Глава 33

Глеб

Выйдя на улицу, я несколько раз глубоко вздохнул, наслаждаясь свежим воздухом.

— Спасибо, буду должен, — Никита вышел сразу за мной, заканчивая разговор и убирая телефон в карман. — Всё. Прокурорская проверка буквально в четырёх часах езды отсюда. Хана им.

— Игорь? — усмехнулся я, тут же поморщившись от боли, стоило Никите хлопнуть меня по плечу.

— Прости, — друг тут же убрал руку, направляясь к припаркованной в стороне машине. — Да. Игорь. Пока они едут, как раз изучат имеющиеся на тебя материалы. Тебе показывали видео?

— Показывали, — кивнул я.

Правда, не стал уточнять, что мельком. Тяжело что-то смотреть, одновременно получая удары по корпусу.

— Вот теперь и Игорю покажут, — хмыкнул Никита. — Сейчас их всех тут неплохо прижмут. Мало того, что тебя закрыли, не имея никаких реальных оснований, так ещё и суд заочно почти сыграть успели. Идиоты.

В том, что Игорь наведёт здесь порядок — я не сомневался. Округ, конечно, не его, но связи всё решают. А у него они есть. Так что, посмотрим, как запоёт теперь один потерпевший хорёк, когда всю его семейку прижмут за…

— А её зачем привёз? — сбился я с мысли и с негодованием спросил, смотря на открывшуюся заднюю дверь машины и радостно машущую нам руками блондинку.

— Потому что я волновалась, — ответила мне за своего мужа Катя, вылезая наружу и критично осматривая меня. — Нужно снять побои… Ты как?

— Всё в порядке, — успокоил я её. — Так что, зря ты волновалась. Сына тоже с собой взяли?

— Шутишь? Это хорошо. А вот выглядишь не очень, — осторожно обняв меня, Катя сморщила носик, отходя в сторону. — Да и в душ тебе надо! И чем скорее, тем лучше.

— Это первое в списке моих дел, — улыбнулся я.

Душ, и к Насте. Не планировал я на столько времени пропадать из её жизни, но… может оно и к лучшему. Известием о покупке ресторана я ошарашил Настю. Как раз успела успокоиться… или накрутить себя ещё больше.

— Где здесь ближайший магазин? — начал я крутить головой. — Мне телефон нужно купить и восстановить симку.

— Поесть тебе надо, — закатила глаза Катя. — Помыться и переодеться! Неужели разговоры не могут подождать? Кто там такой важный?

— Точно, — хлопнул себя по лбу Никита, доставая телефон. — Надо Насте позвонить.

— Ты ей ещё не позвонил?! — закричала на мужа Катя. — Она там с ума наверное сходит…

— Вы и Настю в это втянули? — рыкнул я, по привычке потянувшись к карману.

Совершенно забыл в эту секунду, что телефон мне разбили и его там нет.

— Я не мог до тебя дозвониться, — начал оправдываться Никита. — Что мне оставалось делать? Естественно я решил, что ты с ней. Где ты ещё мог быть?

— Действительно, — передразнил я его, нетерпеливо протягивая руку. — Дай мне…

— Держи, — тут же набрав Настин номер, Никита протянул мне трубку. — Это она, кстати, узнала, где ты есть. Шустрая.

— Не то что ты, — отойдя в сторону, я слушал гудки, пытаясь подобрать слова, чтобы успокоить Настю.

Представляю, что она успела себе нафантазировать. Единственное, где она могла что-то узнать — это Олег и его семейка. Не удержавшись, выругался сквозь зубы. Эти могли ей столько наговорить, что…

— Ты что-то выяснил? — стоило мне услышать встревоженный голос Насти, как в душе всё сжалось. — Его отпустят?

Маленькая моя… чего бы ей про меня не наговорили, а всё равно переживала. Верит мне… а не этому хорьку!

— Уже отпустили. Правда… — поспешил я заверить её, но замолчал, услышав её тихий плач. Словно ножом по сердцу резанули. — Насть… не плачь, пожалуйста, я… Я сейчас приеду.

— Хорошо, — едва слышно отозвалась она, скидывая вызов.

Все эти дни за себя я не переживал. В конце концов, даже если бы они успели сыграть эту пародию на суд, то Никита всё равно бы вытащил меня. Просто чуть позже. И чуть громче.

