Глава 44

Ровно в семь часов я вышла из дома. Чёрный «Майбах» уже стоял на подъездной дорожке. Увидев меня, водитель выскочил и, обежав машину, открыл мне дверь. Сев на заднее сиденье, я закрыла глаза и задумалась. Времени обдумать все детали моего плана катастрофически мало. Витька своими словами выбил меня на три дня! Даже сейчас, стоило только подумать об этом, липкая волна боли, стыда и унижения накрыла меня, сжимая горло ледяными пальцами. Выдохнув сквозь зубы, огромным усилием я заставила себя переключиться.

Нужно думать о другом. За оставшийся месяц необходимо слишком много сделать для того, чтобы… Да, это будет удар для них, но именно они довели меня до этого, они разбудили во мне суку, которая умеет больно кусаться. Мысленно я разделила все задачи по пунктам в порядке их осуществления и отложила в сторону. Ни звонить, ни писать нельзя! Как только они всё поймут, первое, что сделает мой муж, так это возьмёт распечатки разговоров. Поэтому я следила даже за тем, сколько раз за неделю я написала Светке.

Когда мы подъехали к Four Points by Sheraton, меня уже ждали. Отдельный лифт и VIP-обслуживание. Войдя в помещение ресторана, меня сразу проводили в приват-зону, находящуюся на террасе. Тагир сидел за столиком и разговаривал по телефону. Сжатые губы и желваки не оставили сомнений, с кем именно он вёл разговор. Увидев меня, он резко попрощался со своим собеседником и, положив айфон на стол, встал. Я подошла к нему и подставила щеку для поцелуя.

- Родная, ты великолепна. - тихо сказал он, касаясь носом щеки, проводя кончиками пальцев по руке от кисти и вверх до самой ключицы, заставляя кожу покрыться мурашками.

Он отодвинул стул, приглашая меня сесть.. Выбор блюд я всецело доверила мужу, он прекрасно говорил на арабском, чем мгновенно расположил к себе персонал, с вытекающим из этого комплиментом от шеф-повара. Я же восхищенно смотрела на воды залива. Вид с террасы открывался просто невероятный. Отодвинув стул, встала и подошла к перилам. Закрыв глаза, просто стояла, облокотившись на них грудью, и дышала. Я даже не слышала, как он подошёл, просто почувствовала его дыхание и руки, обхватившие меня, прижавшие к его груди.

Муж наклонился и, слегка касаясь уха губами, прошептал:

- Не хочу тебя отпускать, солнышко. После ужина сразу домой. Хочу тебя.

Он чуть двинул бедрами, и я тут же почувствовала всю степень его возбуждения. Резко выдохнув, подняла голову в ожидании поцелуя, которого не последовало. Открыв глаза, я удивленно на него взглянула.

- Даже не думай, родная. Не хочешь же ты провести ночь в полицейском участке. - улыбнулся муж, разжимая руки и делая шаг назад. - Даже то, что мы с тобой просто стояли обнявшись, это уже нарушение закона. Нас спасает только то, что это всё-таки приват-зона.

- Но мы же муж и жена! - я просто опешила от этого заявления.

- И даже это не повод прилюдно выражать свои чувства, Оленька. Пойдем.

Он протянул руку, и мои пальчики тут же оказались в его горячей ладони. Усадив меня за стол, Тагир сделал жест официанту разлить по бокалам вино.

Весь ужин он пристально следил за тем, что и сколько я съела. Пока мы сидели за столиком, желание чуть угасло, и перед тем, как отправиться домой, мы прогулялись по набережной, наслаждаясь легким бризом и сумасшедшим небом, с мириадами сияющих звезд, с размытой лентой Млечного пути через весь небосвод.

Увидев яркую вспышку сгорающего в атмосфере метеорита, я быстро закрыла глаза, загадав желание.

- Успела? - тихо засмеялся муж, снимая пиджак и накидывая его на мои плечи. - Пойдём, родная, завтра рано вставать.

- Разве? - удивилась я.

- Ну, с учётом моих планов на эту ночь, времени на долгий сон у нас не останется. - улыбнулся он, сажая меня в машину.

