Глава 2

- Неплохо! – возвестил Темный, уставившись, опять же, на меня сверху вниз.

Но уже не на мое декольте, а на голую ногу, видневшуюся в разрезе… Вернее, в разрыве платья, которое серьезно пострадало во время побега через окно. Да так, что появился неожиданный разрез от бедра до конца подола, и в этом разрезе виднелась моя нога в черном чулочке с аккуратным алым бантиком.

В цвет платья, естественно.

Подозреваю, Верховная могла бы мною гордиться – ведьмовскую науку я усвоила на отлично: даже выпав из окна уборной, я привлекала к себе мужские восхищенные взгляды, но…

Этот маг с уверенными руками мне был совершенно ни к чему.

- Можно уже поставить меня на землю? – спросила у него. – Спасибо большое за то, что ты меня поймал, но я бы отлично со всем справилась и сама.

Угу, упав из окна головой вниз, как раз в колючий розовый куст.

На мои слова Темный иронично вскинул бровь, но все-таки меня отпустил. Я коснулась ногами земли, а он, нахмурившись, почесал свою левую руку, словно в Светлом мире с ним приключилась некая зараза, доставлявшая ему досадное неудобство.

Но я не стала об этом думать, потому что обнаружила, что одна из моих бальных туфелек – в отличие от чулок – вовсе не так крепко держалась на ноге, как ей бы следовало. Она пропала во время побега, и искать ее следовало либо в спешно оставленной уборной, либо в кустах.

Но я не могла сделать ни одного, ни другого, ни даже выяснить, каким образом Северин Кассар оказался в этом месте и успел ловко меня подхватить, если я оставила его в приемном зале.

На это у меня тоже не было времени, потому что из окна уборной высунулся один из лакеев Саверлока. Моментально меня вычислил – потому что я стояла внизу, – и тут же завопил:

- Вот она, удрала наружу! А ну-ка, скорее! Держите ее! – и полез за мной из окна.

Правда, он был не настолько проворен, да и комплекция не позволяла ему так же ловко проскальзывать в окна, как мне, поэтому лакей застрял – и ни туда ни обратно! Кряхтел, пытаясь освободиться, тогда как остальные, подозреваю, побежали в обход и уже скоро должны были появиться рядом.

Решив, что лучше уж побыть без туфли, но живой, я кинулась через кусты на дорожку. Все-таки не удержалась – повернувшись, бросила в застрявшего лакея заклинание.

Совсем уж простенькое, в котором не было никакого смысла, но я решила сделать себе приятное.

Чертыхнувшись, в последнюю секунду тот ринулся назад, и его грузная фигура исчезла из окна.

Что было дальше, я уже не смотрела – спешила по дорожке к тому месту, где дожидались своих пассажиров кареты. Бежала все быстрее и быстрее; затем решила запутать погоню и свернула куда-то совсем уж в сторону.

Заодно размышляла, что сегодня на один чулок у меня станет меньше. Интересно, кто мне это возместит? Уж явно не герцог Саверлок!

Неожиданно обнаружила, что оставленный возле окошка уборной Темный маг никуда не делся. Продолжал следовать за мной на некотором отдалении, а когда увидел, что я остановилась, то приблизился и снова… почесал руку.

- Похоже, у тебя проблемы, – произнес он. – Нужна помощь?

- А что, выглядит так, будто она мне нужна? – огрызнулась я, пытаясь определить, удалось ли мне сбить погоню со следа.

Тут Темный подтвердил, что очень на это похоже.

- Уж как-нибудь разберусь и сама, – сказала ему.

- Что от тебя нужно тому герцогу?

- Не твое дело, – сообщила я, после чего вспомнила, что мы, из Светлого мира, на самом деле очень вежливые и воспитанные, и попыталась улыбнуться.

Но уже решила, что его помощь мне не нужна. Он – наш соперник на состязаниях, да и вообще родом из Шаддара, так что нам с ним не по пути.

- Советую вернуться на прием, – добавила я. – Уже скоро банкет, а кормят во дворце, как я слышала, прилично.

- Как тебя зовут? – поинтересовался он, нисколько не впечатленный моей тирадой.

- Скоро узнаешь. Первое испытание уже послезавтра, – отозвалась я, после чего снова кинулась бежать, потому что неподалеку послышались голоса потерявших меня людей герцога.

