21. Предсказание…

Лучана Проснулась от громкого крика птицы, но глаз открывать не хотелось. А вот ещё немного понежиться… Улыбнулась слепящему солнышку, и хотела было потянуться… – Проснулась? – нетерпеливый голос Марко окончательно вернул меня в реальность, и глаза открылись. – Тш-ш-ш! Ну вот, разбудил, – пожурил Марех братишку. Оказывается, я уснула прямо на его руках, и все это время спала там же! Хотела уточнить "долго ли?", но тут в разговор вступила мама этих двоих. – Как ты себя чувствуешь, милая? Ещё никогда не видела, чтобы кто-то так сладко спал на солнышке. Оно любит тебя, бережет. Силами напитывает. – А я с детства люблю спать на солнышке, – ответила я, залившись краской смущения, и заполошно пытаясь подняться на ноги. Надо же было так вот, на коленях у мужчины уснуть! Да ещё при людях! Хорошо, что матушка не видела, стыдно-то как… – Успокойся, Огонек, – шепнул Марех, поймав меня за талию, когда чуть было не упала. Оказывается, тело слегка затекло, хотя и удобно было, и приятно, что уж там, в теплых объятиях жениха. – Лучана, не стесняйся меня, – попросила вдруг Ильмирия, сама смущённо улыбнувшись. – Саруз отправился поговорить со стаей, ведь нужно связаться с альфой. Сказать, что Лауры больше нет, и что сын их жив и здоров отныне. Да и подготовкой похорон нужно заняться. А мне запретил уходить домой без него. Вот я и… От воспоминания о смерти ведьмы я забыла о смущении, вспомнив, что нужно кому-то передать инструкцию об уходе за выздоравливающим. – Похорон? А что, в городах принято хоронить ведьм? Я удивилась, ведь в деревнях принято их сжигать вместе с домом. Именно поэтому те, кто выбирает это призвание, а не глушит слабенький ещё дар, живут в стороне от деревень. – Ох, нет. Но Лаура ведь умерла без силы, и как видишь, предпочитала камень дереву. И… наверное, Сарх останется здесь жить. – Сарх проснулся, и просит спасительницу позвать! Раздался рычащий голос из открывшейся двери. Мы тут же направились внутрь. Хочется уже разобраться со всем этим, и отправиться к матушке. Быстро прошли по коридорам, и я остановилась вдруг, испугавшись сделать последний шаг в комнату. Руки как будто снова обожгло морозом, и я спрятала их за спину, сжав подол платья. Заметив это, олеасса вошла первой, и только убедившись, что кроме Сарха никого внутри нет, посторонилась, и дала мне возможность войти. Моей заминки, кажется, больше никто не заметил, так как не обернулся и не захихикал. Вот же ведьма нашлась, что покойников боится! К счастью, Марех не стал отходить от меня, да ещё и руку положил чуть выше талии, словно поддерживая. Противиться не стала, понимая, что мне это тепло нужно сейчас. – Спасибо, – тут же прошептал слабым голосом оборотень, открыв глаза. – Это благодаря вашей матушке…– начала я, но он поднял руку, останавливая. – Нет. Это благодаря вам я могу жить самостоятельно. Не представляете, сколько раз я молил матушку прекратить это. И если бы не вы… Госпожа Лучана, благодарю, – мужчина даже слегка улыбнулся, но в глазах виднелась печаль. – Марех, у тебя прошу прощения за все эти годы… – Перестань, Сарх! Твоей вины точно здесь нет. Наоборот: ты помог мне однажды сбежать, благодаря чему я нашел твою спасительницу. Видишь, все взаимосвязано. Все так, как должно было случиться, и ни виниться, ни жалеть ни о чем не стоит. Нужно смотреть в завтра, и стараться сделать его лучше, чем было вчера. Тем более, что ты будущий альфа. – Шутник ты, Марех. Какой из меня альфа? Даже на бету не тяну. Слаб. Да и не хочу я этого… – А вот это брось! – как-то даже агрессивно возразил мой медведь. – Сейчас окрепнешь, твердо встанешь на все четыре лапы, поймёшь, что правитель