Глава 12

Разговор с Сири и Данелией только убедил Веру в том, что покидать академию нельзя. И если раньше она планировала остаться только потому, что сбегать-то было некуда, то теперь поняла — она может даже быть чем-то полезной этому странному, крайне подозрительному обществу. Может быть, у неё есть шанс раскрыть тайну академии, отыскать этого наглого духа…

Не то чтобы Верена очень хотела быть известным детективом. Напротив! Понимай она хоть что-то в этой чёртовой боевой магии, то сидела бы и не высовывалась, даже носа не показывала из своей башни! Потом, возможно, поинтересовалась бы, как можно по-человечески жить в академии, не оставаясь постоянно одинокой. Но у эльфиек период молодости — не те жалкие несколько лет, что у обыкновенных людей. Верена вполне могла построить карьеру, стать ректором, изгнать этого мерзкого старикашку прочь, а там уже заниматься обустройством личной жизни…

Увы, но в боевой магии Верена понимала примерно столько, сколько её студенты разбирались в своей специальности — совершенно ничего. Конечно, это было не впервой, в некоторых предметах, которые она читала студентам, она тоже ничего не понимала. Но там у Верены было преимущество! Она могла включить презентацию и заставить их переписывать слайд за слайдом, а на каждый вопрос отвечать десятком других, а лекции свои за долгие годы практики и тренировок она вызубрила практически наизусть! К тому же, если уж действительно надо что-то узнать, всегда можно загуглить!

Ни гугла, ни какой-либо другой поисковой системы, к её огромному сожалению, в этом мире не наблюдалось. Оно-то, конечно, красота и юность ценнее интернета, но как что-то преподавать, если ты — полный ноль в своих предметах?!

Ответ на этот вопрос Верене пока что не был известен.

Потому Верена твёрдо для себя решила — если она не знает ничего о боевой магии, то должна хотя бы своей смелостью выделиться среди остальных преподавателей, создать какую-нибудь другую причину, по которой её просто-таки обязаны оставить в этой академии. Может быть, если она поймает этого духа или докажет, что его не существует, что-то изменится?

Или… Или она притворится, что дух есть и с ним всё в порядке, отстроит академию, выгонит тех, кто ей мешает, станет ректором и заживёт так, как ей хочется? Конечно, в этом жизненном плане нет места боевой магии, но, раз уж так нужно, она попытается выучить что-нибудь…

Ещё существовал запасной вариант — попытаться вернуться в родной мир, — но Верена отбросила его в сторону, как нечто пошлое и совершенно ненужное. Какой родной мир? Зачем? Она что, с ума сошла? Что там её ждёт, старость?

А здесь можно быть молодой, красивой и успешной!

Убедив себя в том, что ещё не всё потеряно и есть шанс обрести счастье, Верена наконец-то выбралась из кровати и посмотрела на паука. Тот уже не болтался на паутине под потолком, а предпочитал дремать на второй подушке, изредка по ночам перебегая по голове Верены, чтобы по волосам спуститься на пол.

— Да ты вырос, мой мальчик, — улыбнулась она своему странному питомцу. — Скоро, может, и заговоришь?

Судя по тому, как паук многообещающе дёрнул удлинившейся с момента их первого знакомства в полтора раза лапой, шансы дорасти до среднестатистической немецкой овчарки у него были. Зорах, должно быть, и вправду придёт в состояние восторга.

…Увы, но зашнуровывать эти мерзкие платья паук не умел. Верена кое-как справилась и сама — проблема с гардеробом никуда не подевалась, но стала менее значительной, у Сири оказалось много лишних вещей, — но всю дорогу, спускаясь по ступенькам к основанию башни, вынуждена была поддерживать длинный подол.

И почему тут никто из девушек не носит брюки? Или носит?