Кажется, Северин какое-то время следовал за мной, но потом все-таки оставил в покое.

Погоня тоже не приближалась, так что я спокойно добралась до карет, почти не привлекая к себе внимания. Разве что одна из прогуливавшихся по дорожке парочек окинула меня – всклокоченную, в разорванном платье – скептическим взглядом, на что я улыбнулась изо всех сил.

- Все в порядке, – соврала им. – Слишком уж сильный ветер.

Хотя его не было и в помине.

Наконец я увидела нужную карету и еще то, как наш кучер дремал на козлах, дожидаясь, когда мы повеселимся и он отвезет нас в академию.

Но когда добежала, то кое о чем вспомнила.

- Вот же… мухараша! – вырвалось у меня, потому что в салоне лежал подарок, который мне следовало вручить на день упокоения королевской нежити.

Как же теперь быть?! Что мне со всем этим делать?

Ведь наши упыри старательно это – что бы оно ни было! – растили или готовили, а затем с гордостью мне вручили. И очень-очень просили передать имениннику со словами поздравления и уважения.

Разве я могу не выполнить просьбу тех, кто были, можно сказать, моими друзьями, если еще одна такая возможность вряд ли когда-либо представится?

К тому же они выручали меня бесчисленное количество раз, заодно став моими глазами, ушами и руками в академии.

И да…

- Мы в ответе за тех, кого приручили, – пробормотала я, открывая дверь кареты. Сделала это тихо, стараясь не разбудить кучера. – Но почему меня не оставляет ощущение, что приручили здесь именно меня?

Но я уже приняла решение.

Несмотря на то, что герцог Саверлок был где-то близко, а его люди, разыскивавшие меня, бродили еще ближе – вот, я как раз услышала, как они перекрикивались неподалеку…

Это означало, что опасность расплаты за «козла» была велика как никогда. К тому же я еще и не выяснила, что за зуб на меня точил покойный герцог, с которым теперь никак было не поговорить.

В общем, несмотря на то, что голос разума твердил, что мне стоит убраться отсюда как можно скорее, я поступила иначе.

Скинула ненужную туфлю, а потом, вздохнув, стянула и чулочки. Оставила все это в салоне, а из него подхватила пакет, наказав мухараше не подавать признаков жизни до тех пор, пока она не окажется у нового хозяина.

После чего, озираясь, двинулась вдоль карет. Я направлялась на местное кладбище, радуясь тому, что погоня пока еще далеко.

Решив сделать ее еще дальше, я собралась с мыслями и попыталась распахнуть портал, но обнаружила, что сложные заклинания из Высшей магии на территории дворца не работают.

Похоже, их «глушили» еще более сложными.

Так что пришлось топать по старинке – ножками, причем босыми, – сперва по влажной от вечерней росы траве, а затем и по дорожке, которая вскоре привела нас с мухарашей к кованой ограде кладбища.

Ухоженные надгробия серебрились в свете взошедшей луны, тут и там стояли внушительные склепы, кладбищенские тропинки между могил были чисто выметены, а калитка оказалась открыта.

Застыв рядом с ней, я еще раз огляделась, прикидывая, что первая часть моего плана по вручению подарка прошла удачно. Погоня продолжала искать меня где-то в другом месте, да и Темный маг из Шаддара благополучно растворился в вечернем полумраке.

Наверное, вернулся на прием и теперь наслаждался последовавшим за ним банкетом, на котором, по слухам, отлично кормили.

У меня же были совсем другие «развлечения».

- Даже и не знаю, что они станут с тобой делать, – бормотала я, обращаясь к притихшей мухараше, пока шагала с ней по тропинке, направляясь к центру кладбища. – Неужели будут тебя есть?

Внутри пакета что-то зашевелилось, и от неожиданности я едва не разжала руки. Затем оттуда вырвался возмущенный запах, да такой сильный, что чуть не лишил меня сознания.

Но ветер унес вонь в другую сторону, и я снова смогла дышать.

- Все понятно. Значит, на ужин ты не пойдешь, – кивнула я. – Это хорошо, а то я даже начала к тебе привязываться.

И снова продолжила свой путь.

На кладбище было мертвецки спокойно, да простят меня его обитатели за столь банальный каламбур. Но я чувствовала, что оно обитаемо, и прекрасно знала, как привлечь внимание здешней нежити.

