Глава 23

— Мне кажется, большинство мужчин именно так и относятся к умственным способностям женщин: что они тоже умеют думать, вот только их мысли похожи на бред тяжелобольного.

— Шовинизм так низок, что проходит в любые щели.

Ну вот… Всё, как и ожидалось. Я стою на ковре как у директора школы, роль которого играет сейчас не кто иной, как Каспар, сидящий в кресле и рассматривающий меня так будто знает все мои секреты. Удивительно, что один. Думала тут ещё соберутся как минимум несколько волхвов. Для моральной поддержки. Не меня.

И нет уж дяденька. Это я кое-что знаю о вас. И именно поэтому стараюсь не рассмеяться, намерено прикусывая внутреннюю сторону щеки. Так что одновременно надеюсь, что воспаления не будет, так во рту уже почувствовала металлический привкус крови.

— Алиса Сахарова? — в конце концов, удосужился он заговорить, после пристального рассматривания.

— Да… эээ… простите, но не знаю, как к вам обращаться.

— Ваше Святейшество Каспар, дитя, — представился старик.

Не фига ж себе у него запросы.

— А к простым служителям нашего храма — брат или брат и имя, — продолжил он распинаться передо мной, играя роль серьёзного старца. — Признаться, я всё же удивлён твоим появлением здесь.

— Почему? — обращаться к нему "Ваше Святейшество" мне как-то не хотелось.

Каспар сразу это заметил, поморщился, но ответил:

— Яга Петровна на редкость несерьёзная личность. Могла и забыть, если увлеклась очередной авантюрой. Женщинам мы редко доверяем ответственные дела. Но другого выбора не было. Земля для нас — это рассадник соблазнов и падения.

Во как. А сами святые? И я здесь зачем, если мнение о женском поле и моих земляках такое низкое? Не могли напрорицать спасителя мужского пола? Какого-нибудь другого козла отпущения. Ивана-дурака, например. Я, в общем-то, не имела бы ничего против. Но как бы ни хотелось озвучить эти мысли вслух, решила промолчать. Ну его, шовиниста. Поссоримся.

— Так что на счёт вашего предсказания? — решила сразу брать быка за рога и не тянуть. — Мне хотелось бы узнать его как можно скорее и приступить, так сказать.

А ещё убраться отсюда. Но это тоже оставила при себе.

— Не все так просто, дитя, — Каспар покачал головой. — Тебе предстоит ответственное дело. Торопиться в таком не стоит. Нам нужно убедиться, что ты достойна.

Это что ещё за ерунда?

— И как же вы собираетесь это сделать? — процедила сквозь зубы.

Вот я бы ещё поспорила, кто из нас чего достоин. Сами поспособствовали моему появлению, а теперь дали задний ход? Старые извращенцы возомнившие о себе того чего нет. Может если бы ночью немного не погуляла и купилась бы на этот образ святоши и пошла бы на поводу. Ну надо так надо… Только вот после увиденного и сна на жёсткой кровати моя лояльность и уважение к ним скатились до нуля. Ведёт себя так, будто я им что-то должна.

— Прежде всего, ты должна научиться смирению, — начал мерзкий старикашка будто и, не замечая, что кое-кто начинает закипать. — Змия мы сегодня отошлём прочь. Он вернётся за тобой через неделю, а ты в это время познаешь истинное просветление. Пост, обед молчания, а по итогу пройдёшь испытание. Если сделаешь это достойно, то тогда узнаешь в чём твоё предназначение.

Да неужели?! Как бы не сорваться… Лучше пока помолчу. Но, наверное, Каспар воспринял тишину с моей стороны как согласие, потому продолжил:

— Только хлеб, вода, целомудрие… медитации под нашим пристальным контролем. Никаких грешных мыслей. Всё, чтобы отчиститься, перед тем как войти в священный храм.

С каждым словом меня накрывало бешенство. Я что? Пришла сюда принять их религию? Или просила о том, чтобы оказаться здесь?

— Конечно, обычно мы не допускаем нечистых созданий Божьих до наших дел, но нам придётся сделать исключение для блага Тридевятого царства, — пафос в его словах просто зашкаливал.

Неудивительно, что Яга их не любит. В этом мы с ней солидарны так точно.

Ну уж нет. Сегодня я либо улечу отсюда на Горыныче с ответами, либо подпалю к чертям их богоугодное дело. А потом ещё спляшу какой-нибудь языческий танец на пепелище. Правда, мне такие неизвестны. Но уверена, что чтобы не выдало моё тело, они сочтут это таковым.

Обычно я покладистый человек. На самом деле так и есть, но недосып, синяки на теле, голод, так как с утра времени поесть мне не дали… Всё это обострило моё восприятие.

Вот тут возникает вопрос, как бы заставить их пойти навстречу моим желаниям убраться отсюда, но с пророчеством. Вряд ли если разденусь, его это запугает. Ещё и братьев своих позовёт, а потом и накажет меня кнутом… Знаю подобных фанатиков. О-о-о! А это идея!

— Ваше Святейшество Каспар, — заговорила, стараясь не показать клокочущей внутри ярости. — Вы позволите, я сама объяснюсь со Змием? Он может не так понять, если ему прикажут ваши… люди.

— Хорошо, дитя, — пожал плечами. — Рад, что ты всё понимаешь и не такое бестолковое создание как могло бы быть.

— Ой, ну что вы, — притворно засмущалась. — Я уважаю вашу религию и ваши порядки. Если надо…

— Иди, — перебил он меня. — Поговори с нечестивцем и возвращайся. Кстати, сдай свою сумку Мельхиору. Он обыщет её и заберёт то, что помешает твоему испытанию и становлению на праведный путь.

— Всенепременно, — поклонилась и быстро выскочила из "приёмной".

За дверью меня ждали Горыныч и тот кто привёл нас. Но прежде чем трёхголовый успел задать вопрос, обратилась к балахону.

— Если позволите, любезный брат, то мне хотелось бы поговорить со своим спутником наедине, — и, видя, что тот колеблется, продолжила: — Его Святейшество Каспар дал на то своё позволение. Это его воля. Вы же не хотите перечить ему?

Меня несло, но это сработало. Он ушёл. Но думаю, у нас не больше пяти — десяти минут.

— Тебя по голове, что ли шандарахнули? — спросил с подозрением Аря, когда балахон скрылся.

— Зомбировали? — Веля с беспокойством заглянул в моё лицо.

— Ты в порядке? — это уже Демьян.

— Пойдём. Быстро, — процедила, полная намерений кое-что сделать.

И быстро ринулась направо. Уже зная, что предприниму. Шовинисты поганые. Они у меня ещё попляшут. Нечистая я… Как же! Ну раз так, то могу позволить себе грязные поступки.