Впрочем, из каких таких девушек? Их всего трое! Что хотят, то надевают, только купить надо бы, а для этого нужна первая зарплата. И пока Верена её дождётся, она вынуждена страдать в непомерно длинных и излишне откровенных платьях. Спасибо господину ректору, вместо стаи с голодными взглядами под её дверьми околачивается только один демон.

…На сей раз, впрочем, под дверью не оказалось даже Альбина — зато к деревянной поверхности дротиком была приколота записка с курсом. Практическое занятие, первый курс — может быть, это будет не настолько трудно, как она предполагала? Ну, приморозит кого-нибудь в крайнем случае…

Верена с досадой вспомнила, что местный первый курс что-то да знает, ведь им уже лет семь господин Алехандро читал основы боевой магии. А она ни строчки об этом не читала, зато всех возможных помощников разогнала и обидела. Поступила очень по-женски: нелогично, глупо, зато получила удовлетворение от того, что сделала. Ну что сказать… Если мозги отказались работать тогда, когда они были так ей нужны, то кто в этом виноват и как с этим бороться? Только спокойно наблюдать за последствиями собственных стараний.

В последний раз посмотрев на своё мини-расписание, Верена приказала себе не нервничать — только зря здоровье испортит, а оно даже у полуэльфиек не железное, беречь надо и заботиться о себе, — помолилась всем богам, о которых хоть что-нибудь знала и решительно направилась на занятие. Если она пережила переход между мирами, встречу с разбойниками, ночь в башне с каким-то таинственным духом-хранителем, что не получилось ни у одной из её предшественниц, то как можно бояться какой-нибудь элементарной боевой магии?

И хотя уговаривать саму себя было далеко не так приятно, как ей бы хотелось, и результат тоже получался не очень, Верена, сцепив зубы, уверенно шла к месту будущей казни. Ничего, и не с таким справлялась! Ну и что, что практика? Она что, лужайку не приморозит, если у них занятие на улице?

…Но вся уверенность Верены разбилась о каменное выражение лица Алехандро, который уже стоял на этой самой лужайке в окружении студентов-первокурсников. И выглядел, между прочим, очень воинственно.

Девушка не позволила себе остановиться. Последнее дело в таком случае — демонстрировать свой страх. Верена раз двадцать повторила про себя, что боевая магия — это вам не базы данных и уж точно не интеллектуальные информационные системы с вкраплениями искусственного интеллекта, ничего такого жуткого не случится, если она чего-то не будет знать, начиная преподавать.

В конце концов, она тут вообще не для этого! Им надо, чтобы дух себя хорошо вёл? Так пусть ценят такую избранницу, какая у них есть!

Увы, но и такого самовнушения надолго не хватило. Верена смутилась, стоило только ей остановиться напротив Алехандро, и только мысленно напомнила себе, что ей, между прочим, не двадцать. Ей пятьдесят! С маленьким, лет в девять с половиной, хвостиком. И моральных, и физических… И даже если для эльфов это почти детство, сознание-то у неё взрослой, сформировавшейся женщины, прекрасно знающей свои преимущества и осознающей недостатки!

Верена оценила ситуацию и с трудом сдержала тяжёлый вздох. Несомненно, с преимуществами были проблемы. Хорошенькая-то она, конечно, но Алехандро это не волновало, преподаватель смотрел сквозь неё, как будто Верена здесь и не стояла. И мозги на месте, только знаний в этих мозгах по боевой магии нет — ни одного предложения.

Что там с недостатками? Опять-таки, боевой магии она не знает. Алехандро явно обидела, какой же мужчина простит, что его обыкновенная молоденькая девчонка без опыта работы согнала с излюбленной должности…

Вот, и без опыта ещё!

Но как это — без опыта? Тридцать лет она преподавала в университете, даже немножечко больше, так как она может сдаться? Она умная, образованная преподавательница с огромным стажем. Плевать, что не здесь, студенты-то ничем не отличаются.

