Глава 13

Слова — уникальный инструмент нашей жизни. Словом можно влюбить, причинить боль или перечеркнуть целую жизнь. И не только свою.

Я не переставала об этом думать спустя месяц, направляясь в родной аэропорт на очередную смену.

В то злополучное утро я окончательно и бесповоротно поняла одну вещь, всё, что говорил Дамиан — правда. Пусть это было в злой и грубой манере, но именно подача слов помогла мне задуматься о них глубже, чем я бы могла при других обстоятельствах.

Мне казалось, я нарисовала свой новый мир сказочным и прекрасным, а оказалось, что я, чертовски, паршивый художник. Некоторые получились довольно таки уродливыми, а я.… Ну, а я выглядела на их фоне самой уродливой.

Моя страсть не оставила места для разума, это привело к тому, что я снова очутилась там откуда начала. В прошлый раз я пыталась избавиться от комплексов, встретив достойного мужчину. Сейчас же мне не требуется ничего подобного.

Не смотря на жёсткую «терапию от Дамиана», кое-что я всё-таки уловила. Мне не требуется чужое мнение и одобрение, чтобы знать, кем я являюсь. Слова Дамиана, но как же они мне подходили. Очевидно, что с таким девизом по жизни трудно представить себе ситуацию, в которой можно сломаться. Нет, теперь я знала, как я должна себя чувствовать, и совсем не нужно выбивать из себя негативные эмоции по принципу клин клином.

Признаюсь честно, в тот момент всё же обошлось не без помощи. Верный друг и товарищ в лице Нелли пришел оказать мне поддержку.

Мы сидели на полу в коридоре, не в силах дойти до дивана, и пили вино из чайных кружек, случайно отрытое в глубине холодильника. Нелли сказала, что терпким напитком сердечные травмы не залечить, но и водой с чаем этого тоже не сделать. Поэтому было решено пить, но не предаваться унынию. Мы просто наслаждались вкусом и разговаривали.

Она рассказала мне, что познакомила Андрея с бабушкой, и я была искренне рада за то, что Нелли смогла признать свои ошибки в прошлом и отпустить весь негатив, освободив тем самым место в своей душе для новых чувств. Андрей оказался принцем на белом коне, завоевавшем принцессу из высокой башни, окруженной огненным рвом. Испытание огнём было пройдено с отличием, чем Агата Витольдовна поспешила поделиться с внучкой и дать свое согласие на их брак, чем вызвала шок и ступор у Нелли, и счастливую улыбку у Андрея. Вот таким легким взмахом руки бабушка посватала свою кровиночку замечательному мужчине.

Мне больше не приходилось забирать её из дома на работу, потому что это делал Андрей. Поэтому я ехала в аэропорт, с откинутой крышей в машине и наслаждалась первыми летними деньками. Ветер трепал мои волосы, заворачивая их в замысловатые прически, и мне оставалось только радоваться, что я выехала на работу намного раньше — успею привести себя в порядок.

Я прошла в зал для брифинга, и мой рот открылся от удивления, когда я увидела там Влада, сидящего на первом ряду.

Он сидел со скрещенными на груди руками, и с усмешкой меня разглядывая. Я знала, что он был долгое время на больничном, залечивая раны, которые нанес Андрей, но давно уже приступил к работе. Первое время я радовалась, что нам не приходилось пересекаться, потом и вовсе забыла про него.

Признаться честно, я лелеяла в себе надежду, что в тот вечер он был достаточно пьян, чтобы забыть всё, что произошло. Очевидно, что я ошиблась.8c847c

Резко закрыв рот, пытаясь игнорировать сковавший меня страх, я прошла мимо, выбирая место подальше от него.

Просидев весь брифинг, как на иголках, я одна из первых вскочила по его окончанию, чтобы пулей вылететь из зала и сделать вид, что Влад, который переведен в наш экипаж — это не самая шокирующая новость последних дней.

Жест доброй воли или правильней сказать отсутствие мозгов у вашей покорной слуги, которая не потрудилась написать заявление в полицию или хотя бы рассказать своему непосредственному начальнику о случившемся сыграл со мной злую шутку. И теперь мне придется проводить большую часть жизни с человеком, о котором я даже не хотела вспоминать, не то что видеть и работать с ним, словно мы одна семья.

Андрей с Нелли, кстати, были более умны в этом вопросе и еще тогда предложили мне его «сдать». Но то ли мне стало жаль дурного, в стельку пьяного, избитого парня, то ли я просто не захотела связывать себя с «грязной» историей, как бы её потом окрестили на работе, но я предпочла смолчать и забыть.

Теперь это моя карма и неприятная галочка в моей работе.

Получив последние инструкции от старшего бортпроводника, мы расходимся каждый в свою зону. С облегчением понимаю, что Влад находится в экономе, когда я оставлена в бизнесе, разливать дорогое шампанское по дороге в Париж.