из твоего отца никудышный, и возьмёшь стаю под свой контроль. Я уверен, что ты справишься. Обязан справиться, после всего пережитого, друг. – Во мне столько твоей жизни, что можно считать нас братьями, – улыбнулся Сарх. – Можно, брат. Пока мужчины разговаривали, я осмотрела магическим зрением подопечного, удивилась скорости восстановления, и увидела кое-что странное: в сплетении аур билась тонюсенькая жилка силы. Не то ведьмовской, не то магической. Хотя в самом мужчине дара нет. Обернулась на олеассу и поняла, что она тоже смотрит в то место. Любопытно. С магами я не имела дел, только примерно представляю, как выглядит их сила. А вот дар… Уж не перешёл ли он от матери при ее смерти? Но тогда выходит, что она передала силу сыну, вместо дочери? Такое разве возможно? Вот же гарпия! И умерев оставила за собой головоломку. – Тут такое дело, – начала я, не зная, как правильно выразиться. – Сарх, не мог бы ты попробовать перекинуться? – завершила мою мысль олеасса. Все же прав Саруз, сходство с олеассами у нас не только в умениях, но и в мыслях. Мужчина напрягся сперва, но потом смиренно расслабился, и прежде, чем успел закрыть глаза, я увидела в них неимоверную надежду, переплетенную со страхом. Через несколько мгновений перед нами лежал волк. Да, очень худой и слабый, как говорится "кости, обтянутые шкурой", но он смог! А мы с Ильмирией, под выжидательное молчание Мареха, уставились в то же место. Ну, то, где силу видели. – Невероятно, – выдохнули мы практически в голос, видя, как та самая сила заструилась тоненькими, едва-едва уловимыми взглядом паутинками по всему телу зверя. – Ар-р-рау? – вопросительно рыкнул этот волк, и аура поплыла, показывая, что оборот сейчас повторится. Одеяло, сползшее с мохнатой ипостаси, Марех быстро сообразил натянуть повыше на друга (или же всё-таки брата?). Хотя мы в таком удивлении даже не смутилась бы, просто не заметили обе, пораженно глядя лишь на линии жизни. – Ну? Что там? – не выдержал мой медведь, хотя его терпению можно позавидовать. – Она передала ему свою силу. И, – я наклонила голову набок, и посмотрела в глаза оборотня, – Ваш зверь… Не знаю, как это сказать, и как такое возможно вообще, но ваша вторая ипостась ведьм… Эм… ведьмак? – Тут я обернулась, ища помощи у олеассы. – Но ведь только дочерей Луна наделяет ведьмовской силой? – Я тоже не знаю, как это получилось, – пожала плечами женщина. – Возможно, Лаура настолько хотела спасти сына… – К сожалению… или же к счастью, она унесла свои секреты с собой. Как и обещала. Я вдруг поняла, что не хочу пока знать ответ. И не хочу, чтобы знал кто-то ещё, кроме нас. Иначе ведьмы, которых Луна наградила лишь сыновьями, начнут экспериментировать. Что тогда начнется? – И что мне с ней делать? – спросил сам оборотень, нахмурив брови. – Ничего. Она почему-то перешла во вторую ипостась. Возможно потому, что именно она больше пострадала, и Лаура неосознанно бросила все остатки сил туда, не подозревая, что таким образом передает дар. – И именно поэтому она умерла так тихо, получив покой, – вставила Ильмирия. – Обычно ведьмы с непереданной силой умирают "громко". А она уснула, и все. Говорить, что за свои грехи ей бы гореть… – я не стала. Хранители меряют жизни своих подопечных другими мерками, и возможно, им виднее, насколько заслуженно воздалось одной ведьме. Так пусть же. Не мое это дело. – Не думаю, что зверем вы сможете развивать дар. Да, какие-то отголоски будут. Возможно усиление инстинктов и влияния на стаю. Возможно просто более быстрое восстановление, что похоже на правду. Вы смогли обернуться так скоро, что я даже уверена в этом. В общем, вы лучше никому не говорите. Пусть