— Вы решили всё-таки предоставить мне учебную литературу? — подчёркнуто уважительно произнесла Верена. — Или, возможно, есть какая-нибудь другая причина, по которой вы изволили посетить лекции по моему предмету?

Алехандро оскорблённо поджал губы и так сверкнул тёмными глазами, что под ногами у Верены задымилась трава. Она этот печальный факт успешно проигнорировала — благо, собственная магия отреагировала легко и быстро, и поверх огненных искр моментально намёрз тонкий слой льда.

На сей раз магия повела себя именно так, как хотелось Верене, и это внушало уверенность. Может быть, у неё ещё получится как-нибудь совладать со всем этим?

Не как-нибудь, а хорошо, с толком, с чувством, с расстановкой! Иначе она — не Вера Алексеевна…

Впрочем, она и так не Вера Алексеевна, а Верена Лексен. Ну и что? Мысли те же, тело стало только лучше.

— Я пришёл рассказать, чем студенты должны были заниматься на этом занятии, — с усмешкой протянул Алехандро. — Но, если вы желаете повторять перед ними всё то, что они уже учили, то, возможно, не стану мешать?

Решил подловить на непрофессионализме? Как же! Она так своим подчинённым в прошлом говорила, когда они делали вид, что что-то понимают в предмете, а на самом деле собирались отпустить студентов через пять минут после начала пары!

— Боюсь, — протянула Верена, — уже то, как они проявляли свои умения на отработках, свидетельствует о том, что повторение этим студентам не помешает. Но отступать от программы — не слишком хороший тон для преподавателя, потому, если у вас всё-таки есть желание поделиться своим передовым учительским опытом — прошу.

Алехандро едва не позеленел от подобного заявления, но поспешил взять себя в руки. Было видно, как трудно ему это давалось — из глаз мужчины разве что искры не летели! — но он всё-таки держал марку преподавателя элитной академии.

— Сегодня должно было случиться очень интересное практическое занятие, — протянул Алехандро. — Я хорошо подготовился к нему и надеялся, что смогу принять участие.

— Прошу, — пожала плечами Верена. — Не могу отказать вам в такой услуге.

Последнее она произнесла нехотя. Всё-таки, девушка сомневалась в том, что Алехандро в самом деле решил заняться благотворительностью и помочь ей. Слишком уж ненадёжным для такой помощи он ей казался. И смотрел этими своими неправдоподобно добрыми глазами… А перед этим едва не прибил каким-то ментальным заклинанием.

Но мужчина выдавил из себя самую милую улыбку, на которую только был способен, и мягко, по кошачьи, подошёл к Верене. Должно быть, в этот момент ей предлагалось оценить его внешность или восторгаться тем, как он вынул из кармана крохотный амулет и, будто пытаясь загипнотизировать, помахал им аккурат у Верены перед носом? Она повела глазами вправо-влево, а потом, смело отведя взгляд, принялась рассматривать студентов, тоже ошеломлённых и с трудом понимающих, что вокруг них вообще происходит.

— И как часто вы практикуете подобное на занятиях? — с любопытством протянула она. — Или это исключительно для меня магия используется настолько демонстративно?

— Демонстративно? — вздохнул Алехандро. — Что ж… — по амулету пробежало несколько цветных искр, и он спешно сжал его в кулаке, скрывая от взгляда Верены. — Я постараюсь довести до конца без… Ох!

— Что случилось? — ядовито уточнила девушка.

— Я вдруг вспомнил, — Алехандро отступил от неё на несколько шагов, — что у меня сейчас лекция по зельеварению, и я должен быть там! Простите… Но, предполагаю, вы сможете закончить урок без моего участия? Приятной практики!

Он поймал Верену за руку, вложил ей в ладонь амулет, силой сжал её пальцы вокруг крохотного предмета, отступил и растворился в вихре магических искр. И только тогда, когда магический фон наконец-то улёгся, Верена сумела узреть, в чём именно заключалась основная пакость её коллеги.

