Глава 9. Затишье перед бурей

Между написанием 8 и 9 главы имел неожиданное удовольствие пообщаться кое с кем из прототипов действующих лиц. Кое-кто не против, что их музыкальный коллектив опосредованно включили в книгу, и передает привет читателям))

Горело мертвое, гудели и плясали все, кто не был в карауле или рейде. "Рекорды" сбацали для орков "Буги", "Бабадай" и "Чайшукарию", для гномов - любимую песню всех кхазадских автоманьяков "Нива-Хэтчбэк" и "Юстас, я вас попрошу остаться", для людей - "Перепутал разъемы" и "Все на одного", для эльфов - "Лесной пожар", конечно. Ну, и для всех - "Самый добрый мир" и "Без горя и слез".

"Надым" ходил ходуном, Маяк гулял: для звуковой трансляции использовали динамики системы оповещения, которая обычно только сирену включала, чтобы предупредить об инциденте. Было очень громко, так что минотавры, йожины и прочие ктулху вполне имели все шансы тоже неплохо затусить этим вечером. Витенька едва успевал управляться за стойкой. Выручка была сумасшедшая, да и билеты раскупили просто влет, буквально через минут десять после того, как Кузя вывесил объявление о продаже на местном сетевом сервисе.

Расходились из клуба заполночь. Пьяные снага огромными толпами шатались по Проспекту и бормотали "бабадай-бабадай", сталкеры шлифовались пивком на крыльце "Надыма", девушки, растроганные финальными лирическими композициями, вздыхали от неразделенной любви к артистам, а мы...

А мы затащили музыкантов в "Орду", наварили кофе, накрутили шаурмы и закрыли заведение. Потому что - нехрен. Дайте артистам выдохнуть! А сам я пошел, наконец, переодеваться и приводить себя в порядок, потому что бегал все это время в окровавленной футболке и с немытыми-нечесаными космами. На все гигиенические процедуры понадобилось минут пятнадцать, так что, когда я спустился, наши уже перемешались с музыкантами и сидели за одним столом. Хуеморген что-то втирал саксофонисту, Евгеньич обнаружил каких-то общих знакомых с длинноволосым гитаристом, Хурджин и солист рассуждали о высоких материях и судьбах миров, а Кузя сцепился в жаркой дискуссии с кхазадом из "Рекордов":

- Не бывает хоббитцев! Это идиоту понятно! - настаивал Кузя. - Это были самые натуральные гоблинсы! Мелкие, любят пожрать, таскают украшения, и вообще: кого, как не гоблинса, могут звать Пипином? Ты можешь себе представить кого угодно другого с именем Пипин? А второго звали Морда! Морда Бренди Жопа!

- Мериадок! - поднял вверх указательный палец барабанщик. - Его звали Мериадок Брандибак! Он был кхазад, просто мелкий!

- Без бороды! - торжествующе возопил Кузьма. - Не бывает гномов без боро...

А потом резко заткнулся, глядя на гладковыбритое лицо своего собеседника. Но тот такой некультурный заход не отреагировал и принялся загибать пальцы:

- В "Алой книге" написано: они были молодые, это раз! Жили в подземных домах, отлично обустроенных - это два! Считались самыми домовитыми и хозяйственными - это три! И имена у них самые что ни на есть гномские. Так что хоббитцами летописец ошибочно назвал молодых кхазадов, которые сбежали из-под надзора родителей. А Фридрих Багинс - сирота был, но знатного рода, потому и...

- Фридрих? Какой еще Фридрих? - Кузя аж на стуле подскочил. - Его Федор звали, каждый гоблин это знает! Федор Сумкин! Это подлая кхазадская фальшионизация! Факинсракция! Сифонизация!

Конечно, я был тут как тут, и он это почуял, и ухватил себя обеими руками за нос, дабы не заработать себе сливку, но я мигом уцепился за его ухо:

- Кузя, душу твою мотал, мигом за словарем! И хватит засирать мозг гостям! Они концерт отыграли, дай народу в себя прийти, лезешь тут со всякими факинсракциями!

- Ой, да отпусти ты его, Бабай! Тут у нас диспут на мифологическо-историческую тематику. Миф о хоббитцах! - благодушный кхазад сделал умиротворяющий жест. - Есть ведь те, кто верит! Целые сообщества в сети! Следы предъявляют, фотографии, видео мутные всякие...

