Глава 11

Доклады на общих уроках я успешно сдала, на новые не нарвалась, чему была очень рада. Дира с утра хныкала и уговаривала меня раскрыть место, где лежат оставшиеся монетки и мой новый кулон, но здесь я была непреклонна. Тем более что и сама не знала — спрятать их я попросила Залу, чтобы эта пташка не залезла в мою голову и не нашла сама. Хотя появилась идея купить кулон попроще якобы для себя, и его обменять на серьги. Идею эту я старательно загоняла в дальний угол своих мыслей, чтобы Дира не заметила раньше времени. Я всё ещё была перед ней открытой книгой, поэтому все эти несколько дней, как только приходила мысль с украшением, я срочно заполняла мысли чем-то другим. Благо было чем: продолжала изучать бабушкин дневник, иногда листала фолиант рода, изучила те книги, которые мне выдал библиотекарь. После них перешла на другие книги по проклятиям, но пока ни к чему не пришла. А тем временем уже начали происходить лёгкие казусы. Действительно лёгкие и редкие — то забыла тетрадь, то учебник намочила, то под дождь попала. Ничего опасного, но тем не менее неприятное. И это подгоняло сильнее всего.

Сейчас, пока шла в подземелья на урок зельеварения, чуть не свалилась на лестнице. Но обошлось — удержалась за перила, только слегка счесала кожу на ладонях.

Подземелья освещались слабо, вентиляция с работой явно не справлялась, так как запах сырости был очень сильным. Ну хоть крысы не бегают, уже радость.

Разбухшие двери были по обеим сторонам довольно узкого коридора. Я же, прищурившись, пыталась разглядеть на них потрёпанные таблички в поисках нужной аудитории. Нашлась она почти к концу пути. Со скрипом открылась, и я оказалась, пожалуй, в самой чистой и аккуратной комнате во всей академии. Хотя, признаться, была этому очень удивлена. Это же зельеварения! Особенно с учётом проклятия! Представлялась аудитория самой пострадавшей от многочисленных взрывов и провальных экспериментов с зельями.

— О, первокурсница! — Радостно воскликнул мужчина сильно в возрасте, сидящий за столом преподавателя. Как я узнала заранее, магистр Ларосс. — Смотри-ка, Димер, повезло! Можно попробовать отработать что-то посерьёзней чистящих зелий да лёгких обезболивающих!

Я с трудом сдержала улыбку. Теперь стало понятней, почему эта комната самая аккуратная.

Бегло оглядела комнату, подошла к ближайшему от двери столу, рядом с которым располагался небольшой котелок. Вдоль дальней стены за стеклянными дверцами шкафов находились флаконы с зельями, пучки сухих трав, какие-то холщовые мешочки. А Димером оказался тот самый парень, в которого я врезалась в коридоре. Имя казалось знакомым, но где я его слышала — так и не вспомнила.

Преподаватель с восторгом перебирал варианты зелий, которые можно пройти с присутствием не подверженной проклятию первокурсницы. Димер сидел в это время за партой, подперев щёку и поглядывая то в окно, то на часы в аудитории. Вскоре я поняла, почему, и невольно повторила его позу. Магистр явно не мог удержаться на одной теме и перескакивал с одного на другое. Так всего лишь в выборе зелья прошёл практически час. За это время я успела узнать, что учеников у магистра за последние двадцать лет было всего около десятка. Что он не может нормально учить с этим проклятием. И что ученики вынуждены или раз за разом отрабатывать простейшие зелья, или ждать первокурсников, которым подойдёт зельеварение. Помимо этого он успел много рассказать случаев из уроков и до, и после проклятия, начал проговаривать с десяток рецептов зелий и тут же об этом забывал. Я покосилась на Димера. Тот поймал мой взгляд, закатил глаза и усмехнулся. Ладно, поняла, ждём. Интересно, как преподаватель с таким рассеянным вниманием вообще умудряется в зельях разбираться? Там же должна быть чёткая работа, всё по граммам, по секундам. Малейшая ошибка и итог непредсказуем!

— Слушайте, а давайте от проклятий?! — Высказал он очередное воодушевлённое предположение. — Тебе так точно пригодится! Раз ты собираешься идти дальше следователем по магическим преступлениям, тебя не раз проклянут, — он кивнул на Димера. Я с любопытством покосилась на парня. Интересную профессию он выбрал! Интересно, какая у него магия?

— Так, решено! Записываем!

