Эпилог

Весна Сергеевна Диканова.

Я посмотрела в зеркало. Звучит как диагноз, по-моему.

Или как приговор. Сладкий до невозможности. Такой, что низ живота сразу начинает потягивать от предвкушения.

Я вынула шпильки из волос

Все. Первый день нашей дикой свадьбы с Диким закончился.

От моего свадебного платья на мне остался только корсет и чулки с бельем. Все остальное Максим содрал, едва мы сбежали от гостей и приехали в дом.

Где-то там, над озером до сих пор поднималось зарево от огней.

Новый управляющий базой постарался на славу. Свадьба будет гудеть еще пару дней, пока все не нагуляются вдоволь.

Я приложила ладошки к щекам и закрыла глаза

Фу-ух..

Это все на самом деле.

Я живая. И Максим тоже. Все закончилось. Где Стас я спрашивать не хотела. Но забыть вряд ли смогу. Все это помогло

мне найти самого невозможного мужчину на свете.

И теперь я жена того громилы-пижона, которого встретила в главке.

Судьба? Стечение обстоятельств?

А какая разница?

- Козочка, выходи-и, - прорычал под дверью новоиспеченный супруг. - У меня есть для тебя подарок. Тебе точно понравится.

- Какой подарок? - я растрясла локоны пальцами, выходя к нему.

- Подарок на первую брачную ночь, - с хрипотцой сказал он.

Просто пожирал меня взглядом. Серые глаза темнели от возбуждения.

На ладони лежала небольшая коробочка. Пудровая бумага. Серебристая лента. Я вытянула губы уточкой.

Хм...

Как-то уж слишком невинно. Не похоже на того Диканова, за которого я вышла замуж сегодня. Подозрительно.

- Открывай!

- Мне страшно, - честно призналась я, поглаживая пальцами атласную ленточку.

- Я б тоже на твоем месте боялся. Но открыть придется. Давай.

Офигеть.

Вот прям успокоил, родной!

Я потянула ленточку. Подняла крышку.

Внутри лежали наручники. Хромированные. С розовым мехом.

Мягкие. Пушистенькие

И... развратные.

- Ты серьёзно? - я рассмеялась, но голос выдал волнение. Смех вышел сиплым. Как будто я не смеялась, а задыхалась

Максим ничего не сказал.

Просто втолкнул палец за край моего чулка. Потянул на себя и подхватил, когда я стала заваливаться.

- Я тебя никогда не отпущу, козочка, - он гипнотизировал меня взглядом. - Ты мне сегодня дала согласие.

- Не отпускай, - еле вытолкнула я из себя тихий шепот.

Наручники мягко обхватили запястья.

Удержать дрожь я не смогла. Не это была дрожь не от страха. От желания. От понимания, что все - назад дороги нет.

Я ему отдалась.

Добровольно и навсегда.

Максим подхватил меня под бедра, занес в спальню. Посадил на край кровати.

- Красивая у меня жена, - глуховато, с хрипотцой констатировал он. И приказал. - Ложись!

Я подчинилась. Подняла руки вверх, за голову - наручники щёлкнули о металлический каркас кровати. По телу пробежала

волна легкой судороги, выгибая.

И Максим это заметил. Склонился надо мной.

- Скажи, если будет слишком для тебя, малыш, - легко поцеловал он меня в уголок губ.

Маленькие белые трусики слетели с меня от уверенного рывка. Смотря мне в глаза, Диканов медленно расстегнул манжеты рубашки. Стянул ее с плеч, отбросил куда-то не глядя.

Взялся за пряжку ремня, и я не выдержала.

Закусила губу, отвела взгляд. Какой же он обворожительно развратный. Невозможно смотреть. И в то же время смотреть

хочется.

Мужское колено раздвинуло мои бедра.

Матрас упруго качнулся под тяжестью крупного мужского тела. Совпал в резонанс с мои колотящимся сердцем. Так... Мне

уже что-то страшно. Что он задумал опять...

- Супружеский долг, - в глазах Диканова блестели пошлые огоньки. - Исполняется впервые!

