Глава 22

Марина Шиляева

– Ну Дракоша, –канючила я, вскарабкавшись на его голову и уместившись там в позе звездочки с присосками. – Ну давай полетаем.

Уже несколько дней подряд я его просила, но он никак не хотел соглашаться, один раз он даже пастью отцепил меня от своего бока, когда я пыталась вскарабкаться ему на спину. Принес меня в грот и, разместив в ложе, интенсивно начал вылизывать, думая, что я так успокоюсь.

– Ну покатай меня, – мне так сильно хотелось ощутить небо, что я даже не знала, как его еще больше просить.

Прожив вместе уже почти неделю, мы практически срослись с ним, он понимал меня без слов, и мне достаточно было одной только мимики его морды. Теперь, когда я купалась, он не отворачивался и даже не закрывался крылом, а, напротив, поближе подтаскивал свою морду и во все глаза смотрел. Ну а последнее время начинал еще и вылизывать, словно мне мало было водных процедур.

– Слушай, Дракоша, а каково это – расправлять крылья и ловить теплые потоки воздуха? – я еще крепче вцепилась в него, чтобы, шевеля головой, он и не подумал меня скинуть с насиженного места. – А касаться мягких облаков, а мчаться наперегонки с солнцем?

Мы много за эти дни разговаривали – в основном, конечно, я говорила, ведь он только и произносил, что отрывистые слова. Я рассказывала о своем мире, о том, какими там видят драконов. Что именно из сказок и легенд люди знают о их мудрости и уме. Когда я поведала свою историю о барсах, дракон меня утешал, видя, как я тоскую.

А услышав мой рассказ о нагах, как я их боюсь и что представляю их змеями из своего мира, дракон – вот честно! – смеялся. Я даже стала возмущаться, а он, наглец, улегся на спину и хохотал!

Спали мы уже не просто вместе, а в обнимку, как булочка с сосиской, только вот я была очень маленькой сосиской, а он слишком большой булочкой. Нежный, заботливый, внимательный и такой надежный – я не переставала восхищаться своим героем детских грез. До тех пор, пока не попросила вернуть меня домой.

Это случилось уже ближе к ночи, когда я, сытая, накупанная, разодравшая в очередной раз нижние юбки своего многострадального платья, чтобы соорудить себе еще одну тогу, заговорила о доме.

– Дракоша, – мы уже лежали в травяном ложе, и он прикрыл свои потрясающие зеленые фонарики. – Мне нужно домой вернуться.

В ответ послышалось тихое рычание, прямо как тогда, когда я первый раз его увидела.

– Ну не сердись на меня, – я погладила его по носу. – Мне с тобой очень нравится, и я правда не хочу с тобой расставаться, но и без своих котиков больше не могу. Они, наверное, ищут меня.

Он открыл один глаз и долго смотрел на меня, потом тихонечко заурчал и убаюкал меня мерным покачиванием груди, на которой я и лежала.

Утром я проснулась в обнимку с каким-то парнем, он так крепко меня к себе прижимал, что я испугалась, не раздавит ли.

– Доброе утро, – его счастливые зеленые глаза смотрели на меня с таким восхищением, что я сперва даже растерялась, а потом понимание того, что меня всю эту неделю водили за нос, накрыло с головой.

– Как ты мог! – стучала я кулачками по его голой груди. – Ну как ты мог! Я же так доверилась тебе, а ты? А ты всего лишь человек.

Предательские слезы хотели сорваться с моих глаз, но дракон резко меня перевернул на спину и тут же принялся осыпать мое лицо поцелуями.

– Я все еще дракон, – засмеялся он. – И не обманывал я тебя, да и как бы я мог? Я потерялся в этом мире, мой разум растворялся в драконе. Еще несколько лет – и я бы просто погиб, заснул бы вечным сном тут, в этом гроте.

– Как? – уже ничего не понимала я, но плакать расхотелось.

– Да, маленькая. Ты нашла не меня, а дракона, ты его разбудила. Твой запах – он просто вывел его из забытья, я уже и не мог надеяться, что обрету пару.

– Пару? – все, дальше мой мозг отказывался думать, или это был очередной шок.

