Глава 6

Рита

- Ритуля, поехали? – Сергей берет меня за руку, ведет на выход из кафе.

Рядом с машиной лужа, он проезжает чуть вперед. Снова выходит из машины, помогает забраться на переднее пассажирское.

- Дорогая, кондиционер на тепло включить?

В этом весь Сережа, задаст массу наводящих вопросов. «Как тебе удобно?», «Чего бы ты хотела?», только выслушав тебя, сделает так, чтобы было комфортно именно тебе. Не ему.

Муж всегда поступал по-своему!

В новом джипе Сергея тепло и уютно, пахнет свежая кожа сидений. Этот особый запах новизны, который не передать словами, только эмоциями. Кружит голову.

- Поздравляю тебя с покупкой! – обвожу пальцем салон авто.

- Спасибо, - кивает и на мгновение его лицо искажается. – Скоро я получу хорошие дивиденды. Могу себе позволить.

Отворачивается от меня, упирается взглядом в дорогу.

Выезжаем на шоссе, и я откидываю спинку автомобильного ресла, устраиваюсь удобно.

Меня везет мужчина, в этом есть особый шарм. Не нужно следить за дорогой, думать, какой осел тебя обгонит, и какая очередная мамзель куда свернет перед твоим бампером, забыв при этом включить поворотник.

Быть за спиной у мужчины – это подарок небес. Кажется, я его получила.

От Машеньки приходит очередная эсэмэска.

Маша: «Мама, ты скоро?»

Рита: «Семь минут, мы уже на повороте».

Маша: «Мы?»

Жутко беспокоюсь о дочери, ведь я должна была быть дома час назад. Маша позвонила уже три раза, спросила, когда вернусь, я ответила, но она так и не успокоилась. Строчит мне месседжи уже десять минут.

Набираю дочь:

- Машуня, я сдала авто в сервис. Меня подвозит друг. Девочка моя, няня еще у нас?

- Няня Вика уже ушла! - говорит с обидой дочь.

- Ты включи телевизор пока на кухне. Пускай он «разговаривает», это действительно успокаивает.

- Мам, мне страшно, кажется мышь шуршит на кухне. Я боюсь туда зайти!

– Детка, у нас нет мышей, а если бы были ты же знаешь, что наша кошка давно бы их изловила. Пусти ее впереди себя.

Ежусь, вспонив как год назад наша Артемида – богиня охоты на мышей притащила мне свою последнюю добычу. Я проснулась, а у меня «серая» на подушке.

Чуть инфакрт не словила.

Благо дочь не видела, только слышала мой истошный крик.

- Детка, если хочешь, мы позовем к нам жить бабушку.

У меня нет мамы, я же детдомовская. Но у нашего папы – Матвея – есть. Хорошая мама, добрая свекровь. Мы немного отдалились за этот год друг от друга, но в целом, если ее попросить, то она приедет.

- Не надо, мам, я уже взрослая! Мне ты нужна.

- Приехали, - сообщает Сергей.

- Дочка, мы приехали, - радую наследницу.

На улице уже кромешная темень. Представляю, как ей страшно одной в доме.

Открываю с пульта ворота, въезжаем во двор.

- Подъезжай к крыльцу.

Сергей останавливает машину напротив высокого крыльца. Выходит из машины, помогает мне выбраться.

Эти его джентльменские замашки немного раздражают. На мгновение возникает чувство, что они сыгранные, отрепетированные.

Тут же одергиваю себя.

Если мужчина достойный, но не женатый, то обязательно с ним что-то не так?

Кто придумал это ерунду?

Ответ найти просто - ему еще не встретилась его женщина!

- Заходи, - говорю Сергею, гладя на любопытную мордашку дочери, прижатую к стеклу окна изнутри.

- Уже поздно.

- Я тебя только на ужин зову. Познакомлю с наследницей.

- Уверена? – морщит лицо, словно я ему предложила нечто страшное или не входящее в его планы.

- Нет, но когда-то же нужно начинать.

Подхожу к двери, открываю своими ключами.

У нас дом простой, не умный, но в нем много всякой разной техники напичкано. В целях безопасности дочери.

Начинает пикать сигнализация. Тут же отключаю ее.

Машуня бросается ко мне со всех ног. Льнет. Чуть склоняюсь, целую ее в светлую макушку.

- У нас гости!

- Зачем? – недоуменно хлопает она большими мамиными серыми глазами на Сергея.

- Так принято. Человек мне помог в трудную минуту, я должна его хотя бы чаем напоить.

- Но это не человек!

- А кто? – смеется Сергей.

- Мужчина, - дочь прячется за меня.

Смеюсь вместе с Сергеем, который в этот самый момент уже разувается.

- Мария, верно? – интересуется он у моей дочери. – Идем на кухню, покажешь, где шуршало.

- Кстати, где Артемида? – оглядываюсь по сторонам.

- Она спряталась на верху, как только шорох на кухне услышала, - с обидой говорит дочь.

- Понятно. Значит год назад не только я испугалась охоты!

Сергей уводит Машу на кухню, и я слышу шорох. Следом за ним крик:

- Мама, это был пакет!

Фух, выдыхаю я. Поднимаюсь к себе наверх, чтобы переодеться. Спустя несколько минут слышу крик дочери, глухое рычание мужское, и хлопанье дверями на первом этаже.

Поспешно спускаюсь.

Вижу на кухне следующую картину.

Маша стоит около холодильника, вжалась к него спиной. Расставила широко ноги, вытянула вперед руки.

- Это не твой холодильник! - шипит она.

- Что случилось? – гляжу на раскрасневшееся лицо мужчины.

- Рита, поверь, я не хотел ничего плохого.

- Ага! Ты полез в наш холодильник!

- Я хотел достать продукты, и приготовить ужин для тебя и твоей мамы, - оправдывается Туманов.

- Тебе нельзя!

- Потому что я мужчина?

- Ты чужой! Если бы папа был здесь, то ему было бы можно!

Ах, вот в чем дело - Машка уже ревнует.

Это точно тлетворное общение Матвея.

- Сергей, садись. Виктория приготовила ужин. – Скашиваю глаза на духовку. – Сейчас будем ужинать.

Не могу позволить бывшему мужу распоряжаться в моем доме через наследницу.

Дочь красная как рак, пышет ненавистью к гостю.

- Милая, ты же помнишь, что дядя Сережа прилетел ко мне на вертолете, чтобы спасти меня?! – сверлю ее пристальным взглядом.

- Он волшебник что ли?! Тогда с него пятьсот эскимо!

- Почему? – спрашиваю и нервно сглатываю.

- Как в песне!

- Будет тебе эскимо. Завтра! А сейчас марш спать, если не хочешь есть, - говорю жестко.

- Нет уж, я поем, - капризная папина дочка усаживается за стол. Зыркает на Туманова подозрительно. На меня – с обидой.

Сергей ежится игриво, изображает страх.

Смеется на беззвучном режиме.

Только мне совсем не смешно!

Интересно наблюдать за одиннадцатилетней девочкой, отстаивающей права своего отца! Которого здесь нет и уже никогда не будет.

Но Маша – папина дочка.

Ей этого не понять. Ведь папа всегда рядом с ней – он живет в ее сердце, он на круглосуточном созвоне.

Ей невдомек, что ее золотой папа – эгоист и предатель.

В моем сердце Матвей оставил лишь дыру, которую не в силах залатать даже время. Снова кровоточит после встречи с ним.