда я заговорю первой. Но я тоже молчала, напряжённо смотря в окошко экипажа. Интуиция подсказывала, что здесь что-то не так. Ну не мог Рэджин освободить моего брата! Вот хоть убей, не мог!

Наконец, экипаж остановился возле трехэтажного каменного особняка с матовыми стёклами, которые с одной стороны пропускали солнечный свет, а с другой ограждали внутреннее помещение от любопытных глаз. На фасаде я разглядела сценические композиции.

Я вышла из экипажа и, расплатившись с извозчиком, медленно направилась к дому. Постучав в обитую железом дверь, я с замирание сердца ждала, когда её откроют. Время ползло медленно. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я услышала за дверью приближающиеся шаги.

— Кира? — На пороге стоял Шерман. Я бросилась к нему на шею и не сразу осознала, что брат застыл как статуя. — Что ты здесь делаешь?

Странная реакция брата меня озадачила. Я отстранилась и поймала его взгляд, но не нашла в нем ни капли радости от долгожданной встречи, будто смотрела в глаза абсолютно чужого человека.

— Заходи, — не дождавшись ответа, велел он.

Внутри дом тоже был изысканным и богатым. У меня аж в глазах зарябило от излишней роскоши холла. Даманский ковер, позолоченная люстра и подсвечники, вычурный камин, картины в позолоченных рамах, в углу притаился орган. Но потолок был по-настоящему потрясающим — полностью расписан неизвестным художником.

— Дарна! — пока я рассматривала обстановку, крикнул Шери.

Из столовой вышла девушка в белом переднике и поклонилась моему брату:

— Да, господин Нест?

— Принеси мне и моей гостье чай в кабинет, — приказал он и обратился ко мне: — Пойдем, поговорим…

Мы поднялись на второй этаж, и зашли в просторный кабинет. Шери указал мне на кресло, сам же сел за стол и сцепил пальцы, явно не зная, с чего начать. И я решила упростить ему задачу:

— Значит, теперь ты живёшь здесь?

Прозвучало холодно, но иначе не получалось. Я уже всё поняла, но отказывалась верить действительности. Не мог Шери меня предать, просто не мог! Он же брат мне, мы вместе росли, вместе оплакивали гибель родителей. Как такое вообще могло произойти?..

— Да, Кира, с недавних пор я живу здесь, — кивнул он и расслабился, откинувшись на спинку стула.

— И наш родительский дом продал ты? — с нажимом произнесла я.

— Верно. Видишь ли, я подумал, что без хозяев он быстро придёт в запустение. Да и деньги лишними не бывают.

— Без хозяев? — ошарашенно переспросила я. — А как же я, Шери? Где теперь буду жить я? Ты обо мне подумал?

— А ты вообще не должна была вернуться, — припечатал брат. — Он обещал, что ты раз и навсегда исчезнешь из моей жизни.

— Кто «он»?

Внутри все похолодело. Неужели это правда? Какая же я всё-таки наивная дура…

— Господин Рэджин, — улыбнулся Шери. — Я уже рассказал Эйлин легенду, как ты поспешно вышла замуж и уехала из столицы.

— Что?!

— А что ты хотела? Думала, что будешь жить в родительском доме столько, сколько заблагорассудится? Но почему я должен делить свое наследство с жалкой приживалкой?

Я потеряла дар речи. Как он мог? Ведь кроме него, у меня больше никого нет…

— И с лавкой тоже можешь попрощаться, — как ни в чём не бывало, продолжил он. — Теперь в ней будет продаваться товар господина Доджера.

— Как ты вообще на такое решился? — прошептала я. Щёку обожгла одинокая слезинка. — Что Рэджин тебе пообещал такого?

— Многое, — натянуто улыбнулся он. — Впрочем, обо всём теперь можешь расспросить его лично…

В центре кабинета заискрился открывающийся портал, а уже через секунду из него вышел Первый инквизитор.

***

Я смотрела в глаза инквизитора и не могла пошевелиться, чувствуя себя в западне. Он продумал всё вплоть до мельчайших деталей и вот итог — я здесь, и никуда мне не деться. Он уже не позволит избавиться от печати, не позволит вернуть Таггару Сиери часы, не позволит даже дышать, если захочет. И его безупречно сыгранная партия заслуживала бы восхищения, не будь я в ней пешкой.

