Глава 12

По дороге в гостиницу у меня в голове созрел план действий на ближайшее время. Из города следовало бежать, в этом не было никаких сомнений. Де Оксенфорд – не тот враг, с которым можно сражаться на его собственной территории, своевременно не разработав стратегию боя вплоть до самых ничтожных нюансов. Теперь, когда весь его план оказался на грани краха, он не станет церемониться и будет бить наверняка. Надо вернуться, переговорить с Адрианом и уходить из гостиницы все тем же тайным путем. Лучше всего – немедленно, но в крайнем случае можно подождать до темного времени суток, когда шансы покинуть город незамеченными возрастут. Следовало затаиться в надежном месте, достаточно глухом для того, чтобы нас не подумали там искать, но в то же время и не слишком удаленном от города, так, чтобы можно было следить за происходящим здесь и держать руку на пульсе. Возможно, для этих целей стоит воспользоваться помощью Уилла, я была уверена, что он не откажет. С другой стороны, Уилл всегда окружен своими людьми, а я не была уверена, можно ли всем им доверять в равной степени. Быть может, нам с Адрианом вернее будет обойтись своими силами. Так или иначе, первым делом – скрыться, уйти подальше от города, а там можно будет подумать о дальнейшем. Как говорится, утро вечера мудренее.

В гостиницу я решила вернуться через обычный вход. Во-первых, не хотелось случайно выдать существование дыры в заборе, она нам еще пригодится в качестве пути к отступлению. Во-вторых, народу кругом бродило много, улица была людной, в холле в такое время тоже обычно прохлаждается немало посетителей. В такой ситуации при минимальной осторожности можно было не бояться неприятных сюрпризов. Так мне, во всяком случае, казалось.

Однако сюрпризы начались, стоило мне приблизиться к входу в гостиницу. Ко мне тут же подошла молоденькая девушка-портье – кажется, ее звали Ника, – и, не останавливаясь, поманила за собой. Удивленная, я все же последовала за ней, вынужденно ускоряя шаг. Мы обошли здание и завернули за угол. Здесь Ника остановилась.

– Вам нельзя в гостиницу. Там стража, их много, они пришли, чтобы вас арестовать. – Она говорила негромко и очень быстро, то и дело оглядываясь через плечо.

– Арестовать? – выдохнула я. – По какому же обвинению?

– Говорят, будто вчера вы убили в лесу четверых воинов, которые находились на службе у шерифа. Вы и господин Уоллес. Они пришли, чтобы арестовать вас обоих. Вам повезло, что вы были в отлучке.

– Что с Адрианом? – Я почувствовала, как кровь холодеет в жилах, грозясь и вовсе остановить свое течение.

– Они пошли за ним. Он у себя в комнате, я хотела его предупредить, но мне не дали такой возможности. Должно быть, его как раз сейчас арестовывают.

– Ты говоришь, их много?

– Очень много, – взволнованно подтвердила девушка. – Не меньше дюжины. Несколько человек остались внизу, остальные пошли за ним. Боюсь, у него нет никаких шансов.

– Я все поняла. – Решение о том, как быть дальше, созрело за долю секунды. – Спасибо, Ника. Тебе, наверное, лучше всего будет вернуться назад, пока они ничего не заподозрили.

Девушка кивнула и зашагала обратно вдоль каменной стены.

– Ника! – позвала я. – Скажи, а почему ты мне помогаешь? – Отчего-то этот вопрос казался важным. Когда мир неожиданно оборачивается против человека, ему становится необходимо понять любой жест доброй воли, направленный в его сторону. – Ведь ты могла просто указать на меня стражникам, ничем не рискуя.

Девушка обернулась. На ее губах играла невеселая усмешка.

– Я, конечно, очень мало понимаю в политике, но я не вчера родилась, – ответила она. – Чтобы мужчина и женщина, гуляя по лесу, забавы ради зарезали четверых вооруженных воинов?

Снова отвернувшись, она зашагала дальше и вскоре завернула за угол. Накинув на голову капюшон и опустив лицо как можно ниже, я поспешила к живой изгороди, прятавшей за собой деревянный забор. Еще недавно я не хотела пользоваться потайным ходом, но теперь другого пути не было.

