Глава 29

Дэмиан Эйрхарт сидел в просторной гостиной Ройса Грейсона, потягивая горячий травяной чай из увесистой глиняной кружки и поглядывая в окно, наблюдал за тем, как вечернее солнце, отражаясь в воде, окрашивает бухту в золотисто-алые оттенки, а рыбацкие лодки одна за одной причаливают к берегу.

Волны с мягким шорохом накатывались на песок, оставляя за собой тёмные, блестящие полосы.

Дэмиан чуть прищурился, наблюдая, как один из рыбаков, высокий, жилистый мужчина, спорил с покупателем, размахивая руками и что-то яростно доказывая. Рядом его помощник – совсем ещё мальчишка – ловко стягивал сети, стряхивая с них водоросли.

Вдохнув аромат чабреца и мяты, он сделал очередной глоток и в который уже раз покосился на потолок, с которого доносился беспрерывный топот маленьких ножек. Ощущение было такое, что там наверху бегало не двое шестилетних сорванцов, а как минимум табун пони. Поправочка – визжащих и вопящих пони.

– Отдай! Отдай сейчас же! – завопил один из близнецов с таким надрывом, отчаянием и злостью, будто его лишали главного сокровища в жизни.

– И не подумаю! Это тепегрь мой тгрофей! Я честно захватил его в бою! – возмутился второй близнец.

Последовал грохот, затем визг, снова грохот и громкий вопль:

– Лети! Он жульничал!

– Я тебя победил, и ты сдался! А тепегрь ябедничаешь! – презрительно парировал «захватчик». – Ты ж мужик! А ведешь себя, как баба!

Дэмиан усмехнулся и отпил ещё глоток чая.

– А ну немедленно отпусти брата и верни ему саблю! У тебя своя есть! – вмешался в разборки звонкий девичий голос, в котором Дэмиан узнал голос дочери мэра, Летиции. – Вас же просили, ведите себя потише! Объяснили же, – голос значительно снизился, но, благодаря тонкому драконьему слуху, Дэмиан продолжал слышать каждое слово, – что у нас в гостях большая шишка и к тому же дракон!

Большая шишка и к тому же дракон снова усмехнулся и сделал еще глоток чая.

– Дграк-оон?! – дружно уточнили оба мальчугана. Они все еще ни до конца научились выговаривать звук «р» поэтому он у них звучал смазано и гортанно, как если бы где-то на полпути застревал в горле. – Большая шишка и ещё и дграко-оооноон!!!

Тяжкий, отчаянный вздох девочки и громкий, яростный топот раздались одновременно. И уже через пару секунд два неотличимых друг от друга сорванца с рыжими вихрами выскочили в гостиную, один – в правой руке сжимал деревяный меч, второй обеими – небольшую подушку, которая, по-видимому, служила ему щитом.

Увидев того, на кого они, собственно, и прибежали посмотреть, они тут же замерли, уставившись на него круглыми, как монеты, глазами.

– Ух ты, – выдохнул близнец с мечом в руках, едва слышно, будто боясь спугнуть видение. – Настоящий дгракон!

– Ничего он не настоящий! – возразил ему второй, скептически оглядывая гостя. – Ни чешуи, ни кгрыльев, ни хвоста, ни даже дыма из ноздгрей! – авторитетно заявил он.

– А может он их спгрятал! – с вызовом возразил второй и тут же с надеждой поинтересовался у Дэмиана: – Спгрятал ведь?

Эйрхарт поставил кружку на стол, лениво откинувшись в кресле, и смерил мальчишек насмешливым взглядом.

– Может и спрятал.

Мальчишки переглянулись.

– А покажите? – с надеждой спросил пытавшийся доказать его «настоящесть» близнец.

Дэмиан усмехнулся, слегка склонил голову набок, и его кожа в ту же секунду стала покрываться чешуей.

Оба на миг замолчали, разглядывая гостя во все глаза. Дэмиан изо всех сил старался сохранить серьёзный вид, хотя уголки губ непроизвольно подрагивали от смеха.

– Видел?! – торжествующе возвестил защитник «настоящести» дракона.

– Ну видел! – пожал плечами второй. – Но так и змеи тоже могут!

– Дяденька дгракон, а огнём полыхнуть можете?! – с явно подстрекательными интонациями предложил Дэмиану его защитник.

– Нет, малыш, прости, но я культурный дракон, – с нарочито виновато, но при этом невольно насмешливым видом «оправдался» Дэмиан.

– Ну тогда кгрылья покажи? – немедленно последовало предложение, но уже не столько просьба, сколько требование.

