Глава 25

Я оказалась права. Для активации пентаграммы потребовался весь магический резерв и прорва жизненной энергии. Из меня будто резко выдернули стержень и погрузили в кокон, пошевелиться в котором не было никакой возможности. Стало так холодно, что заколотило крупной дрожью, даже зубы застучали. Потемнело в глазах. Я и не заметила, как появился Рэн. Только в области груди вдруг стало горячо, как от печки, и желанное тепло волнами пошло по телу. Сколько так продолжалось, понять не могла. В голове пронеслась жизнь от рождения на Земле и до текущего момента. Некто строгий и могущественный будто бы оценивал каждый поступок или невольную мысль и складывал их на чаши незримых весов.

Испытание закончилось, когда пребольно стукнулась локтем о пол. Незримые путы с тела и разума исчезли, и я неловко завалилась на бок. Меня тут же подняли и усадили на диван, подушечку подложили, пледиком теплым укутали и вдобавок стиснули так, что ребра захрустели.

– Раздавишь! – прохрипела сиплым голосом и пожаловалась: – Пить хочется.

– Как хорошо, что ты очнулась, – радостно защебетала Лелана, – я мигом принесу. Чего хочешь? Компотику, водички, соку?

Я поморщилась – без разницы, что пить. Я бы и поесть не отказалась, чувствовала себя как выжатый лимон. Озвучила и это желание.

– Найду покушать, а как же! Давай помогу подняться. – Навка чуть не рывком поставила меня на ноги, а потом проводила к столу.

Откуда там взялись еда и питье, да еще в таком количестве, даже не спрашивала. Не до того было. Первым делом осушила кувшин с травяным взваром, потом настал черед куриного бульончика – самое то для восстановления сил. Дальше в ход пошли овощные салаты и мясные блюда. Налопалась от души и даже захмелела от сытости. Или так повлиял бокал красного вина? Так-то я не пью, но тут подруга всунула фужер в руку со словами «сегодня можно».

– И что это было? – Теперь бы и подумать, что произошло.

– Это я ждала объяснений, – оторопела Лелана, – ты как коснулась каменного отпечатка, так и застыла, словно сама в камень превратилась. Белая, как нечисть, сделалась. Тут еще Рэн как ошпаренный с места сорвался. Защита фамильяра пропустила, а меня так шибанула, что… В общем, на одну вазочку меньше стало. Я, когда в стену впечаталась, шкафчик проломила нечаянно. Мебель и стена уже сами восстановились, книги уложила обратно. А вот вазочку и еще десяток безделушек не собрать. Ругать будешь? Знаешь, как я испугалась? Вытащить не могу, позвать на помощь – тоже, мысли не слышу, будто и нет тебя, представляешь? И сейчас ничего не слышу, – с обидой поделилась подруга. – Как себя чувствуешь? Не пора ли выбираться отсюда?

– Вот ты трещотка, столько успела рассказать и вопросов задать, что голова кругом, – улыбнулась Лелане, – не волнуйся, я в порядке. Силы, правда, потратила столько, что и за ночь не восполнить. За вазочку не обижаюсь, не специально же разбила. Меня другое беспокоит… Рэн, дружочек, проснись. – Достала из-за пазухи котенка, слегка потормошила. Питомец же сладко зевнул и свернулся клубочком. – Спаситель мой, помощник. Что бы я без тебя делала?

Вспомнив, где облюбовал местечко фамильяр, отнесла его на лежанку. Источник быстрее восстановит силы, чем опустошенная ведьмочка. Самой требовалось время, чтобы восполнить запасы энергии.

Следующим важным моментом была тетрадь, что оставила Гедера. Судя по изнывающей от любопытства навке, сунуть нос в дневник у нее не получилось. На вопрос – почему же? – подруга огрызнулась, поминая недобрым словом озабоченных ведьм с их защитными заклинаниями.

После активации пентаграмма не представляла никакой опасности. Для меня, конечно. Без волнения ступила внутрь и подошла к подставке. Та будто уменьшилась в размерах и подстроилась под мой рост. А может, такой и была?

