ГЛАВА 14

Ведьма провела меня в замок. Она шла впереди, чуть наклонив голову набок, звеня всеми своими браслетами, цепочками и амулетами. Она не оборачивалась, словно забыла обо мне, погрузившись в свои мысли. Молчаливый Маска дышал мне в затылок. Я чувствовала, что он следит за каждым моим движением. Я изо всех сил старалась выглядеть равнодушной и не показывать, как меня беспокоит то, что нас с Коперником разделили.

Мы шли по галерее. От каменных стен, густо покрытых рисунками и надписями, шел холод. Воздух был сырой и тяжелый. Иногда попадались ниши и закутки, в которых стояли жаровни с ярко тлеющими углями. Вокруг этих источников тепла грелись люди, одетые столь же экзотично. У многих лица закрывали жуткие маски.

Ведьма остановилась перед запертой дверью. Порывшись в складках своего одеяния, она извлекла тяжелый ключ. Некоторое время возилась с замком, и я слышала ее раздраженное бормотание. Можно было бы предположить, что это заклинания, но скорее всего, она просто ругалась.

Наконец-то замок поддался, и дверь со зловещим скрипом отворилась. Я почему-то ожидала увидеть черные стены, зажженные свечи, оккультные символы или что похуже, но нет. Мы зашли в совершенно обычную комнату: потертое кресло, цветастый ковер на полу, стол.

Ведьма обратилась к Маске с небольшой отрывистой речью, которая для меня была странным потоком звуков. Он кивал, а потом развернулся и вышел, оставив нас одних.

— Садись, ведьма, — сказала эта странная женщина. — Давненько я не говорила на общем языке, так что могу делать ошибки.

Лучше бы она не улыбалась в этой своей боевой раскраске.

— Меня зовут Армона. Точнее, повелительница Армона, — поправилась она и радостно хихикнула.

Ох, нехорошо-то как. С ведьмой, которая называет себя повелительницей, нужно быть настороже. Неизвестно, что может выкинуть. Это уже очень близко к грани, когда кажется, что особенные способности позволяют творить все, что придет в голову. Такая может дойти до дикой магии: начать превращать металлы в золото, селиться в замке, варить зелья с интересными эффектами, а потом культы, и все — прощай, рассудок. У такой не спросишь «не подскажете, как добраться до ближайшего космопорта, чтобы совершить межпространственный прыжок с этой замечательной планеты».

Хорошо, что пока моего участия в диалоге не требовалось. Армона, похоже, наслаждалась звуками собственного голоса и продолжала разглагольствовать.

— Я не ожидала, что там, — она закатила глаза и подняла палец вверх, указывая то ли в потолок, то ли в космос, — есть еще такие, как мы. Хорошо, что Крас тебя так удачно толкнул, а то по одежде и не скажешь, что ты одна из нас.

В том, что меня толкнули, я не видела ничего удачного.

— Да не стой же, — в голосе ведьмы прорезалось раздражение.

Я опустилась на краешек кресла.

— Видно, силы у тебя много. Бедняга Крас будет приходить в себя долго. Он чуть не откусил себе язык, — она погрозила мне пальцем. — О! Я вижу, ты не понимаешь.

Она криво ухмыльнулась, наслаждаясь собственной значимостью. Меня начинали сильно раздражать эти ужимки, но я не подала виду.

— На Цитре ведьму может обидеть только ведьма, — доверительно сообщила Армона. — Может, ты не заметила, у них у всех есть маленький подарочек вот тут.

Она коснулась своей груди в районе сердца.

Я продолжала неподвижно сидеть, и она не выдержала:

— О, Великие, это же очевидно! Если кто-то попытается причинить вред ведьме, даже сильно напугает… а если уж ударит, то малсао остановит его сердце. Есть еще некоторые очень полезные свойства, но об этом не сейчас. Избавиться от ведьмовского подарка нельзя.

Не стану ее разубеждать.

— Посмотри на свои руки, видишь, до крови. Достаточно одной капельки, и такой эффект. Я поняла, что эти увальни привезли ведьму, а так бы ты скрылась с этим вторым.