– Боюсь, если я покажу крылья, твоя мама выгонит меня, я же вам весь дом разнесу! – с тем же виновато-насмешливым видом объяснил Дэмиан.

– Ну шо, понял? – ехидно-победоносно фыркнул близнец, считавший гостя ненастоящим драконом. – Где ты видел дгракона, котогрый боится бабы!

– Не бабы, а нашей мамы! – чисто в пику брату поправил защитник «настоящести» дракона, поскольку уже и сам начал сомневаться в том, что дракон настоящий. – А нашу маму и папа тоже боится!

– Так папа ж не дгракон! – резонно возразил ему брат.

– Ну может тогда хотя бы дым из ноздгрей пустите? – предпринял последнюю попытку защитник «настоящести» дракона.

И столько надежды было в его голосе и выражении лица, что Дэмиан на сей раз и в самом деле почувствовал себя виноватым.

– Не могу, малыш, не в доме, – вздохнув, «покаялся» он.

– Ну шо, понял?! Я ж сказал, что дгракон ненастоящий! – торжествующе провозгласил отстаивающий «ненастоящесть» дракона.

Торжествовал победу, впрочем, он недолго. Ровно две секунды, по истечении которых раздался голос отца.

– Ненастоящий потому, что ведет себя как воспитанный человек, а не устраивает пожаров и погромов в доме, как тут некоторые?!

– Понял?! – тут же воспрянул духом защитник «настоящести» дракона.

– Филлип, тебя это тоже касается! – строго осадил его отец. – Ты чем думал, когда подстрекал дракона в доме огнем полыхнуть и крылья тебе показать? Тебе, что спальня твоя надоела, в лесу, в шалаше жить хочешь?

– Понял?! – захихикал его оппонент. – Подстрекатель! Ха-ха-ха! – радостно повторил он за отцом, указывая на брата пальцем.

Но брат его не слышал, он загорелся «предложением», которое показалось ему просто потрясающим. Буквально секунду обдумал и с надеждой поинтересовался и заявил:

– А что, можно? Хочу!

Распекающий сорванцов отец с открытым ртом беспомощно уставился на прячущего улыбку гостя.

Стоявшая в дверях сестра близнецов тихо хихикнула.

К счастью, на помощь пришла мать. Та самая, которую боится и отец, и, как выяснилось, и дракон тоже.

– Нельзя! – категорически заявила Лилиан.

Отец семейства облегченно выдохнул. Гость хохотнул в кулак. Летиция подавилась смехом, прикрыв рот ладошкой. Настаивающий на ненастоящести дракона близнец, в пылу сора пропустивший слова отца про шалаш и лес, удивленно захлопал глазами, пытаясь понять, «чего нельзя-то?». Загоревшийся же идеей пожить в лесном шалаше Филипп обиженно-укоризненно протянул:

– Ну-уу, ма-аам! Ну ты как всегда!

Лилиан смерила сына строгим взглядом и, уперев руки в боки, обманчиво ласково поинтересовалась:

– Что как всегда?

– Ничего! – надул губы и щеки мальчуган. – Хотя сама говогрила, что свежий воздух полезен!

– Хммм… А почему бы и нет! – подал голос отец семейства, получивший время обдумать ответ. – Хотят жить в шалаше, пусть живут! Но пока не в лесу, а в саду, – вопросительно посмотрел он на сына.

Тот на мгновение задумался и кивнул, мол, ладно, чего уж там.

Отец семейства на это удовлетворенно кивнул, лукаво усмехнулся и продолжил.

– Вот только шалаш нужно сначала построить. Я, конечно, помогу, но всё за вас делать не буду. Ну что, готовы строить шалаш?

– Стгроить?.. – почесал затылок Филлип, только сейчас понимая, сколь наивен он был, полагая, что отец ограничиться лишь поправкой на сад. Само собой, на то, что шалаш придется ещё и строить самому, он не рассчитывал и потому сейчас думал, о том, а так ли уж он хочет жить в шалаше?.. И почти уже решил, что не так чтоб и особо, но тут, согласно закону подлости, вмешались обстоятельства в лице старшей сестры.

– Да, Филли, строить! – с ехидством и вызовом в голосе хохотнула она. И выражение лица у неё было та-акое… Мол, что, слабо?

И это решило всё дело.

– Хогрошо! Я готов стгроить! – чисто в пику сестре решил и постановил юный натуралист.

– А ты, Финни? – уточнил Ройс у второго близнеца, до которого только после его слов дошло в чем весь сыр-бор.

