Глава двадцать первая

На другой день, с утра, меня разбудил стук в дверь. Я еле как приоткрыла глаза, с трудом отрываясь от сонного, горячего тела Джаспера. Тот недовольно заворчал, стараясь рукой притянуть меня ближе.

Да-да, спали мы вместе. Даже не смотря на мое недовольство, Джаспер поздно вечером залез в мою постель, правда, не пытаясь притянуть к себе. Просто лег рядом, глубоко и ровно дыша, будто и был тут всегда. А затем, ночью, как-то само собой получилось, что мы оказались в обнимку.

— Кто там? — крикнула я на очередной резкий стук, не в силах выпутаться из крепких рук ведьмака.

Видимо, стучавший счел это знаком, что можно войти, и дверь распахнулась, впуская сперва длиннющую вешалку с самыми разными платьями, а следом — худую экстравагантную женщину в черном приталенном платье, явно сделанного по эскизам не этого мира. Здесь все носили нечто более… Старомодное, что ли. А такое платье вполне могла бы надеть дама на вечернее мероприятие с Земли. В ресторан, например.

— Розалинда! — простонал Джаспер, сонно подняв голову, — я просил тебя приодеть девушку не для того, чтобы ты прискакала сюда в… Шесть утра!

Джаспер при взгляде на часы еще о чем-то выругался, и выпустил, наконец, меня из своих рук. Я с облегчением приподнялась, и села на кровати, с изумлением глядя на ничуть не смутившуюся женщину.

— Джас, ты себя слышишь?! Ваше мероприятие начинается в четыре, а ты мне вчера ясно дал понять, что твоя сопровождающая должна выглядеть идеально! Сколько, по-твоему, времени нужно, чтоб соответствовать такому требованию?!

Джаспер сел, ничуть не смущаясь голого торса. Да и было бы чего смущаться! Я старательно отводила взгляд от загорелого, подтянутого тела.

— Ну… — Джаспер покосился на меня, явно переживая по поводу реакции на все это, — час?

Женщина закатила глаза, и уверенным шагом подошла ко мне, наклонивсшись и скидывая одеяло. Я покраснела, так как пижама с Земли явно не соответствовала здешней моде.

— Хм, — задумчиво произнесла Розалинда, взглядом ощупывая меня с ног до головы.

И что значило это ее «хм», объяснять дама не собиралась. Только осторожно подхватила прядки моих волос в руку, явно с интересом разглядывая.

Я вышла из оцепенения, и возмущенно повернулась к ведьмаку.

— Это модельер мамы, — пояснил тот с осторожностью, — она одевает ее по последней моде, и я подумал…

— Забудь! — резко прервала его Розалинда, вскинув вперед руку, — по моде нашего мира я одевала твою мать, только потому, что та не имела смелости выйти за рамки приличий! С девушкой все иначе! Ей не пойдут никакие наши балахоны, тут нужен особый подход, современный…

Она покосилась на вешалку с платьями, нахмурилась, и стала быстро-быстро о чем-то бормотать себе под нос, так тихо, что ничего разобрать я не могла. Бросив прислушиваться, развернулась к Джасперу и угрожающе сузила глаза.

— То есть, по-твоему, я выгляжу не достаточно презентабельно для встречи с Верховной?

— Не в этом дело, Фиби, — Джаспер чуть-чуть улыбнулся, — я просто подумал, что тебе захочется примерить нечто новое…

— А чем старое не угодило? — продолжала наступать я.

— Девушки обычно любят прикупить новинку перед важным мероприятием.

— И сколько девушек тут были, что ты стал таким экспертом?! Или это тебе невеста рассказала?

Мои глаза отчего-то заволокло гневом, и температура в комнате заметно понизилась. Джаспер, уловив это, твердо взял меня за плечи.

— Угомонись, Фиби. Прошу, посоветуйся с Розалиндой, и примерь то, что она тебе предложит. Не понравиться — иди в чем хочешь, мне абсолютно все равно. Только, прошу, не думай что я это делаю, чтобы как-то тебя уязвить. Мне наоборот хотелось сделать тебе приятно.

От этих слов я покраснела, смотря на ведьмака, что уже отвел взгляд, и стал подниматься с постели. Быстро накинув свитер и штаны, он покинул комнату, так и не взглянув на меня ни разу.