Кстати, мне еще не приходилось бывать в городе всех влюбленных летом, всё осенью да зимой, когда проще закутываться поплотнее в шарф напоминающий плед и перебегать от кафе к кафе в поисках тех знаменитых запеченных каштанов. Поэтому я оставляю неприятные мысли и думаю лишь о том, что в Париже у нас ночевка, и я совершенно точно не собираюсь тратить ее на сон.

Мой путь уже мысленно проложен к Эйфелю через Монмартр и если поздно вечером я смогу застать там что-то невероятно прекрасное, как повезло писателю и безнадежному романтику Гилу в том самом потрясающем фильме Вуди Аллена (прим. автора: фильм «Полночь а Париже» — обязателен к просмотру), я смогу с уверенностью сказать, что это было лучшее путешествие за всю мою жизнь. И не нужны пальмы с островами или горы со сноубордом, даже многочасовое возвышение на непокоренную вершину. Все это меркнет перед одной летней ночью в Париже. Ведь она будет окутана мыслями о том, что кода-то вот здесь за углом в уличном кафе собирались молодые и бедные, никому тогда неизвестные художники, а вот тут пил свой напиток Хемингуэй, затерявшийся в своих мыслях, и можно еще продолжать бесконечно, но мои мысли прерывает посторонний голос:

— Венера, — поднимая глаза с таблички с именем на моей груди, ко мне обратился невысокий седой мужчина, — как будет можно, принести два бокала вина, сухого, самого «старого», — усаживается он на свое место.

— Обязательно, господин Кансс, — ответила ему в тон, не повышая голоса. Мне нравится, что, не смотря на уровень класса, он не ведет себя как последний мудак, требуя нести выпивку сию секунду.

По взгляду вижу, что он удивлен тем, что я знаю его имя. Но в этом не никакого подтекста. Наш регламент таков, что пассажиров первого класса и бизнеса мы обязаны знать по номеру сидения и имени его занимающего.

— Знаете, почему два? — спрашивает у меня господин Кансс. Мне не интересно, но я обязана знать особенности каждого пассажира, если таковые имеются, особенно в бизнесе. — У моей жены сегодня день рождения, я лечу, чтобы её поздравить и перед встречей с ней, одного бокала будет мало.

— О, передайте поздравления вашей жене, господин Кансс, — улыбнулась я.

— Обязательно, милая, — по-доброму улыбается мне в ответ мужчина. В его глазах я вижу всю теплоту, с которой он вспоминает о любимой женщине и его колкие шутки в её адрес не насмешка, а лишь степень его привязанности.

— Место у окна свободно, вы можете пересесть и наслаждаться видом, господин Кансс.

— О, благодарю, но я предпочитаю оставаться здесь и не видеть, что происходит там внизу.

Мы тихонько смеемся, и я отхожу помочь остальным пассажирам занять свои места и разобраться с лишними вещами. Экипаж проводит инструкцию и готовится к рулению. Мгновение задержки. Опоздавших быть не должно, мы всех проверили. Значит нам кого-то «подселили». По инструкции мы готовимся к рулению и задерживаться ради кого-то не можем, но если это случилось, значит, ждем мы не простого гостя.

Через открытые шторки иллюминатора я вижу, как со стороны частного сектора подъезжает черная тонированная машина, выходят четыре человека: одна девушка, это я понимаю по ногам в колготках и трое мужчин, к сожалению дальше разглядеть не получается. Судя по эффектному появлению, именно мы с Лерой, еще одной бортпроводницей и моей напарницей сегодня по бизнесу, ждём гостей в свой класс.

Она идет встречать, а я остаюсь на месте, мысленно рассчитывая, куда посадить четверых. Как раз два свободных места за моим болтливым господином Канссом, и еще два смежных на противоположной стороне в хозяйстве Леры.

Слышу возню и приближающиеся разговоры сзади и на секунду, на мгновение из моей груди выходит весь воздух, и я закрываю глаза, просто зажмуриваюсь, чтобы понять — я не сплю и это не розыгрыш.

Иногда наши судьбы настолько переплетаются с чужими, что мы не замечаем, на сколько фатален, бывает один момент. Всего минута, прошедшая не по твоему плану, а заранее намеченной траекторией, переворачивает твою жизнь с ног на голову.

Я больше не могу позволить себе стоять спиной к пассажирам и медленно поворачиваюсь в их сторону. Двое мужчин, здороваясь, проходят мимо меня, а за ними следом идут девушка с мужчиной. Она смотрит на него с теплой улыбкой и пытается заглянуть в глаза, но мужчина хмур и сосредоточен. Секунда заминки возле меня и он поднимает взгляд. Шок и удивление в его глазах быстро сменяется на такую знакомую косую ухмылку и жаркий блеск во взгляде:

— Ну, здравствуй, Птица!…