Глава 11

— Так, молодцы. Полдела сделано, — потер руки мастер Дэврэ, когда той же ночью мы доложили ему об успехе операции. — Теперь осталось закончить с остальными рунами, ну а потом нам остается только ждать, когда они нормально сработают. Алания, ты уверена, что тебя никто не узнал?

Я усмехнулась.

— В этом районе у меня нет клиентов, учитель. От центра города до моего дома два с половиной часа хода. К тому же я изменила внешность. Ну а если и встретился мне на пути кто-то, кто случайно мог побывать у меня в лавке, то ему точно было не до меня — все внимание сегодня оказалось приковано к Арчи. И он затмил бы собой даже короля, если бы тому вдруг вздумалось прогуляться по Зеленой улице.

Кот смешно наморщил нос и фыркнул.

— Твоя соседка его, случаем, не выдаст? — мельком покосился на него некромант.

— Я думала об этом. И поначалу меня это даже напугало, но потом я поняла, что риск сравнительно невелик. Мадам Левия — известная чудачка. Только за те пять лет, что я тут живу, она раз десять вызывала городскую стражу, чтобы те угомонили соседских собак. И еще трижды — сотрудников из магнадзора, которые просто вынуждены были приехать на вызов, потому что всякий раз госпожа Левия настаивала, что в собак господина Морриса вселились демоны. К несчастью для нее, держать собак законом не запрещено, а время их выгула никто не регламентировал. Лаять же для них вполне естественно, и наши законы пока не дошли до абсурда, запрещая животным делать то, что в них заложено природой. Другое дело, что господин Моррис и его любимцы доставляют соседям беспокойство, однако пока его псы никого не покусали, методов воздействия на него, к сожалению, нет. Так что если мадам Левия и расскажет кому-то, что одна добрая ведьма по соседству завела себе наконец кота, то это мало кого заинтересует. От нее и ее кошек обычные люди стараются держаться подальше, ну а магнадзор ее уже хорошо знает, поэтому вряд ли придаст ее словам такой уж серьезный вес. Ну а даже если мы с ней вдруг поссоримся и она напишет жалобу в магнадзор, вряд ли эта жалоба дойдет до высокого начальства.

— Ур, — согласился со мной Арчи.

— Тогда другой вопрос — как у тебя обстоят дела с начертанием? — строго осведомился учитель.

— Все свободное время им занимаюсь, — призналась я. — Рука уже устала чертить, да и чистой бумаги в доме почти не осталось.

— Работай больше. К тому времени, как Тэ сумеет войти в дом демона, ты должна быть в себе уверена.

— А вы с нами разве не пойдете?

— Неужели ты полагаешь, демон не почует мою ауру? — усмехнулся мастер Дэврэ. — Ты-то ведьма, у тебя аура слабая и неприметная. У нашего Арчи — тем более, он все-таки кот. А вот мое присутствие в доме лорда Кайрона скрыть будет не так-то просто. У демонов на такие вещи отменное чутье, поэтому я не думаю, что нам стоит рисковать.

Я вдруг почувствовала, что краснею.

Вот же спросила! И ведь читала же об этом сегодня! Но почему-то не уделила должного внимания важной информации, тогда как учитель был совершенно прав, когда предпочел остаться в тюремной камере, да и не зря он сразу сказал, что основную работу мне придется взять на себя.

— Ничего, — снова усмехнулся известнейший в столице некромант, когда я неловко отвела глаза. — Тебе простительно не знать о таких вещах, ты все-таки не магичка. Да и демонология в курс твоего обучения совершенно точно не входила.

— Да, но… учитель, демон видел меня сегодня! Он мог учуять мою ауру!

— Увы. Это, как говорит наш Арчи, неизбежный риск. К тому же, возможно, это и неплохо. Скажем, если демон задастся вопросом, почему бриллиантовый кот находился на улице без должной охраны, то присутствие ведьмы, способной неплохо эту самую охрану заменить, становится вполне объяснимым. Мало ли в столице аристократов со странными вкусами? Он здесь чужой. Ему людские причуды все еще в новинку.

— Вы полагаете, он не захочет навести справки?

Старый маг только отмахнулся.