Медленно, с трудом переставляя ноги, на студентов и, соответственно, стоявшую на линии огня Верене приближалась некая серая масса — то, что издалека можно было назвать людской толпой. Вот только чем ближе они были, тем страшнее становилось и тем отчётливее Верена понимала, насколько серьёзные у неё и у студентов были проблемы.

То, что к ним шло, не могло быть живым. Человеческие силуэты превратились в нечто полусгнившее, полуразложившееся, пугающее пустыми глазницами.

Мертвецы. Оживлённые мертвецы!

Верена попятилась. Нет, она помнила что-то там о некромантах в разных сказках, которые читала между парами, отдыхая от студентов и в конец надоевшей работы. Но увидеть ожившего мертвеца своими глазами, да ещё и не знать, что с ним делать? Это было, во-первых, очень страшно, а во-вторых, тошнотворно — девушку едва не вывернуло прямо здесь, на месте. Она чувствовала, как подкатил к горлу ком и во рту появился противный кисловатый привкус, словно она съела что-то прокисшее.

Подул ветер, и сладковатый запах мертвечины заставил Верену спешно зажать рот ладонью.

Это такая практика? Но она читала программу, и там не был ни слова о мертвецах и о том, как их останавливать. Там вообще не было ничего настолько опасного и тошнотворного!

Верена обернулась на студентов, но те выглядели так же испуганно, как и она сама. Судя по всему, никто тоже не ожидал такой подставы от своего преподавателя, и теперь, взирая на ходячих мертвецов, они тряслись и боялись даже сдвинуться с места, чтобы не попасть под перекрёстный огонь чужой магии.

— Вы изучали, — стараясь скрыть дрожь в голосе, начала Верена, — теорию по этой теме? Ну-ка, быстро вспоминайте, что надо делать, чтобы остановить оживших мертвецов!

Или для этого есть какой-то специальный термин?

Специального термина не оказалось, по крайней мере, сбившиеся в группу студенты его не знали. Никто не выдавил из себя ни единого слова, а мертвецы были всё ближе. Верена уже не просто чувствовала вонь, а слышала их хриплое, неестественное дыхание, обозначающее, очевидно, что эти существа ещё способны передвигаться по земле.

— Это материал для пятого курса! — наконец-то пискнул кто-то. — Мы такого не проходили!

— Господин Алехандро что-то перепутал! — прошептал второй первокурсник. — А нам стра-а-ашно…

Верена оглянулась. Да что ж такое! Здоровенный, двухметровый орк кричит, что ему страшно, а она, значит, должна справляться? И что делать?!

Она тряхнула рукой, пытаясь вызвать знакомую ледяную стену, но мертвецы просто разрушили её напором своих тел. Верена вскинула ладонь в надежде защититься, но ледяные иглы, полетевшие в мёртвую толпу, не возымели никакого действия. Одна из них только впилась в глаз излишне настойчивому, шагавшему впереди толпы оживленцу, но, судя по всему, этого было недостаточно, чтобы как-нибудь его остановить.

Девушка попятилась.

— Сделайте что-нибудь! — капризно воскликнул один из первокурсников, худощавый, напоминающий ребёнка эльф. — Вы же преподавательница!

— У меня другая специфика магии! — рявкнула Верена. — Им нужен огонь!

На самом деле, она понятия не имела, что этим мертвецам нужно, но подозревала, что своим льдом сумеет остановить разве что нескольких из них. Кулон же, который Алехандро вложил ей в руку, подозрительно нагрелся и грозился оставить ожог на ладони.

Верена понадеялась, что сможет как-нибудь остановить их с помощью кулона, но как? Попытка помотать перед мертвецами этой штукой не помогла, камень только ещё больше раскалился, а мерзкие существа ускорили свой ход. Толпа — местами безногая и безрукая, даже имеющая несколько безголовых кадров, — продолжала надвигаться на студентов.