– Да, а ты Финни? – поддакнула Летиция все тем же тоном и все с тем же выражением лица: «А тебе Финни, не слабо?!»

Более спокойного и критически мыслящего Фенимора идея жить в шалаше привлекала не настолько, насколько брата, но, в целом… показалась прикольной. Не говоря уже о том, что он старался ни в чем не уступать более шебутному и легкому на подъем брату. И… ему тоже было не слабо.

– Готов! – торжественно, словно отправлялся в свой последний и решительный бой, подтвердил он.

– Отлично! – постановил мэр. – Значит, завтра с петухами и начнем!

– Ссс пе-пету-тухами? – дружно заикаясь, переспросили явно обескураженные этим известием близнецы.

– А вы как думали? – подмигнул им отец. – Потом мне на работу!

Близнецы переглянулись. Выражение лиц обеих было: «Боги всемогущие! На что мы подписались?! Может откажемся?»

И ещё пара секунд, и они бы отказались, но коварная старшая сестра их опередила.

– Что, всё? Сдулись?

– Нет, не сдулись! – был ей дружный негодующий ответ. – По рукам! – с важным видом кивнул и первый, и второй отцу. – Завтра с петухами за гработу!

Вслед за чем гордо развернулись и, опасаясь, как бы еще на что-то подобное подъему с петухами не подписаться, ушли. Точнее, унеслись со скоростью ветра.

Первый, мысленно недоумевая, «как потрясающе классная идея пожить в шалаше превратилась в ежеутреннюю строительную повинность в безбожную рань?!». А второй, пытаясь понять, как он мог? Как он мог так вляпаться? Ему ведь и в шалаше-то не так, чтобы очень тянуло пожить. Прикольно, конечно. Но не настолько, чтобы на каторжные работы подписываться! А он… А он подписался! Болван! А всё, Филька! И Лети, ко-оза! Ну он ей еще отомстит! И Фильке!

Проводив взглядом близнецов, Дэмиан перевел восхищенный взгляд на хозяина дома и с лёгкой усмешкой признался.

– Опыт таки великое дело! Как вы их! Потрясающая командная работа!

– А куда деваться! – усмехнулся Ройс. – С этими двумя работает только «не можешь управлять, возглавь!

Лилиан насмешливо посмотрела на мужа:

– Хотела бы я посмотреть, как бы ты возглавил, если бы я не вмешалась! Или мне показалось, что у тебя челюсть отвисла?!

– Нет, не показалось, – признался тот и, любовно глядя на жену, продолжил: – Если бы не ты, моя любимая, моя умница и разумница…

Лилиан зарделась, сияя в ответ настолько же любящим взглядом.

– Ты бы начал читать им одну из своих занудных лекций, – закончила за Ройса дочь.

– Да ладно! – деланно возмутился он. – Не такие уж мои лекции и занудные!

Летиция закатила глаза. Лилиан закатила глаза, чтобы сдержать смешок.

– Ну всё-всё… Сказано ж было, хорошая командная работа! Чем вы слушали? Умницы, разумницы, а? – нарочито строго осадил их Ройс. – И, вообще, вам не стыдно? Устроили тут, понимаешь ли, перед высоким гостем семейные разборки!

Испугаться, его никто не испугался, разумеется, но правоту признали.

– Простите, Ваша Светлость, – смущенно покаялись мать и дочь.

– Да всё нормально! – улыбнулся Дэмиан. – Мне очень у вас нравится. У вас замечательная семья.

Лилиан расцвела в широкой, счастливой улыбке, но её взгляд уже в следующее мгновение посерьёзнел. Она вспомнила зачем, собственно, пришла.

– Вам бы отдохнуть. Я пришла сказать, что ваша комната уже готова.

Дэмиан благодарно кивнул и, широко улыбнувшись, сообщив:

– Так я уже! Отдыхаю и душой, и телом! Ваш чай, кстати, настолько хорош, что я всерьёз подумываю, а не переехать ли к вам насовсем!

– А и переезжайте! – ничуть не испугалась «угрозы» Лилиан и предложила: – Ещё чая? Или может, чего посущественней?

– Пока только чай, но не сюда, а, возможно… мы пройдем в ваш кабинет? – обратился Дэмиан к хозяину дома.

Ройс кивнул, его лицо словно бы вдруг потемнело.

– Лучше в библиотеку, – предложил он. – Там и кресла удобнее, и диван.

– Диван, чур мой! – шутливо застолбил за собой диван Дэмиан, прекрасно понимая, что диван ему, как раз и предназначается.