– Да, девочка моя, пару. Лишь истинной паре дано приручить зверя у дракона. Мой дракон готов был хвостом вилять, только бы ты улыбалась. Я тебе могу честно признаться, что человеческий разум не сразу возвратился ко мне. Сперва это были образы, как всполохи, которые освещали мне самые яркие картинки. Потом я чаще мог контролировать себя, уже больше мог наблюдать за тобою. Совершенно недавно я перестал исчезать и полностью мог быть в своем теле. Вчера же, когда ты изъявила желание покинуть меня, чтобы уйти домой, то я до конца смог взять контроль над своим зверем.

Я смотрела на своего такого любимого уже дракошика, который был как большущий песик, а на самом деле это оказался взрослый мужчина, и он был сейчас почти голым, только рваные бриджи висели на его исхудавшем теле. Кожа цвета какао, яркие зеленые глаза с вертикальным зрачком, который без конца менялся на обычный человеческий и обратно. Русые волосы, более светлые на концах, и до боли милая улыбка с белыми ровными зубами.

– Почему?

– Потому что мой зверь не может противиться твоим желаниям: если бы ты ему сказала умереть, он бы и это, не раздумывая, сделал. Но вот я, человек, не мог позволить себе тебя потерять. Наверное, поэтому зверь и уступил мне.

– Ты не мог меня потерять? – все же этот мир однозначно сводил меня с ума. Мне почему-то тоже не хотелось лишаться своего дракона. Я, наверное, и тянула с расставанием, потому как была не готова проститься с ним и каждое утро просыпалась, чтобы отложить разговор о доме до следующего дня.

А вчера так сильно сдавило сердце от тоски по моим котикам, что я не выдержала и все же сказала.

– Ты моя пара, единственная, истинная, – он опять принялся целовать, опускаясь с поцелуями все ниже.

– Постой!

Он действительно остановился и, глубоко дыша, пытался успокоиться.

– Давай знакомиться? – я ему улыбнулась, потому как нелепее ситуации не могла себе представить.

– Фарго мон Гран, – тоже улыбался этот невозможный дракон.

– Мари.

– Мари, – повторил он улыбаясь. – Приятно познакомиться, Мари.

– И мне тоже приятно, – тут я уже не выдержала и рассмеялась.

Неловко переглядываясь и улыбаясь, мы вышли из грота.

– Ты будешь оборачиваться в дракона, чтобы ловить рыбу? – уселась я на камешек, как это всегда делала, наблюдая за своим песиком.

– Нет, – он широко и довольно улыбался. – Дай мне в человеческом облике немного походить, а то еще немного, и ходить бы разучился.

– Что, правда?

– Ох, Мари, – он опять широко и обворожительно улыбнулся и, шагнув в бурные потоки воды, с легкостью поймал крупную рыбину и вытащил ее из воды.

Ее он, так же как и дракон, разложил на уже привычной нам поверхности камня и поджарил, только язычки пламени исходили теперь из его рук и были немного другого цвета.

– Помнится мне, ты раньше по четыре рыбки мне предлагал, – насмешливо надула я губки.

– Ты лопнешь, малыш, – нисколько не повелся на мои слова Фарго.

– А дракон так не считал!

– Дракон много чего считал по-другому, – он запнулся, но все же продолжил, с горящими глазами поглядывая на меня. – Он также считал, что подглядывание за красивой парой – это неприлично.

– Постой, – стало до меня доходить. – Так когда дракон не отворачивался во время моих купаний, это всегда был ты?

Тихонечко засмеявшись, он прямо посмотрел в мои глаза и честно ответил:

– Да! И ты не представляешь, какое это было потрясающее зрелище. Я надеюсь, что ты меня и дальше так будешь баловать.

– Не дождешься! – я даже подобиделась.

– Ну маленькая моя, ты чего, – он тут же подскочил ко мне и, обняв, крепко прижал к своей груди. – Мне, честно говоря, кажется, что именно плотское возбуждение быстрее и вытягивало меня из-за грани.

– Ну скажешь тоже, – не получалось на него долго злиться, потому как его тепло – оно было таким же, как и у дракона: нежным, добрым, с нотками леса и травы.

