Глава 8.
Глава 8.
Там, где корни тянутся к свету
Верхняя земля встречала лёгким, но упругим ветром, от которого трава ложилась волнами, как шелк под рукой. Два солнца перекликались лучами — сиреневое мягко подсвечивало камень и воду, голубое играло на кристаллах, вкрапленных в скалы, так что вся поляна казалась нарядной без всяких усилий. Вдали водопад шумел ровно, как большой кот, убаюкивающий дом. Даг, наш живой коттедж, тихо покачивал ветвями балкона, словно примерялся: «Гостей ждём?»
Гостей ждали.
Первой на горизонте показалась пара теней — высокая фигура в длинном плаще песочного цвета и её спутник-носильщик. Когда они приблизились, я поняла, что спутник — человек её дома: изящный, но с крепкими плечами, в ошейнике, который в Подземье означал «прислуга, а не трофей». И да, это была Иллена — моя… свекровь, если применять земную терминологию. Высокая, с серебристой кожей, в глазах — стальной прищур, от которого самые самоуверенные леди начинали подбирать слова.
— Лана, — сказала она, даже не кивнув. — Я вижу, ты выбрала себе место.
— Оно само выбрало нас, — ответила я, нарочно расслабленно облокотившись на перила. — Даг, поприветствуй гостью.
Дом мурлыкнул, ветви качнулись, из кроны сорвался лепесток и мягко опустился Иллене на плечо. Она взяла его пальцами — и в уголках губ мелькнуло что-то похожее на улыбку.
Мы прошли в дом. Я наблюдала, как она взглядом отмечает каждую мелочь: расположение кристаллов, чистоту пола, свежесть воды в кувшине, даже то, как мои мужчины двигаются — свободно, но с готовностью в любой момент встать между мной и посторонними.
— Каэль, — сказала она, и в её голосе впервые прозвучало тепло. — Ты окреп.
— Здесь хороший воздух, — спокойно ответил он.
На веранде уже был накрыт стол: свежие лепёшки, ягоды из леса, настой из трав, которые я с утра собирала сама. Феликус, этот крылатый кот с характером кулинарного критика, устроился на перилах и внимательно следил, чтобы подача была идеальной.
— Ты слишком быстро стала самостоятельной, — заметила Иллена, наливая себе настой. — Для тех, кто хотел бы видеть тебя зависимой, это раздражающе. Особенно для Сарайн.
Я чуть двинула плечом, как будто стряхивая чужое имя с кожи.
— Пусть раздражается, — сказала я. — Может, это полезно для её кровообращения.
Риан сдержал смешок, прикрывшись кружкой. Иллена это заметила — и, кажется, оценила, что мужчины рядом со мной позволяют себе такие мелочи. Для матриархата — почти революция.
— Я привезла тебе кое-что, — сказала она и извлекла из сумки свёрток. — Семена Дага.
Я замерла. То, что у нас росло как дом, можно было вырастить и как хранилище, и как мастерскую. Эти семена стоили состояния.
— Считай это инвестицией, — продолжила Иллена. — Я вижу, ты намерена остаться здесь надолго. Значит, тебе нужно укрепляться.
— А вы… — я чуть прищурилась, — вы ведь тоже хотите, чтобы кто-то из достойных дроу оказался наверху, да?
Она улыбнулась так, что стало ясно — в яблочко.
— Здесь могут расти только те корни, что тянутся к свету, — сказала она. — И ты одна из них. Но тени будут пытаться тебя подрезать.
Мы пили настой и говорили о делах. Иллена рассказала, что Совет обсуждает новые ограничения на выходы на Верхнюю землю. Я слушала и чувствовала, как у меня под лопатками начинает шевелиться упрямство. Ограничения? Да я только начала дышать этим воздухом.
В какой-то момент Каэль тихо склонился ко мне и шепнул:
— Твоя мать говорит как стратег. Но смотрит на тебя как на дочь.
Я усмехнулась.— Значит, есть шанс, что мы с ней не перегрыземся.
---
Там, где корни тянутся к свету
После трапезы Иллена, к моему удивлению, задержалась. Обычно дроу не любят долго сидеть на одном месте на Верхней земле — слишком много света, слишком мало контроля. Но она вела себя так, словно дом ей… нравится. Даже погладила перила, когда Даг, довольный вниманием, пропел в древесных прожилках короткий, тёплый аккорд.
— Он к тебе привязан, — заметила она. — Это редко. Обычно Даги признают только тех, кто посадил их семя.
— Возможно, у него хорошее чувство вкуса, — пожала я плечами.— Или — наглости, — тихо поддакнул Ардан, и мы едва не синхронно рассмеялись.
Смех смягчил обстановку. Иллена, кажется, решила, что пора посмотреть окрестности, и мы вышли к озеру.
