15 Дамир

Проводил Инес и заперся в кабинете. Не ожидал от девчонки такого – слезы, истерики, требования. Эта затея со свадьбой напрягает все больше и больше. Еще и горничная влезла… Как ее там? Бьянка вроде. С одной стороны, уволить бы к чертям. А с другой… Она сказала именно то, что Инес следовало бы знать о Тимуре и его матери. И при этом удачно вывела Мию из-под удара. Даже интересно, что попытается предпринять моя дорогая невеста. Уверен, ее гнев обрушится не на меня. А еще очень надеюсь, что Мия действительно ничего не слышала. Могла и соврать… Эх, пойти что ли к матери? Поделиться проблемой, попросить помощи? Но как представлю ее кислое презрительное лицо, так сразу желание пропадает. Опять же скажет, что запутался в бабах. И будет не права – ничего я не запутался. Невеста, любовница, а горничная… Ну облапал пару раз. А чего сдерживаться было, если она сама буквально висла на мне? Но на этом и все – как ее угораздило наговорить Инес всю эту чушь?! Ненормальная какая-то… Нужно переговорить с ней и велеть вести себя согласно выдуманной легенде. Работать не получалось – случившееся не шло из головы. Я психовал, открыл бутылку виски. Пить, впрочем, не стал – сейчас ясная голова нужна. Постепенно увлекся и провозился до позднего вечера. Немного перекусил на кухне и пошел в детскую. Соскучился по сыну, хоть посмотреть, как он спит. Хреновый из меня отец – перепоручил бабушке и нянькам. А как он орал, когда Мия ушла… Круглосуточно, с небольшими перерывами. Я тогда просто сходил с ума от этого. Показал всем возможным врачам, но это ничего не дало. Тимур был абсолютно здоров. Только мама кое-как справлялась с ним тогда. Потом все как-то наладилось, стабилизировалось, исправилось… И тут Мия снова появилась, будь она неладна. На этот раз выть без перерыва захотелось мне. Отказать не смог, и сразу заметил, насколько повеселел Тимур. Все-таки мама всем нужна… Приоткрыл дверь в детскую. Тишина – это хорошо. Спать давно пора, и не только детям. Сделал пару шагов и чуть не оступился от неожиданности. Мия все еще тут – сидит на кровати и хлопает на меня сонными глазами. – Ты что до сих пор здесь делаешь? – прошипел строго. – Случайно уснула, – пожимает плечами. – Тебя не должны здесь видеть, – припечатываю решительно. – Ты обещал! – упрямо задирает подбородок. – Обещал, – соглашаюсь. – Но на условиях анонимности. Поверь, так будет лучше. – Да?! Боишься, что твоя невеста правду узнает? Игнорирую это глупое предположение и иду к кроватке. Тимур сладко спит, умильно сжав кулачки. Осторожно глажу его по головке. Понимаю, что улыбаюсь при этом. Мия моментально подползает вплотную к прутьям, складывает руки на перилах и ревниво наблюдает за мной. Вот так же она вела себя и после родов – просто не оставляла мне пространства рядом с собой и сыном. – Иди спать к себе, – командую тихо. – А что не к тебе? – язвит в ответ. – Кто у тебя сегодня по графику? Невеста или горничная? – Крепкий здоровый сон, – бурчу в ответ и чувствую, что начинаю беситься. Как?! Как эта милая хрупкая девушка умудряется каждый раз доводить меня до белого каления за считанные минуты? Никогда не понимал и сейчас не понимаю… – Конечно! – шипит придушенным шепотом. – Именно поэтому у тебя не спальня, а проходной двор! И сверлит злым взглядом. Понятно, вот и возмездие за увиденную днем сцену. Крепко беру Мию за запястье и буквально стаскиваю с кровати. Тяну в ванную, подальше от спящего Тимура. Вталкиваю внутрь и щелкаю задвижкой. – Так, – смотрю на нее