Глава 9. Алла

Глава 9. Алла

Прошло две недели с тех пор, как Филипп меня бросил.

Четырнадцать дней тупого серого существования, в котором нет ни радости, ни смысла.

Всё бесит. Все раздражают. Особенно Женя.

Его лицо, голос, вечное присутствие и мычание не к месту. Он действует на нервы хуже, чем скрежет вилки по тарелке. Меня воротит от мужа, как от прогорклого масла, но выселить пока не вариант. По крайней мере, до развода.

Надоедливый супруг, словно липкая грязь, которую не ототрёшь.

Сегодня первый выходной за десять дней, и я провожу его максимально жалко — валяюсь в постели, обложившись подушками, жую чипсы прямо из пачки, лениво листая новости в телефоне. Крошки сыплются на одеяло, жирные пальцы оставляют пятна на экране, но мне плевать.

Обычно я слежу за питанием, но сейчас организм и так уничтожен стрессом — какая, к чёрту, разница?

Переписка с Филом мертва. Последнее сообщение от меня:

"Ну, пожалуйста, прости."

Висит без ответа уже сорок минут.

Где он шляется? Может, проводит время с Аней и боится спалиться?

Зажмуриваюсь. Воображение рисует их постель — смятые простыни, спутанные волосы, его руки на бёдрах подруги. Мне кажется, я даже слышу, как она довольно смеётся.

Солёная гадость скрипит на зубах, но я продолжаю жевать, как робот, механически.

Ногти стучат по экрану телефона, а внутри разливается мерзкое чувство — смесь унижения, злости и жалости к самой себе.

Я стираю первую попытку написать ему. Потом вторую.

Вдох. Выдох.

"Фил, хватит, прошу. Да, я вела себя ужасно и по-хамски, ты во всём прав, но мы можем это обсудить. Помириться. Просто приезжай, поговорим. Я хочу всё исправить. Обещаю удивить кроткостью"

Секунда. Две. Пять. Появляется статус "печатает".

Сердце ёкает.

Только ... что он ответит?

Согласится вернуться, или добьет?

"Я уже всё сказал. Меня больше не интересует секс на стороне"

Дыхание перехватывает.

Больно. Его слова ранят, уничтожают последнюю надежду.

Просто "секс на стороне". Вот и всё.

Неужели я придумала себе любовь, его заинтересованность, тягу?

Нет! Врет. Пытается обидеть, наказать. Проверяет выдержку.

Руки трясутся, еле держусь, чтобы не скатиться в истерику, и упрямо набираю новое сообщение:

"Любимочка, ты же знаешь, что между нами не только физика. Я скучаю. Безумно. Дай мне шанс. Всё можно наладить"

Отвечает мгновенно:

"Алла, достала! Уже вторую неделю изводишь. Я тебя и по-хорошему просил угомониться, и по-плохому. Чего ты не понимаешь? ОТВАЛИ"

Меня будто окатывает ледяной водой.

Бросаю телефон в подушку, он отскакивает и падает на пол.

Сердце колотится так, что от звука пульса в ушах — тошнит.

Я же люблю его. Люблю. Втюхалась, как кошка, позволив себе впервые за долгие годы расслабиться, ощутить чувство, которое давно ни к кому не испытывала.

Что во мне не так? Что?

Уж точно не хуже хвалёной Анютки, которая после расставания с Филиппом начала раздражать.

Каждый раз, когда её вижу, пытаюсь понять, за что так вцепился любовник, но ничего толкового на ум не приходит. Скучная, слишком правильная, местами занудная и до скрежета зубов принципиальная.

И всё же он выбрал соперницу.

Как представлю, что касается другой женщины, лишая меня ласки, накрывает ее своим телом, гладит противные аристократические плечи подруги, как Аня тихо стонет, чинно, словно на экзамене по морали — выворачивает наизнанку.

Ненавижу. Её. Его. Себя.

Какого черта?

Я всегда была рядом: понимала, принимала без соплей и нравоучений.

С любовником можно было оставаться собой, не играть в святошу.