- А мы не верим! - закивал гоблин, когда понял, что опасность его носу и ушам миновала. - Мы - здравомыслящие. Мы пытаемся прояснить, как бы это так выразиться, генезис мифа!

- Генезис? - поднял бровь я.

- Генезис и этимологию! Да-да-да! - Кузя был, похоже, в ударе. - Я словарь почитывал, почитывал! Два словаря!

Я похлопал гоблина по плечу и подсел к двум фронтменам - Тиму и Алексу:

- Как вам у нас, мужики? Как публика?

Тим сверкал стеклами очков, ухмылялся и употреблял не то пятую, не то десятую порцию кофе. Была у него такая страсть. А вот алкоголь, например, никогда в жизни не пробовал, и не собирался. Умел человек ловить волну, творить дичь и разгоняться без участия этилового спирта. Но на кофе налегал капитально, наш человек!

- Знаешь, Бабай, - сказал солист "Рекордов" и стянул с головы тюбетейку. - Кажется, у нас получилось подарить народу пару улыбок - и это уже дорогого стоит по нынешним временам! Можно считать это успехом, определенно!

- Улыбающиеся снага - запоминающееся зрелище, - кивнул Алекс и почесал бороду. - Как насчет продолжить сотрудничество? Я видел вот такую эмблему, как у вас на стене, в Камышинской Вольнице и еще в паре мест... Это ваши заведения?

- Наши! - довольно осклабился я. - Приглашаем вас сразу во все! Кузя-а-а! Дай мужикам стикеров с Белой Дланью, ага? Приклейте куда-нибудь на свой гастрольный автобус или просто - на кофры для инструментов, и в любом филиале "Орды" у вас будет режим наибольшего благоприятствования. По размещению, питанию, рекламе - да что угодно! Идеалистические придурки должны держаться вместе, ага? Иначе нам не выжить! Вы даете народу улыбки, мы - шаурму и кофе. И то, и другое немаловажно, да?

- Определенно, - кивнул Тим. - Вы ведь не только шаурмой занимаетесь, верно? Еще народ от Хтони прикрываете. Я вспомнил, откуда мне знаком и ваш символ, и ваше лицо, и вот это вот всё... Видосы! Видосы по сети ходят, где вы тварей рубите. Стоит признать - эффективно!

- И неплохо зарабатываем на этом, - не стал отрицать очевидного я. - Но, как ты правильно сказал в самом начале нашего знакомства - что есть деньги, как не инструмент? Плохо, когда деньги становятся самоцелью.

- Вот и мне показалось, что все это - не только и не столько ради денег! Особенно – учитывая, в каких именно обстоятельствах произошло наше знакомство... Хотелось бы мне знать эти твои цели, - он проницательно глянул на меня.

- Нас никому не сбить с пути, - усмехнулся я. - Нам похрену, куда идти! Заночуете в Хтони, или вас довезти до отеля? Вера Павловна, наша умница, предлагает два варианта: или у нас, тут на третьем этаже, или - в "Семирамиде".

Музыканты переглянулись, и парень-баянист ответил:

- Пожалуй, если выбирать между Хтонью и мажорной тусовкой - мы выбираем Хтонь!

Суматошный вечер и сумасшедшая ночь подходили к своему логическому завершению. Дела и проблемы подстерегали меня с самого утра.

***

Чтобы зарегистрировать ЧВК, одной помощи от всемогущих бюрократов Прокофия Кондратьевича и Аполлинария Яковлевича было недостаточно. Прикормленные (в буквальном смысле слова) и многим мне обязанные крючкотворы помогли грамотно составить документацию и подать все, какие нужно, прошения, челобитные и заявления, но вот само решение от них не зависело. Такое решение мог принять только опричный голова провинции, то бишь - светлейший князь Георгий Михайлович Воронцов.

И для того, чтобы попасть к нему на аудиенцию, нужно было преодолеть семь кругов ада. Ну, то есть - нет. С кругами ада было бы попроще, я бы кард с собой взял, гранатки - и, глядишь, как-нибудь бы прорвался. А тут - нужно было записаться на прием и дождаться своей очереди, а потом явиться лично в Тифлис, в Воронцовский дворец. Ну, или дворец Наместника Кавказского, если будет угодно. Глава опричного полка обычно автоматически занимал этот пост, и уже лет двести, как именно Воронцовы оставались его насельниками. За редким исключением...