Уже скоро я положила мухарашу на одно из мраморных надгробий, затем устроилась на лавочке рядом. Прикрыла разрез на платье – и нечего пялиться на мою голую ногу из темноты! – и негромко затянула одну из тех песен, которые пробуждали силы природы, обращаясь к самым ее корням.

Такую, что не могла оставить равнодушными ни живых, ни мертвых.

Я не сомневалась, какой будет результат, и уже скоро его увидела. Их было около десяти – вышли из-за могильных камней, вынырнули из скрипучих дверей склепов и теперь приближались ко мне.

Но ступали с опаской.

Конечно же, чужая ведьма на их территории. Да еще и явившаяся к ним с…

- Мухараш-ш-ша-а-а! – раздалось дружное восторженное шипение, после чего я увидела нескольких упырей вблизи.

Ничего нового, обычная Высшая нежить, разве что именинник носил полуистлевшую мантию из горностая.

Поднявшись и поклонившись – как-никак особа бывших королевских кровей, – я быстро произнесла заранее подготовленную речь, передав многочисленные приветы и те самые слова уважения. Намекнула, что подарок на день упокоения лежит на надгробии – можно сказать, от нашего кладбища вашему.

После чего засобиралась покинуть всех с чувством выполненного долга.

Но уйти так просто мне не дали.

Именинник намекнул, что всегда рад гостям, да еще и живым. К тому же развлечений у них здесь совсем мало, настолько, что буквально хочется запить с тоски вот уже вторую сотню лет. После чего попросил меня порадовать его давно не бьющееся сердце и спеть ему еще раз.

Разве я могла отказаться?

Хотела, конечно же, – понимая, что мое пение на лавочке до добра не доведет и что голоса моих врагов слышатся все ближе. Они методично обыскивали территорию поблизости, и, подозреваю, следующим в их очереди было как раз кладбище.

У меня оставалось буквально несколько минут до момента, когда меня могли обнаружить.

- Одна песня, – сказала я упырям. – Короткая. После чего мне надо будет уйти.

Но я все же не рассчитала, и где-то на ее середине появились люди герцога.

К этому времени они успели размножиться почти до дюжины. Большая часть держала в руках факелы, а двое из них были магами – потому что явились с зажженными светлячками.

Упыри по старой и доброй традиции моментально растворились в кладбищенском полумраке, привыкшие не ввязываться в дела живых.

А я осталась одна.

Ну, почти – с недопетой песней на губах и мухарашей на могильном камне неподалеку. А еще с чувством, что снова угодила в неприятности, которых могла бы избежать.

Но сделала я это ради тех, кого считала своими друзьями.

Эти же, которые местные упыри, моими друзьями не были, так что я ни в чем их не винила. Каждый выживает как может, тогда как я…

Выживать я тоже умела, поэтому, когда раздался резкий приказ «Вот она, держите мерзавку!», я вскинула руку, активируя простенькое заклинание Призыва.

Собиралась поднять мертвецов на свою защиту.

Да, тех самых, кто спокойно почивал в своих могилах, в отличие от Высшей нежити, которая скучала без развлечений вот уже вторую сотен лет, а теперь попряталась за надгробиями да в темных склепах.

Магия у меня имелась – моя собственная, так что…

Оказалось, на территории дворца «глушили» не только порталы, но даже простейшие некромантские заклинания – их толком не получалось использовать. Наверное, чтобы восставшие мертвецы, послушные чьему-либо приказу, не заявились к королю Ильдару Иллариану на обед, испортив тому аппетит.

Поэтому ничего путевого у меня не вышло, хотя вложилась я не на шутку, израсходовав чуть ли не треть резерва.

На это из могил вылезло всего лишь несколько трухлявых рук, тут же схвативших за штанины преследователей, а из одного склепа показалась мстительно подставленная нога.

Подножка сделала свое дело – лакей споткнулся и растянулся носом в могилу.

Там такого самоуправства не потерпели – костлявые пальцы моментально схватили его за голову и попытались утащить под землю. Его товарищи побросали факелы и принялись освобождать своего, тогда как я…

Накинула на себя защиту – тоже простенькую – ну, чтобы меня не поймали в Сеть, которую один из магов попытался на меня набросить. Затем подняла такой же простенький Темный ветер – решила замести глаза приближавшимся врагам и постараться сбежать.

