Глава 3

Судорожно пытаюсь встать. Прикрыться нечем. Оказавшись на ногах, отворачиваюсь. Ровно в тот же момент отворачивается и Максим.

— Прости, я просто вещи хотел взять и ноутбук. Попозже зайду, — и выскакивает прочь.

Я уже покормила и уложила малыша, но из комнаты выходить страшно.

Я попросту не готова. К новой встрече. К нему… У меня даже дыхание до сих пор поверхностное. Жутко нервничаю. Ужасно…

— Ален, — раздается тихий стук. — Зайду?

Малыш крепко спит, я положила его в центр кровати и обложила подушками и одеялом.

Распахиваю дверь.

И вновь лицом к лицу… с ним.

— Заходи.

Максим наскоро забирает вещи, засовывает под мышку ноутбук с тумбочки.

— Можно тебя на минуту?

— Конечно.

В зале разбросаны вещи и уже расстелен диван. Максим гурьбой кидает свою ношу на него. Оборачивается.

— В прихожей на комоде ключи от квартиры. Меня отправляют в командировку на два дня. Так что придётся вам тут без меня пока побыть. Ты сейчас отдохни, я сгоняю за продуктами. А вечером съездим за курткой тебе. И заодно подумай, возможно, что-то еще нужно.

Я округляю глаза. Теряюсь с ответом.

— Возражать не надо. Ты же обратно к нему не вернёшься, я надеюсь?

Я молчу. Горько. Отвратительно на душе.

«Это же все неправда? Ты же к нему не вернёшься, да?», — спрашивал он меня тогда. Почти год назад. Но я вернулась. И вот чем все это обернулось.

— Ален?

— Нет конечно, — уверенно мотаю головой.

— Прекрасно.

— Максим. Я сейчас не могу по магазинам. У меня нет возможности, но я вещи от Руслана заберу. Ничего не надо…

— Давай мы это не будем обсуждать. Ты взяла документы? Самое необходимое?

— Документы взяла.

— Все. Больше не нужно с ним пересекаться. С вещами разберёмся.

Как Максим и сказал, вечером мы прокатились по магазинам. Все продавцы умилялись, какой у нас богатырь растёт. И говорили, что он на «папу» похож, с благоговением глядя на Максима. Тот улыбался в ответ, шутя, что «мы» старались. А я молчала, нервно теребя молнию новой куртки.

Самолёт у Максима был ранним утром.

Уже днём мужчина позвонил мне, чтобы удостовериться, все ли хорошо. Вечером неожиданно привезли коляску, помогли собрать.

Я не знала, как благодарить Максима. Ну правда. Что я могу? Банальное спасибо?

Постаралась прибраться в отсутствие хозяина, кое-что из вещей разложить, расставить, постирать. Приготовила суп и мясо с гарниром, салат накромсала.

В командировке мужчине пришлось задержаться еще на два дня.

Сынишка теперь чувствует себя хорошо, не беспокоится, спит нормально, носик лучше дышит.

Максим разрешил пользоваться его планшетом. И я нашла подработку на удаленке без опыта: создание карточек товаров на маркетптейсе, ещё меня должны научить обрабатывать заказы. Ну конечно, не бешеные деньги, но хоть что-то. А учитывая мое положение…

В общем, времени постоянно на что-то не хватает, но нашего с Темочкой спасителя я все равно готова встретить прилично: накрыла на стол. Вещи его погладила, сложив аккуратной стопочкой. Даже убралась в подъезде и полила там цветы. Случайно познакомилась с соседкой.

Наконец, ключ проворачивается в замке. Максим устало перешагивает порог, тянет за собой слегка намокший чемодан — на улице дождь.

— Привет, — улыбаюсь ему. Рада его видеть.

— Привет, Ален, — заучит как-то глубоко, чувственно. — Я каждый день звонил, но успокоился только сейчас. Все нормально у вас тут без меня?