Лёд не успевал даже подниматься, и Верена вдруг остро осознала, что бессильна. Она даже примерно не представляла, что можно сделать с оживлёнными мертвецами, которые вот-вот схватят их.

— Мясо, — слышала она мерзкий шепот надвигающихся чудовищ. — Мясо…

— Бежим! — закричал кто-то. — Бежим!

Верена чувствовала, что должна их остановить, но понятия не имела, почему. Студенты ведь хотели спасаться…

— Стойте! — нашла в себе силы рявкнуть она. — Вместе у вас больше шансов!

Проклятый Алехандро! Ладно её, но разве он не понимал, что убьёт заодно и студентов? Неужели заколдовал так, чтобы их никак нельзя было остановить? Чем вообще думал? Верена, конечно, понимала, в чём виновата она сама, но дети? И плевать, что эти дети старше её самой лет так на пятьдесят! Всё равно ведь дети, и они не должны страдать от преподавательских разборок!

Потому, когда первый мертвец, отделившись от толпы, бросился к испуганным студентам, Верена, недолго думая, бросилась ему наперерез. Она никогда прежде не порывалась никого спасать, но сегодня какой-то странный материнский инстинкт взыграл первым.

Мертвец застыл, как окаменевший — всё его тело сковало льдом. Верена удивлённо заморгала и попятилась — она даже не ожидала, что этот способ сработает.

Но радоваться пришлось недолго. Казалось, то, что товарищ был остановлен, только подзадорило всех остальных, и мертвецы бросились врассыпную. Верена услышала отчаянный визг студентов, швырнула сгустком магии в следующего мертвеца — и тот тоже остановился, как каменный, и рассыпался на мелкие кусочки от чьего-то прицельного удара ногой.

Но следом за колдовством волной накатило бессилие, и Верена почувствовала, как возвращается прежняя тошнота. Кто-то схватил её за руку, рванул на себя, и она с ужасом поняла, что оказалась в объятиях мертвеца.

Верена не закричала только потому, что не способна была и рта открыть. А мертвец, щёлкая зубами, уже потянулся к её горлу, готовясь отгрызть немного свежего мяса. Магия вдруг отказалась отзываться, и кулон, которым девушка ударила оживленца, только приободрил его.

Её горло и чужие зубы разделяли несколько сантиметров, когда Верена услышала громкий, пугающий хлопок — и в воздухе засияли яркие магические искры.

Мертвец, который ещё мгновение назад пытался укусить Верену, растворился во взрыве огня. Девушка едва успела отскочить в сторону, вырываясь из его цепких лап, и её только обдало жаром загоревшегося оживленца.

Сразу несколько мертвецов ринулись на неё с утробным рыком, но девушка не успела и пальцем шевельнуть. Где-то совсем рядом с её головой пронёсся огненный шар — и врезался в мёртвую плоть. Пламя стремительно распространялось по телу оживленца, и он вспыхнул, будто та свеча. Дикий крик вырывающейся на свободу магии, поднявшей чудовище из могилы, потонул в реве пламени. Пылающие шары полетели ещё в нескольких мертвецов, подобравшихся особенно близко, и они за считанные секунды обратились прахом.

Должно быть, в стремительной битве погибло около трети оживлённых, потому что ряды их заметно поредели. Оставшиеся целыми мертвецы сбились в одну группу и только сверкали глазами, у кого те глаза, разумеется, были. Складывалось впечатление, что они потеряли какой-то элемент управления — и Верена запоздало вспомнила о том, что выронила кулон Алехандро.

Она присела на корточки, чтобы отыскать его в траве, но, стоило только нашарить всё ещё горячий бок крохотного камня, как тот выскользнул из-под её пальцев и взметнулся вверх.

Верена вскочила и наконец-то повернулась к своему спасителю.

