ГЛАВА 22

Август 1997 . П. Сылва

Через месяц Герман буквально отловил на улице Тимофеева, который как раз направлялся в ресторан «У рыбака». Ну а чего такого? Место очень хорошее и недалеко от его работы. Цены очень даже приемлемые, а уж сама еда – просто загляденье.

Герман недолго думал, когда столовая на базе и ресторан заработали в полную силу, поручив матери Архипа осуществлять контроль за качеством еды и блюд на всех объектах «Титана». К чему она относилась очень ответственно, и свежесть и вкус еды на всех объектах были просто исключительными. А её борщ, жаркое и окрошка, ждали Германа на любом объекте их компании.

Они с главой прошли в один из приватных залов, который был сделан Архипом специально по заказу Германа. Ресторан был полностью перестроен. Его площадь стала раза в три больше, чем до этого, а помимо обычного зала для повседневных посетителей, был большой зал для банкетов, а также два приватных кабинета.

Один из них всегда был свободный, т.к. все знали, что Герман и Алекс могут появиться в ресторане в любой момент.

Они сели за стол. Перед Германом сразу поставили большую тарелку борща, а перед главой стандартный обеденный набор из «дежурных» блюд, а потом молодая девочка официантка сразу удалилась из комнаты.

- У меня тут одно предложение к вам есть. Которое обезопасить и сделает более комфортной жизнь для всех жителей посёлка.

- Ох, вы опять что-то придумали, Герман, - глава закатил глаза, а потом посмотрел на собеседника.

Герман улыбнулся, а потом доел свой борщ, а теперь ожидал второе – стейк с кровью, попивая при этом морс из клюквы со льдом.

Сколько Тимофеев помнил, Герман очень редко употреблял алкоголь, а если и пил, то никогда не пьянел, что было странно, но не так сильно, как его отношение к поселку, заводу и людям.

Недоумение Романа Константиновича было совершенно обоснованным. Он ведь не в пустыне жил. И регулярно бывал в областной правительстве, где заслушивали глав городов, городков, поселений и деревень по поводу их управления своими территориями.

У всех наступила полная разруха с Содом и Гоморрой в одном флаконе. Из-за творящегося во всей стране. Полный хаос во многих отраслях, общее обнищание людей, от чего они становились злыми, общее настроение у всех было одно - всё катится в пропасть!

Честно говоря, Роман Константинович после прихода «Титана» в его посёлок какое-то время испытывал иллюзии, думая, что у него в поселке почти также, как и во всей области. Ну хотя бы не так плохо.

Но потом иллюзии рассеялись, и он даже был вынужден занижать показатели своего района. Вернее, многое просто утаивать. Будто чувствуя, что не стоит в эти времена говорить, что у него в районе почти всё отлично, ну по сравнению с остальными.

Мало того, что сейчас предприятия «Титана» платили какие-никакие налоги, так они ещё вкладывали деньги в инфраструктуру района. Только Герман ему честно сказал, что платить налоги в полном объеме они не будут. Да и какой бы дурак начал их платит полностью?! Государственная Дума напринимала их столько в безумном раже, что если бы их действительно платить полностью, то получалось, что коммерсант бы выплачивал не только всю свою прибыль, но еще бы должен государству оставался.

«Роман Константинович, ну я же не идиот с Алексом, чтобы платить налоги, которые большей частью украдут! Мы сделаем проще для всех: и вас, и нас. Вы наши налоги лучше на зарплаты людям тратьте, а со всем остальным мы разберемся», - вспомнил слова Германа Тимофеев.

Как-то Герман в этом же ресторанчике положил перед ним таблицу на бумаге и дал быстрый расклад по выплате налогов. И сразу поставил вопрос ребром, что вот это он точно будет платить, но вот это – извините-подвиньтесь, но есть другая схема для наведения порядка в поселке…

Роману Константиновичу на стол положили папку с планами «Титана» по посёлку на ближайший год: по мере возможностей, один за другим, все социальные объекты: детские сады, школы и больница в их посёлке будут капитально отремонтированы, с заменой всех коммуникаций.

