Глава 27. Ищите женщину.

Вчера у меня возник небольшой спор с Князевым. Вечером он связался со мной и настаивал на том, чтобы он сопровождал меня на встрече с Лискиной.

- Женщина, пережившая потерю сына, находится в крайне уязвимом эмоциональном состоянии, но при этом может проявлять агрессию. Я могу понять, если вы не желаете идти со мной – Лискина сейчас подозревает меня в причастности к убийству ее сына. Однако почему вы не хотите взять с собой своего брата?

- Которого? – невольно усмехнулась я.

- Того, кому доверяете, разумеется, - не окрашенным эмоциями голосом сообщил он.

Никакой необходимости в том, чтобы на встречу с несчастной матерью, для которой потеря сына – самое страшное, что может случиться в жизни, я не находила. Как известно, судьба невесты, потерявшей жениха, дает ей шанс на утешение и новую жизнь. Жена, утратившая мужа, может найти силы жить дальше, черпая их из воспоминаний. Но материнское сердце, потерявшее ребенка, никогда не сможет обрести прежнюю, полную радость. Эта потеря оставляет незаживающую рану.

Леха сумел мне добыть телефон Лискиной Нины Александровны.

Я подъехала к ее дому – обычной хрущевке, но в центре Старограда. Я представилась ей как хорошая приятельница ее сына, которая только узнала о его смерти, и потому не смогла побывать на прощании с ним. Женщина, видимо, все еще глубоко переживавшая потерю, охотно согласилась со мной поговорить. «Я буду выгуливать Димочкину собаку, и мы можем погулять по двору. Хотите, можем и дома поговорить у меня», - сказала Нина Александровна. Я согласилась прогуляться.

Возраст Нины Александровны – чуть за пятьдесят – совершенно не вязался с ее обликом. Она выглядела как старушка. И дело было не только в горе, которое, как известно, старит. Главным образом, ее «старушечий» вид создавали пальто с меховой оторочкой и черный платок, поверх которого она еще и шаль повязала.

А вот лицо было ясное и доброжелательное, украшенное скромной и приятной улыбкой.

Около нее бегал совершенно белый шпиц, тявкнувший на меня, но после того, как обнюхал, на меня больше внимания не обращал.

- А как же вы познакомились с Димочкой? – поинтересовалась она, после того как я изложила версию о том, что во время похорон Димы была в командировке и ничего не знала о его смерти.

- Несколько лет назад я занималась с ним в спортивном зале. Дима был прекрасным фитнес-тренером.

- О! – с каким-то пониманием сказала женщина. – Понимаю, понимаю… У вас с Димой был роман?

- Нет-нет, что вы, Нина Александровна! – поспешила я ее разуверить. – Разве обязательно быть в отношениях с тем, кто помогает тебе следить за здоровьем? Мы просто приятельствовали, у каждого своя жизнь. Я знаю, Дима встречался с девушкой, имя ее, правда, забыла, но она учительница. Он очень хорошо о ней отзывался, говорил, что мечтает о стабильной, обеспеченной жизни с ней. Дима даже говорил о возможности дополнительного заработка.

Почему я заговорила с ней о материальном положении убитого фитнес-тренера? Если у него была невеста, а он «крутил любовь» с князевской женой, то вовсе не от большой любви, мне думается. Корыстный мотив, как говорят юристы.

- Да, Лена, ведь, преподаватель начальных классов. Она, кажется, в гимназии работала? – наудачу продолжила я.

- Нет, в 50- й школе.

- Учителем и так непросто работать, а финансовая составляющая – совсем плачевная.

- Деньги, деньги, - вздохнула Нина Александровна. – Дима очень хотел стать успешным. А успех он понимал только как достаток, даже богатство. Лена, его невеста, даже на прощание не пришла. Когда я позвонила ей и сказала, что Димочки больше нет, она мне прямо в трубку сказала: «А я тут причем?» Обозвала его последними словами, назвала кобелем, сказала, что, мол, пусть его «богатая сучка» и плачет.

- О, Господи! – я очень натурально удивилась.