— Насчет лысого кота в дорогом ошейнике и слабенькой, пусть и симпатичной ведьмы, которая единожды попалась ему на глаза? Да не смеши меня, Алания. У него и так забот хватает. Новая жизнь, новое тело, куча возможностей, которые он далеко не все еще опробовал и изучил… Женщины демону нужны лишь для того, чтобы питаться. Но ты в этом плане ему совершенно неинтересна. Вот если бы на твоем месте оказалась полноценная магичка… а еще лучше две… Так что не волнуйся, Алания. Искать тебя он не будет. Ну а там мы отвлечем его другими заботами, и ему тем более станет не до тебя.

Я успокоенно выдохнула.

Фух. Тогда, пожалуй, наводить панику и впрямь пока не стоит. Хотя кое-какие вопросы у меня по-прежнему остались.

— Тебя что-то беспокоит, девочка моя? — заметил мой рассеянный на вид учитель, когда мы обсудили самые насущные вопросы и нам с Арчи настало время уходить. — Ты выглядишь задумчивой.

— Да. Учитель, я все пытаюсь понять… вот вы в свое время провели над Арчи ритуал, который отнял у него тень. Однако тень на самом деле так никуда и не делась. При этом, когда Арчи вырос, он о Тэ совсем не помнил, но все же сохранил магический дар и стал полноценным магом. Потом он умер, его душа переселилась в другое тело, и дар он, разумеется, утратил.

— Да. И что? — непонимающе моргнул мастер Дэврэ.

— Скажите, а демону его магия теперь доступна? — задала я мучающий меня вопрос.

Учитель даже не задумался.

— Да. Магический дар неразрывно связан именно со свойствами тела, а не души. Поэтому тень Арчи после смерти все-таки сохранил, тогда как магию, увы, нет.

— Это означает, что демон стал опаснее вдвойне… особенно если знаком с законами нашего мира, а тот, кто его призвал, еще и поднатаскал его в теории. С практикой ему, правда, придется повозиться, но меня сейчас другое интересует. — Я немного помолчала, а потом осторожно поинтересовалась: — Скажите, а что будет, если мы все-таки справимся и душа Арчи вернется на положенное ей место? Он станет прежним? Магия к нему вернется?

Мастер Дэврэ пожал плечами.

— В моей практике пока таких случаев еще не было, но если строго следовать теории, то да. Он станет прежним, хотя, быть может, какое-то время у него снова будут проблемы с памятью.

— А тень? — тихо спросила я, и лениво прогуливающийся по стенам Тэ резко замер. — Что будет с ней, если Арчи станет таким, как прежде?

И вот тут-то учитель задумался всерьез и надолго. И даже Арчи забеспокоился, когда тот не сразу ответил.

— Знаешь, — после долгой-предолгой паузы сказал наконец старый маг, — когда леди Амелия пришла ко мне с непростой просьбой, я тоже сперва засел изучать теорию и поднял на уши всех друзей, которые, как и я, решили помочь молодой вдове и дали при этом клятву о неразглашении. Понимали ли мы, что этим нарушаем закон? Конечно же, да. Были ли мы уверены в успехе? Определенно, нет. Но убитой горем женщине, которая буквально на днях потеряла мужа, а теперь оказалась перед угрозой потерять еще и единственного сына… я, признаться, просто не смог отказать. Поэтому, разумеется, перечитал и перерыл все книги, статьи и даже просто упоминания о теневиках, которые только нашел. И вот что в итоге понял…

Он сделал еще одну крохотную паузу и снова продолжил:

— Ментальная связь, о которой так часто говорят, когда рассуждают о теневых магах и их астральных двойниках, на самом деле далеко не все, что их связывает. По факту ментальная связь — это лишь способ связи. Тогда как тень — не просто призванная сущность, а еще и верный друг, который мало чем отличается от обычных живых друзей. Это, в свою очередь, означает, что между теневиком и его двойником существует также очень тесная духовная связь, которую разорвать при всем желании невозможно. А еще между ними, как между некоторыми близнецами, образуется связь телесная. Ну знаешь, если одного ударить, второй тут же заплачет… слышала о таком?

Я быстро кивнула.