Я с удивлением глянула на учителя. Димер выпрямился, придвинул тетрадь с ручкой. Показал мне знаками поступить так же.

Я послушно начала записывать рецепт и порядок закладки ингредиентов, продолжая удивлённо поглядывать на магистра. Он уже не выглядел рассеянным человеком, объяснял всё чётко и по делу, проговаривая каждую мелочь.

Как только мы записали рецепт в тетради, магистр подошёл к шкафам у стены. Он вытаскивал с полок какие-то склянки, шуршал мешочками с травами и что-то бормотал себе под нос. Димер же сидел совершенно спокойно.

— Не переживай, — сказал он, заметив моё замешательство. — Магистр Ларосс знает, что делает. Просто ему нужно время, чтобы собраться с мыслями.

— А часто он так? — шёпотом спросила я, косясь на преподавателя, который уже набрал полные руки ингредиентов и продолжал что-то искать.

— Каждый урок, — усмехнулся Димер. — Он гениальный зельевар, но совершенно рассеянный. Однако стоит сосредоточиться, и лучше него не сыскать.

Я только вздохнула. Ну и преподаватели мне попались в этой академии. Один спит на уроках, другая всех ненавидит, этот сосредотачивается по часу. Хорошо хоть Риева нормальная. Хотя учитывая, что вряд ли у них здесь хорошие зарплаты, без нормального финансирования… Спасибо, хоть такие есть.

— Итак, нейтрализующее проклятья зелье! — радостно объявил он, скинув на один из столов всё, что набрал. Расставил в нужном порядке флаконы и травы, поманил нас к себе. Мы послушно подошли. — Полезная штука! Если, конечно, правильно сварить. Защитить может, снять симптомы проклятия или его само — если, конечно, оно было слабое. Или отравить, если перепутать порядок. Но вы же не перепутаете? — Тут он покосился на парня. — Хотя можете, — пробормотал он под нос. Но тут же снова вскинулся. — Ну-ка продиктуйте без записей, что мы делаем первым?

Я смущённо уставилась в пол, пытаясь откопать в памяти то, что мне говорилось всего десять минут назад. Я ведь даже записывала! Как могла так быстро забыть?

— Нужно мелко нарезать корень лиренасса, измельчить в ступке листья и соцветия ширрила, — спас меня Димер. Я с благодарностью на него посмотрела.

— Молодец! Но в следующий раз отвечает первокурсница, — строго велел он. — Итак, я начну варить. Вы внимательно следите за каждым этапом. Потом сами.

Магистр Ларосс колдовал у своей плиты, засыпал травы, заливал что-то из флаконов, помешивал. Мы же стояли рядом и пытались запомнить всё, что происходит.

— Для нейтрализации обычного слабого проклятия достаточно правильной рецептуры, — комментировал магистр, не поворачиваясь. — Но если проклятие сильное, застарелое, тут нужна особая составляющая. Что-то, что связано с тем, кто его наложил. Кровь, слёзы, волосы — в общем, частица самого проклятийника. Тогда чары разрушатся. Конечно, варить такое в учебных целях запрещено, мы этого делать не будем. Да и зачем нам это сейчас? Но знать полезно.

Я замерла. Кровь. Опять кровь. Я же недавно это уже слышала…

— Не отвлекайся, — тихо сказал Димер, легонько ткнув меня в бок.

Я кивнула и сосредоточилась. В конце концов, если я что-то сделаю не так, спроса с меня будет больше. Это Димеру можно скинуть любую неудачу на проклятие, мне так сделать уже не выйдет.

Магистр Ларосс закончил варить, перелил зелье в стеклянную колбу и удовлетворённо кивнул.

— Так, теперь ваша очередь! Не бойтесь, я рядом.

Мы с Димером переглянулись. Он пожал плечами и принялся доставать с полок уже знакомые ингредиенты. Я же раскладывала их по порядку, стараясь не перепутать последовательность. Магистр же внимательно за нами следил. Порой едва заметно хмурился, и я тут же перечитывала записи и исправляла ошибки.

Варить зелье оказалось даже интересно. Мы с Димером работали молча, но слаженно. Он следил за огнём и временем, измельчал травы. Несколько раз порезался, обжёгся, разбил три ступки. Я занималась нарезкой и самим зельем, внимательно поглядывая каждый раз, когда Димер брал новый ингредиент, чтобы хотя бы здесь неудача не догнала его. Несколько раз приходилось отбирать у него то пучки трав, в которых каким-то образом могло затесаться не то соцветие, то колбы с отварами, которые внезапно меняли цвет в его руках. Как объяснил магистр, это потому, что в них попадает что-то постороннее. Что могло быть постороннего в аудитории, кроме пыли — и то, которой я здесь не видела — я не поняла.