Я перевела взгляд на Шери. Он предал меня снова, сразу, как только увидел на пороге. Только вот непонятно, когда успел вызвать инквизитора, ведь всё это время он был со мной. Впрочем, это уже не имеет значения.

— Господин Рэджин, — Шерман поднялся и указал на меня пальцем. — Как это понимать? Вы же обещали, что она больше не появится…

— Выйди, — даже не взглянув на моего брата, сквозь зубы процедил Первый инквизитор.

Шери осёкся и поник, а затем вышел из комнаты, оставив меня с Рэджином наедине. И хорошо. Видеть его сил просто не было.

— Значит, не было никаких пыток, — охрипшим голосом спросила я, вспомнив здоровые пальцы Шермана. За неполную неделю, которая прошла с момента появления инквизитора в нашем доме, переломы не смогли бы полностью срастись. — Но я своими глазами видела, как палач ломал ему пальцы…

— Что тебя удивляет? — хмыкнул Рэджин. — Это была иллюзия, причем очень качественная. Знаю, потому что сам её создавал. Ты не заметила, потому что в тот момент была запугана и не способна трезво мыслить. На то и был расчёт. В конце концов, я не изверг и экзекуцию не приветствую. Да, инквизиция до сих пор практикует телесные истязания. Но я предпочитаю сначала договариваться и лишь в крайнем случае использовать силу.

— И вы договорились, подкупив Шермана?

— Видишь ли, твой брат всегда хотел выбраться из нищеты, стать кем-то большим, чем просто обычный лавочник, — развел руками он. — Думаешь, этот скряга Доджер согласился бы отдать свою единственную дочь замуж за обычного горожанина, у которого почти пустой карман? Нет, Кирайя.

Он уселся на краешек стола, скрестил руки на груди, склонил набок голову и с улыбкой продолжил:

— Я выбрал подходящий момент, чтобы предложить твоему брату сделку, а заодно напомнил, что вы с ним не кровные родственники. После недолгих раздумий он согласился сотрудничать. Мне же не составило труда подарить Шерману этот дом, присвоить ему титул и договориться с Доджером о скорой помолвке. А взамен я попросил лишь убедительно сыграть роль бедного и несчастного, которому просто необходима помощь сестры. Всё вышло так, как я и планировал.

— Наверное, вы ждёте поздравлений? — язвительно протянула я, чувствуя себя раздавленной и потерянной. — Нравится чувствовать себя победителем?

— Да нет же, — усмехнулся он. — Просто хочу, чтобы ты знала правду.

— А вам-то это зачем? — опустив голову, спросила я.

— Потому что ты сводишь меня с ума, — перестал улыбаться инквизитор. — Потому что не хочу, чтобы ты испытывала ко мне ненависть. В последнее время ощущать её стало неприятно.

— Ага, и именно поэтому вы отправили меня шпионить за королевским советником, прекрасно зная, что он скор на расправу? Ведь вы не могли не понимать, что он в любой момент мог меня убить…

— Не мог, — уронил Рэджин, — ведь ты его истинная пара.

Я ошеломленно вскинула голову и посмотрела на инквизитора.

— Он, наверное, там с ума сходил, чувствуя твой запах и не имея возможности заявить свои права, — тихо засмеялся он, — пока ты выдавала себя за парня. Я всегда ощущал твои эмоции и был готов вмешаться, если ситуация вдруг вышла бы из-под контроля. Но знаешь, что? — Он вдруг оказался рядом, прижал к себе и приподнял мой подбородок, заставляя смотреть в глаза. — То, что я ощутил недавно, мне не понравилось. Он всё-таки не выдержал и перешёл черту, верно?

Я промолчала и попыталась отвести взгляд, но он не позволил. А потом произошло то же, что и в лазарете: мое сознание стало стремительно уплывать. Перед глазами быстро замелькали образы сегодняшнего дня: возращение из лавки, несчастная служанка, графиня на коленях советника, неожиданный поцелуй, часы…

Все закончилось так же стремительно, как и началось. Я снова стояла напротив инквизитора в богато обставленном кабинете и понимала, что это конец! Он вновь применил ментальную магию и узнал, что часы Сиери у меня…

Злость в глазах инквизитора быстро исчезла, сменившись льдом. Рэджин так и не отпустил меня, продолжая сжимать в объятьях.

