3.1 ОНА

Я перебирала ключи, стоя на пороге рокового жилища. Стоит признать, у Лозовского младшего имелся отменный вкус. Ну… или у его дизайнеров. Современная архитектура не портила дикого пейзажа. Большие панорамные окна открывали вид на лес, и ближайший участок с озерком. Признаться, я ожидала немного другого. Мне казалось, что суровый ведьмак живет в пентхаусе где-нибудь в центре Москвии, в окружении постоянных любовниц, а вечером шляется по вип-клубам. Глубоко вздохнув, я все же повернула ключ. И обомлела. На счет любовниц я точно не ошиблась. Меня встретила высокая голубоглазая блондинка. Судя по искусственному лицу, фея в десятом поколении, не меньше. Ботоксные губки, нарощенные ресницы. Перекроенная физиономия. Только грудь, видимо, еще нарастить не успела. Мрак. – Здравствуйте. Меня предупредили, что у господина Лозовского будет гостья… - фея сделала несколько шагов ко мне. Я отшатнулась. На ней было напялено нечто очень откровенное. Униформа горничной для ролевых игр или типа того. Короткая юбка, вырез и полупрозрачный лиф. А когда она придвинулась ближе, мне показалось, что на ней совсем нет белья. Моя тестостероновая часть заценила. Как такая кукла могла вызвать хоть каплю возбуждения? Не знаю. Но поговаривали, у фей своя магия. Они почти как похотливые ведьмаки, только в женском обличии. – Проводи меня в комнату, – сказала я, отвернувшись от греха подальше.. Нужно держаться от всех на расстоянии. Обычная и хорошо работающая стратегия, чтобы не запустить новый оборот. Девушка пожала плечиками и повернулась задом, сверкнув голыми ягодицами. Ну точно! Без трусиков! – Идите за мной. – Но как же вещи, они там… за дверью, – пробормотала я, оглядываясь назад. Здесь все было непривычным: запах, цвет, чужой воздух, заливающийся в легкие. Ноги идут по ковровой дорожке, уходящей наверх. А впереди обнаженные ягодицы феи. Двигаются в очаровательном ритме. Я отвернулась в сторону. Быстро. – Их заберет Мартин, дворецкий, – сказала она. – Господин нанял его из самой Гемонии. Отлично. У Лозовского еще и дворецкий есть. Он что, сам вообще ничего не делает? У нас дома было устроено иначе. Особенно после смерти мамы. Хотелось, наоборот, быть ближе к друг другу. Большинство слуг уволили. Стали вечерами готовить сами. Да и дом не такой большой. Просто двухэтажная малая постройка, с крытым бассейном и высоким забором. В основном для того, чтобы меня не видели. На самом деле, семья Демидовых была достаточно большой. У отца было трое братьев, и у каждого по два-три ребенка, но Сергею Демидову не так повезло, ведь у него родилась я. Нужно отдать папе должное, он всегда был ко мне терпелив, и входил в мое положение насколько это было вообще возможно. Нанял личную горничную, человечку, которая подписала соглашение о неразглашении тайны. К сожалению, пока я не одолею проклятие и не овладею сознательным оборотом, работа на правительство невозможна. Поэтому… единственный шанс на нормальное существование – это хорошая партия. Вот папочка и подсуетился. Только вот... Обрек он меня на три месяца ада! Потому что даже сейчас, идя по коридору на втором этаже, я чувствовала его запах. Неудивительно, ведь это жилище принадлежит ему, и он умудрился оставить свою хаотическую ДНК везде. Мне чудился этот легкий флер с нотками моря буквально на каждом шагу. – Вот ваша комната, госпожа… – горничная замялась. – Демидова. Марина Демидова, – представилась я, входя внутрь. – Прошу меня не беспокоить. Еду приносить к порогу, в помещение не заходить. Два стука – завтрак, обед, ужин. Три стука – что-то важное. Один стук… Для папы. – Один стук… вам не нужен. До свидания. – Я быстро захлопнула дверь. Не желаю видеть эту похотливую фею снова. Никогда. От лишь намека на мысль, чем именно занимался с ней Лозовский, меня начинало выкручивать недовольством изнутри. Желудок словно сжимала чья-то холодная рука, а в горле образовывался ком, который не выплюнуть, как ни старайся. А что хуже - это было не отвращение. Отнюдь нет. Ладно, посмотрим, чем я буду здесь заниматься три месяца подряд. Я постаралась отвлечься на осмотр комнаты.