Например, события, которые тут именовали Смутой или Мятежом Пустоцветов, по роковой аналогии происходившие тут, в местном Государстве Российском с 1917 по 1921 год, заставили могущество этой великой фамилии пошатнуться, но возвращение их в Тифлис было скорым и кровавым...

Но это - лирика. А по факту - я не мог просто так взять и набрать светлейшему князю. Мол - але, Михалыч, это Бабай, подсоби по-братски! Это так не работало. Воронцов являлся, когда ему хотелось, привлекал меня к решению тех вопросов, которые казались ему стоящими, и испарялся без предупреждения. Он же князь, черт подери! Имеет право на... На все, что угодно, почти. Тоже хочу быть князем. Только настоящим, а не помоечным.

Я пробовал связаться с Николенькой Воронцовым и с Петенькой Розеном, и с Лаврентием Нейдгардтом, но тщетно. Они, похоже, были вне зоны доступа - опричники же! Что угодно могли делать: где-нибудь в Латинской Америке мятеж против эльдаров поднимать или топить в крови уйгурское национально-освободительное движение, или - тыкать кол в жопу врагам государства... Эти милые мальчики, обманчиво интеллигентные и приветливые, были цепными псами Грозного Государя - в первую очередь. И - не отвечали.

А больше подходов к князю у меня не было. Все предыдущие разы я выходил на него через молодых аристократов. Даже Рикович тут помочь не мог, хотя присягу принять согласился, хотя сразу и бухтел что-то про то, что, мол, я должен сидеть тише воды и ниже травы. Однако, после моего рыка о том, что СВОИХ СНАГА Я НЕ БРОШУ, он осознал и обещал похлопотать о предоставлении ЧВК "Орда" права вербовать заключенных орочьего происхождения в свои ряды. Если, конечно, статьи, по которым зеленокожие, серокожие и синекожие отбывают наказание - не самые тяжкие. Я еще не решил - нужна ли мне такая привилегия, но, учитывая имеющийся в моем распоряжении инструментарий по социализации сородичей клыкастого племени - идея была в целом неплохая.

Об этом - и еще тысяче вещей - я мог думать в вагоне поезда "Сан-Себастьян-Тифлис". Почему поездом? Да просто - спать хотел. А тут - семь часов, вечером сел, утром приехал! Маршрут был популярным, потому - взял плацкарт. СВ не было, в купе урукам билеты не продавали. С какого хрена - я так и не понял. Фрида Хазенклевер-Дюрхденвальд, женушка Хуеморгена, пояснила, что купе считается семейным типом вагонов и, например, мама с двумя детьми или молодая семья с маленьким ребенком, получив в попутчики урука и оказавшись с ним запертыми в тесном пространстве, могли получить психологическую травму. По крайней мере - объяснение было именно таким. И именно поэтому же уруков до 21 года вообще в поезда не пускали. Только организованными группами, в отдельных вагонах. Так, например, таборные пацаны и девчонки в Читу на соревнования ездили... Говорят, на обратном пути им даже дверь заварили и еду через окошки передавали. Но это не помогло: они все равно бегали по крыше поезда и стучали машинистам в окна.

У нас по крыше никто не бегал. Уруков в поезде не было, кроме меня. Зато остальной каждой твари - дохрена и еще немного. Я насмотрелся на поездатую публику еще на перроне Сан-Себастьянского вокзала. С тех пор, как полгода назад полностью восстановили пассажирское железнодорожное сообщение, народ полюбил и освоил этот вид транспорта. Люди, гномы, снага, гоблины буйной многоголосой толпой осаждали проходящий состав "Карасун-Тифлис", имея какие-то неотложные дела в столице Кавказского Наместничества. Я даже толком не успел насладиться вокзальным житьем-бытьем, слишком долго меня мордовали на кассе.