— Да. Все хорошо. Я тут немного похозяйничала. Ничего не трогала особо, так… слегка прибралась, надеюсь, ты не против?

— Вау, — восхищается Максим, оглядывая свои владения. — У меня такой чистоты в жизни не было, я вечно куда-то тороплюсь. Некогда шмон наводить.

— Да ладно. Мне несложно. Ты голодный? Я приготовила ужин. Ну… чтобы… чтобы ты… — смущаюсь, — в общем я хочу сказать…

— Спасибо, Ален. Мне приятно.

Из спальни доносится плач. Я бегу к сыну. Когда смогла вернуться в гостиную, Максим уже принял душ, переоделся и потихоньку включил колонку. Мелодичная песня наполняет комнату.

— Максим. Спасибо еще раз за коляску, — не знаю, что добавить, я все же надеялась забрать старую от Руслана. Отремонтировала бы.

— Мне несложно.

— Нет, правда. Я на кухне сейчас все разогрею. И пойду.

— Давай вместе поужинаем?

Опускаю взгляд. Внутри восстаёт что-то против этого предложения. Отказываюсь. Уговоров нет, и я поскорее выполняю обещание и ухожу «к себе».

Утром меня ждал новый телефон. В старом что-то с динамиком. Периодически выключается. Видимо, от удара.

— Максим, это лишнее. Пожалуйста, не надо. Я не могу…

— Ален. Это просто телефон, — упрямо сует гаджет мне в руки.

Нет. Это не просто телефон. Это намного больше.

Я от Максима отвернулась тогда. Предпочла ему другого. Растоптала чувства, а они были и довольно сильные. Такая дура, что слов нет. А теперь прошу у него помощи. Ну какой телефон?!

— Я не могу принять. Прости…

— Да он тем более не новый. Видишь… вон, царапина на корпусе. Не заморачивайся. Тебе нужнее, а у меня он все равно валяется.

Нет там никаких царапин. Я же понимаю — новый.

— Ты мне ничего не должна. Купишь себе другой, мне этот вернешь. Такое тебя устроит?

Ответить не успеваю. Мужчина уходит на кухню. А я готова провалиться от стыда на этом самом месте. Чтоб меня, а!

Максим каждое утро выезжает на работу в половину седьмого. Приезжает около семи вечера. Он разрешил пользоваться его ноутбуком. Да и вообще всем, что есть в квартире.

Так прошла неделя. Я бы сказала очень настороженная неделя. Каждый вечер я встречала мужчину ужином, но за стол с ним не садилась: неловко до сих пор. Я находила отговорки, что нужна сыну. Или устала. А сама старалась найти жильё в интернете. И хоть как-то сориентироваться: как жить дальше. Максиму лишний раз боюсь показываться на глаза. А выходить из душа перед сном та еще пытка. Каждый раз он молчаливо провожает меня глазами до спальни, отвлекаясь от телефона.

— Ален, — вдруг слышу тихий стук, — спите?

— Нет-нет, мы с Темочкой тут шепчемся, — поднимаюсь на ноги с улыбкой, мой малыш уже выздоровел и теперь весёлый и довольный. Я перевернула его на животик, и он старательно силится приподнять головку.

— Я присяду? — кивает на краешек кровати.

— Да, конечно! Садись, — зачем-то провожу ладонью по покрывалу.

— Ален, — мужчина осторожно присаживается на расстоянии от ребёнка, серьезно разглядывает моего малыша. — Я хотел поговорить… Вам удобно у меня?

— Да, очень. И я очень тебе благодарна, ты не представляешь насколько.

— Ален, я увидел, что ты квартиру съёмную ищешь. Зачем? Живите пока тут.

— Ну что ты, это нехорошо. Ты очень помог, но у тебя своя жизнь, и мне в любом случае нужна…

— Меня не напрягает это. Мне только кажется, что ты меня избегаешь, — проговаривает медленно, проницательно. — Ты даже ни разу со мной за стол не села.