эта тайна останется с вами. А сила когда-нибудь перейдет вашей будущей дочери, и все утихнет. После моих слов все замолчали, каждый обдумывая что-то своё. А я начала выставлять на столик зелья. Смешала несколько. Приготовила запас восстанавливающих, заговаривая их на защиту. Одно дело, когда тебя не воспринимают всерьез, и другое, когда стая понимает, что место альфы все же может уйти от сильных претендентов к наследнику. Пока ещё слабому, но быстро восстанавливающемуся наследнику, у которого ген альфы в крови. Да и матушка была не из робкой дюжины. Да ещё и неизвестно, когда явится отец. – Брат, – вдруг обратился задумчивый волк к медведю, – скажи, у тебя есть свои земли? – Земли? Нет, Сарх. Я и человеком смог обернуться совсем недавно, благодаря Огоньку. А, это я так невесту свою называю, – с гордостью пояснил вдруг… жених мой. – Не до земель было. Да и в лесу спокойнее. А что? Хочешь уехать отсюда? – Уехать хочу, верно. Но спрашиваю… В общем, в какой-то период, матушка приводила нескольких ведьм. Большая часть были странными. А одна как-то успела мне сказать " Однажды явится истинная хозяина леса, дочь возлюбленного твоей хранительницы. Вот она и лишит жизни прикормленного твоей матерью демона, вернет жизнь тебе, и подарит вечный покой матери. Будешь ей благодарен – будешь счастлив. Забудешь добро – сгинешь." Мы переглянулись. Да, наставница рассказывала и о таких ведьмах, что умеют гадать и отвечать на вопросы, но я не встречала их. – Если верить Лауре, то она говорила, что проклятье с меня могла снять только истинная, родная душа, – задумчиво произнес Марех. – И хозяином меня выбрал Медвежий лес, правда, Огонек? – уточнил он у меня. – А дочь возлюбленного?.. – А это я и сам не мог понять. Именно поэтому я так и не рассказал матушке об этих словах. Думал, что раз она меня держит в этом мире, будет то дочь ее любимого. Но ведь любила она моего отца, тогда выходит, спасительница должна была быть сестрой мне? Я испугался за нее, и просто промолчал. Ведь вечный покой означает смерть. – Хранительница оборотней – Луна, а ее возлюбленный – Солнце, – осенило олеассу, которая тут же взяла меня за руку, чуть не выбив из нее зелье. – Ты ведь сама говорила, что ты дочь Солнца! И про победу над тьмой Марко рассказывал взахлёб. – Значит, эта тьма – демон? А ведь и правда, умудрилась Лаура призвать демона, да не справилась. А тот и отъелся за ее счёт. – Но я не виновата в смерти Лауры, – у меня даже мурашки по спине пробежали от этой мысли. – Не-е-ет, Лучана, вас не обвиняет никто, – запротестовал Сарх. – Но это благодаря вам все разрешилось. И матушка действительно обрела покой. И я жив и здоров. И знайте, что я благодарен вам искренне, и никогда не забуду добра. Тем более, что вы возлюбленная моего названного брата. Ух! Вот сказал же! Возлюбленная… Ну невеста, да, но о любви пока рано… Подняла взгляд на Мареха, и мысли тут же вылетели из головы. Он смотрел на меня с такой нежностью, что сердце защемило, и захотелось его обнять. Или попробовать вкус его губ… Как там, у ручья. Щеки снова опалило смущением, и я опустила взгляд. А что, если и правда уже возлюбленная? А я? Я его уже люблю? Ведь жениха нужно любить, чтобы семья была крепкой… О, великая Ехидна! Да что за мысли в моей ветреной голове?! Хорошо, что матушки нет здесь, иначе непременно все заметила бы и догадалась, не преминув язвительно, хоть и по-доброму, но поддеть. – Так, Сарх!.. —Тряхнув головой, я постаралась отбросить неуместные сейчас мысли, и решительно начала объяснять, что и как принимать. Ведь похоже, что никто за ним кроме матери и не присматривал, так как никаких сиделок не появилось рядом.