Глава 37

12 марта 1194 года от Р.Х., Мессина

Поскольку я плыл в головном дозоре из пяти галер, оставив основной караван позади, то даже не сразу понял, что на нас напали, когда мы проплывали узкий перешеек между Мессиной и Катоной. Повернув голову, я увидел, как от берега нам наперерез спешат десять кораблей. Низкий рокот рога раскатился по морю, когда мой капитан сыграл сигнал атаки, и все пять галер стали разворачиваться, строясь в боевое построение.

Я, пока взрослые готовились к бою, занял привычное место, вдалеке от всех, чтобы не мешаться под ногами. Пажей не было, а самостоятельно натянуть тетиву арбалета я не мог, поэтому и оставалось смотреть, как на чужие корабли вскоре полетели крючья и туда хлынуло втрое больше людей, чем обычно бывает команды на подобных галерах, а когда противники, поняв свою ошибку попытались развернуться, то было уже поздно, лишь двоим из них удалось оторваться и направиться в родной порт, туда же, поспешили и мы, стараясь догнать беглецов.

И вот тут, что-то пошло не по плану. Из пролива выплыли первые транспортники, капитанами которых были совершенно не подчиняющиеся мне люди, да ещё и злые, что их заставили работать бесплатно. Они, видя, что идёт нападение на порт, не мудрствуя долго направили свои корабли туда же. Я разинув рот смотрел, как то одна, то другая галеры, подходят к порту и из них вырывается дорвавшаяся наконец до драки орава наёмников. Стража попыталась запереть ворота, но на плечах их же матросов, влетел авангард нашего войска, начав штурм города. Всё осложнялось тем, что, видя бой, остальные галеры из каравана просто причаливали, разгружая всё новые и новые войска, которые тут же вступали в схватку. Вскоре в городе начались пожары, массовые убийства и грабежи.

Я опомнившись от шока, тут же приказал быстрее туда грести, чтобы спасти тех, ради кого собственно и согласился на этот поход. Вырывать добычу из рук озверевших от крови наёмников было то ещё дело, но за мной двигались сотни отряда, легко нанизывая на наконечники копий тех, кто пытался кинуться на нас. Очень быстро наёмники поняли, что мы вытаскиваем людей только из определённых домов, оставляя остальное им, и они отстали от нас, бросаясь в другие дома.

Два дня и две ночи они зверствовали в городе, убивая всех, кто сопротивлялся, и только на третий день, мне удалось собрать капитанов и настоять на прекращении насилия, хотя если честно, в Мессине уже не осталось больше десяти процентов жителей. Вот так, с разрушенным городом у моих ног, и отсутствием транспорта, который решив, что своё дело выполнил, даже не уведомляя меня, стал возвращаться в родную гавань, я и оказался на востоке Сицилии с тридцати тысячным войском во главе.

Первым делом пришлось настоятельно убедить капитанов, что частью военной добычи придётся делиться с императором, под знамёнами которого мы должны сражаться, ну и второе, вводить понятие дисциплины в походах и стоянках. Разнообразные отряды, постоянно затевали драки, споры и сражения между собой и только показательные порки, и подвешивания на ближайших деревьях смогли привести войско в слабое подобие порядка. Я дал чётко понять, что во время движения и отдыха, буду пресекать любое неповиновение, взамен, давал им полный простор при захватах городов, ну кроме тех домов, которые помечены в углу косяков, белым крестом. Почему других городов? Потому что в отсутствии транспортов и обеспечения, у меня, просто не было другого выхода, как пойти пешком, набирая припасы из разграбляемых городов и деревень, по пути следования в Палермо.

И вроде бы идти было всего двести с лишним километров, но остановки для захвата каждого следующего города, которые воодушевлённые наёмники брали один за другим, заваливая трупами подходы к стенам, сами стены и улицы городов, но зная какая награда их ждёт, все словно превратились в берсерков. Войско, а мою радость начало медленно таять, но тут, к нам стали присоединяться те наёмники, которых наняли защищать города. Предавая своих нанимателей, они открывали ворота и присоединялись к вакханалиям, которые их собратья устраивали в захваченных городах. Я едва успевал спасать тех ремесленников и их семьи, которые наметил во время своего зимнего путешествия и засовывая ошалевших и ничего не понимающих людей на несколько своих галер, отправлял их в Венецию по мере их наполнения, надеясь, что сеньор Франческо, выполнит мои наставления, поскольку всё на что мне хватало теперь времени, так это контролировать эту беспрестанную чехарду боёв, делёжа добычи и направление войска к следующему несчастному городу.

