ВЕТРОВ

– Ооо… Наконец-то, у нашего начальника физиономия разгладилась! Даже смотреть приятнее стало. Тебя, Алексей Михайлович, можно поздравить со счастливой консумацией брака? – балагур, а по совместительству клоун нашего отдела – Даронов, как обычно, не смог промолчать. – Я тебе сейчас глаз на жопу натяну. И мне на тебя тоже смотреть приятнее станет, – не остался в долгу я, конфискуя у того, только что заваренный бокал с кофе. – Личное – не публичное, слышал о таком? – Да мы ж, любя! Чего ж сразу репрессии то вводить? – стрельнув взглядом на свой перекочевавший напиток, произнес тот, – порадоваться за друга уже нельзя. – Радуйся, но про себя, кто ж тебе запретит? – пожал плечами в ответ, переходя на рабочую волну: – Всё ровно? – Дайченко пока молчит, видимо, подбирает "уютное" место для переговоров, – высказался Серый на правах связного в нашей шайке, – думаю, хочет припугнуть авторитетом и дожать подъёмные до пятидесяти процентов. И да, Ветер, мне не нравится, как он отреагировал на твою жену. Девочек больше нельзя светить перед этой гнидой. Урод видел, твою реакцию на Лину. Ты облажался, не она. – Я это уже понял, – с досадой ответил ему, понимая, что Венечка, бл*дь, всегда будет играть грязно. Будет идти по трупам чужих и своих, лишь бы добиться желаемого. А вчера он желал принцессу. Мою принцессу! – Как только будет известно место и время, заряжай бойцов. Эту похотливую сволочь мы будем брать раньше, чем планировали. И на этот раз, обделаться должен он, а не мы, – мрачно изрек я, прекрасно понимая, что это риск. Но у нас нет времени просчитывать. А у Дайченко чуйка не хуже, чем у борзой, и пока он заглотил наживку, надо действовать. – Ты главное жене не говори, где встреча будет проходить, а то мало ли… – под*ебал Дарон, отсвечивая всем зубным составом сразу. – Хочешь в трёх буквенное турне? Могу организовать в кратчайшие сроки, – улыбнулся, ловя флэшбеки из прошлого и, не выдержав, поддержал громким смехом Серого и Пашку. – Вся моя жизнь, сплошное трёх буквенное турне, – отсмеявшись, заговорил Дарон, – я буквально вчера вечером из него вернулся. – Я рад, что хоть кто-то из представительниц женского пола, не ведется на твои подкаты и держит в тонусе твою кобелиную натуру, – высказался на этот счет Серый, так же как и я, понимая, что за неприступную крепость в последнее время штурмует друг. – Злорадствуете? И правильно. Но она…! – крутанувшись в кресле на все сто восемьдесят, тот с глухим и каким-то отчаянным раздражением мрачно уставился в оконный проём, – она другая. – У-у-у… Да ты серьёзно ею болен, мой друг, – уже без всяких насмешек произнес Серега, – ну так докажи Далиевой, что ты не полный придурок, а нормальный мужик, думающий не только членом, но и головой. – Совет дельный, так чего же сам им не воспользуешься? М? – ехидно поинтересовался Дарон, – ты к Лепницкой, так же, как и я, к Далиевой, весьма неровно дышишь. А рыжуля, что-то не больно подпускать тебя к себе торопится. Видимо, не я один причинным местом думаю. – Упертая, хитрая, вредная лиса, – поморщился на его справедливое замечание мой зам, – но я плотно работаю в этом направлении, чего и тебе желаю. – Даже интересно, кто из нас с тобой первый свою даму сердца к себе расположит, – хмыкнул Дарон в ответ, – забьёмся? – У меня жизненное кредо: с дураками никогда не спорить, – покачал головой Серый, – я могу понять, если речь идёт о потрахушках на одну ночь, но если в деле замешаны чувства… Я пас. – Да это я так, по привычке ляпнул, – стушевался Пашка, – прав ты. Дурак я. – Вот и славно, что наконец разобрались, – прервал я их полемику о "высшем", – теперь, коллеги, надеюсь, вы вернётесь в рабочее русло и займётесь своими непосредственными обязанностями. Мне совсем не улыбается сегодня задерживаться на работе: быстрей начнём, быстрее кончим. – О-о-о… Я надеюсь, ты в постели этого правила не… – Даронов, заткнись!