— Так вот, я нашел способ разорвать телесную связь между Арчи и его тенью, — виновато покосился на Тэ учитель. — Но тогда я еще не знал о связи духовной, поэтому, когда ритуал закончился, а мальчик так и не пришел в себя, мы все порядком испугались. Ритуал был долгим, сложным. Арчи, хоть и находился под пологом сна, кричал и бился, словно его резали заживо. А потом вдруг замолчал. Погрузился в то самое состояние между жизнью и смертью, которое ты уже видела. Я долго не мог понять, что с ним происходит. Нас было шестеро искуснейших магов, включая сильнейшего в столице целителя. Но как бы отчаянно мы ни пытались вытянуть Арчи к свету, он упорно стремился во тьму, как будто бы его там что-то держало. И вот тогда меня осенило… я понял, что далеко не все связи с тенью оборвал. Понял, что нам придется заставить его забыть о тени, так же, как он когда-нибудь забудет обо всем остальном. И вот тогда я подумал о рунах… да-да, моя милая, все о тех же грешных и горячо любимых тобою рунах. Составил нужную схему. Придумал цепь. Потом нанес нужную последовательность на тело Арчи, и только тогда он перестал наконец сопротивляться. Тень ушла из его жизни насовсем, а он, когда проснулся, о ней ничего не помнил.

— Вы что, заблокировали его память?

— Нет, Алания, — грустно признался маг. — Я повредил ему душу и, если говорить обычными словами, попросту отрубил от нее кусок, чтобы спасти ему жизнь.

Я в шоке уставилась на сидящего рядом кота.

— Вы сделали его ущербным⁈

— Увы. Из-за меня он утратил способность глубоко привязываться к людям. С уходом тени его чувства потеряли остроту. Поэтому он крайне редко в полной мере ощущает радость, удовольствие, сомнения, горечь, обиды и даже боль. Его мало что волнует. Он почти не подвержен обычным человеческим эмоциям. Поэтому-то и отдалился от людей. Ему ведь, по большому счету, никто не нужен. Часть его души так и осталась вместе с тенью, которая моими усилиями его покинула. Причем сам он об этом даже не догадывался. Мальчик, которого мы так хотели спасти, на самом деле остался духовно искалеченным. И сознавать это было гораздо хуже, чем если мы бы оставили все как есть.

Я вздрогнула и посмотрела на помрачневшего Арчи. А потом заметила, как подобравшаяся к старику со спины тень тянет к нему крючковатые руки, на которых вместо обычных пальцев отросли длинные когти, и поспешила их перехватить.

— Ох… — выдохнула я, когда мои ладони обжег знакомый холод потустороннего.

Тэ отшатнулся и, вернув руки на место, в панике прижал ладони ко рту.

— Ничего, ничего… мне совсем не больно, — судорожно подула я на закоченевшие пальцы и сделала успокаивающий знак, когда он засуетился и заметался вокруг меня, не зная, чем помочь. — Не переживай. Я в порядке… Учитель, постойте. Но как же Арчи теперь? Тень ведь к нему все-таки вернулась.

Тот тяжело вздохнул.

— Да. И заодно вернула недостающую часть его души, тем самым напомнив ему, что он все-таки живой, и позволив задержаться в этом мире. Однако как только Арчи вернется в свое тело, их связь снова оборвется, и он снова станет тем лордом Кайроном Даррантэ, которого мы знали.

— Ур-ш! — сердито зыркнул на него кот.

— Прости, мой мальчик. Руны, которые я нанес на твое тело, уже не получится стереть.

— Зато их можно изменить! — неожиданно осенило меня.

— В принципе… да, можно, — немного поразмыслив, признал старик. — Но для этого Арчи, во-первых, должен будет вспомнить, что они вообще у него есть. Должен узнать об этом разговоре. И, что самое важное, он должен захотеть вернуть себе тень, а это, как ты понимаешь, непросто.

«Почему⁈» — хотела воскликнуть я, но тут вспомнила, что читала недавно о теневиках, и своевременно прикусила язык.

У теневых магов нет семьи. Нет титула. Нет права на наследование при наличии иных претендентов на место главы рода, при этом невзирая на пол или возраст. Многие двери для них закрываются. От них отворачиваются. И они теряют право на прежнюю жизнь, всецело переходя в зависимое, унизительно подчиненное, но с точки зрения безопасности страны оправданное положение, превращаясь из обычных магов в настоящих изгоев.

Для лорда Кайрона Даррантэ это будет означать потерю не только семьи, титула и прежнего образа жизни, а также магии и, разумеется, работы. С возвращением тени вся его жизнь мгновенно полетит под откос. Все, к чему он привык, что имел и чем дорожил…

Стоило ли возвращение ненужных ему в прошлой жизни чувств и старого друга такой жертвы?

Я, если честно, даже представить не могла, что стала бы делать, если бы однажды кто-то поставил меня перед таким страшным выбором. А потом осторожно покосилась на сжавшего зубы Арчи и неожиданно поняла, что пока не хочу знать ответа на этот вопрос.

