Глава 17

Спустя несколько дней после разговора в кафе…

После того, как Ленка открыла мне глаза на очевидное, вечера я ждала, затаив дыхание. От окна не отходила, даже когда на город опустились сумерки и в небе вспыхнули яркие звезды. Он не приехал…

Димитрий не появился ни на следующий день, ни через день. На телефон он не отвечал, и в душу стал закрадываться страх. А что если он в беде? Что если он решил разобраться со своим братом? Что если… И на очередном "если" я сама себя оборвала. Паника сейчас не лучший помощник.

Я решила действовать. Сидеть и ждать, терзаясь догадками, было невыносимо. Первым делом – к Ленке. Я больше не могу от нее скрываться, она и так на меня косо смотрит. Чувствует, что я что-то скрываю. А мне сейчас как никогда нужен ее светлый ум.

Я выскочила из дома, машинально поймала такси и назвала ее адрес. Дорога до ее квартиры прошла, как в тумане. Звонок в дверь показался мне оглушительным. Ленка открыла, сонная и растрепанная. Увидев мой вид, она посторонилась в сторону, предлагая мне войти.

– Что случилось? Ты вся бледная! – испуганно спросила она, впуская меня внутрь.

И я начала сбивчиво рассказывать все и сразу перескакивая с одного на другое. И то что я Видящая, и что в мире существует другие существа, и что Димитрий пропал, и что не отвечает на звонки. Ленка слушала, хмуря брови. – Погоди, погоди, давай по порядку, – остановила она меня. – Ты говоришь, он не отвечает уже три дня? Ты пробовала звонить его друзьям?

– Роман так же не отвечает, – я прикрыла глаза унимая вновь зашедшееся сердце.

– Соберись, и вспомни! Ты говорила, что они чему-то тебя учили и относились к некой тайной организации, которая контролирует сверхъестественное, – она строго на меня посмотрела. – Откинь панику и просто вспомни!

Я глубоко вздохнула, стараясь собрать мысли в кучу. В голове всё смешалось: страх, тревога и непонимание. Я вспомнила, как Димитрий и Роман говорили о том, что их организация следит за балансом между мирами, что существуют существа, способные нарушить этот баланс.

– Они говорили, что с их организацией можно связаться, – я закусила губу продолжая вспоминать. – Что если я окажусь в беде, то могу с ними связаться.

– Хорошо, – сказала она. – Как? – и я поперхнулась на ее вопросе.

Как я могу признаться ей, что прослушала эту часть обучения, так как не слушала. Мое внимание было приковано к его идеальному профилю, к тому, как свет играл в его темных волосах. Я просто... не слушала. И теперь, когда от этого зависела, возможно, его жизнь, я не могла вспомнить ни единого слова.

– Я не могу… не могу вспомнить, – истерически воскликнула и подскочила на месте.

– Ты серьезно? Ты говоришь, что тебя учили, как бороться со сверхъестественным, и ты не помнишь, как связаться с теми, кто может помочь? – она прищурилась, а я покраснела.

– Я.. знаю, это глупо. Но я правда не помню. Я... я отвлеклась, – опустила взгляд, чувствуя себя полной идиоткой.

Наступила долгая, мучительная тишина. Я чувствовала ее взгляд на себе, оценивающий, осуждающий. Наконец, она вздохнула. И я украдкой посмотрела на нахмуренную подругу и тут у меня созрел один вопрос.

– Подожди! Ты мне веришь? Я думала ты мне скорую вызовешь, – и вот тут она отвела взгляд.

– Мне снился сон, один и тот же, – она повела плечами словно сбрасывая наваждение. – Твой рассказ все объясняет.

– Сон? – спросила по сути понимая, о чем она говорит. – Что тебе снилось?

– Меня укусил вампир, – подруга внимательно следила за выражением моего лица, я только и смогла закусить губу, что не сболтнуть лишнего. – Можешь не говорить, но теперь я уверена, что это правда.

– Прости, я расскажу тебе, но чуть позже, – я отвела от нее взгляд, мне было неприятно что-то от нее скрывать, тем более что я итак открылась уже.

– Не думай, что я забуду об этом, – пообещала она мне и я была уверена, что Лена еще вернется к этому разговору. – Ладно, раз у нас нет возможности связаться с теми, кто может помочь, тогда может свяжемся с сестрой Димитрия?