Когда всё закончилось, в моём котелке оказалась такая же золотисто-жёлтая жидкость с зеленоватым отливом, как вышла у магистра.

— Неплохо, — похвалил он. — Для первого раза очень даже. Забирайте себе, пригодится. На следующем занятии попробуем что-нибудь посложнее. А теперь свободны.

Он махнул рукой и снова погрузился в какие-то свои мысли, перебирая оставшиеся на столе травы.

Я аккуратно перелила зелье в две маленькие склянки — одну протянула Димеру, вторую спрятала в карман.

— Спасибо за помощь, — сказала я, чувствуя себя немного неловко. Всё-таки мы почти не общались, а он помогал мне всё занятие.

— Не за что, — он убрал склянку в сумку. — Тебе тоже спасибо. Редко удаётся сварить что-то сложнее обезболивающего. Магистр Ларосс боится один со мной работать, проклятие мешает. А с первокурсниками спокойнее.

Я кивнула, прекрасно понимая преподавателя. Скорее не понимала, почему академия вообще ещё открыта. Но если бы не это, быть бы мне уже замужем за каким-то стариком. Уж лучше неудачи.

— Слушай, а ты давно здесь учишься? — спросила я, чтобы хоть как-то разбавить неловкую тишину, пока мы продвигались по коридору подземелья.

— Четвёртый год, последний, — ответил он.

— А какая магия?

— Боевая, — он чуть улыбнулся. — Надеялся на другую академию, но родители не решились меня куда-то отдать.

— Могу их понять, — я хмыкнула. Ведь если он будет числиться боевым магом, то в случае войны сразу отправят в самую гущу событий. И хоть предпосылок пока не было, но всё равно родители не очень горели желанием отправлять своих детей на эти факультеты. Потому боевые маги считались очень престижной и востребованной профессией. Однако у них был выбор и других специализаций, близких по направлению магии.

— А ты… — Я хотела спросить что-то ещё, но неожиданно поскользнулась на мокром каменном полу. Взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие. Димер схватил меня за запястье, но даже это не помогло, и я рухнула на пол, крепко приложившись плечом о стену. Раздался какой-то треск. Мы с удивлением уставились на пробежавшую в стене трещину.

— Ну я точно не настолько сильная, чтобы каменную кладку с падения повредить, — растерянно произнесла, потирая занывшее плечо.

— А это и не стена, — удивлённо сказал Димер, помогая мне подняться. Коснулся рукой трещины, слегка нажал. Бесшумно открылась дверь внутрь, осыпалась частично серая краска. Мы переглянулись. Димер зажёг огонёк, запустил его внутрь. Тот повис под потолком, давая слабое освещение.

— Будем заходить? — Почему-то шёпотом спросила я.

— Конечно, не зря же она открылась, — пожал плечами парень и шагнул внутрь.

— Интересно, что здесь раньше было?

Я провела кончиками пальцев по щербатой стене. Пол здесь был земляной, комната абсолютно пустая, только кое-где в стенах виднелись мелкие дырочки.

— Какая-то аудитория, думаю, — пожал плечами Димер. — На стенах что-то написано, смотри, — он поманил к себе шар огня, и тот послушно подлетел. Я подошла к нему ближе, вглядываясь в надписи. Какие-то схемы, формулы, расчёты. Кое-где мелькали незнакомые имена, в основном мужские. Внезапно взгляд выхватил знакомый почерк.

— Посвети сюда! — взволнованно попросила я. При свете прочитала выцарапанное неровными буквами «Ненавижу вас всех!» несколько раз. Пока, наконец, полностью не осознала, что это писала бабушка. Но что она здесь делала?

Я посмотрела под ноги. Поковыряла носком туфли землю. Библиотекарь говорил про отравленные стены, через которую заражается и земля. Не здесь ли бабуля насылала то самое проклятие, если это действительно была она?

— Пошли отсюда, ничего интересного, — вырвал меня в реальность голос Димера. Я кивнула, отправляясь на выход. Прочитать записей в дневнике мне осталось не так много. Сегодня, надеюсь, закончу. И если я всё правильно поняла… То тогда понятно, почему она написала, что именно я могу его снять.