Пергамент, стоило прикоснуться, рассыпался в пыль. Он выполнил предназначение и передал послание, потому и уничтожился за ненадобностью. Дневник же спокойно дожидался новой владелицы. В кожаном переплете, с золотым тиснением и замысловатой застежкой он напоминал древний фолиант. Впрочем, содержание его вполне тянуло на бесценный раритет, за который любой маг отвалит мешок золота.

Поначалу застежка, инкрустированная драгоценными камнями, не поддавалась. Заклинило от времени? Потом догадалась напитать узор собственной кровью, и она сама сползла в сторону. Ну как догадалась? Поцарапалась об острый краешек.

Первую страничку перевернула с неким благоговением, все-таки вековая тайна! На титульной странице каллиграфическим почерком сообщалось, что сей труд принадлежит Гедере эн Лейдер, урожденной Эллиарес, Верховной ведьме и магессе, по знаниям равной имперскому архимагу. На второй странице – личное обращение, оставленное для меня:

«Дорогая преемница! Если читаешь эти строки, значит, пророчество древнего оракула сбылось. Прости за те испытания и трудности, что пришлось пережить тебе по дороге сюда. Но без них твое появление здесь было бы невозможным…»

Послание растянулось на десяток страниц убористым почерком. Если вкратце, то ведьмы выполняли волю высшего божества, говорившего устами какого-то там почитаемого пророка. Золана, тезка из прошлого, на самом деле не была высшей Верховной, а лишь ближайшей соратницей и младшей сестрой Гедеры. Роль сестер состояла в том, чтобы отсрочить гибель Рэллорнского леса и воспитать ту, кто возродит былое величие Элира и станет родоначальницей новой элийской расы. Неспроста выбор Гедеры пал на мага пространственной магии Тониона эн Лейдера. Ей предстояло постигнуть тонкости портальных переходов и управление временем. На долю младшей Золаны выпала не менее тяжкая участь – родить дитя от самого могущественного мага Бхирта, императора. По легенде, у Нтора Первого и Золаны не было совместных детей, но то официальная версия. На самом деле первая ллира империи прибегала к ведьминским ухищрениям, чтобы правда не открылась. До определенного момента, пока Гедера не освоила магическую науку. Как только Золана поняла, что понесла, отпросилась у императора погостить у сестры. Тот, зная, каким параноиком в плане безопасности слыл Тонион эн Лейдер, со спокойной душой отпустил ведьму. Месяц, отмеренный его величеством, в сжатом пространстве покоев архимага вылился для Золаны в год. И никто не заподозрил, что драгоценная ллира императора успела родить чудесную девочку, самое дорогое и бесконечно любимое существо в ее жизни. Золана много плакала у колыбельки дочери и не желала с ней расставаться. Но священный долг перевесил материнские чувства, и в положенный срок ведьма покинула дом. А еще через два месяца исчезла и Гедера с девочкой. О наличии последней не знала ни одна живая душа. В течение двух лет, которые в Элире растянулись на три столетия, ведьма провела в домике, построенном в чаще густого леса. Гедера растила племянницу и трудилась над дневником, в котором собирала знания, доступные ей как ведьме и сильному магу. В назначенный час она подкинула девочку на порог школы-приюта, а сама через некоторое время устроилась туда же воспитательницей. Все годы, пока маленькая Золана взрослела и набиралась знаний, Гедера присматривала за ней и оберегала. Она же и пожертвовала собой, чтобы у юной ведьмочки появился шанс. Добровольно отданная Высшей жизнь подлечила и поддержала истерзанное тело Золаны до появления в нем меня.

На дневник, размывая чернила, закапали слезы. Мне было бесконечно жаль обеих матерей Золаны. И ту, что родила, но оставила дочь по воле древнего божества. И ту, что воспитала и пожертвовала собой для достижения наивысшей цели. Когда ради твоего существования кто-то расплачивается самым ценным и дорогим, невольно проникаешься уважением и чувством долга. Ведьмы исполнили предназначение безупречно, а мне ничего не оставалось, как отплатить добром и завершить начатое дело. После таких откровений не найдется достойного повода, чтобы отказаться от возложенной миссии. Да и не смогу я так поступить. Не после того, через что прошли эти великие женщины.