При СССР на единственной дороге в посёлок стояло здание – пост ГАИ, который пропускал только по пропускам: работников и жителей посёлка, из-за завода, дорога к которому вела через посёлок.

С началом Перестройки въезд в посёлок стал бесконтрольным и дежуривших на посту круглосуточно сотрудников милиции убрали, и здание поста верно, но верно разрушалось.

В начале 1998 года Герман пообщался с Архипенко, о чём именно, Трофимов не знал, но пост ГИБДД был капитально отремонтирован, а площадь его увеличена в два раза, а сотрудники милиции вернулись к круглосуточному нахождению на нём. Проверяя все подозрительные машины, въезжающие в посёлок, с досмотром, если это требовалось.

Глава как-то даже посетил пост, удивившись тому, что наконец-то там сделали теплый туалет и душ, комнату отдыха с двумя диванами и телевизором. Каждую неделю к посту приезжала цистерна и откачивала из септика нечистоты. Архипенко с дежурившими сотрудниками милиции гордо ему показали скрытые металлические боксы с каждой стороны дороги, в которых лежали металлические ленты с шипами, которые можно было раскатать по дороге за несколько секунд. Сделанные на их родном заводе умельцами за короткое время.

«Какая-то» организация в качестве благотворительности купила для ОВД совершенно новые два УАЗ-469, а также две ВАЗ-2109.

Имеющиеся два «бобика» и две древние «Волги», давно выработали ресурс, их надо было списать ещё лет пять назад. Только кто же даст это сделать? Денег на покупку новых не было, а ездить на чём-то милиции надо, так что вот так и жили, передвигаясь на машинах, которые большей часть времени ремонтировали.

УАЗ-ки перед передачей их милиции были полностью разобраны и перебраны. «Девятки», так вообще были какой-то специальной сборки, т.к. резко отличались по качеству от обычных выпускаемых заводом «ВАЗ» машин.

По двум сделкам с Алексом по его же требованию контрагенты рассчитались новыми УАЗами и «жигулями» экспортной сборки для продажи за границу: мощность двигателей и их сборка было на порядок выше.

Единственная автозаправка в посёлке, выкупленная какой-то компанией «Рога и копыта», выделяла по талонам раз в два дня по 20 литров топлива на новые УАЗы и по 10 литров на «девятки».

Кто и как выдавал эти талоны Архипенко никому не было известно, но выдавал их лично он каждому водителю под роспись, а потом требовал отчёта за каждый литр бензина.

Начальству было плевать, что и как. Обычно топливо выделялось очень мало, да и ездить за ним надо было в город.

Конечно, с топливом в стране более-менее для правоохранительных органов стало получше. Но в отдаленных местах на периферии часто топливо покупали сами сотрудники милиции, чтобы не ходить пешком.

Начальник ОВД предупредил всех, что лично оторвёт яйца тому, кто будет кататься по своим делам или тырить бензин, а за свои слова он отвечал, так что дураков не верить ему не было. Ещё бы, в самой Перми водители милицейский машин изредка просили сотрудников, которые выезжали по служебным делам, сбрасываться, чтобы заправить машины…

- Как вам предложение о создании патрулей совместно с сотрудниками милиции?

- А зачем вам это? – не выдержал Тимофеев.

- У меня полно ребят, который обучаются у нас. Разве плохо, если они будут контролировать порядок в посёлке, а также заработают денежку малую, так кто же против?

Герман озадачил главу поселения тем, что по согласованию с полковником будут созданы патрули совместно с сотрудниками милиции и членами патриотического клуба.

- И всё это будет на базе ДНД, ну кто совершеннолетний, все получать удостоверения дружинников. Так что со стороны закона к нам, да и к вам, претензий быть не должно, - вытер салфеткой руки Герман, закончив есть своё второе блюдо – жаркое с картофельным пюре. – Всё-таки хорошо здесь готовят.

