Глава 1. Булочки

Тэя

Из-за прибытия Джеммы охота, которую предполагалось растянуть на неделю, закончилась за один день. И это оказалось к счастью, ведь продлись она дольше, не миновать мне темницы. Примирившиеся любовники, воркуя, как молодожены, вернулись в столицу. Остальные тоже разъехались по домам. Мы вернулись в поместье Севаста.

Уставшая и утомленная долгой дорогой, я отвела Игги в его покои, отпустила спящую на ходу Марту отдыхать, приняла ванну и тоже забралась в постель. Но уснуть не успела — в коридоре зашлепали ножки. Скрипнула дверь, и брат, так похожий на ангелочка в длинной ночной рубашке, подошел к кровати и пожаловался:

— Я уснуть не могу.

— Почему?

— Привык сначала пить теплое молоко с печеньками.

— Так попроси своего слугу.

— Раньше ты мне его приносила. — Нижняя губа брата задрожала. — Всегда. А теперь не приносишь.

— Прости, малыш, — мне стало совестно, ведь на самом деле, напрочь забыла о нашем ритуале, который мы неукоснительно соблюдали много лет. — Будут тебе и молоко, и печеньки, забирайся пока в мою постель.

— Хорошо. — Игги улыбнулся и нырнул под одеяло.

Я поцеловала его в щеку, надела теплый халат и зашаркала тапочками по коридору, пытаясь вспомнить, где тут располагается кухня. Свеча в моей руке больше чадила, чем освещала лабиринты дворца Севаста. Стрелочки бы, что ли, рисовали на стенах.

Порядком поплутав, я уловила аромат свежей выпечки. Наверное, кухня где-то рядом. Ага, а вот и дубовая дверь. Тяжелая какая! Одной рукой намучаешься открывать. Пришлось поставить свечу на пол. Потянув за медное кольцо двумя руками, я справилась с дверью. За которой неожиданно обнаружился Михаэль.

На застигнутом врасплох драконе был надет фартук. Волосы прикрывала косынка. А в руках он держал противень с булочками, источающими дивный аромат.

— Тэя. — Смущенно пробормотал мужчина.

— Прости, что помешала, — тоже сконфуженная, ответила я, — тому, что ты делал. — Во мне проснулся интерес. — А чем ты, кстати, занят?

— Любимым делом. — Он улыбнулся. — Странно, да?

— Немного.

— Ты проходи, все объясню.

— Хорошо, — я взяла с пола свечу и зашла на кухню.

Михаэль поставил противень на большой стол и споро переложил выпечку на тарелки. Накрыл полотном, посмотрел на меня и развел руки, испачканные мукой, в стороны:

— Все просто, Тэя. Я обожаю печь. С самого детства. Но положение не позволяет. Родовитым драконам не престало таким заниматься.

— И ты делаешь это по ночам?

— Да, иногда отдаюсь во власть своей порочной страсти, — пошутил он.

— Не волнуйся, никому не скажу. Но — при одном условии!

— Шантаж?

— Ага.

— Что ж, огласите список требований.

— Я хочу твои булочки!

Мы замерли, одновременно поняв, что я сморозила, синхронно покраснели и отвели глаза.

— С изюмом или орехами? — со смешком уточнил Михаэль.

— Обе.

— Хорошо, — он поставил передо мной тарелку с крутобокими булочками и налил ароматного чаю.

Выпечка буквально таяла во рту. Умяв угощение, я попросила добавки. Мужчина расцвел и вновь наполнил тарелку.

— Уф, тебе на самом деле надо быть поваром, — погладив свой округлившийся живот, констатировала я. — Безумно вкусно, спасибо!

— Благодарю, — он усмехнулся. — Больше всего на свете хотел бы пекарню свою открыть. — Странно, да? Избалованный дракон, у которого всего в избытке, завидует простолюдинам.

— Поверь, у кого-то из них могут иметься похожие мечты, недостижимые в силу других причин.

— Ты права.

— Мой папа говорил, что если чего-то по-настоящему хочешь, то за это стоит бороться — изо всех сил.

— Вам с братом повезло с отцом.