Сначала она, признаться, подумала, что это Алехандро вернулся, чтобы помочь студентам, осознал всё-таки, что натворил — но потом с лёгким налётом досады поняла, что преподавателя совершенно не волновало, что там произойдёт с первым курсом и неугодной коллегой. Или, может быть, он рассчитывал на то, что Верена способна справиться с мертвецами?

Это уже не имело значения. Даже определиться, насколько опасными оказались оживлённые трупы, девушка не могла — те в страхе, если бывшим мертвецам вообще может быть свойственен страх, пятились под тяжёлым взглядом появившегося из неоткуда защитника.

Впрочем, почему из неоткуда? Верена предполагала, что он сидел где-нибудь на лекции, но почему-то решил заявиться на лужайку и вмешаться в развитие событий.

Но сейчас она была рада видеть даже Альбина. Да что там! Верена обрадовалась бы и ректору, и даже духу-хранителю, если он вообще водится в этой академии! А уж демон, каким бы он гадом ни был, появился поразительно вовремя.

— Слава бо… — Верена запнулась и, решив, что ситуацию надо как-нибудь исправлять, а то мало ли, что у них тут творится с богами и можно ли их поминать всуе, воспользовалась отличным методом отвлечения внимания — бросилась Альбину на шею.

Демон едва успел поймать девушку, но отреагировал весьма прытко, спешно заключив Верену в объятия. Правда, прижимал её к себе Альбин одной рукой — во второй всё ещё держал тот самый кулон, которым воспользовался Алехандро то ли для пробуждения, то ли для привлечения вражьей силы.

— И что тут происходит? — спокойно, будто до конца не понимая, откуда такое количество мертвецов взялось на лужайке, поинтересовался Альбин.

Верена вспомнила, что на них продолжает смотреть первый курс, смутилась и стремительно отпрянула от мужчины.

— Господин Алехандро, — стараясь сохранять хотя бы видимое спокойствие, начала она, — решил начать практику по боевой магии для первого курса, но вовремя вспомнил о том, что у него лекция по зельеварению, потому оставил занятие на полпути и убежал. Мне пришлось… принимать срочные меры.

Альбин прищурился и встряхнул кулоном в руке.

— А это чья срочная мера?

— Господина Алехандро, — невозмутимо ответила Верена. — И это, — она кивнула на мертвецов, — тоже не моих рук дело. Я хотела бы пояснить первому курсу, как разбираться с мертвецами и как надо действовать, но сначала необходимо начитать теорию. К тому же, они убеждали меня, что это материал четвёртого курса.

— Они ошиблись, — строго ответил Альбин. — Управление мертвецами — это действительно материал четвёртого курса. А вот уничтожение мертвецов входит в базисные знания любого первокурсника. Но это не беда, молодых преподавателей всегда стараются одурачить.

— Неправда! — возмутился уже знакомый Верене Тикки. — Нас не учили уничтожать мертвецов!

— Потому что, дорогой мой эльф, уничтожение мертвецов — это то знание, с которым вы должны были поступать на первый курс, — рявкнул Альбин. — И если вас, неучей, приняли, не проверив как следует, это не должна быть проблема госпожи Верены. Тридцать два олуха стоит и хлопает ушами, когда соответствующее количество мертвецов атакует преподавательницу! Или вам напомнить формулу вычисления максимальной колдовской мощности и скорости восстановления дара? Может быть, вы забыли о том, что вредно для здоровья разбираться сразу с такой толпой? И не могли бросить пламенной искрой в одного из оживленцев? Нет, вы, здоровые олухи, будущие защитники отечества, сбились в одну кучу и визжали от страха, дожидаясь, пока со всем разберётся женщина. Сколько придётся ещё повторять, что мужчины, не отлепившиеся от маминой юбки, должны сидеть в домашнем лесу или в своём родном болоте, а не бегать по элитной академии магии в попытках добыть правдами и неправдами диплом?!

Кто-то попытался открыть рот, чтобы что-то там возразить, но одного строгого взгляда Альбина с головой хватило, чтобы никаких возражений больше не оказалось.