Я попыталась ответить на поцелуй сквозь смех, но он уже ускользнул от меня.

Вниз.

По ключице, по груди, по животу.

Мама….

Где воздух? Почему его так мало?

Я уже не соображала, что происходит.

Я только чувствовала. Жила телом. Ощущала жадные ласки.

Максим скользнул ладонью по животу. Медленно увел ее между моих ног. Туда, где уже было горячо. Уже слишком влажно и чувствительно. Я дёрнулась, но он не отнял руку.

- Не бойся, - сказал он.

А я не боялась.

Я просто не выдерживала.

Муж не торопился. Я чувствовала, как его пальцы проходят по всем точкам, будто заново изучают. Он знал, где мягче, где чувствительнее. Где найти ту грань, чтобы я не выдержала и начала хныкать.

Он резко сел.

Подхватил меня за бедро, развернул его сильнее в сторону.

- Хочу видеть, как ты кончаешь, - выдохнул он. - Хочу твой вкус.

Я сглотнула.

Ой...

Пульсация внизу живота усилилась только от его слов. Диканов склонился надо мной. А я выгнулась. Стиснула зубы, но

терпеть было нереально. Хриплый стон все равно вырвался сам собой.

Горячий, напористый язык сводил с ума.

Он не торопился, не рвался сделать хорошо за одну секунду. Диканов выносил мне мозг аккуратно, точечно, методично.

Разглаживал мои бархатные лепестки. Глотал мой вкус, смешанный с его слюной. Урчал как довольный кот.

Поглаживал вход в дырочку пальцами, но не проникал внутрь.

Мне хотелось взвыть. Чертов провокатор!

Я извивалась, хватала простынь пальцами. Запястья сдавливали наручники, но я даже не замечала этого. Мне хотелось

большего

Ero.

Всего целиком.

- Максим! - я задыхалась.

- Ммм?

- Возьми меня!

Он замер.

Поднялся надо мной с обиженным лицом.

- Козочка это запрещенный прием так-то!

- Плевать! Хочу тебя! - я чувствовала себя вдрызг пьяной.

Он даже отвечать не стал.

Облизнулся порочно и толчком послал свои бедра вперед. Ворвался в меня так, что я вскрикнула.

Задрожала под ним, выгнулась дугой.

- Жадная моя, - он сцеловывал крохотные капли слезок, что покатились из внешних уголков глаз.

А я могла только стонать.

Даже на крик воздуха не хватало. Его член растягивал меня. Нанизывал крепко, до самого дна. До искр в голове.

Просто рассыпал в пыль

Разбивал на мелкие осколки счастья и наслаждения.

Спазмы сжигали внутренности. Взрывали тело, напрочь выбивая все мысли из головы. Ничего не оставалось.

Только его настойчивое давление внизу и жаркие поцелуи на губах.

Рот раскрылся в немом крике, когда судорога прошла неудержимо от макушки до самых пальцев на ногах. Диканов обхватил меня. Сдавил бьющееся в оргазме тело, прижал к себе.

И сам зарычал, вдалбливаясь еще глубже.

Прижался пахом ко мне. Застонал обреченно. Наполнил меня кипящим семенем.

Широкая грудь ходила ходуном, давила на меня.

- Это пиздец, - провыл он.

Согласна.

Но вслух говорить не в состоянии пока что.

Максим встряхнул головой. Проморгался, скидывая первый порыв. Дотянулся до моих рук, расстегнул наручники. Поймал

мой стон губами.

- Больно было?

- Нет, - я мотнула головой в сторону.

- Козочка моя, - он сгреб меня в обьятия. Лег на бок, поджимая меня ближе. - А ты обманщица, ты в курсе?

- Чего это? - я прижалась щекой к его груди, но глаза открывать все равно не хотела.

- Я думал, не умею любить. Но ты меня обманула. Влезла в мою голову, в моё сердце. Нахалка моя единственная. Люблю тебя.

И я его люблю.

Больше всего на свете.

Это начало нашей новой жизни вдвоем.

В которой я - его Весна.

А он - мой Дикий. Навсегда.