— К нему ты уже не вернёшься, — пообещал Кариастель, — так что в этом маскараде больше нет смысла. Сними морок, — приказал он, и мне пришлось подчиниться.

— Ты стала еще красивее, — констатировал Рэджин и, одним резким движением разорвав ворот моей рубашки, коснулся печати. Клеймо вспыхнуло белым огнём и замкнулось.

Меня затрясло, когда я осознала, что только что произошло. Я лишилась единственной возможности избавиться от печати…

Злость снова затопила сознание, но мгновенно сменилась ужасом, стоило увидеть, как зрачки Кариастеля быстро меняют форму, превращаясь в змеиные, и сквозь человеческие глаза на меня смотрит кто-то другой — жуткий и опасный.

— Отдай мне часы, Кирайя, — произнесло это существо голосом инквизитора.

***

Я не хотела отдавать часы, но рука сама потянулась в карман и протянула их инквизитору. Рэджин снова применил ментальную магию, от которой я не имела защиты. Глаза начало пощипывать, но я быстро овладела своими чувствами. Сейчас мне надо быть сильной, как никогда. Да, я предала Сиери и попала в лапы инквизитора, но нельзя же так просто сдаваться и опускать руки! Клянусь предками, что во что бы то ни стало верну артефакт советнику и исправлю свою ошибку.

— А знаешь, что заставляет механизм этих часов двигаться? — спросил Рэджин, открыв крышку и вглядевшись в циферблат. — Не догадалась ещё? А мне казалась, что ты достаточно умная ведьмочка, — хмыкнул он. — В часах заключена его душа, Кирайя. И сейчас жизнь советника находится в моих руках.

Каждое сказанное инквизитором слово било по сознанию безжалостным кнутом. Что же я наделала? Если бы знала правду, ни за что бы не коснулась этого артефакта. Да что там! В голове не возникло бы даже мысли его украсть…

Тем временем Рэджин открыл портал и толкнул меня в белое марево, а спустя секунду мы уже стояли в его спальне. Я обвела комнату взглядом. Здесь ничего не изменилось, разве что постель теперь была аккуратно застелена. А на расшитом золотыми нитями покрывале лежало жемчужное платье.

— Сегодня во дворце бал, так вот — ты отправишься со мной, — заметив мой недоуменный взгляд, брошенный на платье, сказал он. — Я позову служанку, и она поможет тебе переодеться. — Он направился к двери, но, не дойдя пару шагов, остановился и обернулся.

— Я не хочу постоянно ментально на тебя воздействовать. Просто знай: один твой неверный шаг — и часы я уничтожу. А впрочем, можешь рискнуть его жизнью — такой вариант меня тоже устроит.

***

От музыки пульсировало в висках. Хотелось обратить в пыль и музыкантов, и придворных, и сам дворец ко всем чертям. Но королевский советник сдерживался, хотя был уже на грани.

Он стоял, подпирая стену с бокалом в руке и невидящим взглядом смотрел на танцующих. А между тем в голове были мысли только о Кире, и избавиться от них не получалось.

Советник не сдержался и всё-таки напугал мальчишку своим поцелуем. Осознав, что Кир против близости, Сиери ушёл через портал. Просто ещё немного, и он уже не смог бы остановиться, и тогда парень никогда бы его не простил. Наверное, Сиери ошибся, принимая желаемое за действительное. Мальчишка не приревновал его, а просто съязвил, потому что был на взводе из-за истерики Алары. А теперь?.. Что делать теперь? Признаться ему во всём? Сказать, как он дорог? Но тогда надо быть готовым, что Кир уйдёт, если чувства окажутся невзаимными. Но в том-то и проблема, что отпустить его советник не мог. Проще, наверное, умереть, чем лишиться возможности видеть свою истинную пару, чувствовать запах, прикасаться… Пусть между ними не будет близости, лишь бы он был рядом.

— Мне скучно, — прорвался в сознание голос любовницы. — Зачем мы здесь, если не танцуем?

— Я обещал сопроводить тебя на бал, но о том, что буду развлекать — речи не шло, — в голосе советника прозвучал металл. Алара начала раздражать, а ведь ещё совсем недавно будила в нем страсть. — Найди себе компанию и избавь меня, наконец, от своего назойливого присутствия.