— Мерзко смотреть на такой бездарный первый курс! — отрезал Альбин. — Все, как один, собрались и пошли вон отсюда. И не забудьте, смельчаки, по пути потренироваться в зажигании боевых пульсаров и их использовании на учебном пособии, — он кивнул на мертвецов. — Или вы хотите, чтобы я испытал свою практику на вас? В программе как раз зомбирование первокурсников!

Верена даже слова вставить не успела, только поражённо наблюдала за тем, как первый курс, понурив головы, поплёлся мимо неё в возвышающееся рядом здание академии. В этом крохотном, смоделированном магией лесу, находящемся в пределах защитного рва, спрятаться было некуда, и они, не желая подвергаться нападению со стороны Альбина, всё-таки изредка бросали огненные искры в сбившихся в кучу мертвецов, а те, реагируя на огонь, шипели, но частенько всё-таки вспыхивали и превращались в горстки пепла. Нападать больше не решались — присутствие демона явно их не радовало.

Верена смогла облегчённо выдохнуть только тогда, когда студенты уже ушли, а мертвецов осталось всего четверо — все с полным комплектом рук, ног и глаз.

— Свежие? — с лёгким оттенком ужаса в голосе поинтересовалась она.

— А? О, да это ведь фантомы, — отмахнулся Альбин. — Оно-то, конечно, каждый первокурсник должен знать, что делать с мертвяком, но они в жизни очень паскудные бывают. Алех использует эту пугалку на всех, над кем хочет немного поиздеваться.

— Алех? — удивлённо переспросила Верена. — А, Алехандро! Поиздеваться? Хороши издёвки! И тебя он тоже сюда подослал? Чтобы результат этой издёвки устранить?

— Считай, я почувствовал, что ты в беде, — покачал головой демон. — Шутки у Алеха бывают не слишком смешные. Когда он устроил на нашем первом курсе такое вот испытание, я подорвал ему один кулон, и вот тогда это было забавно.

Верена скрестила руки на груди.

— И что тогда? Все мертвецы пропали?

— Это иллюзия, повторюсь, — протянул Альбин. — Нет, не пропали. Вышли из-под контроля и вдохновились действиями своего прототипа. Пришлось этих гадов по лесу отлавливать, чтобы до деревень не дошли.

— Там же ров!

— Где? — поразился демон. — Там? Нет! Ров односторонний, спереди академии, чтобы из леса никакая зараза не лезла, а там дальше он всё мелеет, мелеет и истончается. С одной стороны, со второй-то идёт река, которая его подпитывает. Да зачем нашей академии ров-то? Раньше им пользовались, как продолжением речки, воду набирали, но теперь пересох, да и тиной его затянуло, и студенты купальный сезон всё-таки закрыли.

Верена покачала головой. С каждой секундой ей становилось всё менее смешно. Рва нет, преподаватель натравливает на первокурсников какую-то заразу, которая оказывается фантомом, студент, пусть и магистрант, умеет то, чего не умеет большая часть профессорско-доцентского состава этой прелестнейшей академии…

— Испугалась? — вдруг ласково уточнил Альбин и нежно, словно Верена была хрустальной, взял её за руку. — Не стоит.

— Что?! — вспылила Верена. — Я? Испугалась? Да я просто возмущена! Я немедленно вышвырну Алехандро отсюда прочь, и пусть только попытается сунуться! Да я его…

Договорить, ожидаемо, не успела. Альбин нагло сгрёб её в охапку и поцеловал в губы, да так страстно, что Верена — не иначе как сдуру, — ответила на этот поцелуй взаимностью. В голове даже промелькнули розово-девичьи мысли, что он её спаситель, что без него пришлось бы тяжко и прочее, подобное этим ментальным заявлениям. Не сказать, что пришлось долго ждать нахлынувшее следом раздражение и желание придушить Альбина, но было уже поздно — она уже обняла его и поддалась мягкому натиску демоновых губ.