— Ой! — я вскочила. — Брат!

Вот ведь!.. Пошла за молоком с печеньками, наелась булочек и напрочь забыла об Игги! Сестра, называется!

Когда я вернулась в спальню, брат уже смотрел десятый сон. А вот мне спать совершенно расхотелось. Поставив кружку с теплым молоком и тарелку с булочками на столик, я вышла в сад. Убывающая луна напомнила мне драконий танец. Но следом пришла картинка с прищуренными черными глазами короля Феррата. Пришлось помотать головой, чтобы избавиться от нехорошего предчувствия.

Шевеление в кустах отвлекло меня. Подойдя ближе, я увидела старого знакомого — покачивая маленькой головой на длинной шее, в траве спал страус. Ветка предательски хрустнула под моей ногой, и он приоткрыл один глаз, подернутый пленкой. Сдавленный крик, похожий на кудахтанье, вырвался из клюва.

— Не бойся, — прошептала я, но напуганная птица вскочила, заметалась по саду, рискуя переломать ноги, и понеслась, куда глаза глядят.

Мне пришлось броситься в погоню. Надеюсь, хоть в темноте сумею догнать эту безумную курицу, пока до нее кто-нибудь другой не добрался. Тут псарня недалеко, из охотничьих угодий вполне могут наведаться в гости лисы, а может, и волки, которые не прочь будут перекусить этим чудом в перьях. А по дворцу бродят доги размером с лошадь — ленивые, правда, до безобразия.

— Стой, паразит! — крикнула я, когда страус, едва успев затормозить перед бассейном, метнулся в кусты, застрял в них — наружу торчала только задница с растопыренным хвостом, но начал работать мощными лапами, и в меня полетели земля, мелкий гравий, поломанные веки и листья.

Пришлось прикрыть лицо. Когда проморгалась, зверюги в кустах уже не было.

Ах, так, значит? Глупая птица! Хотя, если вон там срезать, вполне могу успеть перехватить пернатого негодяя! Только самой бы ноги не переломать!

Я понеслась наперерез, но с дорожки шагнула какая-то тень, вынудив меня врезаться в нее на полной скорости. Сдавленный крик, и мы оба полетели в кусты. Я оказалась в более выигрышном положении, потому что приземлилась на что — то мягкое. Что это, кстати?

Приподнялась на локтях, вгляделась и обомлела.

— Дарьяр?..

— Вы сногсшибательная девушка, Тэя, — промурлыкал он, усмехаясь. — Во всех смыслах!

— Это страус виноват, — пробормотала я и попыталась подняться.

— Мой долг перед ним растет, — пробормотал Севаст, прижав меня к себе еще крепче.

— Вы все неправильно поняли! Я булочки с молоком брату принесла, а он уже спал, вышла в сад, а там он тоже спал.

— Игги?

— Да нет, страус! Разбудила его нечаянно, он побежал прочь. Темно ведь, переломает лапы! Нет бы спокойно позволил себя поймать, булочек бы поел…

— Булочки, значит, — ухмыльнулся Дарьяр. Ладони поползли вниз с моей талии. — Булочки — это очень хорошо.

Я ахнула, когда он сжал ягодицы. Дать пощечину, к сожалению, не представлялось возможным в виду того, в какой позе мы располагались. Да и его глаза, снова прорезанные вертикальной иглой зрачка, отбивали желание бить мужчину.

— Ты, смотрю, по-прежнему себе ни в чем не отказываешь, — насмешливо протянул женский голос. — Тискаешь милашек прямо в кустах?

Дарьяр подхватил меня, и мы в два счета оказались на ногах.

— До спальни не дойти было? — продолжила незнакомка.

Даже полутьма не скрывала красоты ее точеного лица и фигуры в форме песочных часов.

— Вас это не касается! — огрызнулась я, покраснев.

— Напротив, кошечка, еще как касается. Так что спрячь коготки и захлопни наглый ротик, пока тебе хвост не отдавили!

— Да кто вы такая?!

— Позвольте представиться, — она отвесила издевательский, но, тем не менее, грациозный поклон, — Анна Феррат, кузина короля. И невеста Дарьяра Севаста.