Всю дорогу до дома он держал меня за руку, рисуя большим пальцем круги на моей ладони, от чего тело плавилось и отзывалось томлением и пульсацией в глубине лона. Между ног было уже влажно, и аромат моего желания наполнял воздух в машине, заставляя мужа шумно дышать, втягивая его, бросая на меня жадные взгляды. Я видела, что его глаза стали почти чёрными, а крылья носа подрагивали при каждом вдохе. Он сжал зубы, рука, лежащая на руле, подрагивала, и для того, чтобы это скрыть, он отбивал пальцами ритм по оплётке руля. Когда же я, уже не в силах бороться с телом, запустила руку под юбку, он резко выдохнул и прошипел:

- Ведьма! Я тебя накажу.

- Ничуть в этом не сомневаюсь, любимый! - прошептала я, выгибаясь, запрокидывая голову, приоткрывая рот в беззвучном крике.

* * *

Я медленно спустила с плеч платье, чувствуя на себе его горящий взгляд. Легкий шелк с тихим шорохом упал к моим ногам. Он громко выдохнул. Кроме платья на мне не было абсолютно ничего.

- Только не говори мне, что ты была в таком виде весь ужин, дорогая, - прошипел он, вставая с кровати и подходя ко мне.

- Ну что ты, - легкий поворот головы и движение плеч, руки взлетели вверх, освобождая волосы из плена шпилек. - Как ты мог обо мне такое подумать, - улыбка слегка коснулась губ, когда я почувствовала его руки на своих плечах. - Всего лишь всю дорогу до ресторана, ужин и прогулка по набережной.

Он застонал и, наклонившись, провел языком по линии шеи, в то время как его руки скользнули вниз, обхватывая мою грудь.

- Ты просто сумасшедшая, Оленька. - его голос срывался, уходя вниз до сиплого хрипа. - Сумасшедшая. Иди сюда.

Он подхватывает меня на руки, несет в кровать и кладет на спину. Опускаясь на колени, берет мою ножку в руки и, покрывая ее влажными поцелуями, поднимает на свое плечо, проделывая то же самое со второй ногой.

- Тагир. Что ты делаешь? - мой голос вибрирует и дрожит от еле сдерживаемого желания, уходя вверх, когда я чувствую его горячее дыхание на своих припухших, сочащихся складочках.

Закрывая глаза, я до боли прикусываю губу, откидываясь назад, цепляясь руками за простыни, стягивая их. Тело выгибается, дыхание становится тяжелым, рваным, свистящим.

- Тагир?

- Тихо, родная. Я всего лишь люблю свою жену, Оленька. - его хриплый шёпот осязаем, я чувствую, как он касается моего тела чувственной волной.

Его язык прошёл вдоль складочек, погружаясь между ними, скользя по нежной коже, коснулся возбуждённого клитора, очерчивает его, потом опять проложил горячую дорожку вниз и проник внутрь, собирая влагу. Его движения резкие, ритмичные. Под этот ритм подстраиваются пальцы, сжимающие твердую горошинку, которая уже болезненно пульсирует.

Я заметалась, подкидывая бедра, умоляя его не останавливаться, вскрикивая, когда вместо языка почувствовала его крепкие пальцы, скользящие внутри меня, выискивающие невидимые точки, заставляющие тело выгибаться, рассыпаться искрами. Моя рука скользит вниз по груди, пальцы оглаживают ареолу, сдавливают камешек соска и скользят ниже, пока я не почувствовала грубый шёлк его волос, вцепившись в них, притягивая его к себе ещё ближе, выгибаясь навстречу его жадному рту.

- Пожалуйста, Тагир... - мой стон разносится по спальне.

- Сожми соски, родная, - хрипло прорычал он, - Сожми их как можно сильнее сейчас.

Он хлопнул меня по ягодицам и резко вошёл в тот момент, когда мои пальцы сжали тугие бусины сосков. Огромный белый шар экстаза разлетелся тысячью, миллионами осколков, заставляя меня запрокинуть голову и закричать, погружаясь в невероятный по силе чувственный шторм, в то время как он мощными размашистыми движениями врывался в меня, догоняя на вершине и изливаясь горячей струёй внутри меня.

Его низкий рык и руки, прижимающие меня к нему, пальцы, скользящие вниз, ласкающие, разгоняющие снова и снова. И так всю ночь. До тех пор, пока хватало сил, пока утренние лучи не окрасили горизонт алой зарёй.

Уже засыпая, он провёл ладонью по моему телу, задержав её на животе, и прошептал тихо, чуть слышно:

- Если бы это было возможно…