Один, два, три, четыре, пять. Отогнув в сторону нужную доску, я наклонилась и протиснулась в образовавшуюся дыру. Обогнула сарай и замерла у его стены, как раз вовремя, чтобы увидеть Адриана. Быстро откинув в сторону занавеску, он вскочил на подоконник и вылез через окно, но не через свое собственное, а одно из соседних. Стало быть, предварительно перебежал по коридору в другую комнату, чтобы таким образом выиграть немного времени. Хотя как ему удалось попасть в чужую комнату, не подняв при этом шума, я не знала. Уцепившись руками за подоконник, он нащупал ногой небольшой выступ в стене, спустился ниже и наконец спрыгнул на землю. Я поманила его рукой. Бросив взгляд на пустующие пока глазницы окон, он, пригнувшись, перебежал через двор. Ничего не говоря, мы вместе возвратились к забору.

На боковой улочке пока было тихо. Адриан потянул меня в противоположном от центральных улиц направлении. Мы шли настолько быстро, насколько возможно было передвигаться, не привлекая излишнего внимания. Но конспирация оказалась напрасной. Громкий возглас и последовавший за ним лязг оружия своевременно оповестили нас о погоне. Я быстро оглянулась. Двое стражников, к счастью, не конных, а пеших, приближались к нам со стороны гостиницы. Скрываться больше не было смысла, и мы побежали.

Путь впереди был пока свободен. Мы бежали так быстро, как только могли, достигнув тупика, повернули направо, потом нырнули налево в совсем узкий переулок, затем еще раз направо. Мой взгляд упал на вывеску знакомой кондитерской, и, поспешно ухватив Адриана за руку, я затолкала его внутрь. Через известный мне черный ход мы выскочили на соседнюю улицу. Здесь стражи не оказалось, погони тоже не было слышно. Можно было надеяться, что нам удалось оторваться от преследования хотя бы ненадолго.

– Надо уходить из города, – бросил Адриан, вторя моим недавним мыслям. – Такое не могли бы устроить без договоренности с де Оксенфордом.

– Договариваться не надо было: это он и есть, – сказала я, пока мы быстрым шагом переходили на другую сторону улицы, чтобы нырнуть в очередной малоприметный двор. – Третий амулет у него.

– Еще лучше, – оценил новость Адриан. – Стой! – полушепотом сказал он, первым подавая пример.

Мы оба замерли, прижавшись к стене. Один стражник, на этот раз конный, проскакал мимо поворота во двор, где мы сейчас скрывались. Еще один соскочил с лошади (для того, чтобы попасть во двор, следовало пройти под низко расположенной аркой) и двинулся в нашу сторону. Адриан выступил вперед, когда тот подошел совсем близко. Мечи столкнулись всего несколько раз, и стражник остался лежать на земле в быстро расползающейся луже крови.

– Это уже государственная измена, – мрачно констатировал Адриан, глядя на плоды собственных трудов.

– Не важно, нас все равно обвиняют в убийстве тех четверых в лесу, – обнадежила я.

Возвращаться обратно на улицу было опасно, тем более что звон мечей мог привлечь чье-нибудь внимание. Мы перебежали на другую сторону двора. Преградивший дорогу забор оказался не слишком высоким, а росшая рядом яблоня удобно протянула в его сторону несколько веток. Перебравшись через него, мы оказались в соседнем дворе, а уж оттуда выскочили на очередную улицу.

Какое-то время мы продолжали подобные метания. Улицы, переулки и дворы сменяли друг друга, но уйти от погони надолго ни разу не удавалось. Рано или поздно все повторялось: от одного до трех стражников либо появлялись позади, либо выбегали нам наперерез. Пока уходить получалось, но продолжаться до бесконечности это не могло.

– Они не выпускают нас из центральной части города, – бросил Адриан, когда мы пересекали небольшую зеленую аллею. – Понимают, что на окраине легче спрятаться. Устроили облаву почище чем лесным разбойникам.

– Шерифу мы сейчас нужнее, чем лесные разбойники, – задыхаясь от усталости, откликнулась я. – До ночи нам не выйти из оцепления, верно?