* * *

— Тэ… эй, Тэ!

Тень, уже собравшаяся уходить, удивленно обернулась.

— Скажи, как тебе удается взаимодействовать с материальными предметами? — тихонько спросила я по возвращении, поскольку и этот вопрос меня сильно интересовал.

Арчи, уже собравшийся вернуться к книгам, тоже заинтересованно подошел и, усевшись напротив стены, где висела его личная тень, вопросительно мяукнул.

Тэ ненадолго задумался, как бы нам лучше объяснить, а потом вытянул руку в сторону. Затем что-то сделал, отчего она вдруг перестала быть плоской, после чего просто выдернул ее из стены, как самую обычную руку и, как уже бывало, показал мне.

Я, не удержавшись, подошла вплотную и, поколебавшись, аккуратно коснулась кончиком пальца раскрытой ладони.

Было холодно, да. Однако совсем не так морозно, как пару часов назад, когда Тэ хотел задушить мастера Дэврэ. Правда, едва тень осторожно сжала пальцы и наши ладони соприкоснулись, холод стал ощутимо сильнее. А после я почувствовала… как из меня словно уходит что-то. Что-то очень важное, неимоверно ценное и то, о чем я раньше не подозревала.

В этот же самый момент мне отчаянно захотелось отдернуть руку, и инстинктивно я ощутила, что не хочу отдавать Тэ то, что он пытался у меня забрать. Однако тень и сама уже отстранилась. А потом стена потемнела, и на ней, как раньше, разыгралось целое представление.

На этот раз тень нарисовала какую-то комнату, на которой мирно спал в постели человек. Что за человек — не суть важно, Тэ даже не стал обозначать, мужчина это или женщина, ребенок или старик. Просто человек… живой и совершенно нормальный. Но тут из стены в его комнату шагнул непроглядно черный силуэт, на цыпочках подкрался и, увидев стоящую на столе вазу, ловко умыкнул ее и спрятал себе под полу.

Потом точно так же забрал со стола лежащую там книгу. Стоящий рядом подсвечник. И даже нашедшуюся у стены кочергу, которая, полагаю, была ему и даром не нужна.

И вот что интересно: несмотря на то что вскоре количество предметов возросло до десятка, в облике самой тени совсем ничего не изменилось. Она не стала выше. Ее карманы не раздулись от помещенных туда предметов. Так, как если бы явившаяся в наш мир сущность на самом деле не имела четких размеров и при желании могла вбирать в себя все желаемое, словно в безразмерный пространственный мешок.

— С артефактами ты так же поступаешь? — снова спросила я, покосившись на разложенные по всей гостиной книги.

Тэ быстро кивнул.

— И от этого, я так понимаю, нет защиты? Если уж ты вошел, то все остальное уже неважно?

Тень снова кивнула, после чего изобразила на столе некий испускающий сияние предмет, от которого аж воздух расходился волнами, насколько сильная в нем была спрятана магия. Но тут молчаливый воришка совершенно спокойно взял эту вещь в руки и так же спокойно спрятал внутри себя, нимало не смутившись уровнем магического фона.

Артефакт, как ни странно, тут же погас, хотя я честно ожидала, что после кражи хорошо заметный в обычное время ореол перейдет на тень. Однако нет. Ни единого всплеска в магическом фоне не произошло. Просто сначала был артефакт, потом исчез. Тогда как тень просто вернулась обратно в стену и растаяла в ней, не оставив после себя никаких следов.

Я прикусила губу.

— А с людьми ты взаимодействуешь так же? Говорят, вы умеете даже убивать…

На стене после моего вопроса снова появилась все та же комната, безмятежно спящий в постели человек, а также тень, которую на этот раз предметы уже не интересовали. Бесшумно подкравшись к ничего не подозревающему соне, тень уже знакомым движением высунула руку из стены, после чего совершенно беспрепятственно погрузила в чужую грудь и, что-то там нащупав, потянула обратно.

Человек от этого, что удивительно, не проснулся, однако все же поежился и попытался глубже залезть под одеяло. Потом задрожал, словно ему вдруг стало очень холодно. А еще через несколько мгновений тень с некоторым усилием все-таки выдернула руку обратно, а вместе с ней оттуда вышел и призрачный, плохо оформленный, но вполне узнаваемый силуэт.