— Не волнуйся, Фиби, это ему все равно, что ты оденешь. Я же такой пренебрежительностью не страдаю, — раздался самодовольный голос Розалинды, — давай-ка быстро выпрыгивай из постели, и дуй в ванную… У нас не так много времени, чтобы поразить всех гостей на этом празднике гадюк!

Она фыркнула, и я обнаружила, что испытываю к женщине симпатию. Ну и пусть я сказала Джасперу, что мне все это не нужно. Если она в состоянии мне помочь не ударить в грязь лицом — я согласна переодеваться!

* * *

Не знаю точно, сколько прошло времени, пока помощницы Розалинды после душа втирали какие-то приятнопахнущие крема в мое тело, волосы, порхая пальчиками над лицом, явно придавая ему сияющий вид.

Я полностью подчинилась умелым рукам девушек, в то время как сама Розалинда вместе с еще одной помощницей перебирала все привезенные платья, отбирая нужные, и доставая ножницы и иголки. Они быстро вспороли несколько нарядов, отбирая то нужные ткани, то украшения от них. Вдвоем сняли с меня мерки, и принялись шить. Я смотрела на все это с тревогой, так как идея сшить платье на торжество из подручных материалов не казалась такой уж замечательной.

— Фиби, хватит хмуриться, морщины будут! — недовольно крикнула мне Розалинда, покосившись на меня, лежащую на кровати.

— Честно говоря, меня пока это не заботит, — отмахнулась я, внимательно следя за руками женщины, которая сшивала вместе легкие материи, — Какого цвета платье у меня будет?

— Белое, — ни секунды не медля, ответила Розалинда, — ты представитель рода Стужень, и чтобы заявить о себе, тебе достаточно надеть наряд цвета твоего рода. Это будет красиво с твой загорелой кожей, и очень гармонично в сложившейся ситуации.

Чуть подумав, я кивнула на ее слова. Что ж, белый, так белый. Не вижу причин протестовать.

— Как ты относишься к объемным укращшениям? — неожиданно спросила Розалинда.

— Нормально, если смотрятся в тему, — осторожно ответила я, еще раз оглядывая дело их с помощницей рук. Пока ничего страшного или экстравагантного там не наблюдалось.

— О, поверь, все, что я создаю, всегда в тему, — улыбнулась женщина, и поправила светлые волосы, — не скажешь, в качестве кого Джаспер поведет тебя к Верховной, если его невеста — Кайли?

В груди неприятно кольнуло при упоминании об этом. Я поморщилась, и решила ответить правду. Все равно все скоро узнают.

— Нас с Джаспером связывает Зов.

Розалинда на секунду задумалось.

— О. Теперь понятно.

— Что понятно?

Женщина улыбнулась, слегка обнажив белые зубы. Красивая она. Яркая.

— Не подумай, просто я безмерно удивилась, обнаружив тебя в его кровати. Но, раз вас связывает Зов, то это понятно. Он просто не может иначе.

— Не может? — не слушающимися губами произнесла я.

— Ну да. Сама подумай, он обязан защищать тебя, все внутри его требует знать, что ты ежесекундно в безопасности. А выдержать вдали целую ночь… В общем, поверь, то, что вы спите вместе — весьма необходимая для него вещь.

— Понятно, — тихонько ответила я, и закрыла глаза, так как помощницы принялись вновь наносить на лицо какую-то маску.

Так значит, Джаспер спит со мной потому, что его принуждает Зов?! А я думала… Вот дура!

Я попыталась успокоиться, вспомнив, что уж целовать меня Зов его никак заставить не мог. Нужно перестать надумывать, для этого сейчас не время…

Я усилием воли запихала чувство обиды поглубже, и стала старательно планировать макияж. Главное — встреча с Верховной, все остальное потом.

— Ну вот, готово, — спустя время сказала Розалинда, устало массируя пальцы, — отвыкла я вот так, на ходу работать. Ну ничего, это того стоило.

Я с интересом вытянула шею, стараясь подсмотреть из-за рук девушек, что старательно заплетали мои волосы, какое платье получилось в итоге. Но Розалинда ловко заключила наряд в чехол, и вручила помощнице.

— Отутюжь хорошенько, — приказала ей, а затем повернулась ко мне, — хочу, чтобы ты увидела уже полный образ. Так платье заиграет как надо.