Он встал и подошел к большому окну, которое выходило прямо не реку, сейчас покрытую толстым льдом…

- Я люблю порядок и спокойствие… - неожиданно начал Герман, который молчал две или три минуты, а потом повернулся: - И хочу, чтобы обычные люди здесь жили нормально, - закончил он, глядя прямо в глаза главе. – И не люблю наркотики!..

- И поэтому вы в органах работаете следователем? Хотя простите, это риторический вопрос, - Тимофеев опустил взгляд, когда Герман укоризненно посмотрел на него.

Тимофеев понял, что перегнул палку. Да, он всё прекрасно понимал с этой ситуацией в стране. Тем более, что Герман был не самым плохим коррумпированным сотрудником в стране. Хотя… даже если он коррумпирован, то как он действует и делает… это перекрывало многое, если не всё.

И по поводу наркотиков... это было бедствие для Перми, и это не обошло их посёлок. Но когда «Титан» выкупил пионерский лагерь и начала стройку, то пару-тройку товарищей, которые торговали в посёлке наркотой, вдруг куда-то исчезли.

Уже потом, по большому секрету Архипенко ему рассказал, что все живые, никого не убили. Только всем торговцам «дурью» неизвестные с закрытыми лицами и в военной форме без знаков различия переломали руки и ноги, потом выкинули из посёлка. И под страхом смерти запретили появляться в нём.

Несколько сотрудников Петрова столкнулись с этой заразой: у кого-то друзья детства, а у кого-то родственник умерли или стали конченными наркоманам. Так что тому пришлось останавливать своих людей, ограничившись оформлением инвалидности, а не образованием свежих покойников.

И Тимофеев сделал правильные выводы, прекрасно поняв, кто это сделал и почему. И видя такое отношение не только к тому месту, где эти непонятные коммерсанты создали свою базу, но соблюдали порядок и никому не давали «резвиться», Роман проникался всё большим уважением к ним. Особенно к Герману, т.к. он понял, что главный в этом тандеме именно Герман.

Ну а Герман не стал рассказывать, что именно ему пришлось с Петровым и его людьми, ночью посетить один небольшой цыганский посёлок на краю Перми, где жил один цыганский барон, который посчитал, что продажа наркотиков – это самое «лучшее» дело на земле.

В одну из темных ночей единственная дорога в посёлок была заблокирована, а спустя час почти всё дома в посёлке почти одновременно вспыхнули, будто облитые бензином. Хотя так потом и оказалось по выводам экспертов из МЧС.

Цыганского барона и двух его ближайших помощников обнаружили с переломанными ногами и руками: все суставы были раздроблены вдрызг.

Пожарные подъехать не смогли, т.к. единственная дорога была перекрыта упавшим грузовиком, угнанным у тех же цыган.

На месте пепелища обнаружили несколько листков бумаги на столбах забора: «В следующий раз очередной торговец дурью получит кол в зад».

Конечно, данная акция не могла полностью прекратить наркотрафик в город, но он упал до минимального уровня.

**********

Шуму было много, так что обсуждалось это не только обычными гражданами, но и в самих правоохранительных органах. Поджигателей искали, но никаких следов они не оставили.

Покалеченные цыгане твердили о том, что видели неизвестных людей, лица которых были скрыты, те ничего не спрашивали и не требовали, а просто покалечили главных виновников и скрылись.

Несмотря на расстояние в 400 километров между Екатеринбургом и Пермью, связь между городами была достаточно тесной, так что происходящее в обоих городах быстро связали между собой те, кто был в теме. Большая часть сотрудников правоохранительных органах из Перми учились в Екатеринбургском юридическом институте, так что часто общались со своими коллегами из этого города и получали от них информацию в режиме реального времени.

Да, шуму в Екатеринбурге было много, да и в Перми Герман немного «пошалил» – опять заговорили о появившемся Карателе.

- А мне нравится его стиль, - вдруг заявил Паша, когда они сидели в своём кабинете с Манаром и Германом.