— И это проклятие, то есть малсао, действует только с ведьмами?

— Да. Малсао откликается на силу. Уверена, что там, откуда ты, до такого не додумались.

Сколько же гордости в ее тоне.

— Нет. До такого мы не дошли, — подтвердила я и вежливо поинтересовалась: — А почему «подарок»?

— А потому что либо это, либо, — ведьма провела ребром ладони по горлу. — Так что это дар жизни.

Ее глаза стали совершенно безумными.

Дверь отворилась, и Маска вошел с подносом, уставленным тарелками с едой. Комната наполнилась аппетитными ароматами.

— Видишь, у него тоже, — ведьма кивнула в его сторону. — Очень удобно их всех контролировать.

Мужчина молча расставлял тарелки на столе, не проявляя к нашему разговору ни малейшего интереса.

У меня в голове возник миллион вопросов.

— Угощайся, — радушно предложила ведьма, — ты, наверное, давно не ела.

Я не спешила воспользоваться столь щедрым предложением.

— Мне бы хотелось увидеть, — я задумалась, как бы охарактеризовать Коперника, и остановилась на нейтральном, — моего друга.

— Нет, — ответила ведьма, но все же смягчилась и добавила: — Не сейчас, позже. Ты говоришь на каком-нибудь другом языке, кроме всеобщего?

Я покачала головой.

Армона снова обратилась к Маске с короткой фразой. После чего он почти бегом бросился из комнаты.

— Я сказала ему, что буду колдовать, — пояснила Армона. — Ладно, хватит ломать комедию.

Она ухватилась за свои волосы и с силой потянула. Черная шевелюра с кожаными шнурками и бусинками осталась у нее в руках. Под париком оказались коротко стриженные светлые волосы. Затем ведьма сняла железные когти и бросила их на пол. Ее собственные ногти были короткими и неопрятными.

— Наверное, все это кажется странным. Все эти маски, амулеты, но мы уже давно вот так живем. «Повелительница», — ведьма невесело усмехнулась, — вот этой дыры и окрестных земель. А я, между прочим, историк, преподавала в столичной Академии.

Армона задумчиво подцепила из тарелки кусочек чего-то оранжевого и съела. Ее красная помада слегка размазалась.

— Но ничего не поделаешь, теперь моя задача — заботиться об этих людях и контролировать их. Кстати, они уже не говорят на общем языке. Как быстро все забывается.

— Но что произошло? — перемена в поведении ведьмы меня впечатлила. — Я не понимаю.

К миллиону вопросов, которые у меня были, прибавилось еще столько же.

За окном сгущались сиреневые сумерки. Армона зажгла свет:

— Здесь еще хорошо, электричество есть.

Она съела еще несколько кусков.

— Это настоящее мясо. У Охотников был хороший день, — сказала она с набитым ртом.

Я осторожно взяла один кусок и попробовала. Вкус был пряным, чуть островатым. Непривычно, но вкусно.

Ведьма налила воды из кувшина и принялась рассказывать:

— Мы хотели жить в мире и гармонии с природой, сохранить самобытность, свой язык и уникальную культуру колдовства. Но были силы, которые стремились все это уничтожить, смести и превратить Цитру в еще одну безликую, полностью стандартизированную во всех смыслах планету. Они требовали, чтобы мы отказались от своей сути. А мы мечтали, чтобы у магии началась эпоха Возрождения.

Она выразительно на меня посмотрела, давая время осмыслить сказанное.

— Какие силы? — поинтересовалась я.

— Внешние. Те, кто называет себя Содружеством миров. Объединенный межгалактический альянс. Крупные корпорации. Хуже всего, что на планете нашлось много предателей, которые их поддерживали. Но мы справились. К счастью, эти трусы предпочли бежать, поджав хвосты. А так называемое межмирное сообщество оставило Цитру в покое. Они сюда не сунутся.

Вид у ведьмы сделался кровожадным. Нет, все-таки есть в ней хорошая такая порция безумия.