Я кивнула, решив, что снявши голову, по волосам не плачут. Я ведь решила полностью довериться этой женщине, так?

— А теперь быстро обедаем, и продолжаем. У нас еще куча дел.

Я взглянула на часы, и обомлела. Оказывается, за всеми процедурами уже прошло полдня, так как сейчас был ровно час. С утра мне принесли лишь кофе, поэтому желудок возмущенно урчал, требуя нечто более существенное.

Нам в комнату принесли салат, суп с чечевицей, овощное рагу и большой пирог с мясом. Мы с девушками с удовольствием перекусили, причем я отметила, что Розалинда позволила себе съесть только салат, и половину тарелки супа.

— Вот будешь в моем возрасте, поймешь, как трудно сохранить фигуру, — ответила она на мой удивленный взгляд, а я доела остатки пирога, и мы продолжили наводить процедуры красоты.

В комнату, за все время, один раз заглянул Джаспер. Розалинда возмущенно замахала руками, приказывая тому выйти, а я захихикала, увидев, как тот закатил глаза. Джаспер тут же поймал мой взгляд, и улыбнулся, видя, что я в хорошем настроении. Подмигнул мне, и под очередное ворчание Розалинды покинул комнату.

Интересно, чем он занимался, пока меня тут марафетили? Уж явно не приводил себя в порядок, и не подбирал наряд. Скорее, опять работал. Ведьмак вообще много времени проводил на службе, это я успела понять за время пребывания здесь.

— Фиби, хватит думать, — прошипела Розалинда, похлопывая пальчиком с тенями мои веки, — ты от этого хмуришься, а никакие морщины не помогают сделать нормальный макияж! О чем ты думаешь?

— О Джаспере, — сказала я прежде, чем успела подумать.

— О, — повторила любимое восклицание Розалинда.

Я покраснела.

— Просто решила, что вряд ли он в соседней комнате судорожно делает омолаживающую маску, — попыталась перенести все в шутку, и Розалинда слегка улыбнулась.

— Так, по-моему, мы почти закончили. Фиби, закрой глаза, мы сейчас тебя оденем, и ты посмотришься в зеркало.

Я с удовольствием подчинилась, осторожно вытянув руки в стороны, и интуитивно помогая надевать на себя платье. До жути хотелось уже посмотреть, что там получилось…

Розалинда расправила внизу какие-то складки на талии, а затем одним поворотом развернула меня к зеркалу.

По началу я не поняла, что произошло. На секунду даже показалось, что передо мной совершенно незнакомая, уверенная в себе, и выглядящая слегка надменно девушка. Темные, обычно кудрявые волосы сейчас струились словно шелк, и были собраны в гладку шишку на затылке, из центра которой выпадал на спину густой переливающийся блеском хвост. Лицо стало холодным, с идеальными чертами лица, алые губы замерли, живые и яркие, готовые в любую секунду изречь любую дерзость, что позволит себе хозяйка. Глаза были подведены идеальными стрелками, а ресницы темным обрамлением отбрасывали слегка тень на скулы.

Я перевела взгляд ниже, скользнув по длинному, приталенному белому платью, что великолепно обхватывал фигуру, делая из худой девушки стройную даму с отличными формами. Платье было до колена, зауженная в этой области, с рукавом три четверти, и смотрелось строго, но вместе с тем престижно и до невозможного сексуально. Этакая сдержанная притягательность, что ты специально не подчеркивала, но скрыть совершенно не удалось.

А на груди, в центре, висел массивный здоровенный ромб, который сиял и переливался так, что у меня защипало глаза. Теперь понятна фраза Розалинды о моих предпочтениях в украшениях. Такую здоровенную, точно оформленную деталь не каждый согласился бы на себя одеть, но она была тут удивительно к месту. Я осторожно прикоснулась к ромбу. Сияющий и холодный. Такой, как и положено носить истинной Стужень.

Я развернулась, не зная, как выразить свое восхищение, но этого и не требовалось. Розалинда, казалось, все прочла по моим глазам, и лишь сказала:

— Теперь ты справишься. Я уверена. Докажи, что род Стужень был изгнан совсем незаслуженно.

— Спасибо, — тихо ответила я, а в следующий момент дверь открылась, и в комнату вошел Джаспер.