Глава 23

Максим подхватил меня под спину.

Резкий рывок с перекатом. И я оказалась под ним. Зажатая, все еще испуганная. Утопающая в темном омуте восхищенного взгляда.

Разговаривать?

Зачем?

Мы друг с другом без слов могли общаться.

Максим ласково коснулся костяшками пальцев моей щеки. Я мягко выдохнула и прикрыла глаза. Не хочу я болтать. Не хочу ничего спрашивать.

Чувствовать хочу.

Просто расслабиться. После всего, что было, можно мне просто час -полтора удовольствия и нежности?

Даже с закрытыми глазами я понимала, что он будет делать

Жар мужского тяжелого тела подсказывал.

Губы сами разомкнулись, когда Максим чуть наклонился. Ощутили твердость его губ. Не пожирающую жадность, нет. Ласку. Нежность. Как извинение за все, что было.

Как обещание, что теперь все будет иначе.

Я сама к нему потянулась.

Обняла за шею, прижалась грудью. Впустила его язык в рот. Прогнула свой, чтобы ощутить давление.

Почему так сладко...

Невыносимо.

Пальцы забрались под косточку бюстгальтера. Сдвинули ее выше, обнажая уже стоящий сосок. Горячая ладонь накрыла

его, смяла. Диканов обреченно выдохнул мне в рот:

- Волшебная...

Я?

Нет. Я обычная. Это я рядом с ним такой становлюсь. Это он во мне будит тигрицу безумную.

Я выгнулась навстречу его рукам.

Жаркой сильной ладони, что прошлась по телу по шее, между грудей. До самого края трусиков, цепляя их кончиками пальцев.

Хочу!

Хочу его тоже.

Я приоткрыла глаза совсем чуть-чуть. Просто посмотрела сквозь ресницы. На широкие напряженные плечи. На вздутые

от напряжения и возбуждения мышцы.

Положила на них свои прохладные ладошки.

Он шелковый.

Мой шелковый Дикий. Пусть ненадолго возможно, но сейчас - мой.

Он приподнял мои бедра. Дернул так и оставшиеся расстегнутыми джинсы вместе с бельем вниз. Требовательно, не

оставляя возможности застесняться или возмутиться.

Содрал одежду с ног.

И тут же поймал коленки. Не дал опустить вниз. Обхватил ягодицы ладонями, сжимая. Проложил дорожку из коротких поцелуев от икр до самых бедер. И опомниться даже не позволил, перехватил и развел их в стороны.

Позвоночник пробило шипящей искрой.

- Макс!

Он не ответил. Прижался к моим лепесткам ртом. Вывернул меня наизнанку наглыми прикосновениями языка.

Господи, как же хочется выть!

Я стояла на локтях, но удержать голову не могла. Запрокинула ее назад, пыталась вдохнуть ставший обжигающим воздух

Царапала ногтями одеяло. И принимала его поцелуи с всхлипами.

Он толкался кончиком языка в мою жаркую дырочку. Разглаживал мои лепестки всей его поверхностью. Разбивающие меня в пыль нервные импульсы взлетали прямо в мозг.

Лишали последней способности разумно мыслить.

Да какие там мысли...

Диканов не просто ласкал. Он вызывающе развратно целовался с моей киской. Заставлял ее течь себе в рот. С урчанием

слизывал смазку. Разносил ее по мне языком. Смешивал со своей слюной.

А я могла только мотать головой от невозможности что-то сделать.

Грызла себе губы.

Вместо стонов - обессиленное мычание.

Но и на него скоро сил не осталось. Я упала на постель спиной. Бросила последний взгляд на Максима. На его руки, что

держали мои бедра приподнятыми и разведенными. На свой вздрагивающий, с проступившими полосами мышц живот.

И не захотела больше сдерживаться.

Отпустила свою тяжесть. Позволила организму расслабиться до самого предела. Закрыла глаза.

Оргазм моментально разорвал тело на кусочки.

Рассыпал меня. Разобрал по запчастям. Скрутил каждое сухожилие. Натянул каждый мускул. Заставил кровь остановиться в венах.

А потом резко расслабил.

Окатил жаром от затылка до ступней. Кричать было нечем. Дышать было нечем. Сознание куда-то улетало.

Пока жадный рот не накрыл мои губы.

Заставил разжать оскаленные от мучительного удовольствия зубы. Пока язык не протолкнулся внутрь, даря мне мой же

собственный вкус.

Приятная тяжесть и я резко всхлипнула.

Диканов толкнулся членом в разгоряченное лоно сразу на всю длину. Опять заставил закричать без звука.

Остановился, замер на пару секунд.

Сам встряхнул головой, задирая плечи.

- Посмотри на меня, малыш, - сильные пальцы обхватили мою скулу.

Я послушалась

Пьяный, хмельной взгляд. Безумный, почти неадекватный, как и у меня. Но такой нужный сейчас.

Нет, не могу смотреть.

Не могу!

В его глазах слишком много правды. Я боюсь ее.

- Козочка моя.

Диканов целовался жадно.

Врывался членом в лоно, растягивал меня до предела. Заставлял царапаться, скрести ногтями по его спине, по плечам.

И целовал.

Не давал вообще вздохнуть. Не давал прийти в себя. Хотя бы немножко притормозить. Топил в ощущениях, топил в себе.

Воздух резко пах смазкой

Наполнялся пошлыми звуками секса. Резкими выдохами Диканова, когда он входил в меня. Моими протяжными стонами,

когда он подавал бедра назад. Лишал своего жара и наполненности.

Без него оставаться было уже мучительно.

- Давай, малыш. Кончи на мне. Хочу.

Диканов развратно облизнул пальцы и прижал их к моему клитору.

Убийственно медленно начал его поглаживать. Я потерялась. Член входил ритмично, а его пальцы скользили слишком

плавно.

Горячая знакомая волна потекла по животу.

Да что же это... Второй раз.

- Давай!

Внутренние мышцы свело судорогой. Так, что я прочувствовала каждую выпуклость на его стволе. Чувствительность стала запредельной.

- Бля-я, - Диканов почти зарычал.

Ускорился, вонзаясь в киску как сумасшедший.

До самого упора. Прижимаясь ко мне лобком. Вколачиваясь до самого дна.

Все, я больше не могу!

Громкий крик рванулся из легких. Сорвал горло, переходя в хрип. Не могу! Не могу! Стало невозможно жарко. Голова закружилась, где-то обронив мое сознание.

Тело мелко потряхивало от разрядки.

А внутри... Внутри стало совсем тесно. И горячо. И мокро.

- Сладкая моя, - Диканов обхватил меня.

Упал рядом, прижал меня к себе всем телом. Сгреб, укрыл от колючего холодного воздуха собой. Согрел поцелуями.

Время отсчитывалось только ударами наших сердец.

- У нас сегодня что, суббота?

Чего?

Что он спросил?

Я способна только слюнку сейчас пускать. Думать точно нет.

- Фигово, - Диканов хмыкнул.

Перевернулся на спину, укладывая меня на себя сверху. Я непонимающе разлепила глаза. Чего он от меня хочет?

- В воскресенье жениться нельзя, - с улыбкой пояснил он. - Придется заниматься совсем другими делами, да?

Его член даже не думал расслабляться внутри меня.