Пятая глава

– Хоккей? Вот уж удивил! А почему бы и нет, собственно говоря! – Никогда в жизни не была на хоккейном матче. Даже не представляю, как это. А где будет проходить матч? – спросила, ещё сомневаясь, идти ли. – На ЦСКА арене. Ты, где сейчас? – бодро заговорил Марк, вовлекая меня в диалог легко и естественно, отвлекая от навалившихся воспоминаний и противного послевкусия столкновения с Жанной. – Еду на такси по Варшавскому шоссе. Сейчас в районе Нагатинской, – ответила, вглядываясь в окрестности. – Отлично! – обрадовался Марк, и тут же переспросил другим, взволнованным голосом, – Так. Стоп. А почему на такси? Случилось что? Рассказывать перипетии своей странной жизни незнакомому парню? Я пока не готова, но за искреннюю заинтересованность спасибо. Это приятно. – Машина в ремонте, – ограничилась я кратким. – Понятно, – выдохнул Марк и добавил, – впрочем, расскажешь мне, что случилось, о’кей? Затем помолчал минутку и продолжил: – Хорошо. На Тульской выходи и подожди меня минут пять-десять. Я подхвачу тебя. А чтобы ты не скучала, пока ждёшь меня, я буду всё это время говорить с тобой по телефону! – А мы на ты? – игриво переспросила я, сама не ожидая от себя такого кокетливого тона, который Марк безупречно подхватил и с энтузиазмом ответил: – Конечно! Странно идти на хоккей и выкать друг другу! – Почему? – мне так нравилось немного поддразнивать его. – На матчах обычно очень тёплая и почти семейная атмосфера. Будет неловко и неудобно, – голосом умудрённого жизненным опытом профессионала ответил Марк и добавил. – Поверь мне! – Остановите на Тульской, пожалуйста! Напротив рынка, – попросила я таксиста, а то, не ровён час, проскочим мимо, увлёкшись болтовнёй. – Ты уже выходишь? – изумился Марк и продолжил, дурачась, – быстро! Ну, ничего, я скоро, я лечу к тебе! Сто лет не была в районе Даниловского рынка. Наверное, с юности, когда мы с бабушкой ездили сюда на трамвае за домашним молоком и сметаной по субботам. Я вышла из машины под болтовню Марка и, оглянувшись вокруг, с интересом отметила, что хотя и кажется с первого взгляда, будто ничего за годы не изменилось, но всё-таки печать перемен и дух современности чувствуется в мелких деталях. В марках машин, выражении лиц прохожих, в другом оформлении бульвара Серпуховского вала. Всё по-другому. Только, пожалуй, памятник князю Даниилу смотрит по-прежнему на суетливых жителей своего города. Я повернулась лицом к Мытной улице и безошибочно нашла глазами знакомые окна в кирпичной девятиэтажке. Квартира, куда я два года подряд ездила к репетитору заниматься математикой. И сразу вспомнилось, нахлынуло то чувство, когда вылетаешь на улицу после полутора часов мозгодробительных занятий и мир кажется прекрасным. Светлым и радостным. Куда делась эта радость жизни? – Ты ещё не заскучала? – спросил меня Марк. – Тебе надоело меня развлекать? – Мне никогда не надоест общение с умной и внимательной женщиной! Я готов развлекать тебя вечность! – пафосно заявил мой собеседник, а я неожиданно для себя рассмеялась и запрокинула голову вверх. Серо-голубое, закрытое облаками и набухшее весенним не пролившимся дождём небо раскинулось надо мной. Холодное. Безразличное. – А, вот ты где! – раздалось радостное, рефреном повторяющееся в трубке, – я нашёл тебя! Марк подлетел и, прихватив за талию, крутанул меня вокруг себя. Поставил на место ошарашенную и, засмеявшись, чмокнул в нос! Вот нахал! – Ну, что? Готова? – спросил, пристально оглядывая с головы до ног. Я замялась, но он не дал мне времени на отнекивание, схватил за ладошку и потянул к припаркованной недалеко ярко-бирюзовой машине. Она была такая чистая, блестящая и нарядная, она так контрастировала с окружающим миром, словно игрушечная. И даже день, кажется, стал светлее. Пока я хлопала глазами в салоне, разглядывая приборную панель, мы уже приехали. А дальше Марк закружил, заговорил меня, сверкая улыбками. Вовлёк в свою праздничную карусель. И вот я уже сижу рядом с ним на трибуне арены. В руках у меня специальная хлопалка, на голове шапочка с логотипом команды, а Марк рядом устраивается с громкой смешной дудочкой в руках. Арена показалась мне действительно домашней. Зрительских мест не так много и на них множество семейных пар с детьми. Многие знают друг друга и шумно здороваются, приветствуя. Атмосфера праздника. Шум перед началом, высокие защитные щиты. – За кого будем болеть? – пытаясь перекрыть шум, спросила я у Марка. – Это совершенно неважно! За хоккей в целом! – ответил он улыбаясь. Обязательный гимн вначале и… Игра! Я видела трансляции матчей по телевизору! Но они не передают атмосферы на арене и в сотой доле! Хоккеисты на льду носятся с огромной скоростью. Сталкиваются у бортов с грохотом, а вратари реагируют молниеносно! Хочешь ты или нет, но через пять-десять минут матча тебя охватывает азарт! И очень хочется победы! Сильно пригодилась хлопалка, и я, кажется, сорвала голос в требовательном крике: – Шайбу, шайбу! А когда наконец-то резиновый кругляш влетел в вожделенные ворота, я с радостью поддалась всеобщему ликованию, и сама поцеловала Марка, повиснув на нём под восторженный грохот арены и замечая со смехом, как наш поцелуй транслируется на экранах мониторов, висящих надо льдом.