Верхняя земля вела себя как щедрая хозяйка: на воде скользили фиолетовые зеркальные карпы, над травой парили крылатые зайцы с перламутровыми ушами, а у берега, вытянув длинную шею, стояло существо, похожее на смесь цапли и единорога. Оно глянуло на нас одним золотистым глазом и неторопливо шагнуло в воду, оставив за собой рябь, похожую на кольца от кидания камешков.
— И они не боятся людей? — удивилась я.
— Они боятся тех, кто боится их, — пояснил Риан. — Если держать равновесие, они примут.
— А если не держать? — уточнила я.
— Тогда утащат в глубину и вернут только к весне, — невозмутимо сказал он, и я не сразу поняла, шутит он или нет.
Иллена слушала нас с выражением лица «я, возможно, зря пришла пешком, надо было взять летающего зверя». Но, к моему удивлению, она вдруг присела у кромки воды и протянула ладонь. Крылатый заяц, настороженно поводя ушами, подошёл и ткнулся ей в пальцы. Её глаза смягчились — редкая, почти интимная сцена.
— Верхняя земля странная, — сказала она тихо. — Здесь нельзя командовать, можно только договариваться.
— И это вас не пугает? — спросила я.
— Пугает. Но ещё — привлекает, — ответила она, и я впервые почувствовала, что, возможно, в этой женщине больше союзника, чем врага.
---
Возвращаясь к дому, мы заметили, что Сфинкс стоит на краю поляны и пристально смотрит в сторону леса.— Что там? — спросила я.
— Две метки, — ответил он без обиняков. — Старые. Их оставили ещё до того, как ты посадила Даг. Но кто-то обновил одну прошлой ночью.
Мы с Рианом переглянулись. Иллена не стала делать вид, что не слышала.
— Сарайн, — произнесла она с такой уверенностью, будто видела, как та своими руками вырезала символ. — И если метки старые, значит, она давно присматривалась к этому месту. Ты просто оказалась быстрее.
Я почувствовала лёгкий холод в груди. Не потому, что боялась — а потому, что вдруг поняла: всё, что мы строим, кто-то уже считал своим.
— Значит, нужно укрепляться, — сказала я. — Не только стенами, но и союзами.
— И ты рассчитываешь на меня? — уточнила Иллена.
— На вас и на всех, кто понимает, что тень без света — просто тьма, — ответила я.
Она посмотрела на меня долго. Потом кивнула — коротко, как заключают сделку.
---
Вечером мы разложили на веранде карты — магические, они светились линиями рек, троп и энергий, как ночные города с высоты. Мужчины спорили, где лучше расположить новые защитные кристаллы, Сфинкс ворчал, что мы недооцениваем ветер, а феликус, развалившись на столе, изредка хлопал крыльями, чтобы сдуть фишки Каэля в сторону Риана (и, кажется, получал от этого удовольствие).
— Света, — вдруг сказал Каэль, глядя на карту, — а если Сарайн не просто хочет землю? Если она хочет кого-то из нас?
Я задержала взгляд на нём. У него были те самые глаза, в которых можно утонуть, если не держать дистанцию.
— Тогда ей придётся сначала пройти через меня, — сказала я ровно. — И, поверь, этот путь будет… сложным.
Мужчины улыбнулись. Иллена — нет. Она просто тихо добавила:
— В таком случае, я, пожалуй, задержусь здесь дольше, чем планировала.
После ужина мужчины взялись за ограду.Казалось бы, что сложного: поставить пару новых секций и закрепить кристаллы. Но Верхняя земля любит сюрпризы — даже доски здесь иногда решают, что им больше нравится форма лодки или скрипки. Пришлось уговаривать их артефактами, а Даг, кажется, хмыкал в стенах, как старый мастер, наблюдающий за неопытными учениками.
Я стояла у столба, в который Каэль вставлял синий защитный кристалл. Он светился изнутри, а когда мои пальцы случайно коснулись его руки, свет стал чуть ярче.— Это нормально? — спросила я.
— Это вы, — ответил он, не убирая ладони. — Ваше тепло… усиливает заряд.
— Ну да, я же теперь батарейка, — фыркнула я, но руку не убрала.
Где-то сбоку Риан тихо кашлянул, а Ардан, проходя мимо с балкой на плече, ухмыльнулся:— Осторожнее, а то заряженная батарейка может дать током.
— А вы проверите? — отозвалась я, и Ардан замер на секунду, как будто представил проверку во всех подробностях, потом покачал головой и ушёл к забору.
---
Пока мужчины работали, я решила заняться внутренними артефактами. Вставила кухонный кристалл в нишу над печью — и сразу пошёл запах корицы, ванили и чего-то, отчётливо напоминающего бабушкины пироги. Кристалл явно решил, что сегодня у нас «уютный вечер».
