Глава 53

Три месяца спустя.

- Ольга Валерьевна, к сожалению, ничем не могу вас обрадовать. - Акушер-гинеколог развернул ко мне экран монитора. - Все признаки врождённого порока сердца налицо. В этой ситуации радует только одно.

- Разве в этой ситуации может что-то радовать, Тамара Семеновна. - Тихо спросила я, поглаживая живот дрожащими пальцами.

Я лежала на кушетке в кабинете УЗИ пренатального центра, в котором Тагир поставил меня на учет сразу после приезда из Швейцарии. Все наши опасения, которые были озвучены ещё в швейцарской клинике, подтвердились. С каждым новым обследованием моя обменная карта становилась толще и толще. Тагир не выпускал айфон из рук. Все светила детской и перинатальной кардиологии почтили меня своим присутствием. Если сначала прогнозы давались крайне расплывчатые, то последние пару недель их тон стал более оптимистичным.

- Представьте себе, моя хорошая. - Врач водила датчиком аппарата УЗИ по животу, вымеряя и выискивая несоответствия нормальному течению беременности. - При всей тяжести процесса, который я сейчас наблюдаю, порок у нас изолированный, а это говорит о том, что при своевременном оперативном лечении и хорошей реабилитации всё должно обойтись без последствий, и ваша дочь вырастет абсолютно здоровым ребенком.

- Дочь? - Я подняла на неё глаза. - У меня будет дочь?

Она кивнула, продолжая внимательно всматриваться в экран монитора. А я закрыла глаза, чувствуя, что губы растягиваются в улыбке. Сегодня первый раз прозвучало это удивительное слово — дочь! До этого моя крошка всегда была просто «плод». У меня будет дочь, его дочь. Губы задрожали, и я прикусила их до крови. Не думай! Не смей! Его нет! Всё!

- …Поэтому я настаиваю на немедленной экстренной госпитализации на дородовое в отделение перинатальной кардиологии. Ваш муж, Тагир Мансурович, сегодня подойдёт? Я бы хотела с ним поговорить.

Я вздрогнула, абсолютно потеряв нить разговора.

- Что, Тамара Семеновна? - переспросила, чувствуя себя абсолютной дурой.

- Тагир Мансурович к нам подойдет? Он же никогда не пропускает приёмы. - Она похлопала меня по руке. - Вам невероятно повезло с мужем, Ольга Валерьевна. Он вас так любит и заботится о вас. За всю мою практику я даже и припомнить не могу такого, чтобы муж не отходил от своей жены и вёл себя так, как Тагир Мансурович.

- Он должен был подойти, наверно что-то задержало. - Тихо говорю я.

- Прости, дорогая, московские пробки меня доконают! Добрый день, Тамара Семеновна. Как у нас дела?

Он вошёл без стука, просто распахнул дверь кабинета и вошёл. Развернул стул, сел на него верхом рядом с кушеткой, протянул руку и провёл ладонью по животу, мягко, по-хозяйски, успокаивая и меня, и шилопопую проказницу, выписывающую кренделя в моём животе.

- Хорошо, что вы пришли, Тагир Мансурович. - Гинеколог развернула к нему монитор и села полубоком. - К сожалению, все наши опасения подтвердились. ДАЛП четвёртого типа, средней степени тяжести. Я настаиваю на экстренной госпитализации вашей жены на дородовое в отделение перинатальной кардиологии, для решения вопроса о проведении кесарева сечения и оперативного лечения новорожденной. Ваша задача в этой ситуации — в максимально короткие сроки найти хорошую клинику для проведения реабилитационных мероприятий. На вашем месте я бы выбирала между немецкой «Шарите» и израильской «Шибой».

- Делайте всё, что считаете нужным, Тамара Семеновна. Для меня здоровье жены и... - Он пристально глянул на монитор. - моей дочери стоит на первом месте. Передайте мне список всего необходимого, и уже через пару часов всё будет доставлено. Я уже начал вести переговоры с «Шарите», они ждут медицинскую документацию для принятия окончательного решения и определения сроков госпитализации.

- Постараюсь подготовить всё в кратчайшие сроки.- она кивнула Тагиру и посмотрела на меня.- Ну что ж, Оленька, тогда я предлагаю нам сразу же подняться в отделение. - Она улыбнулась и села за стол оформлять обменную карту и писать направление на госпитализацию.

- Тамара Семеновна, а можно отложить госпитализацию на понедельник? Сегодня всё равно пятница, а так мне нужно успеть кое-что сделать до того момента, как я лягу в больницу.