– Готово, – он посмотрел на уже шкворчащую рыбку и в этот раз лично поотрывал самые вкусные кусочки, которые выложил на большой лист и подал мне.

– Мне кажется, или вкус у рыбы отличается? – я ела и не могла понять, вкусно было, как всегда, но вот были какие-то различия.

– А говорила, что многое знаешь о драконах, – он уплетал пойманную лично рыбку с таким удовольствием, что у меня и у самой разгорелся аппетит. – Драконы все имеют огонь, драконье пламя, святой огонь и много его еще как называют. А вот в людской форме мы маги стихийники, и у каждого есть своя магия.

– И у тебя огонь? – подытожила я.

– Как ты догадалась? – усмехнулся он, подмигивая мне.

– А скажи, Фарго, если дракон выполняет все-все желания своей пары, то почему он не покатал меня по небу?

Меня до сих пор обижало, что он не полетал со мною.

– Для того, чтобы дракон мог возить на себе наездницу, нужно пройти особенный обряд, – его глаза как-то хитро блеснули.

– А без него нельзя?

– Нет, упадешь, – он уже принялся облизывать свои пальцы, а потом и руки, причем из-под ресниц, внимательно следил за мной.

– Я согласна.

– Хорошо, – не хуже кота промурлыкал он.

Обряд был несложный: нужно было смешать кровь друг друга и, выпив, произнести слова на непонятном языке.

Сложность возникла только с тем, где смешивать кровь, – оказалось, что не так-то просто найти в лесу такую тару. Пока искали, насмеялись, предлагая друг другу разные варианты. Но потом Фарго нашел толстый лист, и в нем неплохо держалась вода, вот его и решили применить.

Торжественно смотря в мои глаза, мой зеленоглазый дракон полоснул отросшим когтем по своей ладони.

– Отдаю добровольно свою кровь, – как-то даже церемонно провозгласил он, блестя возбужденными глазами.

Затем осторожно сделал малюсенький порез уже на моей руке и, зажимая мою ладонь, подсказал:

– Ты должна сказать, что отдаешь добровольно.

– Отдаю добровольно свою кровь, – быстро произнесла, не споря.

Он разжал мою ладонь, и с нее потекли крупные капли, растворяясь в его крови. Дракон стал речитативом проговаривать слова, а кровь вспыхивала под каждое слово разным цветом.

Я просто завороженно смотрела в нее, а дракон смотрел на меня.

– Пей, родная, – он уверенно поднес к губам эту жидкость и осторожно наклонил лист.

Было неудобно ее пить, но отторжения или неприятия почему-то не было. Странный все же этот мир, и правила тут странные. Когда я почувствовала, что больше не могу, Фарго забрал этот лист и допил, большую часть одним глотком.

А потом произошло странное: он потянулся к моим губам, а я уже и не смела отодвинуться. Его собственный запах леса сразу же ударил в нос, отчего голова просто пошла кругом. Он прижался к моим губам, не решаясь наглеть еще больше. Но тут уже не выдержала я и просто набросилась на него, пробуя, вбирая и облизывая языком, как самое вкусное и желанное угощение.

Что со мной случилось, я вообще не поняла: может, соскучилась по мужьям, может, просто устала быть хорошей. Но он сразу же ответил и, заворачивая в свои объятия, перехватил инициативу, всячески доминируя надо мной.

С тяжелым дыханием и безумными глазами, мы оторвались друг от друга, а запястья, причем оба, резко обожгло. На них появились красные узоры в виде тоненьких браслетов.

            – Теперь ты всегда сможешь летать на мне, – улыбнулся Фарго, разглядывая мои руки. На его собственных красовались узоры точно такого же цвета, только более широкие и массивные, которые разукрашивали всю часть руки до самого локтя.

– Ого, – тут уже и я не выдержала и стала смотреть на его руки, даже поскребла ноготком, чтобы проверить на стирание.

– Это навсегда, – усмехнулся он, видя мое озадаченное лицо. – Ну что, полетели?

– Полетели, – предвкушение затопило меня с головой, и я с энтузиазмом подскочила на ноги.

