Глава 11

Прошла неделя. Мы разговаривали по телефону с Марком каждый день, но из-за большой разницы во времени переписываться смс, было удобнее.

Я была благодарна современным технологиям, но ничего из этого не могло заменить его. Марку приходилось задерживаться по непонятным мне причинам, но я не давили, это было ни к чему.

Правда в том, что когда дело доходило до сердечных дел, расстояние было расстояние, независимо от количества километров или часов в самолете.

И пусть я засыпала в холодной кровати в одиночестве, в тысячах километрах от него, я всё — таки, засыпала с мыслью о нём.

Я пыталась радоваться тому, что у нас, по крайней мере, было хоть это, но моё унылое состояние увеличивалось всякий раз, когда я просыпалась без него.

Как-то незаметно для самой себя, прежние увлечения не казались такими уж привлекательными. Было странно делать всё одной, когда раньше мы делали это вместе.

С отъездом Марка, я ощущала пустоту рядом с собой, и даже любимые друзья не могли заполнить собой тот недостающий кусочек мозаики.

Еще неделя, дни превратились в зал ожидания, где я одиноко сидела и ждала своего рейса. Я настолько привыкла к физическому присутствию Марка, что его отсутствие приводило всё моё свободное время в беспорядок. Я с головой окунулась в учёбу, чтобы совсем не завязнуть в своём надуманном одиночестве.

В один из таких дней мне позвонил Алекс и велел приходить к нему в гараж.

Гараж находился в его доме, который стоял недалеко от моего. Спустя десять минут я заходила в его наполненную тяжёлым роком берлогу.

Помещение было внушительных размеров, помимо его красного Камаро, длинной стены с инструментами и угла с двумя мягкими кожаными диванами и невысоким столиком, здесь находилась еще машина Марка. Вернее то, что от неё осталось.

Я до сих пор не могла уложить в голове масштабы катастрофы с повреждениями парня. Но меня уверили, что вовремя раскрывшаяся подушка безопасности спасла Марку не только жизнь, но и уберегла от серьёзных травм.

Я обошла вокруг неё, прикоснувшись рукой уцелевшей крыши.

— Как-то можно её починить? — поинтересовалась я.

— За этим я тебя и позвал — сказал Алекс.

Я вопросительно оглянулась на друга. Алекс стоял возле поверженного зверя со скрещенными руками на груди.

— Марк оставил машину и попросил меня за ней приглядеть, но я подумал, что может быть мы могли бы вылечить её? По крайней мере, попытаться.

Идея мне понравилась, мало того, она меня вдохновила.

— И ты хочешь, чтобы я тебе помогла? — полюбопытствовала я.

— Ну, полностью своими силами мы не справимся, большую часть будут делать в официальном центре, но что-то подрихтовать мы сможем и «причесать» её потом — объяснил мне Алекс — ну так что? Поможешь мне?

— С большим удовольствием, Алекс — я уже была в предвкушении предстоящей работы, и радостную улыбку было не стереть с моего лица.

Уже на следующий день, мы отправляли машину на эвакуаторе в сервисный центр, как мой телефон зазвонил. На дисплее отобразилось наше с Марком фото.

— Эй, милый! — крикнула ему в трубку, как только он ответил.

— Птичка! — его голос мурлыкал мне в ответ — Я скучаю по тебе так сильно. Как учёба? Стараешься? — спросил Марк.

— Очень стараюсь — шум, работающего эвакуатора создавал эффект ракушки. Знаете такое, когда прикладываешь раковину к уху и слышишь, как несется по венам кровь. Я прижала телефон ближе к уху, чтобы лучше слышать Марка.

— Я скучаю по тебе, родная — мягко проговорил парень.

— Я тоже, — вздохнула я — когда тебя ждать? Я недавно заходила в магазин нижнего белья и вышла оттуда богаче на один роскошный комплект, не терпится примерить.

— Ты не представляешь, Птичка, какие картинки только что разыгрались в моей голове, жаль, что ты не видишь, тебе бы понравились — промурлыкал этот кот мне в ответ.

— Приезжай и покажи мне — не осталась в долгу я.

Марк молчал, как бы я сама не скрывала перемены своего настроения, я остро ощущала, как изменилось поведение Марка.

Он тщательно пытался скрыть от меня эти импульсы, но я была бы не я, не улови их наличия. И нет, он не стал игнорировать меня или пытаться изменить свое отношение ко мне. Было чувство, что ему самому не в радость долгая разлука, но о причине задержки в подробности не пускался.