Намного громче, — мысленно поправил себя, вспомнив характер Игоря. Даже сейчас масштабы того, как он перетрясёт здесь всех, начиная от взяточников-следователей, до их руководства…

Но вот то, что из-за всего этого плачет Настя…

— Скажи Игорю, что я хочу крови, — сказал я Никите, возвращая телефон и забираясь в машину. — И встречный иск за клевету тоже будет.

— Крови? — тихо переспросила Катя, с опаской смотря на Никиту.

— Он не буквально, — открыв для жены заднюю дверь, он помог ей устроиться, после чего обошёл машину и занял водительское сидение. — Не буквально ведь?

— Не решил ещё, — честно ответил ему.

Всё же, кулаки чесались устроить Олежке настоящие тяжкие телесные, полученные от меня.

— Наши юристы наготове, — с улыбкой ответил Никита, пристёгиваясь и заводя машину. — Предлагаю сначала в отель…

— К Насте меня отвези, — перебил я его и назвал адрес.

— Глеб…

— Я сказал ей, что сейчас приеду, — я отвернулся к окну, ещё раз повторив адрес.

— А ты уточнил при этом, что от тебя воняет? — подала голос Катя, демонстративно тыкая на кнопки и открывая окна. — Ох и обрадуется она тебе.

— То есть, если я в таком виде приду домой, — выворачивая на дорогу, Никита с укором обратился к Кате. — Спустя неделю отсутствия, ты мне не обрадуешься?

— Я буду пищать от счастья, — смеясь ответила она ему. — Даже верещать, пока в душе отмокать будешь!

В пол уха слушая их шутливую перепалку, я вдруг ощутил лёгкий укол зависти. Интересно, а мы с Настей однажды сможет вот так вот ехать куда-нибудь, подшучивать друг на другом? Не вспоминая прошлое?

Я ведь понимаю, что как раньше у нас никогда не будет, но… я и не хотел заново. Я хочу по-новому. И навсегда.

— Вот здесь сверни, — указал я Никите на угол нужного дома, отстёгивая ремень. — Спасибо.

— Да брось, — отмахнулся он. — Завтра ты нужен будешь. Возможно Игорь начнёт звонить и сегодня вечером. И на счёт…

— Знаю, — кивнул я, перебивая. — Позже решим, хорошо?

— Беги. Если что, у меня есть номер Насти, — хмыкнул Никита, обернувшись на Катю. — Пересаживаться на переднее будешь?

— Буду, — ответила она, одновременно со мной выходя из машины. — Я же клялась. И в горе, и в радости, и в вони друга, — она демонстративно прикрыла нос ладонью. — Я бы на твоём месте сначала себя в порядок привела.

Не став терять время, я махнул рукой и пошёл к подъезду. Возможно и стоило послушать её совета, но я думать ни о чём не мог, кроме как просто и как можно быстрее оказаться со своей семьёй. И не для того, чтобы себя почувствовать лучше, а чтобы они не волновались за меня.

Семьёй…

Мысленно смаковав слово, я перепрыгивал через ступеньки, подгоняя себя и приближаясь к заветной двери. Однажды я смогу и вслух их так называть. А пока я лишь жал на кнопку звонка, ожидая, что Настя вот-вот мне откроет.

Первая реакция всегда самая честная. Как и первые порывы.

Мог ли я раньше подумать, что окажись скрученным в камере, всё, о чём буду думать — это они. Настя и Матвей. Переживать не за свою жизнь и будущее, а за то, что не дал Насте контакты бригады строителей, чтобы она смогла привести ресторан в порядок.

И что она расстроится, когда я ей не позвоню.

Пусть Настя и продолжала выгонять меня, прося об этом, я же чувствовал, как её тянет ко мне. Видел.

— А сейчас смотрю на дверь, — хлопнув рукой по карману, снова от досады поморщился.

Телефона нет. Никита с Катей давно уехали… надо было всё же заехать сначала в гостиницу. Купил бы по пути…

— Глеб, — резко обернувшись, увидел замершую на ступеньках Настю.

Она смотрела на меня, закусив губу и нерешительно переступала с ноги на ногу. Словно хотела броситься ко мне, но сама себя сдерживала.

— Я в порядке, — улыбнулся я ей, чуть разведя руки в стороны. — Видишь? Правда, немного помятый.

— Немного, — она опустила глаза, пытаясь скрыть от меня появившиеся в них слёзы.

Я уже шагнул вперёд, желая обнять её, успокоить, но Настя сумела совладать с эмоциями, преувеличенно бодро поднимаясь ко мне.