– Скорее всего, нет, – нехотя признал он. – Лучше было бы переждать. Но оставаться на одном месте опаснее. Нас возьмут прежде чем стемнеет.

– Если продолжим так кружить, нас тоже рано или поздно возьмут. Надо найти безопасное место.

– Надо, – согласился Адриан, – но где его взять в самом-то центре?

– Есть один дом… – Я прикусила губу, обдумывая эту возможность. Немного рискованно, но других вариантов не было вовсе. – Идем, – сказала я, решившись.

Убедившись в том, что за нами никто не следит, я торопливо постучала в дверь. Открыла служанка, но у нее за спиной почти сразу же появилась Кларисса. Я поспешила зайти внутрь, увлекая за собой Адриана.

– Нам надо спрятаться, – без обиняков сказала я, как только служанка прикрыла за нами дверь. – Поможешь?

– Спрятаться? От кого? – не поняла Кларисса.

Лгать не имело смысла, правда все равно могла выйти наружу в любую секунду.

– От стражи, – ответила я, глядя ей прямо в глаза. – Нас оклеветали. Сейчас нет времени на объяснения.

– Хорошо, – кивнула Кларисса после секундного молчания. – Идемте.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж. Кларисса шла первой, дальше мы с Адрианом, замыкала шествие впустившая нас служанка. В конце коридора обнаружилась невысокая дверь, Кларисса распахнула ее и сделала нам знак войти. Комната оказалась довольно просторной, но, по-видимому, использовалась редко. Мебели здесь было мало, вдоль стен стояло несколько сундуков, единственное окно было занавешено плотными шторами.

– Здесь вас никто не найдет, – пообещала Кларисса. – Сейчас я вернусь, и вы толком расскажете мне, что произошло. Келли, принеси гостям что-нибудь выпить.

Хозяйка и служанка вышли из комнаты одна за другой, мы остались вдвоем. Я с шумом выдохнула воздух и облокотилась о стену.

– Испугалась? – спросил Адриан, беря меня за руку.

– Скорее устала. Пугаться было особенно некогда.

Он мягко провел рукой по моим волосам, я уткнулась ему в плечо. Так мы стояли несколько секунд. Шум шагов услышали слишком поздно: уж очень добротные снаружи были ковры. Когда стало ясно, что идет не один человек и даже не двое, Адриан метнулся к окну и отдернул штору. Окно оказалось зарешеченным.

– Вот. Они здесь, – послышался из коридора голос Клариссы.

Дверь резко распахнулась, и в комнату ввалились семь стражников. Они быстро выстроились полукругом на равном расстоянии друг от друга, перекрывая нам дорогу к выходу. Возле самой двери остановилась Кларисса, сложив руки на груди, она спокойно наблюдала за происходящим, из-за ее плеча с любопытством выглядывала служанка.

Один из стражников, довольно молодой мужчина, первым вошедший в комнату, выступил вперед.

– Господин Уоллес, госпожа Стабборн, – предельно вежливо произнес он. – Вы окружены, сопротивление бесполезно. У меня есть приказ шерифа доставить вас в замок. Прошу вас сдать оружие и добровольно отправиться вместе с нами.

– А иначе? – поинтересовался Адриан.

– А иначе нам придется применить силу, – с сожалением, отчего-то прозвучавшим вполне искренне, произнес страж. – Приказ шерифа предельно ясен – доставить живыми или мертвыми. Так вы сдадите оружие?

Мы коротко переглянулись. Сражаться против семерых в подобных условиях было бы самоубийством.

– Да, – сказал Адриан и, отстегнув меч, протянул его стражнику.

Тот с кивком принял оружие и отступил, давая своим подчиненным знак собираться на выход.

– Она тоже вооружена, – подала голос Кларисса. – У нее есть кинжалы. Вероятнее всего, два.

Стражник повернулся ко мне.

– Госпожа Стабборн, это так?

– А если я скажу, что нет, вы что же, станете меня обыскивать? – с вызовом спросила я.

– Вам лучше будет просто сдать нам оружие. Поверьте, это в ваших интересах.

Я не поверила, но выбора не видела.

– Ну хорошо.

Я сняла кинжал с пояса и протянула его рукоятью вперед. Стражник принял клинок и передал его одному из своих подчиненных.

