Глава 11

– Подумаешь, немного помечтала, – причёсывая свои рыжие кудри, сообщила собственному отражению. – За это не расстреливают! Удушающий стыд из-за недоразумения с Иваром чуть отступил. Поставив букет в вазу, я позвонила Ире. – Ты зачем приходила-то? – Это не телефонный разговор, – ответила она и вкрадчиво поинтересовалась: – Вы с подполковником уже всё? – Ага, – мрачно ответила я. – Совсем всё! – Как так? – ахнула она и бросила: – Сейчас вернусь, я неподалёку. Я же отправилась в ванную. Чтобы оттереть маркер, использовала и мыло, и медицинский спирт, и подсолнечное масло, но на красной от экзекуции коже отметины всё ещё были видны, хоть и стали бледно-серыми. За этим занятием меня и застала Ирина. – Какой качественный маркер попался, – в сердцах выпалила я. – Вот что делать? – В любой непонятной ситуации вари борщ! – весело заявила она. И я отправилась на кухню, где на столе разложила всё, что принёс Ивар. При виде всего этого богатства Ира ахнула: – Да этим можно накормить роту солдат! – Скорее, всю нашу смену, – поддакнула я. – За неимением солдат. – Думаю, ты бы сделала выбор в пользу одного подполковника с железобетонным телом и стальной выдержкой, – ласково поддела меня подруга. Я же фыркнула: – Где он, а где я? Такой привлекательный и сексуальный, что даже няни не могли устоять и рисковали работой, мечтая заарканить потрясающего одинокого папу. А я только борщи варить умею и всё время пропадаю на работе. Толстая, рыжая, в веснушках! Кому такая нужна? Даже муж изменил… Осеклась, понимая, что вот-вот разревусь. Отвернувшись, перевела тему: – Что за не телефонный разговор? – Потом, – улыбнулась она и открыла ящик с посудой. – Сначала поедим. Я поставила на стол две тарелки, положила борща и села. Орудуя ложкой, глотала ароматный бульон вместе со своими слезами. Ира делала вид, что не замечала моего состояния, а я жалела себя вплоть до момента, пока не осушила тарелку, а потом решительно отложила ложку. – Говори, что собиралась. – И правда, замечательный борщ! – похвалила Ира. – Понимаю твоего подполковника… – Не моего, – поправила её и понесла посуду в раковину. – Я теперь одна. – А вот муж твой так не считает, – серьёзно сообщила медсестра. – Он явился сегодня к главврачу и попросил его вмешаться. Валерий Павлович обещал уговорить тебя отказаться от развода. – Что?! – От изумления я выронила тарелку, и она загремела в раковине. – Он что, с дуба рухнул?! – Ты о муже или главвраче? – хихикнула старшая медсестра, а потом серьёзно спросила: – Что делать будешь? Я задумалась, радуясь, что сначала Ира настояла на борще. Если бы узнала обо всём чуть раньше, то могла вспылить и наломать дров, но на сытый желудок выходка Дани уже не казалась проблемой вселенского масштаба. Максимум, что может случиться, – лишение премии. А это не аргумент, чтобы наступать на гордость и жить с изменником. Я уже подала на развод через Госуслуги и считала себя свободной. Считала, но не была. Даня увёз лишь некоторые вещи, но всё здесь напоминало о человеке, которого я не могла простить. Пытается вернуться? Нет уж. Я больше не желала видеть изменника. Обвела комнату пристальным взглядом, а потом сообщила: – Что буду делать? Избавляться от хлама! Раньше я хранила старые открытки, которые дарил мне Даня, засушенные цветы и подарки, даже если ими уже было нельзя пользоваться. Ведь это всё наша история. Но теперь память об изменнике мне хранить не нужно. В мешок для мусора первым делом полетели его признания, записанные в стихах ещё в школе. – А эти фотографии? – помогала мне Ира. – Два поросёнка, – фыркнула, глядя на наше школьное фото, а потом холодно кивнула. – В мусор. Вещи Дани, которые он оставил, мы собрали в коробки, и я вызвала курьера. – Куда доставить? – Вот адрес. Я написала дом фитнес-центра, куда записался муж. – Пусть к своей фитоняше везёт! – хихикнув, поддакнула Ира. После того как курьер перетащил все вещи вниз, в квартире, где всегда царил бардак, вдруг посветлело и даже стало легче дышать. Вместо того чтобы устать и пойти спать, я ощутила прилив сил и энтузиазма. – Разберу и свои вещи! – решительно заявила Ирине и достала новую упаковку мусорных мешков. – Поможешь? – Конечно, – кивнула она. – Я часто так делаю. Всё, чего не надевала год – в топку! И я следовала её правилу. В мешок полетели десять платьев, которые купила на особый случай. Ни один из них так и не случился! Кофточки и юбки, из которых давно выросла, но оставила лежать на полке под названием «буду носить, когда похудею», тоже попали в коробку. Всё, что мне было неудобно или не вызывало радости, пошло в утиль! И в итоге в шкафу практически ничего не осталось. – Придётся пройтись по магазинам, – подмигнула Ирина и попрощалась до завтра, поскольку уже стемнело. Когда я проводила второго курьера, который увёз мой старый гардероб в «Красный крест», то ощутила себя так, будто скинула если не десять килограмм, то десять лет точно. И решила, что завтра у меня начнётся новая жизнь. Вот только старая отпускать упрямо не желала.