К Палермо мы добрались спустя две недели, имея огромный обоз и армию почти в пятьдесят тысяч наёмников. Вместо того, чтобы сократиться от быстрых и невероятно кровопролитных штурмов городов, войско только разрослось за счёт выше упомянутых предателей, которые вместо защиты, убивали своих нанимателей, показывая при этом ещё и их тайники, ставшие им известны за время пребывания в городе.

Когда мы вступили в поместья столицы, то были замечены конницей Генриха VI, которая увидев огромное войско, стремительно бросилась под защиты стен. Когда мы подошли и стали лагерем, ворота были закрыты, а войско, стоявшее лагерем перед городом спешно готовилось к битве. Капитаны наёмников обратили взгляд ко мне, как к своему нанимателю.

— Действуем, как обсуждали, — не моргнув глазом ответил я и взяв весь свой отряд, отправился на переговоры, на всякий случай подняв белый платок, чтобы случайно не пристрелили.

На встречу мне выдвинулся сам император с супругой, а также большая группа его вассалов. Лица которых, по мере понимания того, кого они видят перед собой, удивлённо вытягивались.

— Добрый день ваше императорское величество, — меня спустили с лошади, и я воспитанно поклонился своему временному сюзерену.

— Венецианец? — Генрих удивлённо рассматривал то меня, то войско позади меня, — мы уже было решили, что вы отказались от своей клятвы, оставшись дома у игрушек и мамы.

На лицах его свиты расцвели улыбки, от шутки повелителя, а я же, не моргнув и глазом, продолжил.

— Понимаете ваше императорское величество, со мной случилась неприятность по пути сюда, не позволившая явиться вовремя на место сбора

— Какая же? Она должна быть наверно очень существенная, чтобы вы нарушили слово?

— Конечно ваше императорское величество, — я ещё раз поклонился, — я очень торопился и спешил, чтобы попасть к вам, но по пути на меня напали жители Мессины, когда я спокойно проплывал мимо их города. Мне пришлось отбиваться от их атак, но они всё наседали и наседали, а я отступал и пятясь задом, оказался в самом центре города, — с абсолютно серьёзным лицом рассказывал я.

— Отступали спиной и оказались в городе, жители которого на вас напали в море? — у Маркварда фон Аннвайлера почему-то стала с лица сползать улыбка.

— Совершенно верно граф, — закивал головой я, — представляете ситуация, впереди враги, позади ратуша с городской стражей, ну я думаю, что если застряну в таком неуютном месте надолго и не смогу прибыть вовремя к императору, которому я служу.

— И вы? — голос у него дрогнул.

— Да, к моему большому сожалению мне пришлось захватить город, чтобы продолжить путь к вам, конечно оставив небольшой контингент сил, чтобы жители Мессины знали, что их захватила передовая часть войск великого императора Генриха VI, — с воодушевлением закончил я.

— Мессина захвачена? — словно эхом повторил император.

— Да, ваше императорское величество, вашим передовым отрядом, — кивнул я, смутившись и отведя глаза.

— Надеюсь это все твои приключения Венецианец? — подозрительно спросил император, — иначе даже с учётом захвата города, вы всё равно не слишком-то спешили к нам на встречу.

— С сожалению нет, ваше императорское величество, — я тяжело вздохнул и развёл руками, — сицилицы оказались очень воинственным народом. Где бы я не ехал, все почему-то намеривались отсрочить нашу встречу.

— Все, это сколько? — заговорила Констанция, которая первая догадалась, что это «ж-ж-ж», не спроста.

— Десять городов, — я пожал плечами, — ваше императорское величество, на сегодняшний день вы уже захватили почти весь север Сицилии. Везде остались только гарнизоны и готовые присягнуть вам на верность жители, из тех, что остались в живых конечно.

Веселость и вовсе пропала с лиц свиты и особенно Генриха VI.

— А трофеи? — вскинулся Маркварда, — где трофеи?