В ванной артефакт нагрева воды заурчал так, что мне пришлось приложить ухо, чтобы убедиться, что это не утечка, а довольное мурчание.— Я всё-таки живу в доме с характером, — пробормотала я.
— И не только с характером, — отозвался Риан, появляясь в дверях. — Он ревнует.
— Дом? Ко мне?
— Дом — к нам, — серьёзно сказал он, и на секунду я увидела в его глазах то, что обычно скрыто за бронёй стража: тихое, но очень тёплое чувство.
---
Позднее, когда кристаллы уже горели ровным светом, а Сфинкс обошёл весь периметр, мы собрались на веранде. Иллена устроилась в кресле, закутавшись в лёгкий плед (да, даже дроу иногда мёрзнут), мужчины расположились полукругом, а я — с бокалом вина, ноги под себя, волосы распущены.
— Ты понимаешь, что Сарайн не отступит? — спросила Иллена.
— Понимаю. Поэтому мы укрепляемся, — ответила я.
— Стены не всегда спасают, — тихо добавил Риан. — Иногда спасают только люди.
— Тогда нам нужны люди, — сказала я и, улыбнувшись, добавила: — И чтобы они умели стрелять, колдовать и варить кофе.
— В таком порядке? — уточнил Каэль, и его глаза сверкнули в свете кристаллов.
— Иногда — да, — ответила я, и мы рассмеялись.
---
Разговор постепенно перешёл в более лёгкий. Ардан рассказал, как однажды на аукционе сбежала партия летающих коз, и они два дня ловили их по потолку зала. Я в ответ вспомнила, как в моём мире один сосед пытался разводить индюков на балконе.
— А что такое «балкон»? — спросил Каэль.
— Это когда ты можешь выйти из дома и упасть, — пояснила я.
— Не вижу смысла, — серьёзно сказал он. — В Верхней земле для этого есть скалы.
---
К ночи вино кончилось, но оставалась теплая, почти домашняя атмосфера. Я поймала себя на том, что смотрю на своих мужчин (да, мысленно я уже так их называю) и чувствую не только влечение, но и странную, глубокую уверенность: с ними я смогу не просто выжить, а жить.
Сфинкс, уловив моё настроение, подошёл и сказал:— Когда корни тянутся к свету, дерево становится крепче. Но помни: свет иногда ослепляет.
Я кивнула. Потому что уже знала: впереди — время, когда нам придётся смотреть в этот свет, не зажмурившись.
---Ночь в Верхней земле всегда была особенной.Два солнца ушли за горизонт, и небо, вместо того чтобы погрузиться в темноту, распустило над нами медленно переливающийся шёлковый купол. Сиреневые и голубые отблески теперь стекали с верхушек деревьев, как жидкое стекло, а звёзды выглядели так близко, что хотелось дотянуться рукой.
Дом дышал ровно, но в его стенах гулял тихий ток — как будто он прислушивался к каждому шороху.
---
Я вышла на веранду в тонком, почти прозрачном халате, который явно не предназначался для прогулок — скорее, для того, чтобы проверять мужскую выдержку. Волосы падали на плечи мягкими прядями, босые ноги касались тёплого дерева.
Риан был первым, кто заметил. Он поднял глаза от заточки клинка и замер. Клинок завис в его руках, как будто металл вдруг вспомнил, что он тоже может дышать.
— Ты… замёрзнешь, — тихо сказал он, но голос его был хриплым.
— Нет, — ответила я, подходя ближе. — Здесь тепло.
Его взгляд скользнул по моим ключицам, плечам, чуть задержался там, где ткань халата едва держалась на поясе. Но он не двинулся. Стражи редко делают первый шаг.
---
Каэль появился следом. Он нёс поднос с травяным настоем, но, увидев меня, едва не поставил его на перила.— Вы… — начал он и осёкся.— Я, — подсказала я. — И сегодня без «госпожа». Просто Света.
Он улыбнулся — медленно, будто учился этому прямо сейчас. И в этой улыбке было что-то обезоруживающее, не дроусское: искреннее тепло.
---
Ардан подошёл последним. Он всегда двигался так, что его шаги чувствовались кожей — тяжёлые, уверенные, будто каждый оставлял отпечаток в земле. Окинул меня взглядом — без спешки, с той прямотой, от которой сердце пропускает удар.— Это вызов? — спросил он.
— Возможно, — ответила я. — Возможно, просто напоминание, что я тоже человек.
Он хмыкнул, но в его взгляде мелькнуло уважение, перемешанное с чем-то глубже.