– Есть еще, – подсказала Кларисса.

– Очень мило, что ты об этом напомнила, – холодно сказала я. – Ну что ж…

Я поставила правую ногу на сиденье стула, громко стукнув при этом каблуком. Рывком задрала юбку до колена и сняла кинжал со специального браслета, охватывающего голень.

– Желаете поискать еще? – поинтересовалась я, вручив стражнику и этот кинжал.

– Вашего слова вполне достаточно.

Бегающий взгляд свидетельствовал о том, что мне удалось немного его смутить. Мелочь, а приятно. Теперь я повернулась к Клариссе.

– Браво, – сказала я, жестко глядя ей в глаза. Взгляд лжеподруга выдержала легко, ее, в отличие от стражников, смутить было трудно. – А все-таки мне очень интересно: зачем? Может, удовлетворишь напоследок мое женское любопытство?

– Почему бы и нет? – пожала плечами Кларисса. Выглядела она вполне довольной собой. – Видишь вот это? – Она продемонстрировала серебряное кольцо с зеленоватым камнем. – Ах да, я тебе уже показывала.

– Да, кажется, ты говорила, что его подарили тебе на обручение. И кто же счастливый жених?

– А ты все еще не догадываешься? Роджер де Оксенфорд, конечно.

Вряд ли к этому моменту что-то могло по-настоящему меня шокировать, но это известие и вправду оказалось неожиданным.

– Конечно, приходилось это скрывать, – заметила Кларисса, верно истолковав удивленное выражение моего лица. – Он как-никак публичная личность. Вообще его пришлось очень долго обрабатывать для того, чтобы он решился узаконить наши отношения. Ну и потом, если бы ты сразу обо всем узнала, мне было бы намного труднее войти к тебе в доверие.

– Значит, когда я в первый раз пришла в замок, ты встретила меня по заранее продуманному плану. – Это был не вопрос, скорее утверждение. Теперь цепь причин и следствий казалась слишком очевидной. Жаль, что она не была столь же очевидна раньше, когда еще оставался шанс что-то исправить.

– Ну разумеется. Поскольку мы с тобой встречались прежде, Роджер попросил меня присмотреть за тобой после того, как ты прибудешь в город. Ты сразу была так любезна, что сообщила мне о своей планируемой прогулке к ручью. А я передала эту информацию шерифу.

– И на следующий же день меня попытались убрать.

Я даже улыбнулась, настолько все теперь стало ясно.

– Это была всего лишь попытка. Я бы даже сказала, прощупывание почвы, – пояснила Кларисса. – Хотя, думаю, многим на твоем месте вторая попытка была бы не нужна. Но ты оказалась живучей.

– Я бы назвала это иначе. Скорее, у меня есть кое-какие навыки.

– Допустим. Но времени у нас было много. Ну что ты на меня так смотришь, Уоллес? – поморщилась она. – Такое выражение лица не принято в приличном обществе. А до недавнего времени ты прекрасно умел себя вести, надо отдать тебе должное.

– Я много слышал о женской дружбе, но никогда не видел ее в действии, – пояснил Адриан. – Теперь наверстываю упущенное.

– При чем же здесь дружба? – возразила Кларисса. – Она мне не подруга.

– Какое счастье: хотя бы в чем-то мы сходимся, – искренне порадовалась я. – Скажи лучше другое. Идея подставить Адриана возникла с самого начала?

– Отнюдь, – улыбнулась Кларисса. – Эту идею ты подкинула мне сама.

– То есть как? – воззрилась на нее я.

– А очень просто. После того как тебя напоили отравленным коньяком, ты сама обвинила в этом Уоллеса. А мы всего лишь воспользовались твоим собственным предположением. Это оказалось как нельзя более кстати. Нашелся козел отпущения, на которого можно было все свалить. Поэтому в следующий раз убийце было велено стрелять именно из его комнаты.

– Полагаю, спрашивать, как он раздобыл ключ, бессмысленно, – отметил Адриан.

– Бессмысленно, – подтвердила Кларисса. – Хотя бы потому, что подробности мне неизвестны. Надеюсь, ты не думаешь, будто я сама бегала по городу с арбалетом. Но можешь быть уверен, что настоящий профессионал найдет способ открыть любой замок.