- Да-да! – кивнула мне женщина. – Димочка был любвеобильный, женщины тоже его любили. Но серьезно он относился к Лене, а она… Тут такое дело у него перед смертью случилось. Несколько месяцев назад он заходил ко мне перед свиданием с женщиной. Понимаете, я как мать переживала, но никогда не вмешивалась в его жизнь. А тут не выдержала… Говорю ему: «Сынок, а как же Леночка? Ты же со мной ее познакомил. Вы с ней о свадьбе думали». Дима занервничал и сказал: «Мама, я Леночку очень люблю. Но только как без денег жить? Я немного получаю, у нее учительская зарплата». И сказал, что женщину Лерой зовут, и она ему поможет получить отличный заработок.

- Заработок?

- Да, - гордо сказала Нина Александровна. - Димочка - всегда был целеустремленным мальчиком, он говорил именно о заработке, а не о содержании у богатой дамочки.

- Да, он был именно целеустремленный, - подтвердила я. - А что же за работа такая?

- Так я и не поняла. Это точно не было связано со спортом или с развитием фитнес-центров. Димочка сказал, что это очень интересное предложение в рамках каких-то научных экспериментов. Спонсировать их должна была женщина, с которой он встречался.

- А у Димы какая была роль в этом проекте?

- Дима должен был помогать той женщине. Как – понятия не имею. Знать бы наперед, к чему это приведет. Дима рассказал мне, что эту женщину зовут Лерой, и она в него влюблена. Я снова ему про Леночку напомнила, а он считал, что с этой женщиной будет работать и проводить время только для того, чтобы твердо стоять на ногах. В смысле того, что это была исключительно финансовая связь. А она инквизиторам сказала, что они были любовники. Господи, да она даже к ведьме обращалась… А мальчика моего опоили каким-то зельем.

Тут я закашлялась внезапно. Ведьма - зельеварка, о которой она упомянула, стояла перед ней.

Мы прошлись некоторое время в молчании. Собака увидела более крупного сородича и начала волноваться и рычать.

- Дима любил собак, - произнесла я.

- Так это и его собака. Боня – Бонапарт.

- У Димы непростая судьба, - заметила я. – Лена, наверное, его ревновала, потому что его и замужние дамы добивались.

- Так эта Лера и замужем, - горячо подхватила Нина Александровна. – Понимаете, я уверена, что ее муж и убил его. Из ревности…

Она заплакала… А потом мы перестали говорить о любвеобильном Дмитрии и поговорили о самочувствии Нины Александровны, о том, что Новый год для нее придется после сороковин после смерти сына. Она горевала, что Дима был единственным ребенком, и у нее нет внуков.

- Может, у него враги были? – вдруг спросила я.

- Какие враги? Ну, какие? – снова очень эмоционально отреагировала она. – Ну, не было их. Последнее, что вызвало мою тревогу – это история с той замужней женщиной, которая была его любовница.

Расстались мы очень хорошо. Я обняла ее, еще раз принесла соболезнования и ушла.

И вот два новых момента появились в моем конспекте: какое деловое предложение сделала Дмитрию Лера, если он рассчитывал на легкие деньги, и почему в допросе Нины Александровны о таких важных моментах не было и слова?

Ищите женщину… В любой истории. Еще бы я добавила: и ищите корыстный мотив.

Самым неприятным стало то, что я засомневалась в Князеве. Во-первых, он сосредоточился на формальных аспектах их брака и неспособности Леры управлять бизнесом отца, но при этом умолчал о ее попытках развивать собственное дело. Во-вторых, это навело меня на мысль, что он ведет наше частное расследование с целью защитить жену. Возможно, именно поэтому инквизиторы не стали выяснять, были ли у нее с Дмитрием какие-либо отношения, помимо интимных? У него приличный административный и финансовый ресурс. Возможно все. И третье: уж слишком активно он пытался мне навязать мысль о том, что я не должна встречаться с Ниной Александровной один на один.

Именно поэтому я проигнорировала сегодня все его телефонные звонки, а на сообщение ответила коротко: «Очень устала». А мне еще предстояло попытаться встретиться с Леной, девушкой Дмитрия, учительницей школы №50.