— Конечно же в обозе, позади передового войска императора, — я показал за свою спину.

— Всё учтено и вашу долю мы готовы отдать в любой момент, ваше императорское величество.

— Уж будьте любезны, — сыронизировал он, — желательно прямо сейчас.

Я приказал одному из капитанов и через десять минут напротив нас стояли три повозки с награбленным. Император осмотрел утварь, драгоценности, золотые кресты, которые наёмники вытаскивали из разграбленных ими церквей, убивая тех кто сопротивлялся этому, и спросил.

— Это всё? С десяти-то городов?

— Конечно же нет, — удивился я, — остальное, я честно забрал в уплату жалования своего отряда, всё так, как мы и договаривались ваше императорское величество.

Веко у императора вздрогнуло.

— Нас это не устраивает.

Я дословно повторил наш уговор, согласно которому он оплачивал жалование моему отряду.

— Речь шла о пяти тысячах! — возмутился он, — не тридцати или сколько там у тебя!

— Пятьдесят, ваше императорское величество, — любезно подсказал я.

— Тем более! — возмутился он, — я не дал бы согласия оплачивать содержание армии, больше чем своя!

— Простите ваше императорское величество, — я искренне удивился, — если нет письменного договора, остались только устные договорённости, которые вы только что кстати сами и подтвердили.

— Такого уговора не было, — отрезал он, — я буду оплачивать содержание только пяти тысяч наёмников, остальное содержи сам.

На меня взволнованно посмотрели подъехавшие следом со мной капитаны, поскольку отдавать добычу, которую они по праву считали уже своей, они не собирались. Одно дело выделить долю императору, другое, отдавать своё, добытое кровью и потом.

— Ну что же, ваше императорское величество — вздохнул я, — тогда мне ничего не остаётся, кроме как пригласить вас поехать дальше со мной и убедиться, что Сицилия действительно населена крайне недружелюбными жителями.

Марквард и остальные схватились за мечи, но убрали их, когда позади увидели ряды арбалетчиков, которые за время нашего разговора тоже подошли ближе.

— Это угроза? Ты смеешь угрожать мне? Императору священной римской империи? — неверяще смотрел на меня Генрих VI.

Я выпучил глаза.

— Конечно нет, ваше императорское величество, как вы могли подумать? Я ваш самый преданный вассал, на время этого похода. Я никогда бы не посмел угрожать вам.

С лиц придворных, впервые за время разговора стали спадать улыбки, а когда огромное войско стало обходить их со всех сторон, многие наконец поняли, в какое положение попали.

— В общем ваше императорское величество, — улыбнулся я, — вы ведь хотели захватить Сицилию в этом году? Давайте это и сделаем. Я, как ваш самый преданный вассал, обещаю вам это.

Генрих VI посмотрел на Маркварда, тот на огромное войско, которое обтекая нас, стало окружать другое войско и приближаться к городу. Я же преданно смотрел на императора, он то на меня, то на своё войско неподалёку, которое думая, что это прибыли союзники, лениво провожали наёмников взглядами.

— И как ты хочешь это сделать? — процедил сквозь зубы Генрих VI.

— О всё просто, — обрадовался я, — мы оставляем ваше войско здесь, охранять весьма важный город, а сами, возглавляемые вами, направимся на покорение Сицилии!

— Мне хотя бы свиту можно будет взять?

— Ваше императорское величество, — удивился я, — почему вы спрашиваете разрешение у своего вассала? Император вы, приказывайте!

Когда часть из его свиты попыталась отъехать назад, в их сторону нацелились копья.

— Новую конечно нужно взять, — вежливо поклонился я, — но старая то зачем будет покидать императора.

Когда вроде бы всё было решено, и мы направились к городу, Марквард проезжая возле гарнизона собственного войска внезапно заорал.

— Измена! Убить изменников!

Я тут же подхватил его возглас, оглядываясь по сторонам.

— Измена! Хватайте изменников!

Чем вносил в ряды воинов ещё больше сумятицы и хаоса.

Тут военачальник окончательно взбеленился и стал кричать что их предали и император в опасности. Тут уже караулы и воины в лагере поняли, что это не шутка такая, повыскакивав с мест и пытаясь организовать сопротивление. Вот только занявшие позиции наёмники бросились в атаку, убивая и затаптывая воинов императора, даже толком не одетых. Когда в дело вступили мои арбалетчики, свалка закончилась ещё быстрее. Через десять минут пленных стали сводить вместе, просто убивая тех, кто сопротивлялся. Остальные, видя это, престали сопротивляться.