Следующая пара страниц ушла на разъяснения по использованию временной аномалии и настроек портала. В покои Лейдеров попасть можно только по потайному ходу через подземный этаж или же порталом. Кстати, смотрителя Гедера рекомендовала не искать, чтобы не вызвать подозрений. Тогда еще молоденький служка, безнадежно влюбленный в ведьму, поклялся в верной службе, чем она (ведьма) практично воспользовалась. Более двух с половиной столетий провел Сонофий Плат в должности смотрителя. Для слабого мага солидный срок жизни. Но не для того, чьи внутренние часы замедлили ход в четыре раза. С моим появлением служение закончилось, и старик ушел на покой.

В этот раз обратный путь проходил через библиотеку. В дальнейшем я могла настроить постоянный портал в любом месте. Достаточно начертить аналогичную пентаграмму. Рисунок с подробными пояснениями обнаружился на следующей странице, рядом прилагалась таблица символов, ответственных за время пребывания в покоях архимага. Сейчас лууны портала настроены в соотношении сутки здесь и один час снаружи. Такое время Гедера отвела, чтобы разобраться с посланием, восстановиться и тщательно обдумать новости. Помимо этого в момент опознавания активировался щит от ментального вмешательства. Теперь ни подчинить, ни прочесть мои мысли никто из смертных или бессмертных не мог. На самом деле такую защиту Гедера установила мне еще в младенчестве, но та до сегодняшнего дня никак не проявляла себя.

Вот почему Лелана не прочла мысли, как прежде!

– Ну что там? – Изнывающая от любопытства подружка безуспешно заглядывала в дневник. Его содержание было доступно только новой хозяйке. Остальные видели лишь чистые страницы.

– Обрадую, мы теперь в родстве с самим императором, – насмешливо улыбнулась, глядя на огромные глаза навки. Знаешь, кто папочка вот этого тела? – ткнула себя пальцем в грудь. – Сам Нтор Завоеватель. А Золаной нарекли в честь матери, якобы последней Верховной ведьмы. Гедера эн Лейдер – родная тетка, а потому все, что ты тут видишь, принадлежит мне. Нам. Наследников Тонион эн Лейдер не оставил. И кстати, можем спокойно отдохнуть тут до завтрашнего вечера. Все равно снаружи пройдет один час.

– Охо-хо! – простонала Лелана и присела на ближайший диванчик. – Вот это новости. Значит, ты принцесса? Тогда тот напыщенный хлыщ в коридоре твой, мм… род-ствен-ни-чек? А поскольку мы породнились, то и мой тоже. Ну держись, Нтор! Займусь перевоспитанием по-родственному, – злобно пообещала навка.

– Не переусердствуй только, – хмыкнула, представив, что в ближайшем будущем ожидает несчастного парня, – оставим императорскую семейку в покое. Я не собираюсь афишировать принадлежность к правящей династии, и без того проблем хватает. Необходимо завершить дело, порученное самим, гм, высшим существом. Дневник отсюда выносить нельзя, тут он под надежной защитой. Раз уж хранился здесь столько лет и никто из архимагов не подобрал ключик, пусть и дальше лежит. Предлагаю все важное и ценное перенести в покои Лей… в мои покои. Завтра вернемся в наш домик, и я настрою портал. Кстати, ты пробовала воспользоваться водной тропой?

– Нет, – на щеках подруги проступил румянец, – прости, так вымоталась на испытании, что сил на тропу не осталось.

– Можешь и не пытаться. Тонион эн Лейдер заблокировал любые перемещения. И сразу отвечаю на вопрос: ректору, как временному хозяину поместья, подобное разрешено.

– А как же…

– Да, теперь академия переходит к единственной наследнице. Понимаешь, что это значит?

– Не совсем. – Лелана вопросительно уставилась, ожидая пояснений.