Графиня поджала губы и, резко развернувшись, зашагала прочь. Должно быть, обиделась. Неважно. С этого дня между ними всё равно уже ничего не будет.

— И чем же расстроена прекрасная графиня Вендер? — улыбаясь, осведомился Дивен и встал рядом с советником.

Сиери давно уже заметил косые взгляды брата короля. Тот явно хотел с ним о чём-то поговорить, но сейчас советнику было не до разговоров.

— Догони, спроси, — хмыкнул он. — Может, и скажет.

— Боюсь, сейчас она не в том настроении, чтобы вести светские беседы, — махнул рукой Дивен и посерьёзнел. — Сатарен умер до того, как я успел его допросить. Кто-то меня опередил…

— И почему меня это не удивляет? — равнодушно произнес Сиери, засунув по привычке руку в карман.

— Что ты хочешь сказать? — нахмурился брат короля.

— Ничего. Скоро…

Советник осёкся, чувствуя, как сердце пропустило удар. Карман был пуст! Часы исчезли! Но ведь ещё недавно были при нём, до того, как Алара решила вдруг почтить его своим визитом. Но графиня взять часы просто не могла: аура тьмы не позволила бы. К тому же они не могли просто потеряться. А Кир? На него аура не реагировала, признав в нём истинную пару хозяина. Если мальчишке вдруг вздумается его убить, то сделать это будет не так уж и сложно. Даже если тот вонзит кинжал ему в спину, аура не обнаружит в нем угрозы…

Сиери знал, что Кир вторгся в его жизнь не просто так, а с определённой целью. Догадывался, что он мог быть заслан врагами, чтобы похитить часы, но вывести парня на откровенный разговор не получалось, а добыть информацию посредством пыток не поднялась рука. И вот итог: его чувства к мальчишке стали фатальными. Не приходилось сомневаться, зачем вообще понадобилось красть артефакт. Королевского советника хотели устранить уже давно и всё-таки нашли слабину в лице Кира. Парень сыграл по их правилам, наверное, даже не догадываясь, к чему приведёт выигрыш.

К чёрту этот бал! К чёрту короля и его желание видеть своего советника на празднике! Вернуть Кира и часы сейчас стало первоочередной задачей, потому что Сиери не сомневался: мальчишка уже покинул его дом. Надо было поставить на нём метку и теперь…

— Его Святейшество Кариастель Рэджин и его прекрасная спутница — госпожа Кирайя Нест, — звучным голосом церемониймейстер объявил прибытие новых гостей, как только музыка смолкла.

Сиери взглянул на инквизитора, а потом перевел взгляд на его действительно прекрасную спутницу с чертами чистокровной альфары. Девушка была в струящемся жемчужном платье и нервно косилась по сторонам, чувствуя себя среди придворных не в своей тарелке. Но стоило поймать её взгляд, как советник всё понял. Да и разлившийся по бальному залу запах — такой родной и знакомый — не позволил бы ошибиться. Всё это время его искусно водили за нос, выдавая девушку за парня, а он так и не раскусил обман, потому что впервые за тысячу лет не мог рационально мыслить.

Неведомая прежде ярость захватила разум и затмила глаза. Аура вырвалась на свободу, пугая придворных и устремляясь к инквизитору. Никому и никогда Сиери не спустит такое с рук и инквизитор не исключение. Он поплатится — здесь и сейчас! А с девчонкой советник разберется позже.

***

Служанка оказалась сноровистой, и уже буквально через час я стояла перед зеркалом, безразлично рассматривая своё отражение. Жемчужное платье из дорогого шёлка с пышным струящимся подолом сидело на мне идеально, будто кто-то заранее снял мерки. Волосы были собраны на макушке и удерживались тонкой золотой диадемой. Красивая кукла, у которой теперь есть хозяин…

Я не знала, правду ли сказал Рэджин о душе советника, заключённой в часы. Но в памяти отчетливо всплыли слова Сиери о непомерной цене, которую ему пришлось заплатить за обретённую силу. А если это действительно правда? Тогда он, не колеблясь, убьет Сиери, если я не стану играть по его правилам. Рэджин нашел способ привязать меня и без печати, прекрасно зная, что советник стал мне дорог, и я не хочу его смерти.