При этом я чувствовала сильнейшее давление на голову, словно… Мне казалось, будто мухараша не хотела, чтобы я бросала ее на этом кладбище одну, и пыталась мне об этом сообщить.

Ей нравилось быть со мной, и она просила взять ее с собой.

Враги тем временем были совсем уж близко.

Ключевое слово – были, потому что тех, кто оказался рядом, сбил с ног удушающе-ядовитый запах, направленный мухарашей как раз в их сторону.

Но в поднятом мною пыльном вихре я видела не только это. На моих глазах разворачивалось приятное сердцу каждой ведьмочки действо: я смотрела, как набрасывались на людей герцога осмелевшие упыри, хватали тех по одному. Тащили в склепы, волокли в кусты и куда-то за надгробия…

Еще одного бил в лицо непонятно откуда взявшийся Северин Кассар, променявший королевский банкет на кладбищенское развлечение. Тот, в кого врезался кулак Темного мага, упал как подкошенный, а Северин повернулся к следующему.

Через короткое время все внезапно затихло, лишь неподалеку кто-то клацал челюстями да шуршала в своем пакете воинственно настроенная мухараша.

Наша победа оказалась устрашающе быстрой и разгромной – люди герцога, кто был в состоянии двигаться, к этому времени уползли с кладбища, подгоняемые пинками упырей и завыванием из могил.

Мухараша по моей просьбе перестала вонять. Лежала, дожидаясь того, что будет дальше.

Даже именинник больше не душил полуистлевшей мантией того упитанного лакея, который застрял в окне уборной. Отпустил его, хрипящего, затем придал ускорения пинком, и тот на четвереньках бросился прочь.

- Знатно же я повеселился, – повернувшись ко мне, довольным голосом пробулькал он. – Спасибо тебе, Александра!

Ну да, потому что я назвала им свое имя.

Тут упырь замолчал, переведя взгляд на того, кого на этом кладбище явно считали лишним, – на Темного мага из Шаддара. Даже мухараша притаилась, словно собиралась с силами перед новой вонючей атакой – такой, что собьет с ног даже этого здоровяка.

- Значит, Александра, – как ни в чем не бывало произнес Северин, похоже, не осознавая, что над ним сгущаются тучи. – Красивое имя, тебе подходит.

И почесал руку.

- Сейчас уж точно неподходящее время для комплиментов, – пробормотала я. – Зачем меня преследуешь?

- Хотел вернуть тебе вот это, – отозвался Темный, после чего достал из кармана… мою потерянную туфлю. – Нашел в кустах. Решил, что она может тебе понадобиться.

И протянул ее мне.

На это упыри расчувствовались, а кто-то из могилы неподалеку прохрипел: «Пес-ню!» – и клацнул челюстями.

- Бери, – подсказал мне один из упырей.

- Возьми, – намекнул второй.

- Почему бы и не взять, – кашлянул именинник. – Раз уж это твоя вещь!

- Бе-ри! Бе-ри! – принялись скандировать со всех сторон, но кто-то упорный все-таки попросил у меня еще одну песню.

Я пожала плечами – ну не замуж же он мне предлагает! – после чего взяла из рук Северина свою туфлю. Но надевать ее не стала, потому что пара ей осталась в карете.

Так и стояла, но затем очнулась и поблагодарила Темного за старания, на что тот коротко кивнул.

- И вот еще, Александра, – добавил королевский упырь, когда пришло время прощаться, – нас порадовал твой подарок и устроенное тобой развлечение…

- Угу, – пробормотала я. – Развлечение уж точно удалось!

- Поэтому мы тоже решили кое-что подарить тебе в память о нас. Возьми, – и протянул мне сверток.

- Мухараш-ша-а-а-а! – выдохнули все вокруг.

- Погодите… – я растерялась окончательно. – Но это же было вашим подарком! И разве я могу взять нечто настолько ценное?!

- А что это такое? – негромко спросил у меня Темный.

- Если бы еще знала!.. – также шепотом ответила ему. – И перестань уже чесаться! – потому что он опять начал. – Ну или сходи наконец-таки к лекарям.