Когда наконец-то отпрянула, даже давать пощёчину было как-то не с руки.

— У Алеха судьба тяжёлая, — пояснил тем временем Альбин. — Вампиров он боится до ужаса, редкая комбинация свойств крови, сама понимаешь, чревата последствиями в виде такой фобии. Но маг хороший, и боевку неплохо так преподавал. А ты пока ничего не знаешь, вот он и злится, что его, признанного профессионала, подвинула молодая девчонка. Оно-то понятно, что все духа боятся, но Йоахим ведь мог настоять на своём, и никуда б ты от него не делась. Все это понимают.

— Уважаемый, — Верена спихнула руки Альбина со своей талии и на всякий случай отошла от него на несколько метров. — Во-первых, так относиться к преподавателям — это отвратительная фамильярность!

Судя по тому, как улыбался демон, ему было прекрасно известно, что такое общение с преподавательским составом редко входит в рамки нормы.

— Во-вторых, — разгневанно продолжила она, — относительно Алехандро будут приняты соответствующие меры, потому что вести себя так, как повёл он, просто недопустимо! А в-третьих… В третьих, почему б это я б никуда не делась? Да если б меня не устроили условия в этой академии, я бы…

— Ах, прости, — перебил её Альбин. — Я погорячился. Действительно, все это не понимают. Но я-то отлично знаю, что, если б у тебя было куда уходить, ты бы ушла. И, заметь, не задаю никаких лишних вопросов…

— Хам!

— Всего лишь люблю говорить правду в глаза, — примирительно протянул демон. — И, между прочим, моё предложение о помощи ещё в силе. Ремонт, обустройство башни, обучение боевой магии…

— Ты — всего лишь студент, — прошипела Верена.

— Но я-то знаю боевую магию куда лучше тебя, — пожал плечами Альбин.

А возможно, даже лучше Алехандро, вдруг закралась в голову Верены подозрительная мысль. Слишком уж бойко Альбин расправлялся со всеми неприятностями, которые на неё сваливались, и появился тут аккурат в тот момент, когда был очень-очень нужен. Верене даже захотелось спросить, а кто тут в самом деле преподаватель, и кто — студент?

Но озвучивать этот вопрос она, разумеется, не стала, а вместо этого грозно взглянула на Альбина.

— Я ведь уже говорила, что в помощи не нуждаюсь.

— Да? — удивлённо поинтересовался Альбин. — А мне показалось…

— Возможно, — Верена вдруг вспомнила о том, что она в самом деле ничегошеньки в боевой магии не смыслит, — было бы не так уж и плохо узнать о специфике преподавания магии именно в этой академии… В таком случае, ты тоже можешь быть мне полезет. Потому что Алехандро решил, что знаниями делиться не будет.

Альбин улыбнулся.

— Однако, госпожа Лексен, быстро же вы адаптируетесь, — он в два шага сократил расстояние между ними до минимума и опять привлёк к себе. — Но, к сожалению, работать безвозмездно мне не так и интересно. Вот если бы вы согласились, госпожа Лексен, подумать о взаимности наших чувств…

— О взаимности каких таких чувств?! — вспылила Верена прежде, чем успела подумать головой. — Ты что, хочешь, чтобы я спала с тобой за какие-то лекции по боевой магии? Не дождёшься!

— Так я же…

Она не дослушала Альбина, только гордо фыркнула, оттолкнула его от себя и, вскинув голову, зашагала к академии.

Уже на подходе к зданию Верена оглянулась, чтобы услышать презрительное "истеричка", вот только Альбин почему-то довольно улыбался и так ни слова и не проронил. И это девушке совершенно не понравилось.

Только в голову закралась неприятная мысль, что он, возможно, не о настолько тесном сближении говорил…

Но дело сделано — она уже отказала, и вернуть назад свои слова было невозможно.