пристально. – Ты чем-то недовольна? Ревнуешь? Где выход показать или сама найдешь? Отступила на пару шагов, обняла себя руками. А лицо растерянное – видимо, я объяснил достаточно доходчиво. – Не надо, – шепчет и смотрит в пол. – Прости, но ежедневных оргазмов я не обещал, – фыркает, но от комментариев воздерживается. – Как и хранить верность. Все только не мое усмотрение. Поняла? – Да, – кивает и делает еще один шаг назад. Мой охотничий инстинкт буквально вопит, кровь в венах вскипает и устремляется от головы вниз. Да чтоб ее!!! – Мия, – говорю вкрадчиво и шагаю в ее сторону. – А как насчет быстрой разрядки прямо здесь? – С ума сошел! – смотрит возмущенно. – Мы в детской! – Не в детской, а в ванной рядом, – подхожу и обнимаю. – Тимур спит, а мы нет… Начинаю гладить по спине – знаю, как сильно любит это. Целую в шею – Мия теплая спросонья и так вкусно пахнет. Желанной женщиной, моей женщиной… Мурлычу как сытый кот ей в волосы, уговариваю ласками, ищу нужные точки. И вроде бы Мия начинает поддаваться, расслабляется в моих руках, откидывает голову, подставляясь под поцелуи. – А Бьянку ты тоже здесь трахал? – вдруг шепчет в самое ухо. Меня будто током ударяет – весь настрой пропадает моментально. Придушу сейчас паршивку. Но Мия не дает опомниться. Пока я, негодуя, подбираю слова, она выскакивает за дверь. А когда устремляюсь за ней, уже скрывается в темноте коридора. Вот стерва! Сажусь на кровать, пытаюсь отдышаться. Как же я устал… Но в чем моя вина? Эта горничная вообще непонятно с чего свалилась на мою голову! В дополнение к остальным проблемам… Ладно… Привожу мысли в порядок. Выдыхаю. Чем я планировал заняться? Выспаться. Вот так и поступлю. А наказания, сладкая месть и сладкая девочка подождут до завтра. Тем более нужно быть в форме – возможен визит родителей Инес. Придется объясняться, лебезить, оправдываться. Еще и маму с утра надо будет подготовить к подобному развитию ситуации. Ох, и влетит мне… Так и случилось. Выспаться не сильно вышло. Постоянно просыпался от ярких эротических видений. Разумеется, с Мией в главной роли… Встал разбитым, злым, перевозбужденным. Час провел в душе, пытаясь сделать из себя нормального человека, а не опухшего озабоченного дикаря. К завтраку спустился уже в нормальном настроении. Но едва вошел в столовую, сразу понял, что ни улыбка, ни чисто выбритые щеки, ни идеально выглаженная рубашка меня не спасут… Матушка кромсает ни в чем неповинный эклер с такой силой, что посуда звенит не слишком соответствующе этикету. Завидев меня, она и вовсе бросает нож и вилку и берет несчастный истерзанный десерт рукой. Откусывает, прожевывает, следя за моими перемещениями. На всякий случай сажусь как можно дальше, заискивающе улыбаюсь, наливаю кофе из кофейника. Беру сэндвич и предусмотрительно молчу. Может, дело и не во мне вовсе… – Мне сегодня звонил отец Инес, – проговорила мама, разделавшись с эклером. – Догадываешься, о чем был разговор? И взгляд острый, как бритва… – Понятия не имею, что вы там еще задумали по поводу свадьбы, – изображаю святую невинность. – Будь моя воля, ограничился бы регистрацией. Да, мамочка, пытаюсь перевести тему. Все эти цветочки-платюшки уже порядком поднадоели. Просто напоминаю, что мне тоже не сладко. – Ты знаешь, я была против, когда ты решил рассказать невесте о Тимуре. Не потому что я такая ужасная бабушка, а потому, что это явно лишнее, учитывая контекст. Но ты пошел дальше! Мама перешла на фальцет – значит, дело дрянь. Похоже, Инес восприняла слова Бьянки