Я умоляюще посмотрела сначала на неё, потом на Тагира.

- Я, конечно, не против, но чтобы в понедельник как штык на отделении. - Кивнула она. - А для вас, Тагир Мансурович, только одно: не спускайте с неё глаз и, как обычно, половой покой. Оленька, вы не могли бы оставить меня наедине с вашим мужем?

Кивнув, вытерла живот салфеткой и вышла из кабинета. Сев на диван, я откинулась на спинку и закрыла глаза.

Три месяца мы с Тагиром живём вместе. Он окружил меня заботой, полностью взвалив на себя все мои проблемы и подготовку к рождению дочери. Он даже переступил через себя, позволив мне навещать мать, лично отвозя в Рыбушкино. Мама до сих пор не знает, что Витька и я расстались, пребывая в твёрдой уверенности, что мой муж находится в Эмиратах по делам фирмы. Но эта ложь скоро лопнет, как мыльный пузырь.

В конце февраля, а точнее неделю назад, на адрес резиденции Татарских пришло официальное письмо, что Виктор Владимирович Татарский отбыл в Сирию в составе миротворческого контингента Российской Федерации в ответ на запрос Влада, который подключил к поиску внука все свои связи, дойдя до самого верха.

После этого он поднял на уши всех, чтобы вернуть Витьку домой, но всё оказалось безрезультатно. Контракт подписан и обратной силы не имеет. Витька совершеннолетний и может делать со своей жизнью то, что посчитает нужным. На него страшно было смотреть, я боялась подойти к нему по поводу развода и не знала, что делать, находясь в тупике.

Оставался единственный, почти призрачный вариант. Был только один человек, к которому я могла обратиться, в надежде на его помощь и на то, что Витька до сих пор поддерживает с ним связь. Именно к нему я планировала съездить на этих выходных.

Дверь в кабинет открылась, я вздрогнула и открыла глаза. Тагир вышел и сел рядом, обхватив меня рукой и прижав к себе.

- Оль, всё будет хорошо, слышишь. Я нашёл самую лучшую клинику для нашей девочки. Нужно только оформить этот чёртов развод! А времени катастрофически не хватает! Вопрос с кесаревым решится уже на следующей неделе, максимум до середины марта! Если мы не успеем, я не смогу вывезти её из страны. Единственная возможность это сделать — улететь сейчас, но даже вылететь уже не получается. Риски возросли многократно, но я что-нибудь придумаю, Оль! Я должен что-то придумать!

- Я знаю. - тихо говорю я, беря его за руку, переплетая наши пальцы. - Мне просто очень страшно, Тагир. Спасибо, что ты рядом.

Всё случилось, как он и говорил. Затянув эту ситуацию с самого начала, сейчас всё приходится делать в авральном режиме. Он уже практически не спит, постоянно находясь на связи. Юристы, врачи, бизнес. Меня он просто отстранил от всего этого, сказав, чтобы я успокоилась и просто ждала. Но я видела, что с каждым днём он начинает загоняться всё больше и больше, а времени уже не остаётся ни на что. У меня есть шанс, пусть и призрачный, достучаться до Витьки, и это необходимо сделать сегодня - завтра. Тянуть дальше некуда.

- Тагир, мне нужна машина. - тихо говорю я.

- Зачем? Давай я отвезу тебя, Оль.

- Нет, я хочу поехать с водителем. Ты и так устаёшь.

- Хорошо, как скажешь, родная. Когда нужна?

- Завтра с утра.

- Я предупрежу Аслана. - он встал и потянул меня за руку. - Поехали домой, устал, как чёрт.

* * *

Около одиннадцати утра на следующий день я стояла на взлётке, высматривая Артамонова. Он увидел меня сразу, вскинул обе руки с растопыренными пальцами и вернулся к группе прыгунов. Уже через десять минут он подошёл и сдержанно улыбнулся.

- Я ничего о нём не знаю, Оля. - сразу же с места в карьер сказал он.

Я так и знала. Он единственный, с кем Вик поддерживал связь. Он был в курсе всего того, что произошло, со слов Вити, и я в этой истории была исчадием ада.

- Может, выслушаешь тогда мою историю? - просто спросила я.

Он вздохнул и поднял голову, оглядывая небо.

- Сегодня хорошая погода. Небо чумовое.

- Миллион-на-миллион. - тихо ответила я.

Он улыбнулся и скосил глаза.

- Через полчаса я освобожусь. В нашем кафе подожди меня.

- Хорошо. - улыбнулась я.