— Не хочу стеснять тебя…

— Может быть, сегодня у тебя получится немного… пообщаться со мной? Ты можешь с Артемом выйти. Он мне совершенно не мешает, — вновь смотрит на ребенка. — А так… я себя, честно говоря, чувствую лишним. Как будто тебе неприятно, что я за стенкой.

Не торопит меня, ждёт ответа. Он красивый. У него мощные предплечья с паутинкой тугих вен. И глаза… глазами прямо в душу смотрит.

— Ну так что? Выйдешь сегодня? А то я как будто один так и живу, как раньше.

— Извини. Я не хотела тебя обидеть.

— Не за что извиняться. Ален. А может быть, прогуляемся? Ветер стих, на улице тепло. Артёму полезно. Да? — смотрит неуверенно.

Я согласилась. Ветер стих, но на душе буря. Темочка на улице может проспать очень долго. Гуляем мы уже час. Максим заранее заварил мне в свой термос некрепкий чай с малиной.

— Хочешь мороженое? — ловлю мягкую улыбку и задорный вопрос. — Ты раньше любила.

— Нет, я ничего не хочу. Спасибо. Кстати, у тебя хороший район. Очень спокойно. Зелени много.

— Ну да… я… Ален… послушай, — касается моей руки, заставляя остановиться. — Я уже пару дней не могу собраться с мыслями. Я не хочу на тебя давить. Или пользоваться твоим положением. Я просто… хотел сказать…

— Что?

Он подходит ближе, наклоняется. Глаза в глаза. Его взор пленит и затягивает.

— Вы ведь и со мной можете жить.

— В каком смысле?

— Ну ты же к Руслану не вернёшься. А со мной тебе хорошо. Ну то есть, удобно, сама же призналась! — добавляет сбивчиво. — Знаешь. Я долго злился на себя, что отступил и не настоял тогда. Что с Русланом как мужик не поговорил. Что отпустил тебя. Твой звонок, как дуло к виску. Либо да. Либо нет. И я не хочу, чтобы вы съезжали. Я тебе помогать буду.

— Максим, мы плохо друг друга знаем. И это неправильно. Я очень тебе благодарна за помощь. И мне жутко неловко говорить о нас в таком свете. Но ведь остаться у тебя, потому что я вынуждена и потому что мы так оба решили, это разные вещи.

И дело не в том, что у меня есть чувства к Руслану, он их растоптал, когда выгнал меня с сыном на улицу.

Просто это нечестно по отношению к Максиму, когда мне сложно, я даже живу у него, а когда он искренне предлагает начать новые отношения… не знаю. Это как будто запасной вариант. Выглядит ужасно.

— Не так должны отношения строиться. Максим. Я сестре позвонила, она мне займёт немного денег. И я уже нашла несколько подходящих квартир. До конца недели я съезжу с Тёмочкой и просмотрю варианты. И я съеду. Заберу ноутбук у Руслана. Попробую ещё вещи вывезти свои. Я постараюсь скоро отдать все, что ты на меня потратил…

Понимаю, что мои слова звучат отвратительно. Невыносимо их произносить. Но ведь это правда. Максим мне очень нравился. С ним душа летала, с ним красиво было, ярко. Я чувствовала себя нежным цветочком. Но… сказке не место в реальной жизни. И я это понимала и понимаю.

— Зачем тебе чужой ребёнок. Да и тебе всегда будет казаться, что я согласилась, потому что выбора не было. А ты достоин большего. Намного большего.

— Ладно. Тебя услышал. Понял, — переводит тему. — Только про деньги забыли, ок? Пойдём, мороженое все же купим, я обещал, — улыбается. Во взгляде нет обиды или неприязни. Только тепло и нежность, когда Максим на меня смотрит. — Если ты все решила, я могу с тобой проехаться. Глянуть квартиры, — и зная, что я буду отказываться, чтобы все сделать самой, добавляет: — Я даже настаиваю. Отказы не принимаются.