Глава 28

Змея Моя новая жизнь началась с недоразумения. После свадьбы мы с Адамом решили остаться в Эрфе, поэтому я купила милый домик с синей крышей почти в центре деревни рядом с домами местных аристократов. Светлое свадебное платье ассоциировалось у меня со священниками, поэтому чувствовала себя в нём некомфортно, когда мама Адама помогла мне укладывать волосы. На праздник пришел почти весь Эрф. Меня настораживало отсутствие знакомых лиц, но все хоть настроены дружелюбно. По легенде мы с Ханой остались одни ещё в детстве. Других родственников у нас не было, зато имелось много денег. Адам счастливо улыбался, когда мы встретились с ним у фонтана перед храмом. Я подавила порыв отодвинуться от старого священника. Мне совсем не хотелось заключать брак под присмотром Шери, но Адама восхищали божественные истории. Особенно он любил ту, где Шери влюбился в простую смертную девушку Тивию. Мне пришлось смириться. Водоворот его эмоций захватывал меня и уносил очень далеко от центра, ведьм и сражений. Я жаждала спокойной жизни больше, чем думала ранее, хотя всë ещё переживала за Хану. Сестра порой слишком мало думала перед тем, как что-то сделать. Может не стоило еë оставлять? – Меди, всё в порядке? – отвлёк меня Адам. Вечер уже подходил к концу, и гости начали расходиться. Свадьба вышла пышной и громкой, а стол ломился от еды в ресторане Риве. – Да, только немного устала, – ответила я. Адам протянул мне руку, я схватилась за неë, и он помог мне встать из-за стола. Прижавшись к нему, почувствовала спокойствие и уверенность. Адам что-то тихо сказал своему отцу, а потом повёл меня по ночному Эрфу к нашему дому, что находился совсем недалеко от ресторана. Когда мы зашли внутрь, я уже не чувствовала ног. Дом по мне был огромным для двоих человек, но Адаму он так понравился, что я не смогла отказать. Правда, слуг мне здесь видеть не хотелось. Он немного обиделся на меня за это, но потом смирился. Сейчас желала залезть в кровать и проспать до самого утра. Адам обнял меня и поцеловал в шею. По телу пробежала дрожь. Он прижался ближе и продолжил целовать меня. Сама не заметила, как мы оказались в постели в спальне на втором этаже. Адам задрал моё платье и провёл руками по бедрам. Я неожиданно напряглась, и голова услужливо показала одно из воспоминаний Игритт с ней и священником на кровати. Мой муж снова поцеловал меня, и стало совсем не по себе. До того, как успела подумать, моя магия решила всё за меня. Адам неожиданно заехал себе рукой по носу. Он отклонился назад, стирая кровь с лица. – Ой, ты в порядке? – всполошилась я, быстро поправив платье. – Да, – глухо ответил он. Я смутилась. Неужели мы теперь будем заниматься тем же, что и роженицы в центрах? Разве от этого у нас не появятся дети? Адам скрылся в другой комнате, чтобы умыться. Я быстро закуталась в одеяло и сделала вид, что сплю. Той ночью больше ничего не произошло, как и в последующие. Я предпочитала уходить спать раньше. Хорошо, что Адам продолжал помогать отцу в мастерской. Я же днём занималась домом. Без магии это занимало много времени, особенно готовка. Магические блюда странно влияли на мужа. Он ел их в таких количествах, что успел быстро поправиться. В итоге мне пришлось от них отказаться, на что он снова на меня обиделся. По его словам, вкус стал хуже. С людьми старалась не общаться. Когда у меня появлялось свободное время, то я либо читала, либо запиралась на чердаке и колдовала. Такая спокойная жизнь быстро вошла у меня в привычку. Разве что по сестре скучала. Больше всего в нашем браке мне не нравились воскресенья. Каждый раз мы с Адамом в этот день по утрам посещали храм. Священник там читал проповеди, которые я слышала ещё в центре. Я же в упор смотрела на большую статую худощавого и высокого Шери. Отдавать ему свои мольбы даже под пытками не стала бы. Он никогда напрямую меня не трогал, поэтому у меня тоже не было причин воевать с ним, но его последователи вызывали слишком сильное отвращение. Ситуация начала меняться с уходом холодов. Тогда Адам перестал ходить в мастерскую и занялся помощью священнику. Он начал приходить домой намного раньше, и я не могла больше делать вид, что сплю. – Почему ты не хочешь единения со мной? – спросил он в один из вечеров за ужином в нашей просторной гостиной. В камине потрескивал огонь, из окон лился внутрь лунный свет. Суп с лапшой вдруг стал безвкусным. Смущённо отложила ложку в сторону, сразу поняв, о чем он. В комнате стало прохладно. Мне совсем не понравился жесткий тон мужа: обычно он разговаривал со мной так только если я куда-то ходила без его ведома. Я чувствовала, что он переживал, но мне всё равно это не нравилось. – Хочу, но… – Но