— Естественно, ведьмы мешали. Мы не отдали планету на растерзание. К счастью, теперь все налаживается. Есть четыре Верховные Повелительницы, они следят за порядком, они видят все и знают. — Армона огляделась. — Каждая ведьма старается вносить свой вклад и достойно выполнять свою работу. Моя эрия подчиняется Калии Черной. Великая ведьма! Это она придумала, как наградить всех мужчин подарками.

Ведьма улыбнулась так, что я содрогнулась.

— Великая Черная Ведьма. Великое колдовство, — продолжила она. — Но это уберегло нас и избавило от многих опасностей. Есть, конечно, те, кто не смирился, но не будем о грустном.

И все равно целостной картины не складывалось. Судя по экипировке солдат, эта планета не была отсталой. Судя по амулетам и отношению к колдовству… Ведьмы, проклятия… Все очень странно.

— А другие Верховные Повелительницы? — спросила я.

— В Западных землях правит Райла Ходящая по звездам, на Востоке — Ясмин Сияющая, на Юге — Эл Белая.

— Ходящая по звездам в каком смысле? Армона, — осторожно сказала я, — может быть, есть возможность связаться по межгалактической связи? Я бы хотела послать…

Она радостно засмеялась.

— О, нет. Никакой связи. Мы отгородились от остального мира, чтобы найти свою внутреннюю гармонию. И вашей капсулы больше нет.

Я была потрясена. Это ловушка, такая же, как пиратский корабль, только большего размера. Неужели теперь мы заперты на планете?!

Хуже просто быть не может.

— Поверь, так было правильно для нашей планеты.

Армона заботливо сунула мне воду.

— Пей, — требовательно сказала она.

— Но у вас же должны быть корабли, космопорт. Вы говорите на общем языке. Все-таки я не понимаю.

— Да, — сказала ведьма.

Комната качнулась, перед глазами все поплыло. За окном раздался грохот барабанов.

— Отдохни пока. Повелительница Армона мудра, она приказала не убивать пленников. И ты, — я почувствовала, как ее палец уперся мне в грудь, но пошевелиться не могла, — мне очень пригодишься. А сейчас мне нужно встретить гостей.

Мне стало очень спокойно и легко, чувства притупились. Зачем двигаться, и так все прекрасно. Я видела, как Армона выходит из комнаты. Как хорошо, я тут отдохну.

Мысли ползли медленно, я не могла сосредоточиться ни на одной. Я слышала барабаны, темп все ускорялся. Потом раздались радостные вопли. Но все это казалось далеким и слегка нереальным.

Не знаю, сколько прошло времени, пока Армона не вернулась. Я отметила, что ее наряд приобрел еще более экзотический вид. На этот раз на ней был огненно-рыжий парик, голову венчала корона из рогов, веток и блестящих кристаллов. Они отбрасывали красивые блики. Я следила за игрой света на стене, когда Армона принялась меня раздевать.

Это меня совершенно не встревожило. Я с интересом наблюдала, как она возится с магнитной застежкой. Правильно, эта рубашка грязная. Сменить ее — хорошая идея. Давно пора.

Обувь, штаны.

Мое тело совершенно не слушалось, так что Армоне пришлось потрудиться. Мне показалось забавным, как она шумно пыхтит в короне из рогов. Я бы засмеялась, если бы не лень. Даже улыбнуться было тяжело.

В руке у ведьмы сверкнул нож с кривым лезвием. Я знала, что положено бояться, но разум буксовал, поэтому страха не возникло.

С помощью ножа Армона избавила меня от белья. Тут я попробовала возмутиться. Все-таки это варварство. Но язык как будто прирос к небу. Ни единого звука не получилось.

Армона прошла в угол комнаты, оказывается, там была дверца, которую я сразу не заметила. Она долго шуршала, что-то искала. Вернулась с большим свертком и принялась заворачивать меня в шкуру. Шкура странно пахла. Хотя нет. Она откровенно воняла.

А потом мне на голову водрузили корону из веток. Это преступление против хорошего вкуса и порочит образ настоящей ведьмы.

Оказывается, возмущаться я тоже не могла.

Армона распахнула дверь, и вошел Маска. Силы космические! У него тоже на голове какие-то листья. Да, что не так с этой планетой. Маски — листья.