Когда на поляне предстал передо мной уже так полюбившийся мне дракон, я на радостях подскочила к нему и обняла за шею. Он фыркнул, смеясь, и помотал головой.

– Оденься, – опять своим мощным голосом он скоординировал мои действия.

Я действительно уставилась на себя и побыстрее, пока дракон не передумал, побежала в грот за остатками своего имущества. Там у меня лежали моя обувь и украшения. Платье я уже давно постирала, как и белье, и оно, высохшее, сиротливо колыхалось на ветвях.

Конечно, платьем его уже трудно было назвать, весь подъюбник я использовала на тоги, чтобы ходить тут в них. И теперь платье представляло собой такой себе коктейльный вариант, только с прозрачной юбкой, из-за нежности ткани. Но лучше с немного просвечивающейся юбкой, чем вообще с голыми ногами.

Нацепив белье, платье и даже все украшения на места повесив, я кое-как сделала прическу, едва заколов тяжелые пряди по бокам, и, подхватив туфельки и диадему, побежала к своему дракону. Туфельки надела, уже сидя на самом драконе, а вот диадему – ничего лучше не придумала, как опять водрузить на голову, ну а что? Куда мне ее еще девать? В общем, получился эдакий образ королевы на драконе.

Дракон дыхнул своим пламенем, причем таким образом, чтобы им обдать всю меня целиком, и я почувствовала, как это пламя ко мне ластится и, словно куколку бабочки, заворачивает в незримый кокон. Он поднялся, и я почти взвизгнула, потому как я сильно наклонилась, но огненная оболочка держала меня крепко на драконе и не давала заваливаться от его движений. В этом тепле было удобно находиться, и оно чудненько держало меня, словно в мягком кресле, не позволяя упасть, даже тогда, когда я отпускала высоко выпирающие гребни.

– Потрясающе, – прошептала я, действительно теперь понимая, почему раньше дракон упирался.

Я бы и минуты не продержалась, это все же не лошадь, и даже седло в случае дракона не помогло бы. А когда он, частично стоя в реке, начал размахиваться крыльями, то я до конца осознала, что меня просто потоками воздуха бы снесло. И это мы еще не в небе!

– О небо! Я иду к тебе!

Сперва тяжело давались взмахи дракону, потому как такую тушку поднять в небо – та еще задача. А он слишком долгое время спал и ослаб. Он оттолкнулся и, цепляясь мощными лапами за макушки деревьев, наклонил себя практически в горизонтальное положение. А я при этом лежала словно в ворохе подушечек, мне не нужно было и держаться. Еще пара быстрых взмахов – и он уже окончательно оторвался от высоких деревьев и воспарил в небо. Вначале он очень быстро махал крыльями, а потом, как и в легендах и сказках с Земли, он поймал воздушные потоки.

И полет стал как плавное скольжение по глади воды. Внизу проплывали просторы: реки, горы, поля и луга. Та самая быстрая речка с высоты смотрелась змейкой, которая извивается между грозными пиками скал. Ее бурлящие потоки напомнили мне о змейках. Я все же была неправа и, скорее всего, их обидела.

Только теперь, полностью успокоившись, я поняла, что погорячилась, и они ничего плохого не хотели, а просили только поговорить. Наги – они действительно существа этого мира, такие же как барсы или драконы, так стоит ли их так бояться? Их слова о том, что я их истинная, я все откладывала в долгий ящик, стараясь подумать об этом позже. И вот это «позже» пришло, а я все равно не решалась об этом задуматься.

Внизу было так красиво и зелено, что хотелось наблюдать за этой красотой вечно. Я видела, как высокие облака создавали тени, и они плыли по верхушкам лесов, по зеленой траве лугов и по голубой поверхности быстрых рек.

А потом дракон развернул свою голову ко мне и вот точно улыбаясь, нырнул в одно из облаков. Я смеялась и кричала, я пыталась поймать эту пушистую вату руками, но она без конца проходила через мои пальцы.

– Еще! Еще! – мой крик, должно быть, слышали и на другом конце света, но сейчас меня это не волновало. Я была счастлива как никогда.