— Ты прекрасна.

За моей спиной появился Рэджин. Поглощённая мрачными мыслями, я даже не заметила, как он вошел в комнату. Вместо уже ставшего привычным чёрно-красного мундира на нём был чёрный камзол, расшитый золотыми нитями.

— Не будем заставлять короля ждать, — глядя на меня через отражение, улыбнулся он. — Сегодня я обещал представить ко двору свою невесту.

— Зачем вам это всё? — еле слышно произнесла я.

— Однажды узнаешь. — Он коснулся губами моей макушки и открыл портал. — Я хочу, чтобы ты обращалась ко мне на «ты» и звала по имени. Кариастель — если вдруг не помнишь.

Как же здесь забудешь! Пройдут года, а это имя никогда не сотрётся из памяти, впрочем, как и ненависть к его владельцу.

Мы вышли из портала на территории дворца и сразу направились в бальный зал. Судя по доносившейся мелодии, праздник уже давно был в разгаре. Встречающиеся по пути придворные кланялись инквизитору, а на меня смотрели с любопытством. Мне было не по себе от этих взглядов. Всё-таки я не привыкла к такому вниманию.

Идя по аллее, я не замечала красоты придворного сада, не обращала внимание на архитектурные строения, меня не затрагивала даже внутренняя обстановка дворца. Всё потеряло смысл после того, как печать замкнулась, и инквизитор забрал часы советника. Даже предательство брата как-то само собой отошло на второй план. Хотя если бы не он, я не оказалась бы в западне. Впрочем, кого я обманываю? Не мытьём, так катаньем Рэджин нашел бы способ добиться своей цели.

Сквозь черноту невеселых мыслей прорвался голос церемониймейстера, возвестивший о нашем прибытии. Все взгляды сразу обратились на нас, а мне вдруг катастрофически захотелось провалиться под землю, потому что среди придворных я заметила королевского советника.

Таггар Сиери стоял в стороне от танцующих с бокалом вина и пристально смотрел на меня. Я скорее ощутила, чем увидела, как глаза советника заполняются беснующейся тьмой и как его аура вырывается на свободу.

По спине пробежал озноб, стоило осознать, что сейчас произойдёт. Мне конец. Он убьёт меня, и разбираться не станет, почему я украла часы…

— Не бойся, — одними губами произнес инквизитор и сжал мою ладонь. — Ничего он с тобой не сделает.

Заметив вырвавшуюся на свободу тьму, придворные в ужасе попятились. Но она не убивала без разбору, а целенаправленно двигалась в мою сторону. Я уже успела попрощаться с жизнью, когда между аурой советника и мной вспыхнул ледяной щит. Подобно волне тьма ударила о барьер и отступила, чтобы обрушиться на него вновь. Я слышала треск и не знала, сколько еще продержится щит Рэджина…

— Что здесь происходит?! — раздался чей-то властный голос, и малочисленные придворные, не сбежавшие от страха, расступились, освобождая проход королю и его свите. — Вы что творите? Дворец мне решили разнести?

— Вопрос однозначно не ко мне, — пожал плечами Рэджин. — Таггар Сиери напал неожиданно, и я не знаю, что толкнуло его на это.

Король перевел взгляд на своего советника и вопросительно поднял брови в ожидании ответа.

— Эта девушка является моей истинной парой, — во всеуслышание заявил Сиери, не отводя от меня взгляда, — и я вправе убить любого, кто к ней прикоснётся!

— Кирайя — моя невеста, — процедил инквизитор. — Ты ошибаешься, Сиери. В последнее время ты ведёшь себя странно.

— Это правда, — согласился король и посмотрел на советника. — Целую седьмицу ты сам не свой. — Теперь он обратил внимание на меня. — А ты что скажешь, дитя?

А что я могу сказать? Инквизитор был так любезен и сразу предупредил, что случится, если я сделаю неверный шаг…

— Я невеста Кариастеля Рэджина, — словно со стороны я услышала свой голос. Только предки ведают, как тяжело дались мне эти слова, но поступить иначе не представлялось возможным. Таггар Сиери должен жить, пока я не найду способ вернуть его душу. — Дата бракосочетания уже назначена.