– Любой магиус и маг, так или иначе связанный с этим местом, носит на себе знак, – кивнула на свой, приколотый к одежде. – Его можно снять, выкинуть или потерять, но… абсолютно каждый человек, проживающей внутри защитной стены, вынужден расплачиваться собственной маной, резервом. А ты задумывалась, куда девается эта прорва энергии? Нет? Так я объясню. Гедера вкратце коснулась этой темы, но основное предстоит выяснить самим. В общем, мало того что академия самое неприступное и защищенное место в империи, она способна содержать себя самостоятельно за счет встроенных на каждом шагу заклинаний. Это титаническая кропотливая работа, труд не одного года и даже десятилетия. Тонион эн Лейдер на протяжении жизни совершенствовал родовое жилище, дополнял, изменял бытовые заклинания, охранные, атакующие – всего и не перечислить. Ну, так, навскидку, поместье сохранится в первозданном виде еще лет пятьсот, даже при отсутствии тут живых существ и нового вливания силы.

– Ого! Не знаю, что и сказать. – Лелана ошалело осмотрелась по сторонам. – Отлично, наверное. И что из этого следует?

– А то, что где-то на нижних уровнях сохранилась сокровищница архимага. Гедера описала, как в нее попасть. Но, что важнее, как у полноправной наследницы, у меня есть доступ в личную лабораторию Лейдера. Тонион никого не пускал туда, даже любимую супругу. Тетя предполагала, что там хранились накопители. Лейдер постоянно скупал драгоценные камни. Ну и уж совсем из области невозможного: архимаг выращивал искусственные кристаллы, способные вмещать гигантское количество маны. Вот только доказательств этому нет. Когда Гедера жила с мужем, Тонион вскользь упоминал об этом. Не факт, что ему удалось добиться успеха. Но в чем ведьма уверена, так это в том, что упертый маг всегда добивался, чего хотел, за одним известным исключением. Ну а мы если сопоставим прорву поступающей энергии и прикинем расход, то получим излишек, который ежедневно необходимо сливать и где-то хранить.

– Замечательная новость. Нам-то что с того? Думаешь, никто не спросит, откуда взялось столько дармовой энергии?

– Есть одна мысль, но пока на уровне предположений. Оставим это на потом. – Мелкая месть удалась. Леланка едва не лопнула, безуспешно пытаясь взломать защиту ведьмы, чтобы покопаться в моей голове, как прежде. – Всему свое время, – добавила на полном серьезе и тут же скорчила веселую рожицу.

– Ну Зола-ан! Так нечестно, – возмутилась навка, – я ж не усну теперь, буду гадать, для чего накопители и прорва маны. Намекни хоть, в каком направлении думать.

– Ладно, – сдалась я и для достоверности подняла руки, – пожалею тебя. Вспомни о ритуале некромантии и о том, что случилось потом.

Подруга посмурнела. Заметно, как тяжелы для нее моменты рокового дня.

– Я не о перерождении, – исправилась, чувствуя вину за потревоженные воспоминания, – а о крохотном ростке, ради сохранности которого пролилась невинная кровь.

– Рэллорн? – догадалась Лелана. – И при чем тут накопители? Ему нужна энергия жизни, а не мана.

– Так и было. Раньше. Представь, сколько тысячелетий рождались и умирали ведьмы, чтобы искрами души и знаниями наполнить живой сосуд. Ни моей, ни твоей жизни не хватит. Магическая мана – это ведь тоже энергия, жизненно необходимая каждому одаренному. А если учесть, что ведьмы способны пополнять резервы и передавать их магу, что получается?

– Э… – Лелана задумалась серьезно и надолго. Я не торопила. Идея давно витала в воздухе, и даже странно, что никто не изучал этот вопрос. Подозреваю, из-за отсутствия среди элийцев полноценных магов. Одиночки, которым удавалось повторить путь Гедеры, были озадачены вопросами выживания. Да и Рэллорну ничего не угрожало. Почти. – Я поняла! – воскликнула подруга. От распирающей изнутри радости вскочила и принялась мерить гостиную шагами. – Когда маг и ведьма соединяются, ведьма неосознанно берет разлитую вовне энергию и передает партнеру, поэтому резерв у последнего восполняется приятно и безболезненно. Но возможен ли обратный процесс? Как преобразовать ману в жизненную силу?

– В целом правильно, – кивнула в подтверждение того, что мысли у Леланы развиваются в нужном направлении, – а теперь посмотри, где лежит Рэн. Как думаешь, какой источник сейчас его лечит?

– Магический! – Подпрыгнув на месте, навка захлопала в ладоши. – Магический источник.