слишком близко к сердцу… – Это не я, – поспешил откреститься. – Это горничная. Которую ты, конечно, не уволишь, даже если я попрошу… – А как я смогу?! Она же мать твоего ребенка, – ядовито проговорила мама. – Прекрати этот цирк, мама, – поморщился. – Я понятия не имею, почему Бьянка рассказала все эти небылицы Инес. Вот ни одной мысли на этот счет… – Ни одной?! – матушка явно не желала успокаиваться. – А я назову тебе единственную достаточную для этого причину, сынок! Просто прекрати лезть на все, что движется! – Фу, как грубо, – попенял матери. – С горничной у меня ничего не было. Клянусь. Мама не нашлась, что ответить. Только недоверчиво смотрела на меня. Ну да, обычно я не вру о таком. Особенно, когда уже к стенке приперли… – Дамир… – Пусть все остается, как есть, – перебил ее. – Хочет Бьянка получить порцию ненависти и гадостей от моей невесты? Выбор ее. Меня очень устраивает, что внимание Инес будет сосредоточено не на той девушке. – Понятно, – мама поджала губы. – Мию прикрываешь. – Да в том и дело, что девочки там между собой затеяли непонятную возню. Я ни при чем… – Ты всегда ни при чем. Даже когда дети появляются… – А что ты так во множественном числе? – вскинул удивленно брови. – Насколько мне известно, ребенок у меня один. Ты знаешь то, чего не знаю я? – Нет, просто некорректно сформулировала, – отмахнулась мама от моих подозрений. Но я действительно что-то разволновался. Это после знакомства с Мией стал примерным мальчиком, а до был достаточно неразборчивым. До определенного предела, но все же… – И? Чего будущий тесть хотел? – Для начала твою голову на блюде, – фыркнула мама. – Но мне удалось его немного успокоить… Инес, оказывается, им про Тимура ничего не сказала. – Я так и понял. И очень надеялся, что она и дальше будет умненькой девочкой… – Сеньор Ферри приедет вечером, чтобы обсудить кое-какие правки к брачному контракту. – Будут требовать лишить моего первенца всего? – задумчиво покрутил в пальцах десертную вилку. Ожидаемо, но очень неприятно. Особенно гадко, что возможности отстаивать интересы Тимура у меня нет. Придется подписать, что дадут. – Ты не об этом печалься, Дамир. Твоего у Тимура никто отнять не сможет, а вот позволят ли они огласку в будущем – большой вопрос. – Что ты имеешь в виду? – спросил напряженно. Я считал, что вопросы наследования – это максимум, что меня ждет. А о чем мама говорит, я вообще не понял. – Думаю, Ферри будут настаивать, чтобы ты отослал и сына и его мать. – Этого не будет. Даже обсуждать нечего – Тимур будет жить со мной, расти у меня на глазах, воспитываться под моим присмотром. – Тебе придется найти аргументы, чтобы убедить семью невесты. Потому что иначе… Ты и сам все знаешь. – Да плевать мне на это! – вскочил со стула. – Пусть что хотят делают! Я Инес ничего не обещал! Ни любви, ни верности! И поначалу всех все устраивало, а теперь претензии начались? Нет уж, взять себя за горло я не позволю! Не нравится что-то, других невест в Милане полно! – Ну да, ну да… Поэтому мы так долго искали подходящую девушку. – И нашли. И еще найдем. – Вот вечером сеньоры Ферии так и скажешь, – хмыкнула мама. – И главное, уверенности в голосе побольше. На меня орать не надо. – Я и не ору, – сел на место. – И все скажу вечером. Тебе вообще не обязательно присутствовать. – Нет уж, сынок, я приду. – Как хочешь, – буркнул расстроенно. Ну вот – с мамой все же поссорились. Еще вечером переговоры эти – чувствую себя куском ветчины на прилавке… А все папины штучки, будь он неладен!