– Хм, я не уверена, что получится. Но вот ты сказала, и я поняла одну вещь, – она заинтересовано подалась в мою сторону. – Все эти дни я ощущала чужое присутствие, – я прикрыла глаза и потянулась к своей внутренней силе.

Когда же открыла глаза, пространство изменило свой окрас. Оно словно выцвело, квартира Лены предстала мне в режиме сепии, как во время ночной съемки. Все стало приглушенным, словно затянутым дымкой, но в этой дымке я надеялась увидеть то, что скрывалось от обычного взгляда. И у меня это получилось…

С довольной мордой, развалившись на диване, передо мной сидел… домовой. В облике кота. Он вальяжно почесывал за ухом задней лапой, и этот жест, такой кошачий и такой... человеческий, окончательно убедил меня в реальности происходящего. Не сон. Не галлюцинация. Домовой. В кошачьем обличье. В квартире Лены.

Голова гудела, а в горле пересохло. И я, как завороженная двинулась в его сторону, но тут меня остановил рука Лены, которая ничего не видела из того, что вижу я.

– Ян, что происходит? – тихо спросила она и я повернулась к ней, Ленка отдернула сразу руку. – У тебя глаза светятся, – пробормотала он и нервно хмыкнула. – Нам грозит опасность? – спросила в итоге она и я отрицательно качнула головой.

Я чувствовала, как присутствие домового наполняет пространство теплом и уютом. Я стояла, словно завороженная, и не могла отвести взгляда от этого пушистого создания. Его мех переливался на свету, а глаза, яркие и проницательные, смотрели на меня с любопытством и добротой.

– Ты ведь можешь мне помочь? – спросила и с удивлением увидела, как он кивнул. – Так, ты поможешь мне в поиске Димитрия? – домой посмотрел на меня, как на дурочку.

Он спрыгнул с постели и направился в сторону кухни, я удивленно смотрела ему вслед, оглянулась на подругу и махнула головой, чтоб она следовала за мной. Войдя следом за домовым. Обнаружила его сидящим на столе около плиты и стоящем на нем чайнике.

– Лен, кажется нам стоит заварить чай, – подруга смотрела на меня с недоверием. Но просьбу выполнила.

Она поставила чайник, достала заварник и чай, достала медовые пряники и все в полнейшей тишине. Домовой следил за ней с одобрением, особенно, когда она поставила две чашки и одну пиалу и налила в них приготовленный чай.

– Приятного чаепития, – пожелала Лен и внимательно посмотрел на меня, а потом удивленно перевала взгляд на пиалу, ее глаза увеличивались в размере. Так как она не видела, как кот лакает чай, она видела только, как уменьшается в пиале жидкость.

Пиала опустела. Домовой спрыгнул со стола и, обогнув Лену, направился к двери. Он остановился в дверном проеме и обернулся, словно приглашая нас следовать за ним. – Лен, помнишь черного кота в моей квартире? – подруга медленно кивнула. – Ты его сейчас не видишь, но он тут.

– Кто он? – тихо спросила Лена.

– Домовой, и, кажется, он может мне помочь. Он сейчас ждет, что я последу за ним, а ты… – но подруга перебила меня.

– А я иду с тобой, – она серьезно посмотрела на меня и убежала в комнату, чтоб через пять минут выбежать в спортивном костюме и в руке держа свою ветровку.

Внутри словно натянутая струна лопнула от облегчения. Как бы я не храбрилась внутри, но я ни разу не боец. И присутствие бойкой подруги внушало немного уверенности, и расправив плечи смело шагнула за котом-домовичком.

Сердце колотилось, как у пойманной птицы. Я чувствовала себя Алисой, нырнувшей в кроличью нору, только вместо Белого Кролика меня вел упитанный черный кот, в котором скрывался домовой. Лена, запыхавшись, догнала меня в коридоре. Ее решительный взгляд немного успокаивал.

Домовой, не дожидаясь нас, проскользнул в дверь. Мы последовали за ним, оказавшись на лестничной площадке. Кот, а точнее, домовой в обличии кота, не спешил. Он вальяжно спустился на один пролет и остановился, поглядывая на нас через перила.

