Глава 16 · Денис

По пути к дому Крис мне удалось успокоиться. Я понимал, что она беременная и надо быть как можно сдержаннее, но при этом не оставить сомнений в серьезности своих намерений. Кристи открыла мне дверь в легком коротком халатике, хотела кинуться мне на шею, но увидев мое лицо, отпрянула назад. Я вошел в квартиру, закрыл за собой дверь и прошел в комнату.

— Я пришел показать тебе занимательное видео, как мы с тобой зачали этого ребенка. — достал телефон, включил видео и разверну телефон экраном к ней. Вся краска сошла с ее лица в туже секунду, как она посмотрела на экран и увидела себя с телефоном у моей кровати. Я специально включил тот фрагмент, где она через минуту мажет глаза мазью, вызывая у себя слезы к приходу моего отца. — Актриса! Вот почему каждый раз ты отворачивалась от меня или терла платком свои очи, а потом из твоих глаз целые реки вытекали? — прохожу и сажусь в кресло. — Ты играла на чувствах моего отца, который не находил себе места не зная как помочь сыну. Ты не оставила меня в покое, как я тебя предупреждал. Ты думала, что я идиот и поверю тебе на слово, тщательно не проверив информацию? — смотрю на нее со всей серьезностью. — Сейчас, в твоих интересах ответить честно на все мои вопросы. И если я, хоть в чем-то почувствую ложь… — Крис кивает и садится в кресло напротив меня. — Зачем ты приходила в больницу? Зачем этот спектакль был нужен? И кто на самом деле отец твоего ребенка? Хотя последнее, как раз волнует меня меньше всего. — она долго смотрит на меня и молчит. Жду.

— Сначала я пришла поддержать тебя в больнице. Думала ты оценишь и мы… — замолчала, подбирая слова. — Мы будем вместе. Ведь эта… она тебя бросила и уехала во Францию, а я была рядом. Но когда в больнице я узнала, что врачи не дают никаких прогнозов, что все зависит только от твоего желания жить… — Кристи замолчала и отвела взгляд, понимая, что мне не понравится услышанное дальше. Потребовал продолжать. — Я знала, что твой отец вдовец и решила, что если рядом с ним будет убитая горем невеста его сына, то он проникнется… — говорит чуть тише. — Я перееду к нему, чтобы нам легче было пережить горе от твоей утраты. А дальше мы… — у меня задергался глаз, и мое лицо перекосило от ярости. Крис, увидев это, замолчала и вжалась в кресло. Это какой надо быть расчетливой стервой, что бы придумать такое? Я вскочил, подошел к столу и налил себе воды. Надо было срочно успокоиться и взять себя в руки. Выпив залпом стакан, кивнул, чтобы продолжала. — Потом, на вечеринке в клубе, я много выпила и забыла о защите. Я перед этим пила антибиотики, а они ослабляют действие противозачаточных таблеток. Думала, пронесет, но после узнала, что беремена… — трет лицо руками. Я сажусь обратно в кресло и сжимаю подлокотники руками. — Сказала твоему отцу, что надо уехать на два дня к родственникам, навестить заболевшую маму. Сама поехала в другой город по-тихому сделать аборт. Там работает моя подруга, которая обещала сделать все анонимно. — Крис встала и тоже налила себе воды. Я видел, как дрожат ее руки. Она нервничала. — Но потом мне пришло в голову, что это прекрасный шанс… Внук, от погибшего сына. — она пьет воду и продолжает, не поворачиваясь ко мне. — Договорюсь с подругой, мне вызовут роды на два месяца раньше, а по документам сделают, что родила в срок, просто слабенького. — она возвращается со стаканом обратно в кресло. Я смотрел на нее и думал, что если бы не ребенок в ее животе, то сегодня меня посадили бы за убийство человека. Ее хладнокровию в разработке плана, можно позавидовать. — А когда вернулась и планировала обрадовать твоего отца… — отрывает взгляд от стакана и смотрит мне в глаза. — Случилось чудо… Ты очнулся! Увидев тебя, сидящим на кровати, я поняла, что ты поправишься и мой план провалился. — сжимает стакан сильнее. Вижу, как белеют ее костяшки. — Сдаваться не хотела и испугалась твоего гнева. — смотрит испугано на меня. Снова отпивает воду. Ее зубы стучат о край стакана. — Пришлось импровизировать и быстро менять план. — я встал и подошел к окну. Смотрел вдаль на высокие новостройки и думал, где я так согрешил? Как я раньше не разглядел в ней змею? Причем, настолько хладнокровную и изворотливую, что будь у нее побольше мозгов и возможностей, она была бы очень опасна. Разворачиваюсь к ней.

— У тебя ровно три дня, чтобы собрать свои вещи и уехать к себе в деревню. И не вылезать из нее ближайших лет двадцать. — говорю тоном, не терпящим возражений. — Все это время за тобой будут следить мои люди. Они проконтролируют, чтоб ты в срок покинула город, оказалась под боком у своих родителей и не выползала от туда все эти годы. — я знаю, что она сбежала от них в Москву, считая, что «ходить по колено в навозе, доить коров и кормить кур, не то будущее, которого достойна такая красивая девушка, как она». Это она мне однажды рассказала, перебрав со спиртным. Для Крис, возвращение в деревню, как побитой собаке, будет лучшим наказанием. Кристи бледнеет, ее взгляд бегает по комнате, пытается придумать что-нибудь на ходу. Нет, дорогая, ничего у тебя не получится. Ты отправишься к себе домой, и я не пожалею для этого все свои силы и возможности. — В противном случае ты отправишься в тюрьму на эти же годы. Поверь, у меня достаточно связей и денег, чтобы органы нашли, в чем тебя обвинить и упрятать на ближайшие лет двадцать — тридцать. — конечно, я не буду этого делать и найду другие способы вернуть ее туда, откуда эта змея выползла. Но при отсутствии мозгов в этой головушке, простых угроз с обещанием отправить ее в тюрьму, будет достаточно. После всего мной услышанного, я считаю, за решеткой ей самое место. Но, к сожалению, за мечты о смерти человека и желание хорошо устроится и разбогатеть, за счет другого… убитого горем отца, у нас не сажают. Страшно представить, что она могла сделать с моим папой, если бы ее планы сбылись. — она кивает. Я встаю и выхожу из квартиры. Спускаюсь и подхожу к машине своих безопастников. Отдаю им распоряжение, приставить наблюдение за Кристи. После того, как в меня стреляли, отец приставил ко мне охрану, боясь повторения подобного. Пришлось согласиться на первое время для его спокойствия. Хочу, чтобы он пришел в себя и поменьше нервничал. Папа очень сдал со всеми этими переживаниями, сидя без сна у моей кровати.

Через несколько дней мне доложили, что Кристи перевелась на удаленное обучение, собрала вещи и уехала к родителям. От ребенка она избавилась, так как он был ей больше не нужен. Малыш, это единственное, кого мне было жаль. Я надеялся, что в ней хоть немного проснутся материнские чувства, но как оказалось, их там попросту не было, только голый расчет и жажда наживы.

Отец очень расстроился, что она уехала. Обвинил меня в черствости, бессердечности, сказал, что я обидел хорошую девушку. Пришлось в облегченной версии рассказать, о ее планах, и что она за человек. Верить он отказывался, и тогда я показал ему видео из больницы. После этого отец пришел в ярость и сказал, что она никогда не покинет свою деревню, ни через двадцать, ни через сорок лет, и будет выполнять в своем колхозе самую грязную работу, он лично этому поспособствует.