Мысли путались.

Мужчина взял меня на руки и куда-то понес. Я летела мимо причудливых рисунков на стенах. Горели факелы. Огонь отражался в отполированном металле маски, от чего казалось, что зверь вот-вот укусит.

Потолок кончился: неожиданно перешел в звездное небо. Ночь взорвалась гортанными выкриками. Маска нес меня мимо толпы. Мелькали лица, искаженные криками и отсветами огней, мелькали маски или среди людей находились чудовища?

Голова кружилась. Единственное, что было реально, — это прикосновение холодного воздуха к голым ступням. Ноги мерзли.

Впереди маячил большой плоский камень. К нему-то медленно, но неотвратимо приближался Маска.

«Они что, решили принести меня в жертву?» — устало подумала я.

Нехорошо. Главное, давно доказано и хорошо известно, что жертва не влияет на магические способности. Это исключительно… тут нить размышлений потерялась.

Меня положили на камень. Армона стояла рядом.

Барабаны застучали с утроенной силой. К ним присоединилась визгливая дудка. Вот сейчас было бы неплохо, если бы появился Коперник и унес меня на корабль. Ладно уж, сделаю ему кофе.

Армона вскинула руку. Музыка и крики резко смолкли. Ведьма заговорила. Это была довольно длинная и очевидно, интересная речь обо мне. Армона то и дело показывала на меня пальцем.

Слушатели одобрительно шумели. Жаль, я ничего не понимала.

Где же Коперник?

Похоже, Армона рассказала про меня что-то скандальное, потому что люди вокруг резко вскинули руки и завопили.

Нет, не верьте ей. Я обычно не ношу ветки в волосах и не валяюсь в шкурах. Вранье!

Стало весело. Если бы подвижность вернулась, я бы обязательно сплясала на этом камне под бой барабанов, сбросив с себя все лишнее. Но вместо этого я смогла только повернуть голову и осмотреться.

Толпа расступилась, образовав проход, по которому двигалась закутанная в черные одежды фигура.

Безумие набирало обороты. Новый участник нашего шоу щеголял шикарной маской в виде птичьего черепа с длинным клювом.

Армона вскинула руки в приветственном жесте. И снова начались речи.

Вновь прибывший благосклонно кивал, и от этого клюв касался его груди. Он подошел к нам ближе и стал меня рассматривать. Я, в свою очередь, уставилась на него. Удалось понять только то, что передо мной мужчина. Я заметила, что его щеки покрыты темной краской.

Армона ткнула в меня пальцем, я разобрала слово «саарки». Так Коперник называл ведьм, вспомнила я. Не знаю, где его носит, но сейчас — прекрасный момент, чтобы появиться.

Губы мужчины скривились, и он что-то тихо пробормотал. Армона горячо возразила, но тоже шепотом. Она принялась суетливо поправлять корону у меня на голове.

Птица взял меня за руку, чуть приподнял и отпустил, рука безвольно упала. Он что-то гневно пробормотал и собрался уходить. Армона напряглась, она что-то яростно доказывала. Зрители вокруг хранили почтительное молчание.

Что-то мне все это напоминало, я не могла понять, что… Но непохоже, чтобы эти двое ругались из-за того, каким способом принести меня в жертву.

Птица махнул рукой и что-то пророкотал.

Вскоре появились хорошо вооруженные люди, на этот раз без масок, они тащили ящики. В толпе началось заметное оживление: люди перешептывались, тянули шеи.

Ящики положили у ног Птицы. Неторопливым движением человека, который готов явить миру настоящее чудо, он принялся открывать одну крышку за другой.

К сожалению, увидеть содержимое у меня не получилось. Зато я поняла, что происходит. Торг! Похоже, меня продают за ящики!

Коперник, ты где?!

Птица наклонился надо мной и легко поднял. Меня снова несли под шум барабанов и ликование толпы.

Чего, спрашивается, радуются?!

Неторопливо Птица погрузил меня в дрон, перед этим я была избавлена от короны, вместо нее мне на голову надели мешок.

Мир померк, а вместе с ним и мое сознание.