— Ну вот, когда с основной массой изменников мы закончили, — вздохнул я, — остался ещё один, самый главный изменник.

Я показал рукой на Маркварда фон Аннвайлера, которого схватили, разоружили и бросили ко мне на землю.

— Вы господин граф, помню хвастались недавно своим богатством, — весело улыбнулся я, — и я решил вам наглядно продемонстрировать, что тоже имею небольшой капитал, которым вы можете даже случайно подавиться.

По моей просьбе, наёмники сгребли угли от горящих костров под один котёл и я заставив их помощью щитов раскалять их ещё больше, снял мешочек с венецианскими золотыми солидами и высыпал их к котёл. Все присутствующие и в том числе наёмники непонимающе смотрели на меня, а также на деньги высочайшей пробы, которые стали вскоре таять и золото превратилось в жидкость.

Мои капитаны, посвящённые в то, что произойдёт дальше, подозвали солдат и те крепко схватив Маркварда не давая ему вырваться, задрали ему за волосы голову вверх и выбив зубы, вставили воронку, засунув максимально глубоко в рот, так что тот стал даже задыхаться. По моему приказу, один из капитанов сняв аккуратно котелок с углей, поднёс его к воронке, вставленной в рот Маркварду и залил ему в рот расплавленное золото. Тот задёргался, захрипел и вскоре опал в руках солдат. Приказав отпустить уже мёртвое тело, я повернулся к императору.

— Ну что, ваше императорское величество, теперь продолжим завоевание Сицилии?

Генрих поджав губы промолчал, а все остальные белые от ужаса, крестились, стараясь не смотреть на мёртвое тело.

Свистнув, я собрал капитанов и в присутствии императора объяснив им дальнейшие приказы. Войско, разворачиваясь в походные колоны, стало огибать Палермо, направляясь в сторону юга. В каждом следующем городе всё повторялось один в один. Город либо сдавали наёмники, либо высшая знать, выкупая себе свободу и своё имущество, открывая нам ворота, но обрекая остальных на верную смерть. Города за нами оставались дымящими, безлюдными и абсолютно нищими, но мы продолжали поход дальше, все как один, под стягами Генриха VI, которые забрали у его прошлого войска.

Конечно были города, которые прослышав о том, что творят воины императора Священной римской империи, сражались до последнего, но силы были слишком неравны, в то войско, которое собралось под моим началом, постоянно вливались большие и малые отрядов наёмников, которые всё прибывали и прибывали с материка, поскольку новости о том, как идёт война в Сицилии, разлетелись далёко вперёд. И с каждой следующей неделей, войско становилось всё больше и больше, достигнув по итогу ужасающих размеров в семьдесят тысяч.

Я только и успевал спасать мастеровых, из под мечей наёмников, но технология за это время стала настолько отработанная, что видя моих воинов у дверей с белыми крестами, наёмники просто уступали дорогу, уходя дальше, поскольку грабить было ещё много кого и что. Галеры моего дома и дома Бадоэр, не успевали курсировать между постоянно передвигающимся войском, и Венецией, отвозя всё новые и новые партии невольных переселенцев.

Король Сицилии, Танкред Отвили, с самого начала компании, когда Генрих IVзахватил столицу Палермо только и делал, что переезжал со своей свитой в новый город. Мы следовали за ним по пятам, грабя, разоряя и убивая, пока наконец не оказались возле последнего не захваченного города на острове, и предпоследнего в Королевстве Сицилия. Войско стояло возле Сиракуз, как некогда афиняне точно также стояли возле стен этого древнего города. Загнав по итогу короля Танкреда в эту ловушку, мои галеры не давали ему возможности отплыть в Неаполь, последний оставшийся оплот королевства. Туда кстати уже грузилась часть войск, чтобы отплыть как можно скорее и привести город под власть Генриха VI, нам же оставалось только самое сладкое.