— Так ты что, способен забирать чужие души⁈ — чуть не отпрянула я.

Картинка с комнатой тут же смазалась, а вместо нее возник прекрасно знакомый нам Тэ и серьезно кивнул.

— Тогда чем ты… то есть… прости меня за этот вопрос, но чем же ты тогда отличаешься от самого обычного демона⁈

Тень сделала успокаивающий жест, словно говоря, что прекрасно все понимает и не обижается на подобное сравнение. Потом исчезла. А вместо нее нам с Арчи показали совсем другую историю.

Это был… наверное, все-таки иной мир. Точнее, потустороннее, населенное самыми разными созданиями и сущностями. В том числе большие и маленькие, похожие на людей и не очень. При этом они отчаянно сражались друг с другом за право жить даже в этом, довольно страшном и неуютном мире, а по возможности поглощали одна другую, становясь от этого немного больше и чуточку сильнее.

— Это и есть место, где ты живешь? — спросила я у Тэ, когда более-менее разобралась в происходящем.

Тень кивнула. А потом нарисовала огромного, пузатого, неповоротливого монстра, который охотился на всех подряд. На мелкие тени, на крупные… хватал и пожирал все, что попадалось под руку. После чего неспешно отправлялся дальше, раздуваясь с каждой проглоченной сущностью прямо на глазах.

— Демон? — спросила я. — Значит, вы все-таки обитаете в одном мире… и во многом действительно похожи. Но в чем же разница, Тэ? Чем же вы все-таки отличаетесь?

Тень сделала еще один успокаивающий знак, а потом изобразила над жадно озирающимся демоном тоненький, едва видимый купол и бросившиеся врассыпную другие тени, которые об этот самый купол безуспешно бились. Демону до него, правда, было не достать — слишком тяжел стал и неповоротлив. А вот тени беспрестанно сновали рядом и время от времени настойчиво пытались пробить купол, правда, не у всех это получалось.

И вот одна из теней неожиданно замерла, словно к чему-то прислушиваясь. И действительно, скоро в одном месте купол явственно замерцал, а потом и пошел волнами, как если бы снаружи его кто-то потревожил. Затем в одной-единственной точке он так же неожиданно истончился, туда не слишком уверенно просунулась совсем еще маленькая… похоже, детская рука. Оказавшаяся поблизости тень с неимоверным облегчением за эту руку ухватилась и, на этот раз благополучно пройдя через непроницаемый прежде купол, все-таки вырвалась на волю.

— Вот оно что, — тихонько присвистнула я. — Значит, как и демоны, вы тоже нуждаетесь в призыве! Да и по сути своей ничем, в общем-то, не отличаетесь. Просто демоны крупнее, тяжелее и сильнее всех остальных. А для тебя опасны точно так же, как и для нас… тьма! А ваши хозяева об этом знают?

Но тут же спохватилась.

— Хотя о чем я? Конечно знают, раз у вас с ними ментальная связь. И те, кто работает с теневиками, тоже, разумеется, в курсе дела. Только простым обывателям об этом не сообщают, чтобы не провоцировать панику, тогда как все причастные, как водится, прекрасно осведомлены. Но тогда кто вы на самом деле, Тэ? Откуда беретесь? Как оказывается в том темном мире?

Тэ проворно изобразил на стене большое кладбище и отлетающие с него друг за другом души. Причем если одни выглядели смиренными, улыбчивыми и спокойными и сразу после смерти с благостным видом складывали ручки, а затем благополучно возносились, то другие, оказавшись вне тела, яростно скрежетали зубами, грозили кому-то кулаком и даже пытались подраться с теми, кто оказался рядом.

Они так и проваливались вниз, сцепившись друг с другом и отчаянно барахтаясь. А проваливались, разумеется, в тот самый мир, о котором я почти ничего не знала, и прямо-таки сыпались сверху, пополняя собой ряды тех, кому не повезло оказаться там раньше.

Я на мгновение прикрыла глаза.

Что ж, идея разделения миров не нова, и время от времени кто-то регулярно высказывал мысль, что наши личные тени — это порождения мрака. Однако на самом деле это были обычные души. Те, что оказались недостойны или же по глупости своей отказались от перерождения, а вместо этого попали в мир, населенный такими же, как они, злобными душами, за что потом и расплачивались веками, лишь очень изредка получая возможность что-то изменить.