– А теперь вспомним, при каких обстоятельствах появился Рэн и что делал при этом.

– Ну, о моменте обретения питомца я прочла в твоих мыслях, – смущенно призналась Лелана. – Рэн пришел, и ты приняла его как родное существо. Но зверек откуда-то взялся посреди пустоши, где из живых существ только мы и были. Думаешь, Рэллорн его создал? Или он жил в кроне священного дерева, питаясь энергией? Но от дерева к тому времени ничего не осталось. Искра жизни едва теплилась и погибла на наших глазах.

– Знаешь, я много думала о Рэллорне и священных деревьях, об Элире и элийцах, о ведьмах и ведьмаках и обо всем остальном. Живая экосистема, тесно связанная с обитателями, напомнила один фильм, то есть сказку с моей родины. Там тоже захватчики хотели поработить коренных жителей и забрать себе богатства чужого мира, но народ объединился и восстал, а потому затея провалилась. В Элире иноземцы действовали постепенно, быть может, поэтому достигли цели. Тем не менее шанс скинуть иго имперцев остался. Сила Бхирта в магах и людях. Даже если магия исчезнет из мира, армия, государство и народ останутся. Сейчас бхиртцы считают элийское население вторым сортом, умения ведьм принижают и сводят к роли магических батареек. Потом расскажу, – пояснила, увидев нахмуренный взгляд навки, – а потому выступать против империи опасно. Надежнее, на мой взгляд, постепенно менять мировоззрение жителей. Например, начать с признания способностей ведьм, немного изменить закон, чтобы никто не смел принуждать ведьмочку к близости, чтобы они считались полноправными гражданами.

– Но…

– Не перебивай, а то с мысли собьюсь, – остановила подругу, которую распирало от вопросов. – Наша первоочередная задача – спасти девочек из храма Бахура. После исследовать портал и определиться с местом для будущего Рэллорна. И третье – выучиться и стать самыми сильными магами империи. Знаешь, я тут подумала… твой выпад в сторону Нтора Четвертого, как ни странно, играет нам на руку. Продолжай и дальше вести себя с ним на равных и не скрывай способности к магии. Я тоже не буду этого делать. Династия эр Агирру отличается повышенной одаренностью в огненной стихии.

– Ты заявишь себя наследницей империи? – ахнула Лелана. – Представляешь, что тебя ждет? Кто поверит, что ты дочь Нтора Первого?

– Никто, – пожала плечами, – но кровь легко докажет принадлежность к императорской семье. Мало ли у его величества было интрижек на стороне? А вот девочек не рождалось с тех самых пор, как Золана заключила договор. В роду Агирру появлялись на свет исключительно наследники.

– Но зачем лезть в эту клоаку? Тебя же сожрут аристократы. А знаешь, что у них принято выдавать замуж по расчету? Пикнуть не успеешь, как окажешься женой какого-нибудь местного герцога. Или того хуже – вышлют в соседнюю страну для укрепления, так сказать, отношений.

– А Нейдан на что? По элийскому обряду мы женаты, – хмыкнула и коснулась браслета. Очередная попытка снять украшение потерпела неудачу. В свете последних открытий, может, и не стоило больше пытаться.

– Он ведьмак, – презрительно скривилась навка, – хоть и брат сводный. Э-э, а вы теперь вроде как тоже родственники?

– Сомневаюсь, что в жилах Ормута течет голубая кровь нечисти, – печально улыбнулась, припомнив процесс обретения сестры. Тогда мы обменялись кровью, и я вдохнула в Лелану собственную жизненную силу. – Ничего, он парень упертый. Если уж действительно любит, не остановится перед трудностями.

– Пожалеть его, что ли? – Леланка гаденько хихикнула и потерла ручки, что совсем не вязалось с милой внешностью, но, безусловно, подходило мстительной натуре.

– Так, – подытожила наш разговор, – с планами определились, а теперь за дело. Грех не воспользоваться временной аномалией для учебы. Думаю, никто не заметит, если ненадолго спустимся и заберем из библиотеки учебники? Раз появился такой шанс, будем учиться. А сейчас давай отдыхать, завтра предстоит насыщенный день.