— Все хорошо, родной? — осторожно поинтересовалась я.

— Мне придется еще задержаться, отец заключает выгодные сделки, которые требуют моего присутствия.

— Всё ясно — удрученно ответила я.

— Венер…

— Я понимаю, Марк. Правда понимаю, просто очень скучаю, и мне безумно тебя не хватает — прошептала я.

— Ты так прекрасна, Птичка. Жди меня, я скоро вернусь. Пока любимая.

— Пока — я положила трубку, так и не сказав ему, что хочу вылечить его зверя.

Этот парень внезапно ворвался в мою жизнь. Хватило совсем немного времени, чтобы заменить собой всё, без него весь мой привычный мир летел к чертям.

***

Спустя несколько недель, после замены деталей и покраски, машина Марка красовалась на своём прежнем месте в ожидании завершающих процедур. Алекс колдовал над открытым капотом с различными бутылями и жидкостями, я же в свою очередь больше мешалась, чем помогала.

Сказать честно, я была благодарна Алексу за ту терапию, которую он проводил со мной, думая, что я ни о чём не догадываюсь. Очень тонко, ненавязчиво в своей привычной для себя манере, он ловко вытянул из меня все переживания и размышления по поводу нашей дальнейшей судьбы с Марком.

— Знаешь, а я ведь никогда не видел его таким? — как-то сказал меня друг — понятное дело, что мы видимся с ним по капле в год, но в те моменты, когда мы были вместе, ни одна девушка не задерживалась у него дольше, чем на пару дней.

— Вот спасибо, ты меня, прям, утешил — заметила я.

— Нет, Венер, ты не подумай ничего плохого. Я это к тому, что ты действительно очень зацепила Марка. Еще тогда, когда ты была в Италии, Марк случайно увидел наши совместные фото у меня в телефоне. Он как — будто поплыл в тот момент, выпытал у меня всю информацию о тебе — рассказал мне Алекс.

— Подожди, что значит всю? — спросила я — про отца ты тоже ему рассказал?

— Прости, подруга, да — признался парень — это получилось не специально, да и я не знал, что это был какой-то секрет.

— Нет, нет, всё нормально. Он не выпытывал у меня эту историю и подробности. Просто терпеливо ждал, когда я сама ему откроюсь — я была в легком, но приятном шоке.

— Вот именно, Венера! — воскликнул Алекс — я, о чём и говорю. Марк терпением не отличается. А с тобой это совсем другой человек. Я уверен, что он действительно тебя любит, так что прости ему некоторые заминки и лучше подумай о том, что ждёт вас впереди. Не забудьте только меня на свадьбу позвать — заулыбался парень.

— Тебя забудешь, как же — посмеялась в ответ я.

— Прокатимся? — внезапно спросил Алекс.

Я в удивлении оглянулась на него, после чего он окончательно меня добил.

— Ты за рулём — как приговор прозвучали для меня слова.

— Нет, не выйдет, ты же знаешь, я вожу, как первоклассница — попыталась отвертеться я.

— Оксюморон какой-то получается — посмеялся Алекс — если бы все первоклассницы ездили так же как ты… — он задумался, почесал затылок и продолжил — …то…ладно не обращай внимание, лучше поехали — подогнал меня парень.

— Либо ты продолжишь, что хотел сказать, либо я негодую — воскликнула я, пока Алекс запихивал меня на водительское сидение.

— Лучше я промолчу, потому что мне ехать еще с тобой в одной машине, а я, как — бы, знаешь, жить еще хочу — смеялся Алекс.

Летняя жара постепенно сменилась осенним дождем, ветер налетал внезапно, будто кто-то резко раскрывал форточку.

Мы ехали по трассе, и как назло зарядил такой ливень, что дворники ели-ели справлялись со своей задачей.

— Помниться мне, ты хотел жить? — спросила я Алекса.

Он сидел на моём пассажирском месте, облокотившись одной рукой на выпирающую ручку в двери, а вторую держал у себя на коленке.

Несколько раз я видела, как он дергал ею, в моменты, когда я резко заходила в поворот или не вовремя меняла передачи.

Смешной, сам же посадил за руль, сам же испугался. Но ничего — ничего, пусть поволнуется немного, кто карету везет, тот и музыку заказывает.

— Хотелось бы, да — сглотнув, ответил Алекс.