что? – резко прервал он меня. – Ты моя жена. Надо мной уже потешаются из-за того, что ты до сих пор не беременна. – Ты хочешь детей? – удивлённо спросила я. – Конечно, хочу. Я давно мечтаю о них. Чем их будет больше, тем лучше, – смягчился муж. – Даже если они будут немного не такими, как все? – осторожно уточнила я. Мне уже давно стоило рассказать ему о своей природе, но никак не могла этого сделать. Адам очень добрый, поэтому он точно примет всё мною сказанное. Это означало, что можно не торопиться. – Дети все разные. – Адам мечтательно улыбнулся. – Я хочу, чтобы они были похожи на мою любимую жену. Моё сердце растаяло. Нам предстояло прожить вместе всю жизнь, а маленькие ведьмочки иногда довольно милые. Я встала со стула и подошла к мужу, а потом поцеловала его. Он быстро понял намёк, и в этот раз я решила не останавливать его. На пол полетела наша одежда. Адам покрывал моё тело поцелуями, неожиданно стало жарко. – Я люблю тебя, – прошептал он мне на ухо. – Я тоже, – ответила, позволив ему посадить меня на стол и раздвинуть мои ноги. На пол полетели тарелки и стаканы. Он входил медленно, давая мне возможность привыкнуть к нему. Я ощущала дискомфорт, который быстро сменился наслаждением. Впервые в жизни мне стало настолько хорошо. Я отвечала на каждый его поцелуй и ласку. Эта ночь стала для нас бессонной. Изменения я почувствовала уже через шесть таких ночей, так как стало понятно, что в моём теле сформировалось нечто новое. Первым моим порывом было рассказать об этом Хане. С того разговора в деревне мы больше не виделись. Ужасно по ней скучала, но понимала, почему она не приходит. По той же причине сама не могла прийти к ней. Моё присутствие создаст ей ненужные проблемы: Сней наверняка считает меня предательницей. Шёл сезон за сезоном. Мой живот становился всё больше на радость Адама и его семьи. Даже соседи порой отправляли мне милые улыбки, когда мы встречались с ними на улице. Жить в маленьком Эрфе мне нравилось. Я уже знала всех жителей в лицо. Это создавало небольшое ощущение того, что я снова оказалась в деревне ведьм. Интересно Хана всё ещё не дала ей название? В один из дождливых осенних дней мой ребёнок решил появиться на свет. Ветер завывал в трубах, а вокруг меня крутилась низкая мать Адама, Кларисс, и широкоплечая повитуха Долли. Я ощущала себя так, будто у меня снова начался магический приступ. Пот лился градом, а тело словно выворачивалось наизнанку, но я не издавала ни звука. – Тужься. Ещё немного, – воскликнула Долли. Послушно выполнила еë указания, напрягшись всем телом, а потом услышала крик ребёнка и почувствовала облегчение. – Вот та-ак, всё хорошо-о. – Кларисс выхватила ребёнка у Долли. Повитуха снисходительно покачала головой, повернулась ко мне и улыбнулась. – Поздравляю, у вас здоровый мальчик, – проворковала она, выбивая у меня почву из-под ног. – М-мальчик? – дрожащим голосом переспросила я. – Да, – ответила Кларисс и показала мне ребёнка. Малыш был весь красный и, не прекращая, плакал. Почувствовала, что начинаю дрожать. У меня не может родится мальчик, он не выживет! Приступы убьют его. По щекам потекли слезы. – Сынок, у вас мальчик. Наследник, – услышала я будто из-под воды голос Кларисс. – Меди в порядке. Так счастлива, что даже расплакалась. Я вытерла слезы дрожащей рукой. Мне стоило прямо сейчас убить его, чтобы не доставлять сыну ещё больше боли. – Дайте мне его, – попросила я. Кларисс сразу положила ребёнка мне на грудь. Мальчик неожиданно перестал плакать. Я посмотрела в его полуприкрытые глаза и поняла, что не смогу причинить ему боль. Почему у мальчиков не может быть гримуаров? Если бы у меня была возможность дать ему имя… Сердце разрывалось от боли. Я провела ладонью по его маленькому личику и почувствовала резкий толчок: это магия откликнулась без моей на то воли. Мог ли он впитывать мою магию? Не обращая на других никакого внимания, я потянулась к магии. Вокруг нас появились нити. Мальчик начал дышать ровнее. Я прижала его к себе, осознав, что возможно ещё не всё потеряно. Слезы начали застилать мне взор. Только сейчас заметила, что в комнате полно людей, а рядом с моим сыном лежит гримуар. Кажется, вытащила его совсем не размышляя. Я посмотрела на Адама, желая всё объяснить, но резко застыла. Он смотрел на меня с неприкрытой ненавистью и отвращением. Эти эмоции сочились из его тела, заполняя пространство и душа меня. Неожиданно осознала, насколько ранее ошибалась. Не знаю, что представляет из себя любовь, но происходящее на неë не похоже. Почувствовала себя совсем беззащитной. Время замерло, пока Адам принимал решение, но я уже знала, что оно будет не в мою с сыном пользу.