Филиппу нравилась моя необузданность, страстная натура, наши грязные игры и дикие вопли удовольствия.

Почему этого оказалось мало?

Дети?

Так я готова их ему родить!

Хватаю с пола телефон, снова открываю переписку:

"Ты ещё пожалеешь. Приползёшь, как миленький. Будешь умолять обратить внимание звезды на себя. Понял? Ты меня понял?"

Не отправляю.

Пальцы зависают над экраном.

Бред.

Жалкое нытьё брошенной девки.

Сложно признаться, но я знаю, что жду его возвращения. Мечтаю об этом.

Стыдно.

Зажимаю "удалить черновик".

Хер с тобой, Филипп. Не желаешь быть со мной, значит и с Аней не останешься.

От бессилия к горлу подкатывает ком. Я. Та самая, кто не рыдает по мужчинам, использует их для достижения целей и меняет, как перчатки, стискиваю кулаки, ощущая, как по щекам катятся слёзы, оставляя на коже солёные дорожки.

Глубокий вдох, попытка подавить рыдания — тщетно.

Горечь, обида, злость — клокочут в груди, выплёскиваясь в тихие, надрывные всхлипы.

Неожиданно дверь приоткрывается, и в комнату заходит Женя.

В его руках коробка с пирожными, а на лице — привычная улыбка, с желанием угодить.

- Что случилось, принцесса? Почему ты не в духе?

Меня словно прорывает.

Нервно выкрикиваю:

- Принц бросил! Нет настроения вести тупые беседы!

Он ошарашенно моргает, неадекватная ухмылка вечного клоуна мгновенно исчезает.

- Что?

Вздёргиваю подбородок, в голосе сталь:

- Ты прекрасно слышал. Я люблю другого. Дай мне развод.

На секунду Женя застывает, а затем, с неожиданной яростью, швыряет коробку из кондитерской в мою сторону. Пирожные разлетаются, оставляя липкие пятна на паркете и мебели.

Слабый трусливый кролик решил показать когти?

Неожиданно.

- Не шути так, Алла, - кипит.

- Оставь меня в покое! - бросаю, отворачиваясь. - Всё. Разговор окончен.

- Я тебя предупредил. Измену не прощу, - уходит.

- Очень страшно! - кричу в спину, снова открывая переписку.

Пальцы дрожат, но я печатаю. Быстро, отчаянно.

"Филипп, я очень тебя люблю. Прошу, перестань издеваться. Я согласна на все твои условия, на всё, что скажешь. Готова даже на коленях попросить прощения, только бы вернулся"

Понимаю, что веду себя, как малолетка.

Что это жалко, унизительно, неправильно. Я должна гордо развернуться и сделать вид, что мне все равно, заставить себя забыть о Филиппе, но… чувства важнее принципов.

Разве можно их игнорировать?

Если я не сделаю всё, чтобы его вернуть, не прощу себя. Не смогу спокойно жить, зная, что не боролась. Что позволила любимому человеку просто вычеркнуть меня, будто между нами ничего не было.

Ответ приходит мгновенно.

"Алла, пожалуйста, прекрати. Ты для меня —пустое место. Включи уже гордость, вокруг полно мужиков, выбери любого и наслаждайтесь в опробованном люксе. Я люблю свою жену, кроме Ани мне никто не нужен"

Будто нож под рёбра.

Чувствую, как в груди взрывается ярость, сжигая остатки достоинства и здравого смысла.

- Будет тебя Аня! - ору в экран, фокусируя взгляд на его равнодушных словах, признании к другой. - Ты заплатишь за моё разбитое сердце, гадёныш!

Хочу написать ещё, но отправить не получается.

Замечаю надпись о том, что Филипп меня заблокировал...

Отлично. Значит буду говорить громко и при всех!

Три дня... и я раздавлю домочадцев Фила, как жалких букашек.

Не особо важно, что мне предстоит потерять, главнее, как я буду мстить.

Если Филипп решит отвернуться от меня окончательно — не позволю уйти без последствий.