— Тогда ты выбрал не очень удачный день, я же ничего не вижу, льёт, как из ведра — я притворно закрыла глаза и впечаталась в руль грудью, показывая ему утрированно на примере.

Алекс всё же не выдержал, дернул меня за плечо и велел парковаться на ближайшей остановке.

Я довольная собой, уже глазами жадно искала удобное место. Увидев приближающуюся пустынную остановку, я включила поворотник и свернула к обочине.

Пока я корячась перелезала на пассажирское сидение, Алекс выбежал под проливной дождь, чтобы занять место водителя.

Только прошло время, а Алекса так и не было. Я уже успела удобно устроиться, пристегнуться и даже потыкать аудиосистему.

Крылатая фраза «лило, как из ведра» приобрела вовсе не переносное значение, чтобы разглядеть, куда делся Алекс, пришлось пожертвовать своим комфортом и выйти из машины.

Алекс стоял на остановке и с кем-то разговаривал. Этот кто-то сидел на скамейке и ловко скрывался за широкой спиной друга.

Подойдя к ним, я с трудом смогла узнать девушку в насквозь промокшей одежде, с мокрыми, как щетка волосами.

Сквозь потёкшую косметику и красные от слез глаза, я различила черты некогда одной из самых стервозных и невыносимых мне людей.

— Извини, — всхлипнула Барби — ради бога извини меня, Венера — заикаясь, произнесла девушка.

Знаете такую степень измотанности, когда ты ненавидишь человека до кончиков пальцев, когда ты думаешь, что встретив его, ты выскажешь ему всё, что накопилось в твоей душе, когда ты дашь ему понять, что готов глотки грызть за своих любимых.

Я готова была всё это сделать, когда увижу Барби, за то, что она сотворила с моим мужчиной, за то, что возомнила себя вершительницей судеб и человеческих жизней. Всё это я хотела сделать с Барби, но сейчас передо мной сидела жалкая и униженная девушка.

— Извини? Это всё, что ты можешь мне предложить? — я подошла ближе и встала рядом с Алексом — Мне не нужны твои извинения. Почему ты думаешь, что натворив дел выше крыши, можно просто взять и извинится — это всё бесполезная ерунда! Я не верю и никогда не поверю в твоё искреннее раскаивание.

— Я виновата, я знаю — зашлась в рыдании Барби — всё, что произошло,…так не должно было быть, всё должно быть иначе!

— Ты оправдываешь себя этим? — усмехнулась я — звучит не правдоподобно, что должно было быть иначе?

Я злилась, я очень сильно злилась!

— Ты хоть на секунду задумалась, что было бы, не раскройся подушка безопасности. Что было бы не прими Марк решение сворачивать с трассы, а вылетел бы в толпу? Ты. Хоть. На. Секунду. Задумалась??? — я проговорила последнюю фразу по словам, в надежде, что Барби поймет всю серьезность ситуации, в конце концов.

— Он заставил меня это сделать, понимаете? Заставил! — рыдала она.

— Он сказал, что если я этого не сделаю, то он расскажет моему отцу, что я, якобы, сижу на легких наркотиках — всхлипывала Барби.

— И ты решила, что собственная репутация в глазах отца ценнее чьей-то жизни? — поинтересовалась я — Хреного у тебя с ценностями.

— Я не хочу быть такой — тихо сказала Барби — я всё рассказала отцу и полиции.

— Ну хоть на что-то у тебя мозгов хватило — констатировала я — ползи назад в свою нору, откуда ты выползла, Ксюша.

— Что? Почему? — недоуменно спросила Барби.

— Я хотела наказать великую стерву Ксению Севастьянову, но вижу, что передо мной лишь жалкая её оболочка — заключила я.

Барби зашлась в очередном приступе рыдания, а я развернулась, чтобы пройти к машине, как почувствовала, что Алекс, схватил меня за руку.

— Постой, мы не можем оставить её здесь — заглядывая в глаза, сказал Алекс.

— Это не наши проблемы, как-то же она попала сюда.

— Попала, но видимо кроме нас домой её никто не отвезет, не будь такой жестокой, Венера, ты ведь совсем не такая.

— Зато ты очень добрый — пробурчала я — и многие этим пользуются, запомни это.

Я направилась к машине, не дожидаясь их. Плюхнулась на переднее сидение, Алекс сел за руль, Барби тихонько юркнула на заднее сидение.