— Что же тогда такое призыв? — почти прошептала я, глядя одновременно на тень и сидящего у стены задумчивого Арчи. Об этом он, наверное, с Тэ еще не говорил — за последние дни у них, полагаю, были более важные темы для разговора. — Почему одни из вас становятся демонами, а другие стремятся вернуться к свету? Чем вы отличаетесь, кроме размеров? И что будет, если какой-то демон вдруг окажется настолько силен, что соберется с силами и пожрет всех остальных?

Тэ пожал плечами и, вернувшись к неповоротливому монстру, изобразил, как тот одного за другим хватает его сородичей, кого-то иссушает, кого-то глотает целиком. Некоторых подхватывает огромными лапищами прямо во время падения. Ну а когда рядом никого не остается, непонимающе озирается, потом пытается ползать и искать себе добычу. Но никого не находит, слабеет, дряхлеет и наконец издыхает, развалившись на земле неопрятной черной тушей.

Как только он испускает дух, поглощенные им тени снова вырываются наружу, однако вместо того, чтобы взяться за ум и что-то менять, они с удвоенной яростью набрасываются друг на друга и заново начинают делить освободившиеся территории. Вскоре одному из них удается поглотить чуть больше сородичей, чем остальные, и вот уже на старом месте рождается еще один демон, и все начинается снова… А потом еще раз… и опять по одному и тому же кругу… и эта бесконечная круговерть никогда не кончается, поскольку обуреваемые самыми низменными страстями души упорно не хотят меняться.

Правда, не все. Некоторые все же устают от бесконечных войн на выживание, от бесполезной борьбы за власть, от вечной гонки сильного за слабым. Поэтому-то и держатся в сторонке от остальных. Стараются избегать ненужных драк. И заодно старательно присматриваются к куполу в надежде, что он откроется и их кто-нибудь все-таки позовет. Ну а если такое происходит, такие тени со всей доступной скоростью покидают негостеприимный мир демонов. А в мире живых предпочитают не продолжать тот бесконечный бой, не поглощают души, а, наоборот, стремятся верой и правдой служить хозяину, лишь бы больше туда не возвращаться.

Самое интересно, что тень оставалась с одним и тем же хозяином с самого его раннего детства и до самой смерти, намертво привязанная добровольно накинутыми узами. А когда тот взрослел, состаривался и однажды все-таки умирал, тень, будучи по-прежнему к нему привязанной, уходила следом за ним туда, наверх. На долгожданное перерождение, которого иным путем было не добиться.

— Вот оно что… — наконец-то прозрела я. — Так для вас это — искупление! Тени, что отзываются людям на призыв, это те, кто опомнился и захотел вернуться, чтобы еще раз пройти, хоть и немного иначе, жизненный путь, но теперь закончить его как положено!

Тэ с облегчением кивнул.

— Вот теперь я понимаю, как вы выбираете себе хозяев, — задумчиво протянула я, напряженно додумывая остальное. — Чтобы уйти на перерождение, человек, который вас призвал, должен быть чист и светел душой…

Тэ снова быстро кивнул.

— В противном случае после его смерти вы уже вдвоем окажетесь там, где ты уже был, и все это не будет иметь ни малейшего смысла. Хотя… — Мне в голову вдруг пришла еще одна похожая на правду мысль. — Быть может, в порыве отчаяния кто-то из вас и не захочет ждать нормального хозяина. Примет любую помощь, от кого бы она ни исходила. И порой, чтобы хотя бы на несколько десятилетий вырваться из потустороннего мира, кто-то будет готов принять любую руку, даже если она не совсем чиста. Так?

Тень с сожалением показала, что и тут моя догадка верна.

Это, в свою очередь, означало, что среди теневых магов, как я сначала подумала, необязательно будут встречаться честные, благородные и светлые душой люди. Кто сумел призвать, тот и призвал. При этом тени, как и все остальные души, после смерти не имели воспоминаний о прошлой жизни. О том, где они родились, кем были, на какое имя откликались… но в то же время совсем уж неразумными они не являлись. Все-таки как минимум одну жизнь уже прожили и, даже если забыли все остальное, то многие знания и навыки у них сохранялись.

Ну а что же касается Тэ и нашего Арчи…

Я мельком покосилась на о чем-то напряженно размышляющего кота.

Мне все-таки кажется, что они с тенью в чем-то похожи. И если уж Тэ оказался честным, верным, бесконечно преданным существом, то, скорее всего, и хозяина предпочел выбрать такого же.