На это услышала от Северина, что случившееся с ним никакие целители уже не излечат. Пожала плечами – мне не было дела до его проблем, тут и своих хватает. А затем все-таки приняла мухарашу обратно – от их кладбища уже нашему, – потому что именинник настаивал.

Мы долго раскланивались, рассыпаясь в вежливых выражениях. Наконец напоследок у меня выпросили еще одну песню.

Темный тоже никуда не спешил уходить, словно у него больше не имелось никаких собственных дел. Слушал мое пение, а затем решил проводить меня до кареты, хотя я прекрасно могла дойти и сама.

По дороге предложил развернуть сверток и посмотреть, что такое мухараша на самом деле, на что услышал мое возмущенное «Даже и не думай!» и пережил еще один вонючий удар.

Но уже не от меня.

Стоически выдержал и одно, и другое, и даже недоуменные взгляды моих друзей, как раз вернувшихся к карете, потому что они отправились на мои поиски. А также возмущенный вопрос ревнивого Сайруса: кто это такой и почему он привел меня в таком виде?

Ну да, без туфель, чулок и с разодранным платьем.

Поняв, что вот-вот дойдет до еще одной драки – а состязания даже не начались, – я спешно объяснила, что в своем виде виновата исключительно сама.

На этом мы с Темным расстались, а после, уже по дороге к академии, я вдохновенно врала о том, как на приеме до меня домогался воспылавший неожиданной страстью герцог, от которого пришлось бежать через окно. А Северин Кассар оказался в нужном месте и в нужное время – тут уже не было ни грамма лжи – и очень мне помог.

Правда, он постоянно чесался, и, кажется, эта его зараза передалась еще и мне, потому что при мысли о Темном рука зазудела как раз в месте, где раньше проявлялась брачная метка.

Почесав кожу через платье, я осторожно отодвинула рукав, но от метки не было и следа. В общем, со мной в очередной раз происходила какая-то мухараша!

Наконец мы с подругами вернулись в общежитие своего факультета. Оставшись с Греттой в комнате, я принялась рассказывать подруге еще одну версию произошедшего, но куда ближе к оригиналу. Заодно пристроила мухарашу на полку рядом с Колючем, наказав той не вонять без причины, а делать это исключительно в случаях опасности.

Приняла душ, после чего поставила на комнату всевозможные заклинания, но понимала: с тройной защитой в лице соскучившихся церберов, Колюча и мухараши нападения можно не бояться.

Заснула – буквально провалилась в мир сновидений, – а там меня уже поджидало радостное Око. Можно даже сказать, проявляющее признаки нетерпения.

- И как тебе наш подарок? – тотчас набросился на меня с расспросами глаз. – Он пришелся тебе по душе?

- Подарок? – переспросила я, подумав о мухараше. – Лежит себе на полочке, ну и воняет иногда. Если хотите, можете забрать его обратно, мне он не слишком-то и нужен.

Око моргнуло.

- Как это, воняет? – переспросило расстроенно. – Но… Он не должен был!

- Вообще-то я решила, что это девочка, – сказала ему.

Око моргнуло еще раз, а затем покачнулось, словно его едва не хватил удар.

- Девочка? – переспросило у меня хрипло. – Но… почему?! Он же был мальчиком! Мы не могли так сильно ошибиться!

- Ничего не знаю, – заявила ему. – Девочка, и все тут! А теперь топай уже по своим делам и не мешай мне спать.

И сама тоже пошла. Направилась куда-то вдаль, размышляя, почему меня не оставляет ощущение, будто мы говорим о разных «подарках».

- Александра! – позвало меня в спину Око. – Мы бы не отказались от благодарности с твоей стороны.

- Называй все своими именами. То есть за то, что лежит себе на полочке и воняет, вы попросите меня что-то сделать? – повернувшись, усмехнулась я. – И что же вы хотите?

Око вздохнуло, а затем произнесло, что им нужно, чтобы наша четверка дошла до финала Все-Магических состязаний. Разве это так сложно? Они ведь не так и много просят!

К тому же они старались, подбирали мне мальчика…

- А это оказалась девочка, – сказала ему. – Так что идите и старайтесь лучше! И вообще, если мы дойдем до финала, то вовсе не из чувства благодарности к какому-то глазу, а сами по себе. А теперь дай мне спокойно выспаться. Подозреваю, завтра будет сложный день.

И ни в чем не ошиблась.