---
Мы сидели втроём на веранде, дом под нас подстраивался: подушки стали мягче, свет кристаллов — теплее. Сфинкс, не желая мешать, ушёл патрулировать ограду, феникс устроился на крыше, а феликус улёгся у моих ног, согревая лодыжки.
— Знаете, — сказала я, глядя на них, — в моём мире есть такое слово: «дружба». Это когда рядом с тобой люди, которые могут трогать твоё сердце, но не ломают его.
— У нас такого слова нет, — тихо сказал Каэль. — Но… может, нам стоит его выучить.
— Вы уже учите, — ответила я.
---
Разговор растворился в ночи, и я почувствовала, что напряжение, висевшее над нами с визита Сарайн, стало тоньше. Но в глубине дома, где хранились наши новые кристаллы, что-то едва заметно щёлкнуло.
Я поднялась.— Вы это слышали?
— Да, — Риан встал сразу, его рука легла на меч. — Это был… замок.
Мы втроём пошли внутрь. Даг провёл нас светом по коридору — мягким, но направленным, как будто он точно знал, куда мы должны идти. В кладовой, на нижней полке, лежал кристалл, который я точно не покупала. Чёрный, с тонкой трещиной, от которой шёл холодный дымок.
— Следящая метка, — сказал Риан. — Кто-то проник внутрь.
Каэль взял его в ладонь, и кристалл зашипел, будто от прикосновения живого. Ардан, не раздумывая, бросил его в огонь камина. Пламя взметнулось выше, дым на секунду стал чёрным, потом исчез.
— Она играется с нами, — произнёс Каэль.
— Пусть, — ответила я, глядя на троих. — Только в эту игру мы тоже умеем играть.
И в этот момент я поняла: ночь может быть тёплой не только от кристаллов и вина, но и от того, что рядом с тобой те, кто пойдут за тобой — и в свет, и в тень.
Утро началось с того, что кто-то постучал в мою дверь… костяшками пальцев, но ритм был слишком ровный, чтобы это был Ардан, и слишком уверенный, чтобы Каэль.
— Входи, Риан, — сказала я, не открывая глаз.
Дверь приоткрылась, и в щёлку просочился запах утреннего леса, мокрого камня и… чьего-то терпкого мужского настоя.— Проверяю, всё ли в порядке, — сказал он, опираясь на косяк. — И напомнить, что у нас сегодня поход в город.
— А я напомню тебе, что есть вещи, которые лучше проверять не с порога, — ответила я, потянувшись так, что тонкий халат съехал с плеча.
Он моргнул. Один раз. Медленно. Потом, как ни в чём не бывало, сказал:— Я поставлю завтрак.
---
На кухне было оживлённо: Ардан жарил мясо, Каэль натирал сыр травами, феликус крутился вокруг, вымаливая кусочки. На столе уже стояла корзина с хлебом и несколько запаянных контейнеров — я заметила, что один из них помечен моим именем.
— Это что? — спросила я.
— На дорогу, — ответил Ардан. — Не хочу, чтобы ты голодала, если задержишься в городе.
Каэль добавил:— И я составил список лавок, где лучше покупать кристаллы. Есть одно место, хозяин там… ну, не любит дроу, но к женщинам из Верхней земли относится уважительно.
— Полезно, — кивнула я. — А ещё полезно, чтобы в этот поход кто-то присматривал за домом.
— Я останусь, — сказал Ардан. — И… если Сарайн решит вернуться, встречу её у ворот.
Я улыбнулась. Приятно, когда твой дом охраняют так, будто он — сердце.
---
Собирались мы быстро: кристаллы для портального рюкзака, пару артефактов на обмен, и, конечно, мой личный кулон-хранилище. Риан проверил мечи, Каэль — сумки с продуктами.
Перед тем как выйти, я провела ладонью по стене Дага.— Береги себя.
Дерево под пальцами стало теплее — будто он обещал.
---
По пути к порталу мы миновали озеро. Вивернолань поднял голову и тихо проревел, провожая нас, феникс пролетел над головой, бросив на нас золотую пыль. Сфинкс, как всегда, высказал своё мнение:— В городе меньше улыбайся, Лана. Там улыбки читают как договоры.
— А если я подмигну? — спросила я.
— Тогда это уже аванс, — мрачно ответил он, и Каэль едва сдержал смех.
---
Перед самым порталом я обернулась. Два солнца вставали одновременно, окрашивая землю в сиренево-голубые полосы. На мгновение мне показалось, что где-то на границе леса мелькнула тень в плаще. Но когда я прищурилась, там уже никого не было.
— Пора, — сказал Риан, вставая рядом. — Сегодня мы узнаем, насколько далеко готова зайти Сарайн.
— И насколько близко мы готовы подпустить её, — ответила я.
Мы вошли в портал. Дом остался за спиной, но его дыхание я всё ещё чувствовала в груди.