– Куда он нас ведет? – прошептала Лена, прижимаясь ко мне.

Я пожала плечами. Понятия не имела. Но что-то внутри подсказывало, что это единственный шанс хоть что-то выяснить.

Мы продолжили спускаться, следуя за нашим необычным проводником. Домовой вел нас вниз, пропуская этаж за этажом, пока мы не оказались у самой двери подъезда. Он выскользнул наружу, и мы, переглянувшись, последовали за ним.

На улице уже стемнело. Фонари бросали на асфальт дрожащие круги света. Домовой, сидел на бордюре и смотрел в сторону двора. Он мяукнул, словно подзывая нас. – Ну что, идем? – спросила Лена, сжимая мою руку.

Я кивнула, и мы двинулись за котом вглубь двора, туда, где тени становились гуще и тревожнее. Но внутри зрела уверенность, что сейчас я приоткрою еще одну тайну нашего мироздания.

Кот неторопливо шествовал между припаркованными машинами, его черная шерсть почти сливалась с ночной тьмой. Лишь желтые глаза поблескивали в свете редких фонарей, указывая нам путь. Лена шла впереди, крепко сжимая мою руку, словно боясь потеряться в этом лабиринте железа и теней. Я чувствовала ее напряжение, но и сама была не лучше. Каждый шорох, каждый скрип тормозов заставлял вздрагивать.

Мы миновали детскую площадку, где одиноко покачивались пустые качели, и вышли к заросшему кустами пустырю. Здесь фонари уже не доставали, и приходилось полагаться на зрение кота, который, казалось, прекрасно ориентировался в темноте. Он уверенно направился к покосившемуся сараю, стоявшему в самом углу пустыря.

– Зачем он нас сюда привел? – прошептала Лена, останавливаясь.

Я не знала. Сараю было место только в фильмах ужасов. Облупившаяся краска, прогнившие доски, зияющие дыры в крыше – все говорило о том, что здесь давно никто не бывал.

Кот остановился у самой двери сарая и обернулся к нам. Он снова мяукнул, на этот раз более настойчиво, словно требуя, чтобы мы вошли.

– Может, не стоит? – с сомнением произнесла Лена. – Вдруг там кто-то есть?

– А вдруг там ответ? – возразила я, хотя внутри все сжималось от страха.

Но ни я, ни она даже приблизительно не знали, что нас ждет за этой дверью. Я сделала глубокий вдох и шагнула вперед. Дверь сарая с противным скрипом отворилась, впуская нас в затхлый, пропитанный сыростью мрак. Кот проскользнул внутрь, и мы, переглянувшись, последовали за ним. Дверь с треском закрылась, отрезая нас от остального мира. Мы синхронно вздрогнули и оглянулись и когда мы повернулись назад, то не поверили своим глазам. Каким-то образом мы больше не были в пыльном помещении заваленным старым хламом, и здесь больше не пахло пылью и плесенью.

– Мать моя женщина, Янка, мы где? – воскликнула подруга во все глаза смотря на исторический замок величественно стоявший перед нами.

– Вы на изнанке мира, – мурлыкнул домовый и насмешливо на нас посмотрел.

Я чуть не грохнулась в обморок, когда поняла, что это сказал кот-домовой. Медленно перевела взгляд на кота. Он сидел, вальяжно вылизывая лапу, и смотрел на нас с явным превосходством.

Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Изнанка? Домовой? Замок, возникший из старого сарая? Это был какой-то безумный сон. Но запах свежей травы и легкий ветерок, доносящийся от замка, казались слишком реальными.

– Изнанка… это что? – спросила я, стараясь говорить, как можно спокойнее.

– Место, где сказки становятся явью. Где возможно все, что угодно. И где, кстати, вам не очень-то рады, – домовой зевнул, обнажив крошечные, но острые зубы. – Следуйте за мной, если хотите выжить. И постарайтесь не задавать слишком много вопросов. Здесь это не приветствуется, – Он спрыгнул на землю и, махнув хвостом, направился к замку.

Ленка и я переглянулись. Что бы ни ждало нас впереди, мы понимали, что пути назад нет. Сделав глубокий вдох, мы двинулись вслед за говорящим котом, вглубь неизведанного мира, где реальность и фантазия переплелись в причудливом танце.