– А кто же все-таки отравил коньяк? – недоуменно спросила я. – Неужели трактирщик?

– Нет, не трактирщик, его помощница, но какая разница? – безразлично ответила Кларисса.

Я нахмурилась. Перед глазами встала выплывшая из памяти картинка: опустевший трактир, стойка, трактирщик и его молоденькая помощница. «Лара, а ну-ка принеси бутылку нашего лучшего коньяка». Как же я могла об этом забыть? Но, впрочем, это ничего не объясняло…

– Откуда они вообще могли знать, что я появлюсь в этом трактире?!

Я заметила, что почти кричу, и постаралась немного сбавить тон. Терять самообладание было сейчас совсем некстати.

– Я знала, – самодовольно пояснила Кларисса. – Я же сама горячо его тебе рекомендовала, разве не помнишь?

Я не помнила. Как видно, попав в этот город, я напрочь утратила бдительность и раз за разом не придавала значения по-настоящему важным вещам.

– Я несколько раз забрасывала удочку, упоминая в разговоре этот трактир, – продолжала Кларисса. – А также позаботилась о том, чтобы о нем побольше говорили в свете, это означало, что рано или поздно ты услышишь о том же заведении и от других. Ну а то, что Уоллес оказался там в тот же день, – это всего лишь удачное стечение обстоятельств.

– Постой-ка. – Я выставила вперед руку. – Ты утверждаешь, будто сначала вы не собирались валить вину на Адриана. Но он ведь был вам нужен не меньше чем я?

Улыбка Клариссы стала настолько широкой, что мне заранее сделалось не по себе. Как выяснилось, не зря.

– А мы об этом не знали. Мы не знали, что именно у него хранится третий амулет. Ты сама мне об этом рассказала. Это было очень мило с твоей стороны. Мне тогда стоило огромных усилий умерить свое нетерпение и не спровадить тебя в ту же самую секунду, чтобы поскорее рассказать обо всем Роджеру. Но, как видишь, я получила свое вознаграждение за эту новость.

Она снова выставила напоказ палец с кольцом. Я была настолько оглушена этой информацией, что молчала, не находя слов.

– Главное, было не допустить, чтобы вы спелись, – продолжала между тем Кларисса. – Это было важно с того момента, как решено было свалить всю вину на него, но стало особенно необходимо, когда выяснилось, что вы оба – хранители амулетов. Поэтому я, как могла, старалась настроить тебя против Уоллеса. Было даже забавно наблюдать за твоими метаниями. С одной стороны, вас тянуло друг к другу, с другой – подозрения не позволяли тебе подпустить его слишком близко… До определенного момента. В конце концов вы все-таки нашли общий язык. Но это не удивительно. Уоллес никогда не был разборчив в связях с женщинами.

– У тебя с ней были какие-нибудь отношения? – спросила я у Адриана, кивая в сторону Клариссы.

– С ней? – ужаснулся он. – Не было даже в мыслях.

– Вот видишь, – снова обратилась я к Клариссе. – Ни с тобой, ни с Лаурой. Выходит, он все-таки достаточно разборчив в отношениях.

– Я, знаешь ли, тоже не была бы заинтересована в подобных отношениях, – поморщилась Кларисса. – Меня интересуют не мальчишки, а взрослые солидные мужчины. Что же касается Лауры, в этом нет ничего удивительного. Она не нужна абсолютно никому, не считая этого юродивого Рональда.

– Ах вот почему ты так не любишь Лауру, – сообразила я. – Вечный конфликт мачехи и падчерицы? Борьба за внимание мужчины… или, может быть, за его наследство?

– Лаура не луч света в темном царстве, – пожала плечами Кларисса, – но теперь это не имеет большого значения. Жена всегда значит больше, чем дочь. Я удовлетворила твое любопытство? Уведите их, – устало сказала она, обращаясь к стражникам. – Их присутствие меня утомило, ваше, кстати, тоже. Вечереет, а у меня еще много дел.

Я и сама была не против покинуть этот дом. Смущало лишь то направление, в котором приходилось идти. Легкие кольчуги стражников, звенящие со всех сторон. И копье, постоянно готовое уткнуться в спину.