— Я в порядке, — повторил я, когда она встала рядом, и смахнул слезинку с её щеки.

— Выглядишь не в порядке, — прошептала Настя, снова опуская голову. — Я ездила сегодня в больницу к Олегу, хотела, чтобы он сказал правду, но…

— Посмотри на меня, — я осторожно приподнял её голову за подбородок, вынуждая смотреть на меня. — Ты умница. И переживать тебе не о чем. Слышишь?

Она кивнула, медленно втянув носом воздух.

— Иди сюда, — я обнял её, зарывшись носом в волосы и прикрыл глаза.

Я уже забыл, какого это, чувствовать себя дома. Но сейчас, держа её в руках, на душе было удивительно спокойно. Вдыхать её запах, чувствовать тепло.

— Я испугалась, Глеб, — произнесла Настя, не делая попыток вырваться. — Столько ужасов про тюрьмы вспомнилось… тебя били?

Распахнув глаза, я осторожно выпустил её из объятий, вспомнив, что одежда на мне сейчас грязная, да и сам я, чего греха таить, далеко не розами пахну.

— Пальцем не тронули, — соврал я, радуясь, что по лицу меня действительно не били. — Домой впустишь?

— Да, конечно!

Настя тут же засуетилась, доставая ключи и открывая дверь ощутимо подрагивающими пальцами. Я уже был готов забрать их у неё, но она справилась.

— Заходи, — Настя отступила, пропуская меня внутрь.

— А где Матвей? — я нерешительно зашёл в квартиру, прислушиваясь к стоящей тут тишине.

Сына хотелось видеть безумно, но я боялся напугать его своим потрёпанным видом. Да и как отвечать на его вопросы сейчас, я представлял довольно смутно.

— У соседки, — Настя осторожно закрыла за нами дверь, одновременно снимая с ног кроссовки. — Ты есть хочешь? У меня суп и пюре с котлетами. Правда, котлеты позавчерашние…

— Я всё буду, — улыбнулся ей, чувствуя, как рот наполняется слюной.

Да я и прошлогоднюю бы еду с радостным лицом ел бы из её рук.

— Насть, — она так резво направилась на кухню, что я еле успел поймать её за руку. — Подожди.

— Что? — она замерла, с тревогой смотря на меня. — Что-то болит? Тебя всё-таки…

— Можно в душ? — у меня губы сами растягивались в улыбке.

Настя тут же закивала, словно мысленно корила себя за то, что не догадалась сама мне это предложить. Буквально через минуту она мне вручила два полотенца и проводила до ванной. Жаль, что со мной остаться не захотела, попросив закинуть вещи в стиралку и ретировалась на кухню. Но я всё равно продолжал улыбаться. Сушилки я у Насти в квартире не заметил, значит, сегодня никуда выгонять меня она не планирует. Хотя с Настей ни в чём нельзя быть уверенным. Выгонит меня в чём мать родила, и вещами мокрыми вдогонку кинет…

— Глеб? — стоило мне выключить воду и обернуть бёдра полотенцем, как Настя нерешительно постучала.

— У меня всё в порядке, — усмехнувшись, я открыл дверь.

— Я просто подумала… он конечно не по размеру тебе, но всё лучше… — она замолчала, выронив из рук розовый халат, что принесла явно для меня. — Очень болит?

— Что? — проследив за её взглядом, я чуть не выругался.

Мог бы догадаться и прикрыть синяки на рёбрах и груди, а не выходить к ней вот так, прикрыв только то, что ниже пояса.

— Настя… — я замолчал, как заворожённый наблюдая за её рукой.

Она осторожно прикоснулась к моей груди, проведя пальчиками сверху вниз, словно пытаясь стереть синяки, а я… как мальчишка даже дышать перестал, наблюдая за такой просто лаской.

— Надо чем-то обработать, — прошептала Настя, подняв на меня глаза.

Я молча накрыл её ладонь своей. Ничего мне было не нужно. Она — моё личное обезболивающее.

— У меня от синяков мазь есть, — облизнув губы, продолжила путано говорить Настя, почувствовав, как я обнял её второй рукой и прижал ближе к себе. — Хорошая… я для Матвейки покупала…

— Не нужно, — выдохнул ей в губы, осторожно касаясь. — Не болит.

— Не болит, — повторила она, отвечая на поцелуй и обвивая руками меня за шею.

Это стало спусковым механизмом, срывающим у меня все ограничения и барьеры, что я успел выставить, стараясь на этот раз не торопить её и не спугнуть.