Послов короля, который пытался договориться, я убил, вернув в город только головы. Смотря на императора, который всё это время был со мной рядом, я отдал приказ на штурм. Город пал на второй день и привычные пожары и запах крови разнеслись далеко вокруг. Вскоре Генриху доставили голову короля, прямо с кроной, торжественно вручив её ему на золотом блюде.

На следующие утро я устроил совет, пригласив к себе основных глав наёмных отрядов и своих капитанов. Всякая мелочь была не интересна, она лишь была на подхвате и получила своё при штурме и грабеже.

— Привезите долю императора, — приказал я и это тотчас было исполнено. То, что я позволял творить наёмникам в городах, прикрываясь знамёнами Генриха VI, с лихвой потом компенсировал в походе и на стоянках. Безудержные и кровожадные на городских улицах, наёмники поддерживали подобие дисциплины в моменты, когда двигались до следующего города. За этим следили капитаны крупных отрядов, периодически видя, что бывает с особо буйными, которые решили нарушить приказ. Деревья после наших стоянок в первые недели пути были щедро усеяны висельниками, пока наконец до многих не дошло, что лучше всю свою удаль показывать на штурмах городов, а не на привалах.

Множество повозок, сундуков забитых ценными вещами, монетами и драгоценностями встали рядом, а я повернувшись к императору, спросил.

— Ваше императорское величество, — я низко ему поклонился, впрочем, как и всё это время. Всегда был предельно вежлив, корректен, не позволяя себе даже малейшего пренебрежения или шуток. Просто идеальный вассал.

— Наш уговор выполнен. Сицилия пала, Неаполь скоро будет лежать в руинах, король Танкред мёртв, вы единовластный король Сицилии. С его женой и наследниками вольны делать дальше всё что угодно, они ждут свою судьбу во дворце в Сиракузах. Так что подтверждаете ли вы, что всё было выполнено мной честно, без обмана и соответствовало букве нашего устного соглашения?

Император, возле которого стояла белая словно снег Констанция, кивнул головой. Я достал заготовленный свиток, со всем вышеописанным, а также перечисленными военными трофеями и долей в них Генриха VI.

— Ознакомьтесь пожалуйста ваше императорское величество, — с поклоном передал его я, — и подпишите, если нет вопросов. Графство и земли, которые вы мне обещали, я решил не брать, уверен, что найдёте для них более достойного хозяина.

Он мазнув только взглядом, принял перо и макнув в чернильницу подписал документ. Следом за ним свиток подписали Констанция и остальные вассалы, которые были в его свите. Последним свою подпись поставил я, завершив это действо оттиском малой печати императора, которую каюсь, позаимствовал у него без спроса, но на время же! Тут же вернув, после того, как ею воспользовался!

— Ну вот, — заявил я, посыпая документ мелким золотым песком, чтобы высушить чернила, — если ещё раз захотите составить такой же контракт, обращайтесь. Всегда рад служить вам, ваше императорское величество

Он с яростью посмотрел на меня, но промолчал. Как в прочем и остальные его вассалы. За эти недели путешествий по живописным краям солнца, вина и оливок, почему то все престали шутить в моём присутствии. Не знаю даже, что послужило причиной этой удивительной трансформации, я например, всегда был только вежлив и предупредителен со всеми.

— Так, а теперь настала очередь вас господа, — я повернулся к главам больших наёмничьих отрядов. — Настала пора закрывать ваши контракты.

Каждый стал подходить ко мне со свитком, а я задавая одну единственную фразу, о том, что все ли условия выполнены мной, все ли положенные оплаты получены, нет ли ко мне претензий, подписывал его, слыша в ответ в основном примерно одинаковую фразу:

— Контракт закрыт господин Витале. У нас нет к вам претензий.

Подписав и эту немалую гору документов, я собрал всё в котомку и кликнув своих капитанов откланялся, направляясь к ожидавшим меня на рейде галерам.

Генрих VI, оставшись лишь с небольшой свитой в пятьдесят человек, возле гигантской кучи золота, но зато окружённый огромной армией добрых христиан, забеспокоился, оглядываясь по сторонам.

— Ваше императорское величество, — один из капитанов наёмников, приблизившись к нему, весело улыбнулся, — мы, как ваши доблестные воины, хотели бы уточнить условия нашего с вами контракта по охране и транспортировке этого весьма ценного груза в Палермо.

Конец первой книги январь 2022