Глава 1. Сюрприз

ОНА Я сделала шаг. Туфли утопли на красной торжественной дорожке. Отец шагал рядом, поддерживая под локоть, я старалась не смотреть вокруг. Как обычно. Ведь малейший, мельчайший жест способен воззвать к тому, что я так в себе ненавидела. К моей темной части. – Держись, Мариночка. Всего каких-то пятнадцать минут. Наверняка, он не в твоем вкусе. Сущий демон, этот ведьмак, – он говорил, обращаясь ко мне. Лицо закрыто вуалью. Гости пялились. Большинство – молодые девушки, как я случайно заметила краем глаза. Пришли проводить любовника в последний путь? Ха. Я ухмыльнулась. И продолжила это делать, чтоб унять нервную дрожь. – Папа, ты же знаешь, я… Слишком легко теряю контроль. – Дыши. Вроде, тебе помогало, Мариночка? А Виктор, хоть на лицо и ничего, но нутро у него гнилое. Уверен, он не вызовет в тебе и капли приязни, – отец похлопал меня по руке. – Удружила бабка с проклятием, что скажешь… – Не вспоминай ее, пап, – в душе всколыхнулось море боли. Хуже всего, когда подозреваешь, кто именно виновен в твоем положении. И совсем плохо, когда знаешь, что не можешь его исправить. – Оп, уже подходим. Держись, – он отпустил мою руку. Я по привычке схватилась за локоть, стараясь унять тремор. Все же оборотни – один из самых темпераментных народов Москвии. Один случайный взгляд – и все. Я стояла и смотрела под ноги. Приятные белые носки туфель, расшитые блестками. Тысяч сто стоят, не меньше. Дорогущее платье, около полумиллиона, подчеркивающее тонкую талию, округлые бедра и, конечно, пышную грудь. Фата – вершина дизайнерского мастерства. Было бы неловко, если бы при трансформации я порвала всю одежду. Гости радостно аплодировали. Появился жених. Чутким слухом я уловила его шаги. Тяжелые. Уверенные. Девушки улюлюкали, чета Лозовских наблюдала со стороны, сидя в первом ряду. Я не смотрела на них, боясь поднять глаза, но чувствовала взгляды всей кожей. Вдох. Выдох. Он здесь, рядом. Источал поразительную энергию властности и аромат магической пыльцы. Пользовался афродизиаком? Подарочек для невесты? Ох. Отвернулась, чтобы дышать в другую сторону, но мелкая взвесь все равно забивалась в легкие, проникала в кровь. Священник начал читать длинную проповедь. Что-то о семейном счастье. Взаимном уважении. Важности магической помолвки. Несколько раз подчеркивал строгость запрета. Если кто-то из нас посмеет вступить в интимную связь с другим человеком помимо избранного для пары, на него падет кара Великого и снижение либидо на пять лет вперед. Никто не хотел так шутить. В итоге, он произнес ключевую фразу: – Можете поцеловать невесту и скрепить магический договор. Высокий мужчина рядом повернулся, нависая недовольной скалой сверху и обдавая дозой возбудителя со стойким морским запахом. Дорогущий костюм плотно обхватил его сильные ноги, пиджак прикрывал пояс. Но что-то подсказывало, что там набухал бугор внушительной эрекции. Ко мне скользили его руки. Тихо, как в замедленной съемке. Он не очень-то спешил и секунды тянулись еще сильнее. Борьба с наступающим либидо становилась почти невыносимой. Вдох. Выдох. Прозрачная фата поднялась. Я почувствовала тепло его пальцев. Так близко и недостижимо одновременно. Органза сошла с глаз, как пелена самообмана. С одного взгляда в эти ясные, бездонные голубые радужки, в которых плескался сам секс, меня озарило – не сдержусь. Его острые скулы, прямой нос, светлые волосы, мощная шея и кривые, слегка змеящиеся в усмешке твердые губы, все это тянулось ко мне неизбежно. Вместе с оглушительным стуком пульса в висках. С дрожью подбородка, с пожаром, непременно вспыхивающим внизу живота. Соприкосновение очень грубое. Почти болезненное. Ведьмак будто мстил мне за свое вынужденное воздержание. Влажный язык щекотал нижнюю губу, и от него по телу стремительно прошла волна трансформации. Неотвратимая. Изо рта вырвался стон разочарования. Не сдержалась… Мышцы свело, корсет на уровне талии треснул по швам, а вот завязки на уровне груди провисли, я успела отскочить, скинув туфли и перехватить платье спереди. Поцелуй естественно прервался Ведьмак Лозовский удивленно лупал глазами. Хорош, засранец, даже так. Не прав был папочка, ох не прав. – Кхм. Союз заключен. Удачи! – священник быстро свернулся, и исчез за алтарем, спасаясь наглым бегством. – Это что такое?! – возмутился Виктор. – Вы кого мне подсунули?! – беспомощно оглянулся на своих родных, но они на удивление были спокойны. Его мать и отец с каменными лицами продолжали держать марку. А я распрямилась, ровно глядя на своего жениха. Мое оборотническое тело было ростом с мужчину. Да и в ширине плеч мы могли бы сравняться, если бы я еще хорошенько потренировалась. И все бы было терпимо, подумаешь произошел оборот… если бы не практически отсутствие женской груди. Я словно накаченная атлетистка в платье. Ну и что, что мордашка осталась симпатичной – позор и испорченная репутация гарантированы! Но самое главное – это проклятие. Оно, возможно, съедало мое время с каждым оборотом. Все же, он произошел. Я неловко поддерживала лиф платья, прикрывая спереди пышными локонами, чтобы создать хоть какой-то объем. Мне было все равно на увеличенную длину ступни и бицепсы на руках, а вот надежда, что гости не успели заметить плоской катастрофы все еще теплилась. Ведь в современном почетном обществе был важен большой размер – чем больше, тем элитнее. В пределах разумного, конечно, хотя не все этим пределам следовали. Каждая вторая прибегала к магическому наращиванию, даже рискуя здоровьем. Ведь пышная форма – показатель женской силы, которая приводила мужскую в порядок, плодородности, элитарности, готовности выйти замуж за богатого наследника и родить кучу детей, окутав уютом своей мягкой груди. Чем меньше грудь – тем больше позора семье и шансов на поздний брак с каким-нибудь беззубым стариком за пределами элитных районов. А вот ровная гладь с горошинами сосков, как у мужика – нонсенс. Это и вовсе отвергалось обществом, потому что было прямым показателем проблем в деторождении и слабой женской искры, не способной утихомирить мужскую, тем более ведьмачий Хаос. Впрочем, таких женщин почти и не бывало. Только если случалась генетическая поломка или проклятие, как у меня. Спасибо бабушке. Было бы совсем неловко, если бы подол сейчас опал мне в ноги. Уже было понятно, что гости увидели все подробности моей далекой от женственности оборотной формы, но я все равно держала тяжелое платье всеми силами. Благо мышц было много. Приглашенные вскакивали, что-то кричали. Кто-то смеялся. Девушки рыдали навзрыд. Отец подбежал ко мне. – Марина, ты почему обернулась? Неужели…? – Да, папа – ответила с вызовом. – Теперь клану Демидовых больше не придется меня скрывать.