Манар с вопросом в глазах посмотрел на него

- Не, ну а чо? Торгуете дурью? Готовьтесь к проблемам. У меня у брата его одноклассник от передоза умер! После этого я должен их жалеть? – со злостью в глаза посмотрел он сначала на Германа, а потом на Манара.

Манар пожал плечами, а Герман хмыкнул на такое высказывание, но не стал продолжать этот разговор.

- Ты лучше скажи, когда Игнатова допросишь?

Они с Пашей работали по одному уголовному делу и распределили между собой ряд допросов: Герман уже всех допросил, а Паша никак не мог допросить последнего.

- Мне-то пофиг, ты главный в группе, а Кузнецов с тебя в понедельник спросит! – иронично закончил Герман.

- Блин! Слушай, помоги, а! – вдруг попросил Паша Германа, зная, что тот фантастическим образом может всегда добыть любую информацию и любого свидетеля в кратчайшие сроки.

- Ром, привет. Тут Паше надо свидетеля по делу Игнатова вытащить на допрос… Да, Хоменко... Хорошо, что помнишь. Ты его найди сейчас и к нам. Ну добро! – положил Герман трубку. – Должен будешь.

- Клянусь! – шутливо поднял руку к потолку Паша.

Роман сейчас на постоянной основе работал в прокуратуре при отделе по расследованию особо важных дел. Герману путем ряда манипуляций, удалось перевести Романа из ОВД района в городской отдел.

И начальник отдела уголовного дела города, отдал Романа в безраздельное пользование прокуратуре. Сначала поворчав, что у него забирают сотрудника, а у него итак некомплект, да ещё Роман и не вылезал из прокуратуры, постоянно работая по различным уголовным делам. Но потом просто нарадоваться не мог, т.к. хотя Роман в городском управлении появлялся может быть пару раз в месяц, но Герман постоянно «закрывал» Роману «карточки» (учёт уголовных дел) и присылал постоянно благодарственные письма за подписью Кузнецова начальнику отдела, прося поощрить лучшего сотрудника уголовного розыска.

С учётом того, что Роман практически на появляясь на работе, тем не менее «закрывал» почти половину работы своего отдела, то высокое руководства города милиции, удивленное отличной работой городского отдела уголовного розыска и постоянными хвалебными бумагами из прокуратуры, не уставало поощрять начальника отдела различными поощрениями и премиями, а тот не забывал Романа, чтобы тот помнил добро.

Роман был прикреплен к следственной группе, состоящей из Урюпина Паши и Германа, изредка его присоединялся к группе Манара. Но фактически Роман работал только с Германом. И никого это не трогало, т.к. пользы от Германа было много, тем более, что расходные материалы к принтерам и факсам требовались всегда. И по мере необходимости какая-нибудь компания дарила расходники городской прокуратуре.

Мало того, что для Роман перевод в городской отдел уголовного розыска было серьезным повышением, так ему каждый месяц лично Германом с момента начала работы оперативника на него, без слов выдавался конверт с деньгами на оперативные расходы.

То, что реально выдавало государство на эти расходы – это были слезы, так что Роман даже не ходил получать их в главке. Да, к хорошему привыкаешь быстро, а триста долларов в конверте – это были деньги! Это было три месячных его оклада, да ещё и с премией.

Отчета за эти деньги Герман от него не требовал, но прямо сказал, что весь этот аттракцион невиданной щедрости пока тот выполняет его указания. И никаких связей с криминалом, а работа только по его профилю. Но если…

Ещё Герман выдал ему деньги, потребовав купить машину, чтобы тот всегда был на «колесах», а то пешком много времени тратиться. И Роман купил «шестерку» трехлетку и гордо рассекал на ней по городу, выполняя поручения начальника.

Роман проникся, каким-то шестым чувством, он ощущал, что с Германом шутит не стоит. Как и многие он чувствовал, что с Германом что-то не то, и периодически от него начинает веять жутью. Хорошо, что не в отношении близких ему лиц, но вот другие…