Глава 32

— Ну, оставим в покое мое темное прошлое, — прокашлялся он в кулак, — и вернемся к самому главному.

— Как скажешь. — Ева внимательно просмотрела бумаги из папки, которую он ей передал, и уточнила: — Значит, вы — Валерия Фролова…

— Да, — кивнула.

— …супруга Ильи Фролова, владельца крупнейшей банковской сети…

— Именно.

— Вы родили сына в одной из московских частных клиник, но ребенка забрали…

— Да, Илья и моя сестра Амелия, которая присвоила мое имя, — поспешно добавила, чувствуя, что такие прямые вопросы начинают раздражать. Но понимала, что они неизбежны, что так нужно, а все равно эмоции зашкаливали. — Послушайте, Ева, я могу сама вам все рассказать? А то эти вопросы как ножом по сердцу.

— Да, конечно, я все понимаю.

В горле пересохло, пальцы задрожали и пульс участился. Медленно выдохнула, собираясь с силами. Поймала подбадривающий взгляд Матвея и распрямила плечи. Нужно рассказать, несмотря на боль. От этого зависит их с Лешкой будущее.

Начала тихо-тихо, потому что, как ей казалось, приглушенный голос не так сильно выдавал волнение. В ладонях откуда-то взялась салфетка, и все время, пока рассказывала, мяла и теребила ее. Ева слушала молча, только задумчиво постукивала зажигалкой по столешнице и периодически делала пометки в блокноте. К концу рассказа она немного вспотела, Лера заметила, как нервно она вытерла испарину со лба. Похоже, история задела ее за живое. Девушка хмурилась всякий раз, когда слышала имя Амелии и время от времени смотрела на Матвея, качая головой. Он тоже поджимал губы и без конца теребил карандаш.

— Вот же бессердечное создание! И этот Илья — удод бесхвостый! — выругалась Ева и спохватилась: — Извиняюсь, меня просто захлестывают эмоции. Редко так задевают чужие истории. А ваша прямо за сердце взяла. Матвей, ну а ты! — напустилась на брата. — Как ты мог жениться на такой змее? Она тебя небось ободрала как липку!

Матвей начал теребить карандаш, который выхватил из подставки.

— Так и есть. Это мое наказание за дурость.

— М-да, весь в отца, я не удивляюсь, — не удержавшись, поддела Ева. Положила руки поверх блокнота и переплела пальцы. Посмотрела на Леру и сказала: — Я постараюсь найти как можно больше информации о вашей сестре, нужно понять, чем она занималась все эти годы, пока строила из себя без вести пропавшую. Ну, конечно, не считая того, что грабила моего братца.

— Эй, — насупил он брови.

— А что, неправда? Сколько она у тебя отсудила?

Матвей прищурился и сломал карандаш.

— Ты что творишь?! Вообще-то он казенный! — отобрала у него половинку. — Можешь не отвечать, я все равно узнаю. Если понадобится вызволять тебя из лап этой фурии, так и быть, я согласна помочь. И даже сделаю скидку, — она подмигнула ему и пригладила волосы. — Правда, только пять процентов.

— Спасибо, дорогая, но я как-нибудь сам.

— Ну-ну, — откинулась она на спинку кресла и прикусила кончик карандаша. Вернее, его половинку. — Твое «как-нибудь» звучит не очень убедительно. Впрочем, думаю, госпоже Никольской сейчас будет не до тебя. Ее ждут крупные неприятности, гарантирую. Или я не Ева Ершова!