— Как тебе машина, Ксюша? — едко спросила я — отличный ремонт, правда? Совсем как новая, вот выехали протестировать её впервые — я продолжала издеваться — тебе выпал уникальный шанс проехать в её салоне, и представить, что с тобой было бы, сиди ты в ней во время аварии.

— Венера! — прогремел Алекс.

— Что? — недоуменно спросила я.

— Либо ты успокаиваешься, либо это наша последняя совместная поездка! — прокомментировал моё поддельное недоумения друг.

Остальная часть пути прошла в полной тишине, лишь звук дождя, барабанящего по крыше не давал нам забыть где мы находимся и не укутаться в собственные мысли с головой. Мы высадили Барби возле её дома, и она со скоростью пули вылетела из машины, не обронив даже пресловутое «пока».

Ей жить со своими ошибками, сможет ли она правильно распорядиться своей жизнью, меня это не касалось.

— Ты была очень милой — засмеялся Алекс.

— Спасибо, я старалась — улыбнулась я в ответ.

***

Спустя несколько дней раздался один из самых неожиданных и волнительных звонков в моей жизни.

— Здравствуй, Венера — низкий мужской голос поприветствовал меня в ожидании ответа.

— Добрый день…э — не знала, как обратиться я.

— Валерий Павлович — помог мне мужчина — Астахов Валерий Павлович меня зовут.

— Я слушаю Вас, Валерий Павлович — продолжила я.

— Ты, верно, не помнишь меня, Венера. Ты была еще маленькой, когда мы виделись последний раз, — мягко начал свою речь мужчина — я коллега и друг…твоего отца.

Сказать, что я была удивлена, ничего не сказать. В этот момент меня словно током пробило, в глазах потемнело.

— Очень приятно — процедила я — что Вы хотели?

Я не хотела грубить ему, но неожиданность момента выбила почву из под земли.

— Я не буду ходить вокруг да около, я звоню тебе, чтобы предложить изменить свою жизнь — начал Валерий Палыч.

— Звучит абстрактно, нельзя ли, поконкретнее — прокашлялась я.

— Я хочу пригласить тебя на работу в свою команду — начал мужчина — конечно, для начала тебе придется пройти полугодовое обучение, но потом ты сможешь работать под моим командованием — живо расписывал перспективы Валерий Палыч.

— Кем, …кем Вы хотите меня позвать? — заранее зная ответ, я всё же решилась на главный вопрос.

— Ну не пилотом же — снисходительно усмехнулся дядя — стюардессой, конечно же.

Я сделала один вдох, потом еще один, привела в норму дыхание.

— Вы говорите, что были другом моего отца, а как давно вы с ним познакомились? — поинтересовалась я.

— Мы познакомились с ним, когда он пришел к нам работать после института, — ответил Валерий Палыч — а какое это имеет отношение к моему предложению.

— А самое прямое — начала я — если вы знали отца с самого начала его карьеры, то вы должны были знать историю моего появления на свет.

— Венера… — начал Валерий Палыч, но я не дала ему продолжить.

— Вы наверняка знаете, кем была моя мать. Одно только упоминание этой профессии вызывает желание… — я не закончила, не смогла.

Понимание того, что когда-нибудь я буду похожа на свою мать чертями сжирала меня изнутри. И пусть я совсем её не знала, какой женщиной она была, мне хватило того факта, что она бросила свою крошечную дочь и предпочла работу стюардессы ей.

— Это не моё дело, девочка, но ты не можешь всю жизнь корить себя за ошибки матери. Не стоит сравнивать себя с ней, только одно то, что ты уже понимаешь всю глубину этой раны, не делает тебя её копией.

— Вы правы, Валерий Палыч, это не ваше дело. Простите за грубость, но я вынуждена отказаться, тем более я еще учусь в университете.

— Это не проблема, Венера. Ты могла бы перевестись на заочное и легко закончить полтора курса, — на секунду замолчал Валерий Палыч — но если тебе больше нечего мне сказать, я хочу, чтобы ты знала, что если захочешь передумать, просто позвони мне по этому номеру и я всё устрою. В конце концов, должен же я хоть как-то помочь в жизни дочери человека, который являлся одним из лучших пилотов гражданской авиации.

Мне было приятно его внимание, и я даже смогла понять истинную подоплеку последней фразы, но пересилить себя, все же, не смогла.

— Прощайте, Валерий Палыч — ответила я.

— До свидания, девочка — услышала в ответ и положила трубку, стараясь забыть об этом разговоре.