Глава 11. «Черные» зельевары.

Вчерашний наш разговор с Князевым меня необычайно порадовал, потому что я уснула спокойно. Прямо хоть убеди его каждый вечер говорить приятные слова вроде «женщина, обладающая широким мышлением». Всегда с удовольствием слушаю похвалу своим умственным способностям. Коллеги-магические юристы не скупятся на комплименты, но им-то совершенно очевидны мои успехи, поэтому постепенно похвалы для меня потеряли значимость.

В офисе сегодня я была одна, моя Юлия отпросилась на какой-то утренник в детском садике и должна была появиться к часам одиннадцати. Она всегда отпрашивалась с «запасом» и возвращалась на работу раньше, чем обычно планировала.

Я сварила кофе и просматривала электронную почту, потому что через неделю я вступала в процесс по новому делу, где мои клиенты взыскивали с владельцев лётного поля «Клуб летающих друзей» ущерб за украденные метлы. Они оставили их на парковке летного поля, пока ходили перекусить. К сожалению, после их не обнаружили. «Клуб летающих друзей» поначалу артачились, но после подачи заявления в Трибунал, предварительно связавшись со мной, были готовы возместить ущерб без решения Трибунала при некоторых уступках со стороны моих клиентов. Дело несложное – клиенты состоятельные. В условиях занятости в нашем с Князевым расследовании – наилучший вариант для меня.

Хотелось бы верить, что Леха сегодня с пристрастием побеседует с черной ведьмой Корнеевой. Рано утром я написала брату, чтобы он напомнил при беседе, что «черное» колдовство не поощряется Общиной ведьм – региональным объединением колдовского сообщества. Корнеева сама напросилась на шантаж.

В дверь постучали. Кто-то без записи? Ох, не люблю такие визиты. Стоит только вспомнить первую встречу с Князевым. Это же ужас просто…

Так и есть, дверь открылась, и в кабинет зашел инквизитор Быстров.

- Быстров Олег Николаевич, - протараторил он. – Здравствуйте! Вынужден с вами побеседовать незамедлительно.

Он пододвинул стул, сел напротив. Удивительно, но даже в это раннее утро инквизитор выглядел так, будто не спал всю ночь, и на его лице читалось явное недовольство.

- Не скажу, что визит инквизитора мне прямо с утра приятен.

- Я привык не нравиться, - сказал Быстров и тут же хмуро добавил: – Забыл бутылку с водой, дайте, пожалуйста, стакан. Таблетку запить.

Он вытащил из кармана пластину с таблетками, выдавил одну и жадно глотнул из поданного мной стакана.

- Голова раскалывается просто, – пояснил он и сразу же перешел к деловому тону. - У меня нет времени вызвать вас к себе, проще было зайти в офис, потому что неподалеку у меня еще один визит. В городе имеется два случая отравления зельями неизвестного происхождения. Эксперт еще разбирается с составом. В двух разных магических магазинах сети «Травник» были приобретены зелья: на этикетках обозначено «Для усиления чувств» или «Для снятия порчи». Но после их употребления в течение двух дней люди почувствовали недомогание. Зелья от разных поставщиков – проверенных и ранее не замеченных ни в чем. В общем, мы проверяем всех зельеваров, в том числе и ведьм, занимающихся зельеварением в частном порядке.

- По поводу моей частной ведьминской практики: все разрешения от Управления по вопросам магии у меня, разумеется, есть, - ответила я. - Просто они сейчас не в офисе.

- Будьте добры, представьте эти документы как можно скорее. И еще один вопрос, если позволите: кто занимается поставкой этикеток для вашей тары с зельями? Как для ведьмы?

- Это ООО «ФОЛИАНТ». Они же являются партнерами «Магии трав» – нашего с братом производства по зельеварению.

Телефонный звонок застал Быстрова врасплох. Он неохотно буркнул что-то вроде «извините» и, с явным напряжением на лице, взял трубку. Голос его звучал отрывисто, ответы сводились к коротким «да» и «нет», лишь изредка он вставлял короткие, резкие вопросы. По мере хода беседы его брови сдвигались все сильнее. Наконец, после очередной паузы, он произнес, словно подводя итог: «Ну, это явно группа лиц».

