Глава 27

- Что вы от меня хотите?

Я уже кричу, не боясь, что меня услышат. Толпа беснуется. Бойцы сменяются один за другим. Уже давно перевалило за полночь. Ещё немного, и всё закончится.

Зайкалов просто смотрит на меня и улыбается, тягуче, хищно. Я оглядываюсь и делаю жест Алексею. Он тут же наклоняется.

- Алексей, мне нужно выйти, проводите? - громко говорю я.

Он кивает и берёт меня за руку, помогая подняться.

В ту же секунду Тагир встаёт и обхватывает мою талию крепкой рукой.

- Куда это вы собрались, Ольга Валерьевна? - его губы опять касаются моей кожи. - Если я не ошибаюсь, минут через десять ваш муж будет в моей клетке. - Он выделяет последнее слово, тянет его, смакует.

Меня пробивает молнией. Разворачиваюсь и пальцем провожу по его груди, вдоль пуговиц, останавливая палец чуть ниже сердца, чувствуя его толчки. Смотрю в его глаза, не мигая.

- Тагир Мансурович, - кривая улыбка, которая должна его выбесить, и прямой ответ, которого он не ожидает. - Когда женщина беременна, ей очень часто хочется в туалет, попИсать.

Боже! Не ожидал? Я чуть не рассмеялась растерянности, которая украсила его, такую наглую ещё мгновение назад, физиономию. Глаза Зайкалова опустились вниз и задержались на моём животе. А меня, господи, спасибо тебе, тут же начало мутить.

Я откидываю его руку и бросаю беспомощный взгляд на Алексея. Он без слов прижимает меня к себе и выводит из ложи. Почти бегом вылетаем из зала. В женский туалет он влетает вместе со мной и первым делом осматривает все кабинки.

- Никого, Ольга Валерьевна, - спокойно говорит он. - Я буду ждать вас у дверей.

Разворачивается и выходит, прикрыв плотно дверь. Тошнота скручивает меня. Желудок сходит с ума, освобождаясь от того немногого, что я в себя смогла затолкать.

- Ты её видела? - женский голос вгрызается в мозг внезапно и жестко. - Ты видела эту суку? Твою мать! На какой сраной помойке он её нашёл?

- На какой бы не нашел, но теперь она его жена, Злат. - второй голос уставший и хриплый.

- И что? - смех, злой и колючий. - Скорее всего, не дала без штампа в трусы залезть. Натрахается сейчас с нею, надолбится, как дятел на осине, и вышвырнет. Там же смотреть не на что! Динь-Динь ебучая! Володька его под орех разделает! Он уже договорился о его браке с дочерью Ицхакова! Есть кокс?

- Ты его уже весь сожрала! Сколько можно?

- Блядь! Да столько, сколько нужно! - удар и звон разбитого стекла. - Сууука! Как я могла так просчитаться! Если бы Витька не приехал так рано со своего чемпионата, никто бы ни о чём не узнал!

- Так а какого хера ты под его отца-то легла?

- Сначала по пьяни, а потом…

- По любви? - отвязный громкий смех.

Я буквально стекла по стенке кабинки. До меня дошло, что невидимые собеседницы говорят о нас с Виком.

- Какая на хер любовь! Вовка притащил какую-то дурь, и мы так вштырились, что секс был просто космическим, я неделю ходить не могла. Думала, залечу да заставлю Витьку жениться, даже уже ДНК-лабораторию нашла, чтобы всё было охуенно. Хрен на рыло! Как говориться: «Вернулся муж, а мы в прямом эфире!» А у него бзик: баба отца для него хуже дерьма на говнодавах. Я его теперь на трах разведу, только если он нажрётся, как в первый раз.

- Так ты его… - сумасшедший гогот, от которого закладывает уши.

- Так, а хер ли делать, если этот мудак даже не смотрел на меня. Да ещё пришлось девочкой прикидываться!

- Кееем? Ой, бляяя! Ты хоть сама-то помнишь, когда была той девочкой? Ну ты, Златка, даёшь!

- Прикинь, пришлось даже операцию делать!

- Да ладно?

- Угу. - смеётся низким, грудным смехом. - После сотни мудозвонов, оп! И девочка опять. А этот придурок аж расплылся от гордости. Я чуть кипятком не ссалась. Но что не говори, в постеле он Бог. Ни до, ни после таких любовников, как Татарский-младший, у меня не было.

Я сижу в кабинке и зажимаю рот руками, боясь даже дышать. Дверь с грохотом открывается. Я вжимаюсь в стенку.

- Тагииирчик! - голос, судя по всему, Златы. - А ты дверью, часом, не ошибся?

- С недавних пор разделения туалетов тут не предусмотрено, Злата.

Мои глаза распахиваются. Я начинаю раскачиваться из стороны в сторону, тихо поскуливая.

- Вы тут одни?

- Ну пока ты не ввалился, так и было. - жеманное хихиканье и цокот каблуков. - Ты пришёл составить нам компанию? У нас вечер свободный. Володя в Питер укатил, так что…

- Прости, у меня другие планы. И вроде мы с тобой решили, что наши перепихоны нужно прекращать.

- Ты что, тоже? Тоже запал на эту суку? - голос Златы становится злым, резким.

- Пасть закрой!

Хлопок.

- Подонок!

Хлопок.

- Пошла на хуй отсюда, сука!

Смех издевательский, булькающий.

- Ну-ну! Витька за неё тебе глотку порвёт! Если он даже отца не послушался и женился против его воли, не смотря на договорённости с Ицхаковым, то тебе-то точно ничего не отломится от его Динь-Динь!

- Что тут происходит?

Голос Алексея! Слава богу!

- Где Ольга Валерьевна? - стук открываемых кабинок. - Ольга Валерьевна, с вами всё хорошо?

Твою мать! Наступает гробовая тишина, нарушаемая только стуком капель по раковине. Я закрываю глаза в ожидании неизбежного.