Вагон был забит битком! И отличался он от привычных мне плацкартов не так, чтобы сильно. Разве что - боковушек не было, сами по себе вагоны были пошире, и с обеих сторон от прохода располагались отсеки по четыре полки - две верхние и две нижние. Тут не было недостатка в розетках, везде ловила сеть - правда, довольно хреново, и проводник выдавал в аренду VR-шлемы для бесконфликтного времяпрепровождения. Эдакий бонус от РЖД по приемлемой цене. Так что примерно половина пассажиров лежали с надвинутыми на физиономии футуристическими штуковинами и подергивались в такт каким-то своим виртуальным приключениям. Конечно, их пристегивали ремнями, а то дергались бы по всему вагону...

Вторая половина пассажиров пользовалась еще одним бонусом от РЖД - дешевыми закусками. Напитки проводники тоже продавали, но из-под полы и несколько раз предупредив, что, буде кто-то попытается буянить, позовут начальника поезда и - все, филяйхт, аллес филяйхт. Может быть, даже аллес капут! Потому что, если проводницами работали в основном кхазадки, а машинистами - кхазады, то начальником поезда - охренительно огромный киборг монголоидной внешности. Его даже снага боялись, которые дико бухали в ближайшем к туалету отсеке.

Я попросил чаю в граненом стакане с подстаканником, потому как пить кофе в поезде - это ересь. И был приятно удивлен, когда проводница - очевидно баба тертая - спросила:

- Лимончику?

Конечно, я захотел лимончику и пачку печенья "SHAHMATNOE". И сидел некоторое время у окна, глядя на пролетающие мимо темные горы, огни населенных пунктов и провалы туннелей, и пил крепчайший чай с бергамотом, и грыз печенье.

На одной верхней полке дергался и стонал тщедушный студентик с VR приспособой на морде - явно либо трахал иллюзорных девок, либо - убивал иллюзорных монстров. На второй полке с рычанием и ворчанием храпел носатый кхазад, и его пышная борода самым натуральным образом взлетала над объемным пузом при каждом приступе храпа.

А напротив меня, на нижней полке, в самой развратной позе задремала толстая старая снага, облаченная в невероятного цвета ночнушку, которая задралась до неприличия. Вот где настоящая хтонь-то! От такого зрелища даже чай в глотку не лез, так что я сунул под подушку тощий рюкзак с документами и парой смен белья, снял ботинки и вытянулся на полке, намереваясь поспать.

Конечно, каждая сволочь, которой среди ночи приспичило переться в туалет, запиналась о мои торчащие в проходе ноги и материлась сдавленно, потому как такого размера ноги могли принадлежать либо уруку, либо троллю, а троллей возили обычно в теплушках, поэтому эмоции свои пассажиры старались сдерживать.

***

Растолкали меня самым бесцеремонным образом. Проводники вообще народ бесстрашный, им что орк, что эльф - все едино:

- До Тифлиса двадцать минут, успейте сходить в туалет! - дергала меня за ногу эта дщерь подгорного народа. - Очередь уже!

И на кой хрен будить, если уже - очередь? Мы, уруки - народ терпеливый. Я сел на полке, очумело мотая головой, тут же мой взгляд уставился на развратную снажью бабку, которая совершенно никого не стесняясь (нет такого чувства у снага, как у уруков - страха, а у кхазадов - благотворительности) заправляла свои прелести в костюм леопардового цвета. За что мне это все? Расплата за один-единственный приятный вечер за полгода?!

Ухватив рюкзак, я мигом сложил белье, сдал его проводнице и оставшуюся часть пути проторчал в тамбуре, потому что смотреть на этот мрак дальше я попросту не мог. Стуча колесами, поезд, постепенно замедляя ход, подъезжал к светлому зданию вокзала с высоким шпилем и колоннадой по периметру. А я запоздало подумал, что жутко лоханулся и не уточнил статус Тифлиса: а ну, как опричнина? То есть, запись на прием к Воронцову давала мне право нахождения в городе, но я никогда не бывал в опричнине и мог здорово напортачить. Все-таки отношение к урукам тут было весьма специфическое...

Слишком специфическое. Я не успел спрыгнуть на перрон следом за дебелой проводницей, как вежливый голос с едва заметным кавказским акцентом произнес:

- Доброе утро, господын Сархан. Тифлисское отдэление Сыскного приказа, подьячий Кобаши, подьячий Жордания. Пройдемте?

Мне оставалось только обернуться к этим двум коллегам Риковича и философски развести руками:

- Пройдемте, что уж там! - похоже, ознакомиться с местными достопримечательностями мне не светило по определению.

***