Я поняла, что он имеет ввиду «группу лиц по предварительному сговору». Спрашивать было как-то неловко, но Быстров, видимо, сам почувствовал мою растерянность. Он устало потер лицо и все рассказал:

- Да, похоже, что в городе действительно орудуют «черные» зельевары. Мы нашли отравленные зелья в подростковых тусовках и молодежных клубах. Пока, к счастью, обошлось без жертв. И еще, экспертиза установила: убитый, которого нашли у вас, был отравлен зельем, сделанным 4 ноября.

- Свеженькое зелье, - ответила я.

После его ухода день продолжился в обычном ритме. Вернулась Юля, с гордостью сообщившая, что ее сына признали лучшим «жучком» на детском утреннике. Мне же поступили документы из Трибунала по новому делу, и я начала набрасывать планы на предстоящую неделю.

Как раз под конец рабочего дня пришло сообщение от Князева. «Иду на Вы», – гласила смс-ка, и, что примечательно, «Вы» с большой буквы. Похоже, деловой человек обладает чувством юмора, я бы сказала своеобразным.

Перед уходом ко мне забежала взволнованная Юля и спросила:

- Вы не дадите мне пятьсот рублей до завтра? Или разменяйте мне, пожалуйста, тысячу рублей.

- Ну, конечно! Если есть наличка, - я полезла в сумочку.

И тут в моей голове выстроилась любопытная логическая цепочка: Юлино «опоздание» на работу, просьба одолжить пятьсот рублей и «штрахфы» от казенника на эту же сумму…

- Юля! – я воскликнула, уперев руки в бока, недоумевая от глупости моего секретаря. – Ты что, решила поддаться на этот шантаж казённика? Как так можно, Юля? Ты же взрослая, с высшим образованием! Кто он такой, чтобы тут распоряжаться, следить за дисциплиной и выдумывать эти нелепые санкции?

- Он сказал, что завтра я буду должна семьсот рублей заплатить, - растерялась Юля. – В какую-то книжку меня внес.

- Совсем совесть потерял! – разозлилась я. – Скажи ему, что Анастасия Алексеевна по твоей жалобе отменила нелепый штраф и завтра с утра займется проверкой установленных им штрафных санкций за непонятные дисциплинарные проступки.

Она стояла и сомневалась: оплатить нелепый «штрахф» или прислушаться к моему совету.

- Если тебе дорога твоя работа у меня…

Юля не дослушала и побежала, чтобы поставить на место зарвавшегося казенника.

Больше она ко мне не зашла, а вот Князев пришел с пакетом из нашей местной пиццерии.

- Какая демократичность! – засмеялась я. – Мне казалось, что вы питаетесь только в ресторанах категории «дорого-богато».

- Я полон талантов, и, на самом деле, очень прост. В быту я вообще неприхотлив, - зачем-то добавил деловой человек.

За пиццей «четыре сыра», которую мы запивали чаем, я поделилась с Князевым впечатлениями от визита инквизитора. Он внимательно слушал и с большим аппетитом облизывал иногда пальцы. Это умиляло, вызывало еще больше симпатии, которую я уже ощущала.

- Зелье, которым отравили любовника Леры, было изготовлено 4 ноября, - вспомнила я информацию от инквизитора.

- В его день рождения, - кивнул Князев, вытирая руки о салфетку.

- Откуда вы знаете?

- В материалах дела была указана дата. У меня неплохая память на цифры.

Меня словно пронзило током. В голове вспыхнула очень неожиданная мысль. Это же... Это же все меняет! Как я могла упустить это из виду? Почему не спросила об этом у инквизитора утром?

- Если зелье изготавливали в день его рождения, то это никакое не совпадение! Это зелье было изготовлено специально для него. Персонально. Под порчу «Где рожденье - там и смерть, где начало – там конец»! Само собой, это не мое зелье, которое я передала Лере. Я как ведьма не ошибаюсь!